Значение мимики и жестикуляции при общении: что говорят жесты, позы, мимика и взгляд

Содержание

Язык жестов. Зачем мы машем руками, когда говорим, и как это помогает нам думать

— Какие жесты мы используем в речи?

— C речью сочетаются эмблематические жесты и спонтанная жестикуляция. Значение эмблематических жестов условно: чтобы понять жест «ОК», нужно знать, что он означает. Крайнее проявление таких условных знаков — язык глухих, в нем есть даже синтаксис — знаки сочетаются по правилам, как слова в обычном языке.
Спонтанной жестикуляцией мы пользуемся, когда разговариваем с маленьким ребенком или с иностранцем: даже не понимая ни слова, мы общаемся жестам. Такие жесты встречаются и в обычном разговоре: их в сотни раз больше, чем устоявшихся жестов-эмблем. Это новая и слабо изученная область лингвистики.

Специальный представитель генерального секретаря НАТО по Кавказу и Центральной Азии Джеймс Аппатурай во время пресс-конференции. Фото: ИТАР-ТАСС/ Владимир Астапкович

— Речь идет о жестах рук?

— Да. Григорий Крейдлин, автор основных русскоязычных работ о жестах, отмечал, что около 90% спонтанных жестов в разговоре делается руками. Казалось бы, у нас есть глаза, брови, голова. Почему так важны руки? Английский исследователь Уильям Стоуки предположил, что дело в происхождении речи. Первоначально люди подавали друг другу сигналы руками, а когда это стало неудобным, начали использовать голос, и жесты отошли на второй план.

— Зачем мы машем руками руками при разговоре?

— Жестикуляция помогает говорящему оформить сложные идеи и наглядно передать их собеседнику. Эксперименты американских психологов Марты Алибали и Сьюзен Голдин-Мидоу показали, что дети объясняют новые понятия с помощью рук. Маленький ребенок не знает слова «объем», но может объяснить, почему в одном стакане песка больше, чем в другом, — покажет руками.
Другой американский исследователь жестов Дэвид Макнилл наблюдал за математиками. Когда им нужно проиллюстрировать абстрактное понятие, например график функции, они рисуют его руками в воздухе.
Жесты полезны на этапе, когда мысль уже сформирована и осталось выразить ее вслух. Когда человек не может подобрать нужное слово, жестикуляция уменьшает количество речевых сбоев: движения рук помогают вспомнить слово или выбрать похожее.

Актер, режиссер и художник Сильвестр Сталлоне во время пресс-конференции. Фото: ИТАР-ТАСС/ Юрий Белинский

— Помогают ли жесты говорящего тому, кто слушает?

— Жесты — это информация. Человек говорит: «Машина ехала вот так, а я сижу, смотрю вон туда» — и активно показывает в нужных местах руками. Слушатель его понимает.
Дэвид Макнилл наблюдал, как люди воспринимают жесты, когда они противоречат словам. Если сказать: «Кот погнался за птичкой», но показать руками, как птичка напала на кота, собеседник скорее воспримет то, что увидел, а не то, что услышал.
Только треть того, что мы понимаем из разговора, приходится на вербальную информацию. Остальное передается тоном голоса, мимикой, движениями. Жесты структурируют общение. Движения рук, поза, взгляд — по ним можно понять, надо ли начинать разговор, кому сейчас говорить, не пора ли закончить.

— Почему некоторые люди жестикулируют больше других?

— Это может зависеть от врожденного темперамента или от окружения: мы подражаем друг другу, учимся вести себя так, как люди вокруг нас. Жестикуляция зависит от ситуации, в которой происходит общение. Человек машет руками, когда разговаривает с другом, которого давно не видел. А если он на формальной встрече, где все в костюмах и галстуках, жестикуляции меньше.
Британский исследователь жестов Адам Кендон выдвинул гипотезу экономии коммуникации. Выбирая между словами и жестами, говорящий оценивает, что ему удобнее и какое впечатление он произведет на слушающего: если у человека нет времени, чтобы выразить свою мысль словами, он прибегает к жестам и мимике.

Актриса Анна Чурина на церемонии закрытия 35-го Московского международного кинофестиваля. Фото: ИТАР-ТАСС/ Алексей Панциков

— Есть ли подобные «коммуникативные» жесты у животных?

— Животные используют жесты-символы: собака машет хвостом, когда радуется, кошка — когда злится, проигравший в поединке волк переворачивается, подставляя горло.
Шимпанзе даже учат языку глухих. Обезьяна может использовать эти жесты в переносном смысле так же, как человек: например, назвать экспериментатора, который не дал ей банан, «грязным». Но, насколько я знаю, животные не используют жесты, значение которых зависит от ситуации. Предполагаю, что животным не нужны сложные понятия, которые помогала бы выражать спонтанная жестикуляция.

 Екатерина Боровикова

Мимика и жесты — PanARMENIAN.Net

PanARMENIAN.Net — Мимика и жесты человека передают его истинное настроение и самые потаенные, скрываемые даже от себя, мысли.

Интуитивно человек понимает невербальные посылы, однако, чтобы понимать все нюансы человеческих реакций необходимо более глубокое понимание человеческой психики и опыт. «Вычитывание» психологического состояния называется калибровкой. Итак, приступим:

Положение головы

Поднятая голова говорит об уверенности в себе, готовности к коммуникации и открытости к окружающему миру.

Подчеркнуто высоко поднятая голова свидетельствует о высокомерии и самолюбовании.

Запрокинутая голова — это вызов окружающим, готовность к активным действиям.

Склоненная набок голова — готовность идти на компромисс, отказ от лидерства, согласие на роль подчиненного.

Свисающая вниз голова — это слабость, безволие.

Мимика лица и глаз

Полностью открытые глаза соответствуют живости характера, хорошей восприимчивости человека.

Прикрытые глаза — это либо сильное утомление, либо признак инертности, равнодушия, пассивности.

Прищуренный взгляд означает либо пристальное внимание, либо хитрость, коварные планы, злой умысел.

Прямой взгляд, обращенный к собеседнику, показывает интерес, доверие, открытость, готовность к сотрудничеству.

Взгляд сбоку уголками глаз демонстрирует скептическое настроение, недоверие, выражает сомнения.

Взгляд снизу при склоненной голове свидетельствует о некоторой агрессии, которая может быть приведена в действие.

Взгляд снизу при согнутой спине означает покорность, услужливость.

Взгляд сверху вниз в психологии жестов — это всегда чувство превосходства и высокомерия, демонстрация презрительного отношения к партнеру.

Если в мимике собеседника Вы улавливаете уклоняющийся взгляд, то, скорее всего, это неуверенность в себе, робость или чувство вины, или нежелание к контакту.

Опущенные вниз уголки рта на языке мимики означают негативное отношение к жизни, пессимизм.

Приподнятые уголки рта — это символ позитивного, живого и веселого характера.

Язык жестов: руки

В психологии жестов рукам отводится очень большое значение. А связано это с тем, что жестикулируя руками, человек передает множество тех чувств и эмоций, которые не может передать словами.

Ладонь, открытая кверху, — символ объяснения, убеждения.

Руки, свисающие вдоль тела, — пассивность, безволие.

Руки, заложенные за спину, — неготовность к действиям, робость, застенчивость, сомнения.

Руки, спрятанные в карманах, — попытка скрыть, неуверенность в себе.

Рука, сжатая в кулак, — концентрация внимания, самоутверждение.

Потирание рук означает прилив положительных эмоций и удовлетворенность.

Движение рук, закрывающее глаза или лицо, — это стремление что-то скрыть, уйти от разговора.

Язык жестов: плечи

Высоко поднятые плечи и сутулая спина на языке жестов означают нерешительность, беспомощность, нервозность. Существуют и другие примеры, относящиеся к группе жестов неуверенности, которые человек невольно демонстрирует, если сомневается в принятии решения, совершении выбора, если его что-то беспокоит или тревожит.

Плечи, спадающие вперед — знак слабости и подавленности, символ комплекса неполноценности.

Свободное движение плечами — уверенность в себе, внутренняя свобода.

Отведение плеч назад — в психологии жестов и мимики это стремление действовать.

Выпяченная грудная клетка означает завышенную самооценку, жизненную активность.

Впалая грудная клетка — признак замкнутости и угнетенности.

Походка

Согласно данным психологов, характер человека и его личностные качества отражаются на осанке человека, его походке и его любимых позах. Давайте рассмотрим эти моменты более подробно.

Быстрая походка с размахивающими руками соответствует таким качествам, как целеустремленность, уверенность, активность.

Походка с руками в карманах и «волочением ног» свидетельствует о скрытом характере и угнетенном состоянии духа.

Широкие шаги при ходьбе означают ясность целей, предприимчивость, энергичность.

Короткие шаги — признак сдержанности, осторожности, расчетливости.

Ритмичная походка с выраженным движением бедер выдает самоуверенную и самовлюбленную личность.

В человеке, шаркающем ногами, психология отмечает вялость, леность и медлительность.

Угловатая «деревянная» походка — признак самодостаточного и позитивного человека.

Роль жестов и мимики в построении и восприятии имиджа.

 


Елисеева Екатерина гр. 401


Введение.


 


Люди могут обмениваться информацией разного типа на разных уровнях понимания. Известно, что общение не исчерпывается устными или письменными сообщениями. В этом процессе важную роль играют эмоции, манеры партнеров, жесты. Психологами установлено, что в процессе взаимодействия людей от 60 до 80% коммуникаций осуществляется за счет невербальных средств выражения и только 20-40% информации передается с помощью вербальных. Эти данные заставляют нас задуматься над значением невербального общения для взаимопонимания людей, обратить особое внимание на значение жестов и мимики человека, а также порождают желание  овладеть искусством толкования этого особого языка, на котором мы все разговариваем, не осознавая этого.


Особенностью невербального языка является то, что его проявление обусловлено импульсами нашего подсознания, и отсутствие возможности подделать эти импульсы позволяет нам доверять этому языку больше, чем обычному вербальному каналу общения.


Успех любого делового контакта в значительной мере зависит от умения устанавливать доверительный контакт с  собеседником, а такой контакт зависит не столько от того, что вы говорите, сколько от того, как вы себя держите. Именно поэтому особое внимание следует обращать на манеру, позы и мимику собеседника, а также на то, как он жестикулирует.


Понимание языка мимики и жестов позволяет более точно определить позицию собеседника. Читая жесты, можно осуществить обратную связь, которая играет определяющую роль в целостном процессе делового взаимодействия, а совокупность жестов является важной составной частью такой связи. Можно понять, как встречено то, что говорите собеседнику.


Знание языка жестов и телодвижений позволяет не только лучше понимать собеседника, но и (что более важно) предвидеть, какое впечатление произвело на него услышанное еще до того, как он выскажется по данному поводу. Другими словами, такой бессловесный  язык может предупредить вас о том, следует ли изменить свое поведение или сделать что-то другое, чтобы достичь нужного результата.


 


Роль жестов и мимики в построении и восприятии имиджа.


Понятие image в последние годы прочно входит в словарь современного человека. Что же такое имидж?


Многие справочные издания раскрывают содержание понятия «имидж», трактуя его как «целенаправленно формируемый образ»; как «сложившийся в массовом сознании и имеющий характер стереотипа эмоционально окрашенный образ»; как «набор определенных качеств, которые люди ассоциируют с определенной индивидуальностью»; или как «мысленное представление чего-то ранее видимого …конкретного или абстрактного, сильно напоминающего… в представлении о другом».


Таким образом, чаще всего понятие «имидж» расшифровывается как сложившийся в массовом сознании и имеющий характер стереотипа эмоционально окрашенный образ кого-либо или чего-либо.


В России понятие «имидж» стало предметом общественного внимания и научного анализа лишь в конце XX столетия. Массовый читатель был осведомлен в этой сфере благодаря отдельным популярным публикациям зарубежных практиков-дизайнеров, визажистов, парикмахеров. В середине 90-х годов появились первые серьезные отечественные разработки по имиджированию, посвященные психологическим аспектам формирования имиджей (Р.Ф. Ромашкина, Е.И. Манякина, Е.В. Гришунина, П.С. Гуревич, Ф.А. Кузин, В.Д. Попов , Б . Г Ушиков , В.М. Шепель , И.А. Федоров и др.).


Вышедшее в свет в 1994 г. первое издание книги В.М. Шепеля «Имиджелогия: Секреты личного обаяния» обозначило не только обоснование нового для российского менталитета понятия «имидж», но и формирование новой области научного исследования — имиджелогии, а в профессиональной сфере формирование новой специальности — имиджмейкер.


Имидж — понятие, применимое:

  • к человеку (персональный имидж),
  • к организации (корпоративный имидж),
  • к социальной позиции (имидж политического деятеля, коммерческой фирмы),
  • к профессии (имидж учителя, дизайнера, инженера),
  • к образованию (имидж выпускника Оксфорда и выпускника очень маленького, никому не известного университета в небольшом провинциальном городке )
  • к вещам (BMW — не просто машина!).


В обыденном понимании слово «имидж» употребляется по отношению к человеку в двух смыслах: как внешний вид человека и как его репутация. На самом деле эти две грани образа слиты. Мы наблюдаем внешний вид, а оцениваем репутацию! Можно сказать, что имидж — это образ, включающий внутренние и внешние характеристики.


Каждый человек — уникальное создание со своими слабыми и сильными сторонами, которыми необходимо умело пользоваться. Считается, что люди судят о нас по впечатлению, которое мы производим на них в первые пять-семь секунд знакомства, что нашло отражение в старой поговорке «по одежке встречают». Теперь «одежка» означает и костюм, и походку, и мимику, и жесты; с помощью этой одежки (невербальный язык) можно скрыть и подчеркнуть, волнующие нас характеристики.


В межличностном общении невербальная коммуникация передает 65% всей информации. При выражении отношения телодвижения передают 55% информации, голос — 38%, а слова — всего 7%. Эти проценты можно объяснить следующими фактами:

  • мимика и жесты часто употребляются неосознанно;
  • мимика и жесты воспринимаются непосредственно и поэтому сильнее воздействуют;
  • мимика и жесты передают тончайшие оттенки отношения, оценки, эмоций;
  • мимика и жесты могут передавать информацию, которую трудно или неудобно выразить словом.


В понятии невербального языка заключается не только умение интерпретировать жесты и мимику партнера и контролировать свое поведение, но и психическая сущность понятия личной территории человека, ее зоны; национальные особенности поведения партнеров, их взаимное расположение во время беседы; умение дешифровать значение использования вспомогательных предметов (очков, сигарет и др.).


Ни один из деловых людей, занятых в сфере бизнеса и предпринимательства, в современном мире не может обойтись без деловых контактов, без общения с персоналом собственной фирмы и торговыми партнерами, с представителями официальных властей, работниками правовых или судебных органов, с агентами или контрагентами. В свою очередь общение и взаимодействие людей требует определенных навыков и знаний из области психологии.


Психологическое влияние партнеров друг на друга в любой ситуации может происходить различными способами. Согласно исследованиям психологов, большая часть информации (до 80% по различным источникам) передается невербальными средствами выражения. Таким образом, считывая невербальную информацию собеседника и умело подчеркивая (или скрывая) собственную, мы получаем уникальную возможность добиться успеха в деловой сфере и сфере личных взаимоотношений.


Успешность любого партнерства зависит от того, как люди могут располагать к себе своих собеседников, вызывают ли они доверие  — а это складывается не только из содержания разговора, но и от умения себя подать.


Знание языка жестов и мимики позволит:

  • определить позицию и отношение собеседника;
  • осуществить обратную связь, которая играет определяющую роль в целостном процессе делового взаимодействия, а совокупность жестов является составной частью такой связи;
  • понять реакцию собеседника на то, что вы говорите: с одобрением или враждебно, открыт собеседник или замкнут, занят самоконтролем или скучает.
  • предвидеть, какое впечатление произвело на собеседника услышанное еще до того, как он выскажется по данному поводу.


Другими словами, такой бессловесный язык может предупредить вас о том, следует ли изменить свое поведение или сделать что-то другое, чтобы достичь нужного результата. Можно заключить, что если вы желаете достигнуть определенных результатов во взаимоотношениях с партнерами, собеседниками или просто коллегами, то вам необходимо овладеть хотя бы минимумом знаний о невербальном, бессловесном общения. Эти азы понятия жестов и мимики можно взять из книги Бороздиной Г.В. «Психология делового общения»:


Как известно, непременным атрибутом любой встречи и прощания является рукопожатие. Оно может быть очень информативным, особенно его интенсивность и продолжительность. Слишком короткое, вялое рукопожатие очень сухих рук может свидетельствовать о безразличии. Наоборот, продолжительное рукопожатие и слишком влажные руки свидетельствуют о сильном волнении. Немного удивленное рукопожатие наряду с улыбкой и теплым взглядом демонстрирует дружелюбие. Однако задерживать руку партера в своей руке не стоит: у него может возникнуть чувство раздражения (он как будто попал в капкан). Пожатие прямой, не согнутой рукой является признаком неуважения. Его главное назначение состоит в том, чтобы сохранить дистанцию и напомнить о неравенстве.     


            С помощью различного разворота ладони можно придать этому жесту различные значения. Когда ваша рука захватывает руку другого человека так, что ладонь оказывается повернутой вниз, — это властное рукопожатие; когда вы протягиваете руку, развернув ее ладонью вверх, — это покорное рукопожатие; руки партнеров остаются в одинаковом положении — оба партнера испытывают друг к другу чувство уважения и взаимопонимания.


Пожатие кончиков пальцев напоминает пожатие прямой, не согнутой рукой, вместо руки в ладонь заключаются только пальцы. Цель инициатора этого рукопожатия заключается в том, чтобы держать партнеров по общению на удобном для себя расстоянии.


            Степень глубины чувств зависит о того, на какое место кладут руку. Если ее кладут на локоть партнера, то это выражает больше чувства, чем при захватывании запястья. Если руку кладут на плечо, то это означает больше чувства, чем когда она находится на предплечье.


Нередко жесты более достоверно передают информацию, по­тому что они неосознанны и непроизвольны. В процессе личных коммуникаций важное значение имеют дистанционные зоны. Это — расстояние, на котором люди привыкли общаться. Нарушение привычной дистан­ции общения вызывает дискомфорт для участников.


Известно, что жесты ног и рук в большей степени передают подлинное состояние партнера, его эмоциональный настрой:

  • проявляются состояние организма и непосредственные эмоциональные реакции — это позволяет судить о темпераменте человека (сильные или слабые у него реакции, быстрые или замедленные, инертные или подвижные)
  • позы и движения тела выражают многие черты характера человека, степень его уверенности в себе, зажатость или раскованность, осторожность или порывистость, а также социальный статус человека. Такие выражения, как «идти с высоко поднятой головой», «расправить плечи» или, напротив, «стоять на полусогнутых», представляют собой не только описание позы, но и выражают определенное психологическое состояние человека
  • в позе и жестах проявляются культурные нормы, усвоенные человеком. Например, воспитанный мужчина никогда не будет разговаривать сидя рядом со стоящей женщиной, независимо от того, как он оценивает ее личные достоинства
  • жестам и позе приписываются чисто условные символические значения.


Жесты открытости свидетельствуют об искренности и желании говорить откровенно. К этой группе знаков относятся жесты: «раскрытые руки» — собеседник протягивает вперед в вашу сторону свои руки ладонями вверх, этот жест демонстрирует желание пойти на встречу и установить контакт; «расстегивание пиджака» — люди открытые и дружески расположенные к собеседнику часто расстегивают и даже снимают пиджак в его присутствии.


Жесты подозрительности и скрытности свидетельствуют о недоверии к вам, сомнении в вашей правоте, о желании что-то утаить и скрыть от вас. В этих случаях собеседник машинально потирает лоб, виски, подбородок, стремится прикрыть лицо руками. Но чаще всего он старается не смотреть на вас, отводя взгляд в сторону. Другой показатель скрытности — несогласованность жестов. Если враждебный по отношению к вам или защищающийся человек улыбается, это означает, что он за искусственной улыбкой пытается намеренно скрыть свою неискренность.


Жест «пощипывание переносицы», который обычно сочетается с закрытыми глазами, говорит о глубокой сосредоточенности и напряженных размышлениях. Когда собеседник находится на стадии принятия решения, он почесывает подбородок. Это жест обычно сопровождается прищуриванием глаз — как будто собеседник рассматривает что-то вдали, пытаясь найти там ответ на свой вопрос.


Жесты сомнения и неуверенности чаще всего связаны с почесыванием указательным пальцем правой руки под мочкой уха или же боковой части шеи.  Еще одни характерным знаком сомнения является прикосновение к носу или его легкое потирание. Когда собеседнику трудно ответить на ваш вопрос, он часто указательным пальцем начинает трогать или потирать нос. Правда, иногда люди потирают нос потому, что он чешется. Однако те, кто чешет нос, обычно делают это энергично, а те, для кого это служит жестом лишь слегка его потирают.


Жесты и позы защиты являются знаками того, что собеседник чувствует опасность или угрозу. Наиболее распространенным жестом этой группы знаков являются руки, скрещенные на груди, что означает — оборонительное или негативное состояние собеседника. В этом случае следует пересмотреть то, что вы делаете или говорите, ибо собеседник начнет уходить от обсуждения. Если помимо скрещенных на груди рук собеседник еще сжимает пальцы в кулак, то это свидетельствует о его враждебности или наступательной позиции. В этом случае следует замедлить свою речь и движения, как бы предлагая собеседнику последовать вашему примеру. Если это не помогает, следует постараться сменить тему разговора.


Жесты размышления и оценки отражают состояние задумчивости и стремления найти решение проблемы. Задумчивое (размышляющее) выражение лица сопровождается жестом «рука у щеки». Этот жест свидетельствует о том, что вашего собеседника что-то заинтересовало. Остается выяснить, что же побудило его сосредоточиться на проблеме.


Жесты и позы, свидетельствующие о нежелании слушать и стремлении закончить беседу достаточно красноречивы. Если во время беседы ваш собеседник опускает веки, то это сигнал о том, что вы для него стали неинтересны или просто надоели, или же он чувствует свое превосходство над вами. Если вы заметили подобный взгляд у своего собеседника, то учтите следующее: необходимо что-то изменить, если вы заинтересованы в успешном завершении разговора.


Жест «почесывание уха» свидетельствует о желании собеседника отгородиться от слов, которые он слышит. Другой жест, связанный с прикосновением к уху, потягивание мочки уха, говорит о том, что собеседник наслушался вдоволь и хочет высказаться сам.


Свидетельство о том, что собеседник хочет закончить беседу, он незаметно, и порой неосознанно, передвигается или поворачивается в сторону двери, при этом его ноги обращаются к выходу. Поворот тела и положение ног указывают на то, что ему очень хочется уйти. Показателем такого желания является также жест, когда собеседник снимает очки и демонстративно откладывает их в сторону. В этой ситуации следует чем-то заинтересовать собеседника либо дать ему возможность уйти. Если вы будете продолжать разговор в том же ключе, то вряд ли добьетесь желаемого результата.


Жесты, свидетельствующие о желании преднамеренно затянуть время, обычно связаны с очками. Для того чтобы затянуть время с целью обдумать окончательное решение, собеседник делает следующие жесты: постоянно снимает и надевает очки, а также протирает линзы. Если вы наблюдаете один из этих жестов сразу же после того, как спросили человека о его решении, то лучше всего будет помолчать в ожидании. Если партнер вновь надевает очки, то это означает, что он хочет еще раз «взглянуть на факты».


Жест «расхаживание» служит знаком того, что не следует спешить. Многие собеседники прибегают к этому жесту, пытаясь «протянуть время», чтобы разрешить сложную проблему или принять трудное решение. Это очень позитивный жест. Но с тем, кто расхаживает, разговаривать не следует. Это может нарушить ход его мыслей и помешать в принятии им решения.


Жесты уверенных в себе людей с чувством превосходства над другими. К ним относится жест «закладывание рук за спину с захватом запястья». От этого жеста следует отличать жест «руки за спиной в замок». Он говорит о том, что человек расстроен и пытается взять себя в руки. Интересно, что чем больше сердит человек, тем выше передвигается его рука по спине. Именно от этого жеста пошло выражение «возьми себя в руки». Это плохой жест, который используется для того, чтобы скрыть свою нервозность, и наблюдательный партнер по переговорам наверняка почувствует это.


Жестом уверенных в себе людей с чувством превосходства над другими является и жест «закладывание рук за голову». Многие собеседники раздражаются, когда кто-нибудь демонстрирует его перед ними. Существуют несколько способов взаимодействия с собеседником, который использовал этот жест. Если вы хотите выяснить причину, по которой собеседник ведет себя с чувство превосходства, наклонитесь вперед с протянутыми ладонями и скажите: «Я вижу, что это вам известно?» затем опрокиньтесь на спинку стула, ладони оставьте в поле зрения и ждите ответа. Другой способ заключается в том, чтобы заставить такого высокомерного собеседника сменить свою позу, что, в свою очередь, изменит его отношение. Для этого можно взять какой-нибудь предмет и, отставив его на большое от него расстояние, спросить: «Вы не видели это?», заставив его наклониться вперед.


Стоит отметить, что при взаимодействии с другими людьми хорошим способом взаимодействия, установления положительной реакции является копирование жеста собеседника. Но тут следует быть осторожными — копирование, повторение некоторых жестов может разозлить собеседника (например, жест «закидывание рук за голову»).


По мимо жестов очень большое значение в практике делового общения имеет мимика собеседника. Это объясняется тем, что именно лицо всегда притягивает взгляд, выражение лица обеспечивает постоянную обратную связь (по нему мы можем судить, понял нас человек или нет, хочет ли он что-то сказать в ответ). Также мимика свидетельствует об эмоциональных реакциях человека.


Выражение лица — это отражение эмоций, которые «слышны лучше, чем речь». Именно поэтому люди всегда стремились овладеть физиогномикой — искусством чтения лица. Встречается более 20 000 описаний выражения лица. Для того чтобы как-то классифицировать их, была предложена методика, получившая название FAST (введена Экманом). Принцип ее следующий: лицо делится на три зоны горизонтальными линиями (глаза и лоб; нос и область носа; рот и подбородок). Затем выделяются шесть основных эмоций, наиболее часто выражаемых при помощи мимических средств: радость, гнев, удивление, отвращении, страх и грусть.


Фиксация эмоции по зоне позволяет более или менее определенно регистрировать мимические движения. Эта методика получила распространение в медицинской практике. В настоящее время предпринят ряд попыток применить ее в деловом общении. Но эта проблема еще окончательно не решена.


Поскольку лицо является как бы своеобразным перекрестком, на котором проявляются невербальные особенности, мимические аспекты являются наиболее выразительными. Рассмотрим мимические реакции, которые позволяют нам определить, обманывает нас собеседник или нет.


К мимике относятся все изменения, которые можно наблюдать на лице человека, включая и психосоматические процессы, например покраснение или побледнение. Сюда же можно отнести и общие движения тела, например кивок головой, разворот вполоборота.


В деловом взаимодействии при интерпретации мимики особое внимание следует обращать на согласованность. Пока мимика согласуется со словесными высказываниями, тогда она не воспринимается ее отдельно. Как только несогласованность становится достаточно сильной, это сразу же бросается в глаза, даже неопытному человеку.


Сигналы мимической выразительности могут быть: вялыми, бедными, живыми, богатыми, маловыразительными, напряженными, спокойными и т.д. Некоторым людям свойственна амимия, то есть отсутствие выразительности лицевой мускулатуры.


Интерпретация сигналов области лба. Мимические морщины на лбу могут быть горизонтальными, вертикальными или смешанными. Горизонтальные складки лба означают состояние повышенного внимания. Повышенное внимание может иметь различные причины: ужас, страх, смятение, изумление, удивление, замешательство, неожиданность. Чтобы понять, какие чувства демонстрирует человек, сигналы должны рассматриваться совместно с жестами, позами и пр. Вертикальные складки лба указывают, что общее внимание, вызванное кем-либо или чем-либо, достигло наивысшей точки. Также вертикальные складки на лбу демонстрируют умственную сосредоточенность или напряженную физическую деятельность.


Интерпретация сигналов средней части лица. В деловом взаимодействии огромное значение имеют глаза, или визуальный контакт. Иногда человека называют «глазастым животным», так как именно через них он получает более 80% информации. Глаза называют не только «окном в мир», но и «окном в душу», то есть во внутренние психические процессы. Последние, как известно, тесно связаны с мышлением и всем тем, что происходит в душе человека, видимо поэтому о глазах еще говорят, что это «вывернутый наизнанку мозг».


Каждому деловому человеку необходимо смотреть в глаза партнера, демонстрируя решительный, твердый, открытый взгляд. Взгляд должен как можно чаще (на протяжении 60-70% времени общения) встречаться со взглядом собеседника.  По мимо направленности взгляда, большое значение имеют сигналы «языка» глаз:

  • Полностью открытые глаза- высокая восприимчивость чувств, мечтательность, «сон соткрытыми глазами», беспредельное доверие.
  • Сверкание глазами- сигнал неуверенности, нервозности, нервной возбудимости.
  • Сужение зрачка («глаз-бусинка»)- злоба, агрессия, аиногда при сочетании сдругими признаками- расслабление, покой, релаксация.
  • «Стеклянные» глаза- уход всвои мысли, ассоциации.
  • Взгляд, направленный вцентр лба инеопускающийся ниже глаз собеседника- деловой взгляд; используется чаще вовремя беседы, переговоров, консультирования, тоесть когда люди сидят напротив друг друга.
  • Взгляд, распределяющийся между глазами иртом- светский взгляд.
  • Взгляд, охватывающий лицо, шею, верхнюю часть грудной клетки- социальный взгляд; как правило, используется при деловых встречах, презентациях, пресс-конференциях, дискуссиях, деловых совещаниях.
  • Прямой взгляд- означает интерес, уважение, открытую позицию, уверенность, готовность кконтакту.
  • Взгляд, направленный «сквозь» партнера- демонстрация подчеркнутого неуважения, возможной агрессивной реакции.
  • Взгляд, направленный мимо партнера- эгоцентризм, нацеленность насебя.
  • «Уклоняющийся взгляд»- означает либо неуверенность из-за сомнения, большой скромности, робости, боязливости, либо чувство вины, порою даже неосознаваемое.


Говоря о взгляде человека, о его мимике и жестах, нужно учитывать, что в реальной практике существует опасность восприятия невербального языка, которая заключается в том, что многие, обладающие знаниями в данной области, делают необоснованные обобщения на основании одного лишь восприятия. Например, один из партнеров во время общения почесал свой нос, а заметивший это другой партнер делает далеко идущий вывод: он врет. На самом деле у партнера действительно чешется нос. Поэтому, только связывая слова и жесты, физиологические сигналы и поведение человека, можно понять то, что им не осознаваемо, его истинные намерения и чувства.


Также при восприятии и анализе невербального языка следует учитывать индивидуальные особенности каждого человека. Например, известно. что женщины смотрят на других людей в среднем дольше, чем мужчины, при этом контакт глаз женщины с партнером-мужчиной гораздо меньше, чем с партнером-женщиной. Мужчины, со своей стороны, также гораздо дольше смотрят в глаза партнерам-мужчинам, чем женщинам. Кроме того, женщины в процессе общения гораздо дольше смотрят на тех, кому они симпатизируют, а мужчины, наоборот, на тех, кто им симпатизирует.


При восприятии жестов и мимики человека нужно учитывать его характер, например, степень общительности и абстрактность мышления. Замечено, что общительные и уверенные в себе люди смотрят на партнеров пристальнее и дольше, чем замкнутые, направленные «вовнутрь себя». Люди застенчивые, стеснительные зачастую избегают контакта глаз, однако после адаптации они способны легко осваиваться в ситуации.


По мнению Пиза, при восприятии невербальной информации стоит также обращать внимание на профессию человек. Актеры и адвокаты Очень трудно заметить, когда они говорят правду актеры и адвокаты (профессии, связанные с игрой ложь — правда). Так как они, во-первых, отрабатывают те жесты, которые придают правдоподобность сказанному, во-вторых, почти полностью отказываются от жестикуляции, чтобы не присутствовали ни позитивные, ни негативные жесты.


Проводились исследования, которые вывели связь между языком жестов, мимики и социальным, служебным положением. Установлено, чем выше служебное или общественное положение человека, тем меньше он делает жестов и телодвижений.


Заключение.


В практике делового общения важно все: и содержание, и интонация, и манера изложения, и жесты, и мимика. Но необходимо помнить, что больше половины информации передается через невербальные средства общения. Максимальная эффективность достигается при гармонии мысли и слова, обеспечивающей логическую перспективу речи и ясность в сочетании с простотой изложения.


Невербальное общение или, по-другому, идеомоторные проявления — это неосознаваемые микродвижения мышц, возникающие в результате нервных импульсов, идущих от органов чувств. Чувствительность к этим малозаметным микродвижениям при идеомоторных проявлениях позволяет не только видеть эмоциональное состояние партнера, но и угадывать задуманное собеседником. Иначе гово­ря, идеомоторные акты при восприятии могут выполнять не всегда осознаваемую обратную связь, позволяющую определить и предугадать поведение собеседника.


Мимика, жесты очень многое передают непосредственно в подсознание собеседника независимо от его желания, т.е. визуальное воздействие имиджа происходит как «двойной вызов» — на уровнях сознания и подсознания

Значение мимики и жестов в психологии

Слова — это всего 30 % информации, которую при общении мы передаем друг другу.
Остальное это невербальные сигналы – от позиции тела до жестов и выражения глаз. Невербальное общение совершается без словесного контакта. Оно может сопровождать и дополнять вербальное общение, а может существовать как отдельная форма передачи информации собеседнику.

Итак, приступим:

Положение головы
Поднятая голова говорит об уверенности в себе, готовности к коммуникации и открытости к окружающему миру.
Подчеркнуто высоко поднятая голова свидетельствует о высокомерии и самолюбовании.
Запрокинутая голова — это вызов окружающим, готовность к активным действиям.
Склоненная набок голова — готовность идти на компромисс, отказ от лидерства, согласие на роль подчиненного.
Свисающая вниз голова — это слабость, безволие.

Мимика лица и глаз
Полностью открытые глаза соответствуют живости характера, хорошей восприимчивости человека.
Прикрытые глаза — это либо сильное утомление, либо признак инертности, равнодушия, пассивности.
Прищуренный взгляд означает либо пристальное внимание, либо хитрость, коварные планы, злой умысел.
Прямой взгляд, обращенный к собеседнику, показывает интерес, доверие, открытость, готовность к сотрудничеству.
Взгляд сбоку уголками глаз демонстрирует скептическое настроение, недоверие, выражает сомнения.
Взгляд снизу при склоненной голове свидетельствует о некоторой агрессии, которая может быть приведена в действие.
Взгляд сверху вниз в психологии жестов — это всегда чувство превосходства и высокомерия, демонстрация презрительного отношения к партнеру.
Если в мимике собеседника Вы улавливаете уклоняющийся взгляд, то, скорее всего, это неуверенность в себе, робость или чувство вины, или нежелание к контакту.

Язык жестов: руки
В психологии жестов рукам отводится очень большое значение. А связано это с тем, что жестикулируя руками, человек передает множество тех чувств и эмоций, которые не может передать словами.
Ладонь, открытая кверху, — символ объяснения, убеждения.
Руки, свисающие вдоль тела, — пассивность, безволие.
Руки, заложенные за спину, — неготовность к действиям, робость, застенчивость, сомнения.
Руки, спрятанные в карманах, — попытка скрыть, неуверенность в себе.
Рука, сжатая в кулак, — концентрация внимания, самоутверждение.
Потирание рук означает прилив положительных эмоций и удовлетворенность.
Движение рук, закрывающее глаза или лицо, — это стремление что-то скрыть, уйти от разговора.

Язык жестов: плечи
Высоко поднятые плечи и сутулая спина на языке жестов означают нерешительность, беспомощность, нервозность.
Плечи, спадающие вперед — знак слабости и подавленности, символ комплекса неполноценности.
Свободное движение плечами — уверенность в себе, внутренняя свобода.
Отведение плеч назад — в психологии жестов и мимики это стремление действовать.

Как по мимике, жестам и другим внешним признакам понять, что собеседник врёт?

Психолог Сергей Мучкин рассказал, как можно изобличить обманщика без слов. Одно из определений лжи, считает психолог, — это когда человек пытается убедить собеседника в том, во что сам не верит. «Ложь всегда сопровождается, во-первых, определенными эмоциями у того, кто пытается убедить, такими, как стыд, нервозность, волнение, вина. И, во-вторых, все эти эмоции всегда проявляются на нашей невербалике — микродвижения тела, мимика, жестикуляция», — считает Сергей Мучкин.

Обратить внимание, надо, в первую очередь, на то, насколько человек соблюдает с собеседником глазной контакт, не отводит ли он глаза в сторону, особенно на прямой вопрос. Дети, когда лгут, им стыдно в глаза смотреть. Также лгун старается прикрывать руками лицо, рот и, может быть, нос.

У говорящего неправду может перехватывать горло, и голос становиться немного неестественным. И тогда, чтобы скрыть это, человек может начать либо говорить подчеркнуто монотонно, либо у него голос начинает по громкости играть.

По тому, что человек говорит, тоже можно понять, что он лжет. «Во-первых, лгут может выпячивать второстепенные факты, а самые главные стараться скрыть. Во-вторых, человек в ответ на прямой вопрос уходит от ответа, отвечает шуткой, пытается перевести тему или дать уклончивый ответ», — говорит психолог.

Если мы хотим определить — человек говорит правду или лжет, желательно посмотреть, его тело, мимику при правдивой информации, а потом уже отслеживать изменения мимики, считает эксперт.

Если вы хотите солгать убедительно (иногда это бывает необходимо), то надо смотреть собеседнику в глаза и стараться искренне улыбаться и быть максимально живым, искренним, насколько это возможно. «Искренняя улыбка — это улыбка, в которой задействована вся мимика лица, в отличие от неискренней, где задействованы только губы», — подчеркнул Сергей Мучкин.

 Советы:

 Любой собеседник невольно подаёт множество самых разных сигналов, что говорит неправду. Но делать выводы можно только к концу разговора, потому, как отдельные признаки вранья могут быть проявлением волнения, косноязычия и так далее.

 Обратите внимание на глаза. Если человек, задумываясь, смотрит чуть вверх и вправо от себя, то скорее всего, что-то выдумывает. А если влево, то вспоминает.

 У обманщика обычно начинает срываться голос. Иногда он нервно прикрывает рот рукой. На прямой вопрос отводит взгляд, отвечает шуткой, пытается сменить тему.

 Если нужно убедительно соврать, смотрите, так сказать, жертве прямо в глаза и искренне улыбайтесь всем лицом, а не только губами.

 Лукавство близкого человека нам распознать куда проще, чем ложь незнакомца. Главное, чтобы попытки раскрыть чужой обман не превратились в паранойю.

Секреты тела. Как воспринимаются жесты в разных культурах? | ОБЩЕСТВО

Мексиканцы жестикулируют 180 раз в час. Фото: АиФ/ Александра Дорфман

– А восприятие самих жестов может разниться у представителей разных народов?

– Да, я сейчас говорю и киваю головой – этот жест у нас и на Западе означает согласие. В Турции, Болгарии, Индии его растолкуют как нет. Жест победителя (указательный и средний пальцы вверх) важно показывать ладонью в сторону людей, если её повернёте к себе, знак приобретает значение «замолчи». При этом Уинстон Черчилль позволял себе показывать и так, и так – жест воспринимался как победа над фашизмом. Для этой страны, кстати, жест имеет свою историю. Во время войны Англии с Францией французы отрубали английским лучникам эти два пальца, чтобы те не могли стрелять. Поэтому англичане дразнили французов этим жестом, давая понять, что пальцы на месте и стрелять они могут. Некоторые исторические жесты уже не используются, так как приобрели со временем негативный окрас. Например, прямая рука с раскрытой ладонью – это приветствие древних римлян сегодня ассоциируется с фашизмом. Из-за этого жеста как-то оштрафовали итальянского игрока, который таким образом хотел поприветствовать болельщиков.

– Рукопожатие – это универсальный способ приветствия. Есть ли страны, в которых оно оскорбительно?

– Не любят касаться рук в Японии, Китае – вместо этого у них есть целая система поклонов, где от градуса наклона собеседник показывает своё уважение к человеку. Тайцы складывают руки в районе груди, делая наклон головой и корпусом. В странах Океании есть племена, которые, здороваясь, плюют в сторону собеседника. Рукопожатие тоже может быть разным и демонстрировать отношения людей. Руки на одном уровне – равноправие, одна выше другой – доминирование, если человек двумя руками здоровается, значит хочет показать большую радость от встречи, тёплые чувства.

Как жестикулируют политики?

– Глаза, взгляд – это тоже часть невербального общения?

– Да, причём у одних народов принято при общении смотреть в глаза, у других нет. Например, у восточных людей – в арабских странах, на Северном Кавказе – женщина должна опускать голову вниз и не встречаться глазами с мужчиной-собеседником. Так она показывает свою скромность и воспитанность. Китайцы и японцы при общении всегда смотрят в сторону или вниз – прямой зрительный контакт считается вызовом. В западных культурах наоборот. Если человек уводит взгляд, значит либо не заинтересован беседой, либо пытается что-то скрыть. Поэтому лучше смотреть в глаза или в верхнюю часть лица.

Мусульманки должны опускать глаза при разговоре с мужчиной.  Фото: АиФ/ Артем Дергунов

– По каким жестам можно понять, что человек настроен враждебно или обманывает?

– Если человек смотрит влево, значит моделирует ситуацию (обманывает), вправо – вспоминает. Когда руки постоянно что-то дёргают или перебирают – это говорит о волнении, неуверенности. Руки в замке – непримиримость, напряжённость. Скрещённые руки и ноги – нежелание что- то делать. Указывать на что-то лучше ладонью вверх – так вы покажете своё дружелюбие, если ладонь направлена вниз – это повелительный жест. Но не нужно интерпретировать жестикуляцию и поведение людей однозначно.

– Вы обращаете внимание на жестикуляцию политиков и публичных людей?

– Писатель Аллан Пиз любит анализировать жесты политиков. Когда была встреча канцлера Германии Ангелы Меркель с экс-президентом Франции Франсуа Олландом и главой РФ Владимиром Путиным, он обратил внимание на жёстко сцепленные в замок руки Олланда, закрытую позу Меркель и жест Путина, который указательным пальцем делал тыкающие движения в воздухе, будто пытаясь им «вдолбить» свою позицию. Аллана Пиза тогда спросили: «Чем закончатся переговоры?» Он ответил: «Ничем. Они не до- говорятся». Так и вышло. Кстати, у Путина есть характерное движение – он часто разводит руками ладонями вверх – означает «мне нечего скрывать». Меркель любит сводить ладони пальцами вверх – знак «шпиль», означающий напряжённую мозговую активность, сосредоточение. Президент США Дональд Трамп хаотично жестикулирует – это такая нью-йоркская модель поведения. У китайских, японских политиков и мимика, и жестикуляции сдержаны.

Открытая поза говорит о том, что собеседнику нечего скрывать. Фото: kremlin.ru

 – Леонид Брежнев практиковал поцелуи – это уместно в политике? 

– Нашей культуре такая тактильность не свойственна, он целовал своих партнёров по Варшавскому договору, желая продемонстрировать открытость и доверие. Говоря о поцелуях, примечательно, что в арабских странах они распространены между мужчинами. Так жители ОАЭ, Саудовской Аравии, Марокко и пр. показывают радость от встречи, привязанность и дружелюбие. В нашей культуре, какими бы мужчины ни были хорошими товарищами, они ограничатся рукопожатием с лёгким похлопыванием по спине. 

Любит или не любит? 

– Как с помощью инструментов невербальной коммуникации заставить людей себя слушать? 

– В нашей культуре приветствуются паузы в речи – этот инструмент любит также использовать Путин. Небольшие паузы придают значимость сказанному, словно мы предлагаем человеку обдумать наши слова. Хотя в ряде стран молчание – признак волнения, забывчивости. Жестикуляцию лучше использовать умеренно – активная работа руками может упростить образ. Для эффективной коммуникации психологи советуют держать зрительный контакт.

– Как по жестам и поведению распознать флирт и влюблённость? 

– Женщины, флиртуя с мужчинами, часто поправляют волосы, дотрагиваются до себя. Мужчины обычно взглядом: смотрят в глаза, играют бровями, улыбаются. Влюблённость выдают открытые жесты, расслабленная поза, частые прикосновения к человеку, общение на близком расстоянии (до 40 см), расширенные зрачки. 

– У татар Поволжья вы замечаете характерную для мусульман жестикуляцию или поведение? 

– Нет, здесь мы можем говорить о культурной унификации, когда живущие бок о бок народы постепенно теряют свою специфику. Это относится не только к татарам, но и чувашам, удмуртам, марийцам. Все россияне используют примерно один набор жестов. Например, в арабских странах мусульмане стараются не использовать в быту и при жестикуляции левую руку, так как она считается нечистой. А в Поволжье разве татары обращают на это внимание? 

Язык мимики и жестов. Семейная психология

Язык мимики и жестов

Невербальное общение – это общение непосредственно через подсознательные реакции, условные рефлексы и сигналы, которыми мы обмениваемся в процессе общения. Мы чувствуем негативное или позитивное отношение друг друга, неосознанно проникаемся настроем собеседника, наши чувства уже отвечают ему такими же тайными сигналами, а поток речи льется посередине. Несоответствие смысла разговора чувствам, которые мы испытываем, настораживает нас и провоцирует агрессию и закрытость. Если собеседник интуитивно почувствовал Ваше недоброжелательство, заметил фальшь или безразличие, то разговор и отношения пропали. А если Вы почувствовали нечто негативное, это склоняет Вас к несогласию или даже агрессии. И далее процесс развивается по спирали, пока вы не поймете простую истину – настоящая доброжелательность, та, которая внутри Вас – работает, и пробуждает доброе отношение к Вам. Вдумайтесь – это же чудо, самое настоящее. Добро порождает добро.

Изучение языка мимики и жестов поможет Вам изучить себя, тех, с кем Вы общаетесь, научит продуцировать положительный тип отношений.


Встречают, как говорится, по одёжке. Однако в общении с незнакомым человеком больше всего внимания мы уделяем всё же его лицу. Даже не будучи физиогномистами, мы можем достаточно уверенно определить, в каком настроении находится интересующий нас человек. А вот дальше выводы наши будут не столь уверенными. Или, по крайней мере, самоуверенными. Так как определить черты характера исключительно по форме и выражению лица, в общем – то нельзя.

Поэтому сразу договоримся: всё, что будет сказано ниже, может Вам пригодится в определении истинных намерений и состояния вашего собеседника.

Однако реконструировать характер человека только на основании данных физиогномики или анализа его жестов, по крайней мере, самонадеянно. Душа человеческая – это потёмки даже для очень опытных психологов.

Гораздо правильнее оценивать собеседника, анализируя его позу, взгляд, тембр голоса – то есть то, что человек выбрал сам, а не получил при рождении.

Начнём с азов. У каждого человека имеется своё личное пространство, – зона вокруг него, нарушение границ которой воспринимается им как вторжение. В различных условиях эта зона может менять свои размеры, однако в целом держится на какой-то постоянной отметке. Когда к вам подходит другой человек, Вы можете практически не реагировать на его появление, пока он не нарушит ваше личное пространство. Как правило, малознакомые люди интуитивно чувствуют границы личного пространства собеседника, и стараются их не нарушать. Этого требует обычный этикет. Ваши близкие друзья или родственники уже могут входить в личное пространство без опасений, – как правило, давнее знакомство с человеком даёт такую привилегию. И вы не будете воспринимать это, как нарушение границ: человек знакомый, ситуация не угрожающая. Другое дело, когда к вам вплотную приблизился человек незнакомый. Ваше личное пространство нарушено, и воспринимается такое вторжение практически так, как если бы без Вашего разрешения и ведома кто-то посторонний вошёл в Ваш дом. При нарушении личного пространства человек чувствует растерянность, испуг, у него появляется желание отступить, вновь вернуть безопасное расстояние или может проявится агрессия по отношению к нарушителю.

Личное пространство не является правильным кругом. Скорее, это нечто вроде эллипса с нестабильными границами. Сзади и по бокам личное пространство может быть поменьше, спереди – больше. Таким образом, человек, как правило, спокойнее реагирует на другого, пока тот находится за спиной или сбоку, но приближающийся спереди человек вызывает тревогу уже на большем расстоянии.

Одно из правил тонкой этики общения, – не нарушать границы личного пространства без разрешения на то собеседника.

Это разрешение может быть получено как в устной форме (нас могут просто попросить подойти или подвинуться ближе), или же в форме своеобразных невербальных приглашений (партнёр протягивает нам интересный журнал, и мы подходим вплотную, интересуется красивым кольцом на пальце, прикасаясь к Вам, или же просто подходит ближе). Когда Ваш собеседник пытается сократить расстояние, разделяющее вас, это верный признак того, что он проявляет к Вам интерес. Он симпатизирует вам. Особенно ярко это видно на примере маленьких детей: если ребёнку понравился взрослый, он всеми силами будет пытаться забраться к нему на колени или хотя бы взять за руку.

Ещё один признак того, что Вы заинтересовали человека – это общая ориентация его туловища, и особенно головы в вашу сторону. Если партнёр усиленно пытается сделать вид, что внимательно Вас слушает, но при этом смотрит в сторону, часто отворачивается, якобы высматривая в толпе знакомых, можно сделать вывод, что в душе он уже далеко отсюда, и едва ли Ваши слова доходят до его сознания. Как бы невзначай посмотрите на носки его туфель. Если они «смотрят» не в Вашу в сторону, это ещё один признак того, что Ваш собеседник приготовился «сделать ноги» и только ждёт для этого удобного случая.

Впрочем, о положении туловища и жестах мы поговорим позже. Теперь обратим внимание на лицо вашего собеседника. Самая заметная часть лица человека – это, конечно, его глаза. Глаза – зеркало души, говорили древние. Оно, может быть, и верно, однако современный человек скрывает свои чувства гораздо более изощренно, нежели его далёкие предки. И простым взглядом «глаза в глаза» вряд ли можно «прочитать» помыслы человека. Однако некоторые секреты взгляда всё же неплохо работают и по сей день. Важно только помнить, что понять характер человека только по выражению его глаз мы вряд ли сможем. Хотя кое о чём, конечно, догадаться можно. Например, о том, доверяет Вам собеседник или нет. Причём выяснить это несложно:

у человека, который Вам доверяет, который чувствует себя с вами раскованно и свободно, испытывает положительные эмоции при общении с Вами, зрачки будут расширены.

Это похоже на взгляд ребёнка, который смотрит на мир широко распахнутыми глазами. Наоборот, выражение недоверия, подозрительность, скрытая враждебность маскируется за прищуренными глазами, зрачки при этом заметно сужаются – эдакий неприятный «рентгеновский» взгляд. В целом старое правило верно по сей день – человек, который хочет скрыть от Вас свои мысли, прячет глаза. Благо способов для этого предостаточно: можно «заинтересовано» смотреть телевизор, разглядывать витрины магазинов, внимательно читать сообщения мобильника.

В семьях, где не всё ладно, супруги могут месяцами (и даже годами) избегать смотреть друг другу в глаза. Как правило, это начало конца. Людям есть что скрывать, и им проще держать это в тайне, чем доверится супругу. В отношении между родителями и детьми отсутствие длительных контактов взглядами – знак беды.

Да и сам обмен взглядами может быть очень разным: одно дело, когда вам смотрят прямо в глаза в течение нескольких секунд, и при этом не слишком хочется отводить взгляд, и совсем другое дело, когда обмен взглядами – это своеобразная злобная дуэль, «кто кого пересмотрит» (глаза вытаращены, выражение лица – Бармалеевское, руки в кулаках). Мимолётные косые взгляды тоже не слишком приятный показатель, особенно когда ваш собеседник всё время отводит глаза, когда Вы пытаетесь «поймать его взгляд». Как правило, это признак того, что Вам говорят неправду или человеку есть что скрывать. Как дополнение к взгляду прячут также руки, однако, об этом позже. Кстати, прямой взгляд в лицо со стороны незнакомого вам человека воспринимается как вызов, чем, скорее всего, он и является. Можете проверить это на кошке или собаке с улицы: животное не будет обращать на вас внимание, если Вы не смотрите на него, но от открытого взгляда бежит со всех ног.


Что касается черт характера, то глаза могут рассказать об этом немного. Несмотря на обилие популярных толкований характера человека по цвету и разрезу его глаз, во всё это верится с трудом хотя бы потому, что вряд ли все, например, китайцы, среди которых голубоглазых днём с огнём не сыщешь, являются энергичными людьми, лишёнными романтизма, а среди скандинавов отсутствуют активные люди. Скорее всего, подобные толкования лишь плод воображения их авторов. Впрочем, совпадения могут встречаться достаточно часто, поэтому и такие теории имеют право на жизнь.

К тому же доказано экспериментальным путём, что о настроении человека гораздо больше говорит его мимика, чем взгляд. Поэтому коснёмся этого предмета подробнее.

С такими простыми понятиями, как улыбка, огорчение на лице, морщинки радости или выражение печали мы наверняка встречались. Видя на лице проявления сильных эмоций, мы с ходу можем определить, какого они типа. Однако человек, сохраняющий «каменное» выражение лица, может оставаться для нас загадкой за семью печатями. В самом деле, что чувствует человек, на лице которого ничего не выражается? Как можно выяснить, что от него ожидать?

Многое скажут о человеке губы. Однако в очередной раз повторюсь, не стоит искать в очертаниях губ врождённые черты характера. Ну не все африканцы весёлые и гостеприимные, несмотря на их выдающиеся широкие губы! Обращать внимание нужно на то, в каком состоянии находятся губы человека в данный конкретный момент.

Губы плотно сжаты, из-за чего кажутся узкими щелями. Вокруг губ заметны морщины. Явный признак того, что человек напряжён, он не может вам раскрыться, общаться с вами для него не очень просто.

Нижняя губа выступает вперёд, – самоуверенность, не ждите от этого человека отношения на равных. По отношению к вам он будет стараться доминировать. Интересно, впрочем, понаблюдать за его губами при общении с другими людьми. Можно заметить, что оттопыренная губа тотчас убирается на своё место, когда данный субъект начинает общаться с значимым для него человеком. Оттопыренная губа или губы также выражают брезгливость. Попробуйте изобразить это чувство и ощутите, как реагируют на это ваши губы. Похоже?

Собранные маленькие губки, без признаков напряжения означают именно собранность, и ещё – аккуратность. В отличие от широко распущенных вялых губ, указывающих на безынициативность, лень и нерешительность.

Обратите внимание на кончики губ: полноценную широкую улыбку заметит каждый, но вот если её нет, уголки губ могут подсказать, что чувствует человек. Опущены вниз – понятно, настроение не очень, что-то тревожит или печалит его сердце. Чуть приподняты вверх – вот это получше: следы ушедшей или спрятанной улыбки.

Кривая усмешка говорит о цинизме человека, о его скептическом к вам отношении. Вообще улыбка – это целое искусство. Она же может рассказать очень многое о человеке. К тому же улыбчивый человек имеет больше шансов иметь успех в обществе, он более популярен и приятен в общении. Не зря в Штатах улыбка возведена в культ.

Впрочем, фальшивую улыбку несложно отличить от настоящей: настоящая улыбка светится, от неё действительно становится теплее. К тому же есть чисто технические детали: искренняя улыбка получается сама собой, без напряжения мышц лица, фальшивая же имитируется насильно. Лицевыми мышцами, поэтому смотрится несколько напряжённо. Впрочем, хорошие актёры могут практически идеально «сыграть» искреннюю улыбку.

Но есть ещё один признак улыбки «от души»: она исчезает далеко не сразу, и ещё долгое время цветёт на губах улыбнувшегося вам человека. Улыбка «из вежливости» исчезнет, как только ваш собеседник отвернётся.

Многое о характере вашего партнёра скажут морщинки. У человека масса мимических мышц, которые рано или поздно оставляют на лице следы своей деятельности. А уж по этим следам «прочитать» историю человеческих эмоций вовсе несложно. Нужна только внимательность.

О чём, например, могут говорить радиальные маленькие морщинки вокруг глаз? Скорее всего, о весёлом нраве человека, о его любопытности. Так как такие морщинки образуются либо тогда, когда человек смеются, либо когда рассматривает нечто интересное. Впрочем, подобные морщины могут указывать и на близорукость (помните знаменитый Ленинский прищур?). Морщинистый лоб – общеизвестный символ задумчивости и большого ума. Что касается ума, то это, конечно, всего лишь догадки. А вот о том, что человек достаточно долго морщит лоб, пытаясь решить какую-то сложную (для него) проблему, об этом можно судить уже с известной долей вероятности. Вертикальная морщина на лбу, как правило, украшает людей интеллигентных.

А вот морщинки в уголках губ поведают вовсе не о том, что их обладатель – человек улыбчивый, а, скорее, об обратном. Дело в том, что естественная улыбка расслабляет мышцы лица, тонизирует их, не оставляя морщин. В то время как зажатость губ у людей нерешительных, стеснительных, подозрительных (список можно продолжить) как раз и провоцирует возникновение подобных морщин. Длительные огорчения, скорбь оставляет следы на лице человека более явственно, чем радость. Обратите снимание на морщины, идущие от крыльев носа к губам: это признак разочарований, страдания, длительных неудач. Если к ним добавляются морщинки, идущие от внешних краёв глаз, – положение ещё хуже. На апофеоз страданий укажут морщины, идущие вниз от краешков губ.

Вообще больше морщин у людей нервных, деятельных и эмоциональных. Отсутствие морщин на лице, как правило, указывает на леность, апатию, небогатую эмоциональную жизнь человека или жестчайший самоконтроль. Есть такие исключительные люди, которые полностью владеют собой. Моложавость тех же японцев объясняется тем, что сдерживание эмоций входит в традиции воспитания.

Девушек когда-то учили не хмурить лоб, наклеивая клейкую ленту вертикально между бровями. Актеры учатся «держать лицо», то есть управлять движениями лицевых мышц, заставлять их быть напряженными или расслабленными, переводя контроль над выражением лица от подсознания к разуму.

Между прочим, существует обратная зависимость между выражением лица и настроением человека.

Чтобы не быть голословным, я попрошу Вас попытаться изобразить на лице улыбку. Зеркало не нужно: нам важно «включить» нужные «улыбчивые мышцы», а не оценить себя с точки зрения привлекательности для противоположного пола. Итак, улыбнитесь! А теперь попробуйте проанализировать свои чувства (стараясь, чтобы улыбка за время анализа не «сползла» с Вашего лица). Вряд ли теперь Вам хочется думать о чём-то грустном. Если, конечно, Вы честно пытались улыбаться, а не «халтурили».


Теперь попробуйте нахмурится. Сдвиньте брови, наморщите лоб. Какое настроение теперь? А если просто поджать губы? Что изменилось? Может быть, вспоминаются былые обиды? А можно, например, улыбнуться не весело и симметрично, а косо, например одним уголком губ. Такая улыбка вызывается циничным отношением к чему-либо или к кому-либо. Попробуйте и убедитесь сами.

Таким образом, мы не только можем анализировать состояние человека по его мимике, но и влиять на собственное настроение путём несложных мимических манипуляций.

А умение владеть своим лицом, – настоящее искусство, которое ценится с древнейших времён. Владыки древности, как и современные политические лидеры, просто обязаны были в совершенстве владеть выражением своего лица, умело скрывать досаду, обиды, страх и неуверенность. Что бы ни говорил человек, слова его будут казаться весомыми только в том случае, если они подкреплены соответствующим выражением лица. Аристократов узнавали в любых условиях, – по манере держаться и выражению лица, несвойственному «черни». Но иногда и «простой» человек, имеющий хорошиё артистический дар и немного храбрости, мог успешно выдавать себя за весьма важную персону.

В наше время мало что изменилось. Хотя роли стали более гибкими и часто переходят одна в другую, но, тем не менее, по сей день очень часто вопрос о том, «кто есть ху», решается путём анализа выражения лица собеседника.

Естественно, спокойное, уверенное выражение лица, лёгкая полуулыбка, затрагивающая лишь кончики губ, слегка запрокинутая назад голова, позволяющая смотреть на собеседника снизу вверх (независимо от роста) из-под полуопущенных верхних век покажет, что Вы имеете дело с человеком, уверенным в себе и привыкшем доминировать. Однако нигде не написано, что Вы не можете совершить то же самое. Постойте у зеркала, придайте себе соответствующий вид. Освойте неподвижный, внимательный взгляд. Это не так сложно. Не отводите глаза, спокойно рассматривайте собеседника. Не хотите смотреть ему в глаза – не надо. Прекрасные результаты даст взгляд выше глаз, или в область переносицы. Гипнотизёры именно так и делают. Сдержите Ваши мимические порывы, – не спешите хохотать, даже если Вам весело, или огорчаться, если Вам сообщили нечто пренеприятное. Сдержать порыв смеха может мгновенное представление себя в ситуации, где смех неуместен. Представьте, что Вы находитесь на траурной церемонии (сцены из комедийных фильмов исключаются!). Если всё же вы чувствуете, что уголки Ваших губ предательски ползут вверх, скройте это каким-либо естественным жестом: «поправьте» очки на лбу, попутно «стирая» улыбку, отвернитесь к окну, как будто заинтересовавшись чем-то, потрите в задумчивости нос. Внезапное огорчение скрыть сложнее, попытайтесь укрыться за какой-либо фразой типа «Вот как? Надо же!», «Какая жалость!», «В самом деле?», указывающей, что для вас данное сообщение является негативным лишь формально, но не в реальности.

Такая модель поведения пригодится, если Вы собираетесь вести с кем-то серьёзный деловой разговор. В общении же с друзьями или родными совет всегда один – будьте естественны!

Хотя иногда бывает, что как раз естественное поведение для человека является более трудным, и ему легче освоить очередную роль или маску, чем попытаться быть собой. Что же, научиться быть собой труднее всего.

Потому что любой совет и любое указание лишь передаёт чужой опыт, чужие образы. К тому же директивные указания «Вы должны» негативно воспринимаются подсознанием, которое действует естественным образом только тогда, когда давление со стороны отсутствует.

Адепты дзэн-буддизма добиваются естественности длительными тренировками, которые длятся годами и даже десятилетиями. Для нас же, обычных мирян, хватит и того, что мы будем стараться применить на деле простой принцип: всё, что я сделал, я сделал наилучшим образом. Если бы я мог, я сделал бы лучше. Поэтому нет никакого смысла корить себя за то, что вы нечто сделали не так, где-то недоработали или могли бы приложить больше усилий. Принять к сведению, – нужно. Но «пилить» себя – занятие неблагодарное и лишённое практической пользы. К тому же человек, который не любит себя настолько, что готов грызть свою нервную систему по пустякам, вряд ли сможет эффективно существовать в нашем динамичном мире. А ведь мы хотим быть эффективными, не правда ли?

Но эффективность взаимодействий отнюдь не исчерпывается только выражениями лица. Иной раз поза может рассказать о состоянии человека не меньше, чем его выражение лица или взгляд. К тому же наблюдение за движениями и позицией человека имеет одну хорошую особенность: можно отвести взгляд, можно спрятать лицо. Но, общаясь с человеком, умудриться скрыть всё тело – такое удавалось разве что Гарри Гудини.

Таким образом, постараемся присмотреться к положениям нашего (и не нашего) тела более внимательно. Очень может быть, что некоторые познания в области психологии тела нам очень помогут в нелёгкой семейной жизни.

Итак, самое первое, на что можно обратить наше драгоценное внимание при изучении позиций тела, это его расслабленность или зажатость.

Как и напряжённое лицо, напряжённое тело указывает на то, что человек в общении с Вами испытывает определённые трудности.

Какого рода эти трудности, – определить иной раз можно и без помощи слов, но об этом позже.

Напряжённая поза видна невооружённым взглядом. Обычно при этом человек ещё и сутулится? как-то съёживается, становится меньше. Его движения становятся менее естественными, резкими, прерывистыми. И это вовсе не зависит от физического развития тела: даже недостаточно развитое тело, тем не менее, в естественной и ненапрягающей обстановке становится гибким и грациозным, приобретает известную красоту движений и создаёт ощущение естественности.

Конечно, речь не идёт о людях с явными физическими дефектами – инвалидах, или горбунах. Хотя зачастую эти люди настолько «обживают» своё тело, что даже окружающие как-то перестают замечать их недостатки.

Теперь разговор о другом, – когда физически здоровый человек при общении напрягается, теряет естественность и становится больше похож на робота, нежели на живого человека.

Помните, в начале разговора мы коснулись такого понятия, как личное пространство человека? Теперь попробуем применить его на практике.


Итак, Вы общаетесь с человеком. Обратите снимание, какая между вами дистанция? Можете ли вы дотянуться до него рукой? Нет? Видимо, вы пока не слишком доверяете друг другу. Такая дистанция может установиться даже между самыми близкими людьми, когда они в ссоре или обижены друг на друга. Ребёнок не подходит близко к человеку, которому не доверяет и которого боится. Хотя, может быть, это вы навязываете именно такую дистанцию? Что же, попробуйте просто её сократить. Подойдите ближе. Какова реакция собеседника? Воспринял сокращение дистанции нейтрально, положительно или же отодвинулся? Комментировать суть этих реакций, думаю, не стоит?

Существуют и другие способы «разрыва дистанции», когда человек не принимает вас в своё личное пространство, даже находясь в непосредственной близости. В первую очередь это физические барьеры в виде столов, стоек, дивана, стекла и прочее, и прочее. Причём использоваться все эти аксессуары могут чрезвычайно искусно, создавая ощущение естественности. Опытный манипулятор вполне естественно усядется так, что между вами окажется подлокотник кресла, предложит Вам кресло таким образом, что между вами окажется журнальный столик или напольная ваза, и даже если вы сядете на один диван, между вами каким-то непостижимым образом окажется декоративная подушечка или по крайней мере дистанционный пульт от телевизора.

Причём вовсе не обязательно, что это делается сознательно. Скорее, наоборот: человек показывает своё к вам отношение, сам не понимая. Более того: часто мы сами, не определившись сознательно в нашем отношении к человеку, тем не менее, бессознательный выбор уже сделали и показали его наглядно, инстинктивно отдернув свою руку при попытке поздороваться с Вами, или поспешно убегая в кухню, якобы за угощениями для гостя.

Конечно, возможен и прямо противоположный вариант: Ваш партнёр всеми возможными средствами пытается сократить дистанцию, садится поближе к Вам, в разговоре подходит вплотную, когда не то что руками, губами прикоснуться можно… Довольно привлекательный вариант, не правда ли? Думаю, не обязательно быть великим психологом, чтобы разгадать отношение к Вам этого человека.

Если к тому же ваш партнёр является человеком вашего возраста и противоположного пола, он совершенно расслаблен, движения его плавные и естественные, взгляд практически не отрывается от вашего лица… Смею высказать предположение, что это ничто иное, как любовь.

Впрочем, не обязательно любить человека, чтобы пытаться сократить дистанцию, войти в его личное пространство. Между прочим, нарушают личное пространство и обычные хулиганы, когда пытаются добраться до вашей физиономии. Однако тут взаимным доверием и не пахнет.

Однако, в общем, правило работает достаточно хорошо: если партнёр пытается подобраться к Вам поближе, (обычно на расстояние вытянутой руки), – значит, он вам доверяет и позволяет войти в круг своих интересов. Он вас допустил в своё личное пространство, а это подразумевает достаточно высокую степень доверия, ведь теперь Вы можете влиять на него в открытую, своей энергетикой. Впрочем, как и он на Вас.

Хотя расстояние – это ещё далеко не всё. Дело в том, что сами по себе границы личного пространства у разных людей – разные. Некоторые испытывают тревогу уже в том случае, если видят кого-то на горизонте, другие не реагируют даже на физический контакт. Так что мерить всех одной меркой, увы, не удастся.

К счастью, существуют и другие методы, позволяющие более или менее достоверно определить степень заинтересованности в вас вашего партнёра. Например, положение его ступней.

Действительно, наши носки указывают как раз то направление, куда мы направляемся, если, конечно, у нас нога не вывернута наизнанку. При ходьбе носки всегда «смотрят» вперёд, предугадывая направление движения. Когда человек стоит, наблюдается то же самое, только в статике.

А теперь обратите внимание на носки вашего партнёра. Куда они указывают (имеется ввиду положение, когда партнёры стоят друг напротив друга)? Прямо на вас? Очень хорошо. Значит, данный индивид никуда бежать не собирается и явно заинтересован в общении с Вами. Конечно, это правило действует только при благоприятных обстоятельствах. Если вы вместе рассматриваете витрину магазина, было бы, согласитесь, несколько неестественным со стороны Вашего партнёра выворачивать носки ног в Вашу сторону, ориентируя туловище в обратную. Но в целом тенденция, думаю, ясна. В групповом общении правило работает подобным образом: если партнёры стоят лицом друг к другу, носки их ног взаимно параллельны, третий здесь – лишний, и его будут просто игнорировать. Причём делаться это может самыми различными способами: от полного неприятия до гневного отпора. Даже если с Вами перебросятся несколькими словами, то суть их будет сводится лишь к побуждению Вас оставить партнёров в покое.

Другое дело, когда в ответ на просьбу вступить в разговор один из партнеров (лучше – оба) немного развернуться в вашу сторону, причём не только корпусом, но и носками ступней. Таким образом, можно рассчитывать, что Вас приняли в разговор – вас впускают в своё личное пространство.

В случае, когда к Вам обернулись только корпусом, не разворачивая ступней, подразумевается, что Вам уделят внимание ровно настолько, сколько нужно, чтобы избавиться от Вашего присутствия. На длительный заинтересованный разговор можно рассчитывать не ранее, чем когда беседующие развернутся к вам носками ног. Правда, чрезмерность тут только во вред: если один из партнёров вдруг вплотную разворачивается к вам, его носки смотрят прямо на вас, лицо приближается вплотную, а руки, прям таки, стремятся к физическому контакту, означает это, как правило, что нас, как господина Паниковского, будут бить, возможно, ногами.

Между прочим, подходить к паре, которая беседует, находясь в позиции, описанной выше – то есть лицом друг к другу, просто невежливо. Это означает нарушение установившегося контакта. Так что если Вам нужно что-то срочно узнать, поищите одинокого человека или же группу, которая на данный момент находится в открытой позиции. Открытая позиция отличается положением партнёров по отношению друг к другу – обычно они повёрнуты друг к другу вполоборота, носки ног ориентированы не прямо друг на друга, а немного в сторону. Такая пара (или группа) допускает «вторжение» со стороны. Открытая позиция вовсе не означает, что партнёры не заинтересованы друг в друге. Обычно это значит, что разговор ведётся не слишком важный, допускающий вмешательство со стороны. Просто развлекательная беседа.


Следует учитывать, что положение носков ног даёт иной раз более объективную информацию, нежели общее положение туловища. Так, полуоборот корпуса одного из партнёров в группе в Вашу сторону при неизменившемся положении ступней вовсе не означает, что Вас готовы принять в свой кружок. Скорее, наоборот: от Вас собираются «отмахнуться». Совсем другое дело, если на Ваше намерение присоединиться к беседе к Вам оборачивают носки ног, не ориентируя пока в вашу сторону туловище: видимо, собеседники просто спешат закончить некую важную тему, и вскоре займутся Вами.

Но положение туловища также имеет огромное значение. Обратите внимание, в закрытой либо открытой позиции находится Ваш собеседник. Что? Вы не знаете, что такое закрытая позиция? Тогда представьте, что вы собираетесь ударить человека чем-то тяжёлым. Что он делает? Правильно: закрывается руками, коленями или чем-то иным. При этом тело его, как правило, съёживается, напрягается, и, образно говоря, «ждёт удара». Другое дело открытая позиция: представьте, что вы что-то дарите вашей жене (мужу, ребёнку, тёще). Что-то, что ей (ему) не терпелось заполучить на протяжении долгих лет. Позиция вашего партнёра? Широко раскрытые руки ладонями к вам, тело поёт от радости, какая там зажатость!

На самом деле, открытые и закрытые позиции бывают самыми различными, так что приведенный мною пример просто одна из иллюстраций, передающая, скорее, душевное состояние человека, демонстрирующего закрытую либо открытую позицию. Хотя различить эти позиции по внешним признакам не составит большого труда.

Закрытые позиции подразумевают «замыкание» энергетических каналов на себя (говоря языком биоэнергетики), поэтому в такой позиции конечности вашего собеседника будут замкнуты. То есть руки будет переплетены крест-накрест, нога заложена за ногу или вовсе образуют подобие лиан, пальцы рук, как правило, в замке. Правда, описанная позиция является слишком уж демонстративной. Как правило, человеку хватает одного из подобных жестов, чтобы продемонстрировать вам свою закрытость. Например, просто скрестить пальцы или заложить ногу за ногу. Вот вам и закрытая, или защитная, позиция – человек просто защищается от вас, от вашего мнения, вашего влияния. Он не принимает ваших внушений, ему не хочется, чтобы вы убеждали его в чём-то. Даже если ваш собеседник и согласится с вами, однако позы не переменит, значит, внутренне он всё равно остался при своём мнении.

Вообще любого человека переубедить трудно. На самом деле мы всегда лучше других знаем, что нужно именно нам. И решения со стороны могут быть только навязаны. Поэтому, перефразируя известную народную мудрость про тёщины советы, можно дать такую рекомендацию: выслушай советы со стороны и поступи по-своему. И удивляться тому, что Ваши домашние так неохотно следуют Вашим лучшим советам, или, хуже, вовсе их игнорируют, не стоит. Даже самые лучшие советы даются со своей колокольни, и, как правило, не учитывают мировоззрения и запросы самого человека. Да, возможно, воспользуйся он Вашими советами, было бы, в самом деле, лучше. Вопрос только – кому?

Продолжим разговор о позициях. Закрытая позиция символизирует некоторую скованность, недоговорённость, замкнутость. Собеседник, принявший замкнутую позицию, не собирается доверяться Вам или делиться с вами своей энергией. Когда человек чего-либо боится, он также находится в закрытой позиции.

Закрытую позицию легко распознать интуитивно. Вы обязательно почувствуете её именно как закрытую.

Если же Вы не полагаетесь на интуицию, то просто обратите внимание на положение конечностей собеседника. Как уже говорилось ранее, нога, закинутая на ногу, или сплетённые между собой ноги, – признак закрытости. То же самое с положениями рук: переплетённые на груди руки в классическом жесте «я Вас слушаю» (руки переплетены на груди, корпус откинут на спинку кресла, голова запрокинута назад – взгляд «свысока») на деле означают нечто вроде «слышать Ваши глупости не хочу». Причём форма ручных «замков» может быть самой разнообразной: к примеру, вовсе не обязательно полностью переплетать руки. Охватите одной рукой кисть другой – вот Вам и закрытый жест. Закрытый жест используют футболисты, становясь в «стенку». Кулак, захваченный в ладонь, – также одна из разновидностей «замка». Да ещё и со скрытой угрозой… Часто на такой «замок» опираются подбородком, что имитирует пристальное внимание, однако, как правило, им не является.

Иногда достаточно просто переплести пальцы. Помните другую народную мудрость, средство от сглаза? Обычная фига в кармане (имеется ввиду известная конфигурация пальцев, а не экзотический фрукт). Так это и есть закрытый жест, который «охраняет» нас от чужого влияния путём обычного замыкания энергетики тела «на себя». Наши предки вовсе не были такими неграмотными и дремучими, как это зачастую нам представляется.

Вообще положение рук, – это отдельный разговор. Вот крутит человек в руках карандаш, как определить, закрыт он от вашего влияния или нет? А ведь это возможно. Нужно просто обратить внимание на положение ладоней: какой стороной они обращены к вам? Если тыльной стороной ладони, – значит, Вам всё-таки не доверяют или просто не слишком откровенны. Если же вам демонстрируют открытую ладонь – это прекрасно! Недаром таким открытым жестам специально обучают обслуживающий персонал в развитых странах. Ведь на работе постоянно демонстрировать искренность и доброжелательность трудно, тут и приходят на помощь заученными приёмы, которые, как правило, бессознательно, человек принимает за искреннее проявления чувств.

С открытыми и закрытыми позициями хорошо знакомы психологи и специалисты НЛП: они используют их в своей деятельности очень широко. Обратите внимание ещё на один достаточно распространённый манёвр: если Вы симпатичны своему собеседнику, если он заинтересован в контакте с вами, он будет стремится сократить расстояние между Вами. Он допустит вас в своё личное пространство. Наклон головы в Вашу сторону, общая ориентация туловища к Вам – это хорошие признаки. Если партнёр к тому же пытается прикоснуться к Вам, положить руку на плечо или взять Вашу руку в свою, – его интерес к Вам не вызывает сомнений.


Все знают типичные жесты отрицания и соглашения. Отрицаем мы, как правило, поворотом головы из стороны в сторону или же аналогичными движениями рук. Соглашающийся жест производится кивком головы. Но использовать эти жесты человек может не только сознательно, но и бессознательно.

Если в разговоре Вы заметили, что в ответ на Ваше предложение голова партнёра едва заметно дёрнулась в сторону, скорее всего, он не согласится с Вами. Такие жесты могут вплетаться в контекст любой беседы вполне непринуждённо, как бы сами по себе, отдельно от темы разговора. Однако на них следует обращать первоочередное внимание, ибо как раз слова часто скрывают суть намерений собеседника, а в жестах он раскрывается. Любой разговор подразумевает одобрение или неодобрение, и нам зачастую непросто понять, как на самом деле собеседник относится к сказанному. Не проще это сделать и в своей семье.

Может быть, Ваши близкие по каким-то причинам не собираются откровенничать. Возможно, они имеют причины для того, чтобы их мнение не было высказано вслух. Но знать их истинные намерения не помешает. Другое дело, как мы распорядимся этим знанием.

Ведь если человек, пусть и совсем близкий, нечто скрывает от вас или предпочитает не афишировать своё мнение, то для этого обязательно найдутся веские причины. И было бы верхом бестактности применять свои психологические познания для того, чтобы «разоблачать» этих людей.

«Разоблачения» очень редко приносят пользу, а вот накалить обстановку, оттолкнуть людей друг от друга, посеять между ними недоверие могут очень даже просто. Так что следует очень хорошо подумать, следует ли открывать другим то, что заметили только Вы.

Тем более что в ряде случаев рассмотренные нами жесты и позиции тела могут означать нечто иное. Так, для некоторых «закрытая» позиция ноги за ногу вовсе не является защитной, просто им удобно так сидеть, и всё. Зачастую мы сами можем наблюдать, как во вполне комфортной обстановке и в полном одиночестве нам удобнее сидеть именно так. Привычка, что поделаешь… Так что делать поспешные выводы не стоит. Вместо этого лучше внимательнее понаблюдать за своими близкими: как они ведут себя в различных ситуациях, каковы их привычки, стереотипы поведения, особенности реакции.

Мастера восточных единоборств утверждают: если ты не знаешь не себя, ни противника, ты проиграешь. Если ты знаешь только себя, но не знаешь противника, один раз выиграешь, а один – проиграешь. Если ты знаешь и себя, и противника – будешь выигрывать всегда. Правило это верно и в психологии, разве что слово «противник» уместнее заменить словом «партнёр». Ваш капитал – это Ваши наблюдения, ваш опыт в общении с близкими. Пусть в этом деле помогут те приёмы, которые мы разобрали выше.

Однако не стоит зацикливаться на механическом наблюдении и анализе, ведь живое общение с реальным человеком, общение, не замутнённое пристальными взглядами и оценкой жестов, положений рук, головы, ног и так далее, даст намного больше, нежели подобный тестинг.

И, тем не менее, знать некоторые психологические особенности самовыражения человека не помешает. Поэтому попробуем углубиться в частности, то есть рассмотреть непроизвольные и бессознательные движения и жесты человеческого тела более подробно. Познакомимся поближе с ладонью, этим зеркалом человеческого тела.

Открытая ладонь, повёрнутая к собеседнику, это жест откровенности, искренности, добродушия и добрых намерений. Если, конечно, это не вариант «медвежьей лапы» в китайском Ушу, что в современных условиях часто очень даже может быть. Открытая ладонь – антипод кулака, и хотя ладонью тоже неплохо ударить (вспомним пощёчины), однако в общественном сознании ладонь ассоциируется всё же с жестом мира и открытости, нежели с агрессией. Возможно, это связано с древними хиромантскими культами, гаданиями по руке, которое, как известно, проводилось на открытой стороне ладони, но никак ни на тыльной. Таким образом, человек, демонстрирующий нам открытую ладонь, как бы открывает себя, свою судьбу, характер и помыслы.

Следовательно, если к Вам партнёр оборачивает открытые ладони, – это очень даже неплохо. С Вашей стороны, использование открытой ладони в разговоре покажет, что вы имеете самые искренние намерения, не способны на агрессивные действия и вообще находящийся перед вами человек – самый интересный и удивительный собеседник на планете. Можно, конечно, отрепетировать этот жест возле зеркала, но не забывайте о том, что в данном случае сильна и обратная зависимость: часто человек, демонстрирующий партнёру открытую ладонь, просто не в состоянии лгать. Так что не всё так просто…

Как же на практике использовать данный жест? Обычно это не так сложно. При встрече, например, можно имитировать объятия на расстоянии (хотя в отношениях с близкими зачем имитировать – просто обнимитесь), можно просто широко развести руки. Доказывая что-то, можно активно жестикулировать, стараясь, чтобы ладони «смотрели» на собеседника.

Если собеседник принял Вашу игру, также открыл вам свои ладони, вы быстро наладите контакт. Однако может быть и наоборот: его открытая ладонь обращена вверх, на вас «смотрит» тыльная сторона, или вовсе он прячет руки за спину или в карманы. Жест этот, присущий скорее детям, тем не менее, очень распространён. «На воре и шапка горит» – выражение не просто красивое, но и практичное.

Человек, который прячет руки, явно замыслил (или уже реализовал задуманное) нечто нехорошее по отношению к Вам или Вашим близким.

Посему скрытие под любым предлогом рук в целом считается психологами признаком недоговорённости, злокозненности и недоверия. Кстати, для того, чтобы скрыть свои намерения, люди часто применяют и такие распространённые вспомогательные средства, как перчатки для рук или тёмные очки для глаз. Поэтому, затевая важный для вас разговор, на котором Вам хотелось бы заглянуть собеседнику в душу, ни в коем случае не надевайте перчатки или очки (даже обычные).

Знаком тревоги для Вас может являться также жест, при котором партнёр оборачивает кисть тыльной стороной вверх – жест доминирования. Вы гладили когда-либо кошку либо собаку? Нет? Только ребёнка? Разница небольшая (в жесте!). Ладонь обращена книзу, жест покровительственно-ласковый. Таким жестом при случае можно и хлопнуть по голове, чтобы «не высовывался». Примерно то же самое имеет в виду Ваш партнёр, демонстрируя вам подобный жест. Например, тёща, убеждающая зятя, что она его вторая мама, поэтому он обязан её во всём подчиняться. Причём содержание её слов могут вовсе не совпадать с истинными намерениями. Ведь даже просить можно в повелительной форме. Обычный типаж – председатель колхоза на шумном сельсовете: громыхая кулачищем по столу, орёт на весь зал дурным голосом:


– Прошу тишины!

Что это? Просьба или приказ? Или милая просьба жены:

– Ты не вынесешь мусор, дорогой? Корзина там, на коридоре… – и на дверь уже направлен указующий перст. Попробуй не пойди. Интонация вроде просящая, а вот палец так решительно выставлен в вашу сторону, словно дуло пистолета: шаг влево, шаг вправо – считается побег…

Между прочим, указывать пальцем на собеседника также психологически некорректно. Дело даже не в вежливости. Дело в том, что такое указывание, – демонстрация доминирования, что естественно, другому вряд ли понравится.

Так что в разговоре с близким вам человеком постарайтесь подобных жестов избегать.

К тому же нередко указующим жестом выражали презрение, «выявляли» недостойных. Психологический подтекст этих средневековых ситуаций жив и по сей день, поэтому стоит задуматься: нам надо наживать себе врагов? Если нет, то лучше от «указаний» воздержаться. А если уж и указывать, то всей рукой, а не одним пальцем, держа при этом ладонь перпендикулярно земле. Жест это более дружелюбный и воспринимается нейтрально.

Тесно связано с рассмотренными нами жестами и рукопожатие. Вообще, рукопожатий великое множество. Сколько людей, столько и рукопожатий. При этом каждый человек в разных условиях будет пожимать руку по-разному. Меняется рукопожатие и при изменении физического самочувствия человека. Так, больной ослабленный человек будет не в состоянии крепко пожать Вам руку, – его рукопожатие будет вялым и слабым.

Первое, на что обычно обращают внимание при рукопожатии, – это на его силу. В самом деле, вялое рукопожатие оставляет довольно неприятное впечатление. Как правило, это ощущение не обманывает – человек, который здоровается с Вами чисто формально, как правило, не станет долго держать Вашу руку и крепко её пожимать. Скорее всего, он ограничится слабым пожатием кратковременным контактом, после которого его рука выскользнет из Вашей, подобно скользкой лягушке. Будьте внимательны: этот человек, скорее всего, не заинтересован в контакте с Вами. Может быть, он просто спешит, хотя в случае спешки пожатие, как правило, достаточно энергичное, просто руку вырывают чуть раньше, чем Вы ослабите свою хватку.

Слабое пожатие при том, что Ваш собеседник не спешит убирать свою руку, свидетельствует не столько о том, что с Вами не хотят общаться, сколько о характере собеседника: скорее меланхоличном, слабом, неактивном. Сильное же и энергичное рукопожатие расскажет о характере энергичном, сильном и жизнерадостном. В то же время даже у обычно сильного и энергичного человека бывают депрессии или периоды слабости, о чём незамедлительно поведает его ставшая вялой и бессильной рука.

Теперь посмотрим, в какой позиции оказалась Ваша ладонь при пожатии. Ваши ладони находятся в строго перпендикулярном полу положении? Великолепно! И Вы, и Ваш партнёр полны взаимного уважения и готовы общаться на равных.

Совсем другое дело, когда Ваша рука оказывается немного повёрнутой ладонью вверх, а рука партнёра накрывает её сверху. Это уже позиция доминирования («дай лапу»), в которой подчинённую роль навязывают Вам. Хотя почему навязывают? Попробуйте понаблюдать за собой: может быть, Вы сами подаёте руку таким образом, что при рукопожатии она оказывается снизу? Может быть, Вы бессознательно чувствуете превосходство своего партнёра, и просто подстраиваетесь под него?

В любом случае при таком пожатии вряд ли далее можно рассчитывать на разговор на равных. Скорее всего, Вы окажетесь в положении Ребёнка, которому сейчас начнёт читать нотации (поучать, одобрять, ругать, хвалить) взрослый. Причём практически не имеет значения, кто из Вас старше. Иной раз наши дети могут поставить себя в такое положение, при котором мы, их родители, будем играть роль Ребёнка, в то время как коварный отпрыск станет уверенно командовать Вами из роли Родителя. Вам это надо? Надо так надо, а если нет – что же, попробуйте исправить положение на самом раннем этапе: при рукопожатии. Сделать это несложно: во-первых, уже подавая руку, несите её прямо, не поворачивая ладонью кверху. Получилось? Хорошо. А если нет, если ваш партнёр уже при рукопожатии пытается «завернуть» вам ладонь, пожалуйста! Немного повернитесь к нему таким образом, чтобы ваша рука сама выровняла положение. Это похоже на захват руки в самбо, только практически незаметный и без применения силы. Ни в коем случае не стоит применять силу! В таком случае вы заранее проигрываете, нарушив контакт. В лучшем случае ваш партнёр сделает вид, что ничего не заметил, в худшем – включится в соревнование, и тогда не исключено разбирательство с помощью кулаков. В любом случае контакт будет испорчен.

Потренироваться в «выравнивании» ладони несложно. Позовите детишек, поиграйте с ними в интересную игру – «кто кого передержит». Возьмитесь за руки и повертитесь друг перед другом, – времени займёт немного, да и развлечёт немного. Зато потом подобные умения обязательно пригодятся. Если простое разворачивание не поможет, попробуйте просто немного подшагнуть к партнёру, тогда его хватка ослабнет сама собой, и можно будет незаметно выровнять положение ладоней.

Впрочем, допускать обратное, то есть Ваше доминирование в рукопожатии, также не стоит. Конечно, бывают разные ситуации, однако в самые первые секунды контакта нарушить статус-кво, заставляя партнёра ощущать ваше превосходство (которое он, может быть, и не признает) – не самое лучшее начало контакта.







Данный текст является ознакомительным фрагментом.




Продолжение на ЛитРес








Роль мимики в социальных взаимодействиях

Philos Trans R Soc Lond B Biol Sci. 2009 Dec 12; 364 (1535): 3453–3458.

Wellcome Trust Центр нейровизуализации при UCL, Центр функциональной интегративной неврологии, Орхусский университет, Орхус, Дания

Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Выражения, которые мы видим на лицах других людей, задействуют ряд различных когнитивных процессов. Эмоциональные выражения вызывают быстрые реакции, которые часто имитируют эмоции на наблюдаемом лице.Эти эффекты могут возникать даже для лиц, представленных таким образом, что наблюдатель их не замечает. Мы также очень хорошо умеем четко распознавать и описывать выражаемые эмоции. Недавнее исследование, сравнивающее выражения лиц человека и гуманоидного робота, предполагает, что люди могут распознавать выражения, сделанные роботом явно, но не могут отображать автоматический, неявный ответ. Эмоциональные выражения лиц не просто рефлексивны, но имеют коммуникативный компонент.Например, эмпатическое выражение боли — это не просто рефлексивная реакция на вид боли в другом человеке, поскольку они преувеличены, когда сочувствующий знает, что за ним наблюдают. Кажется, мы хотим, чтобы люди знали, что мы эмпатичны. Особое значение среди мимики имеют демонстративные жесты, такие как вспышка бровей, которые указывают на намерение общаться. Эти жесты указывают, во-первых, что отправителю следует доверять, а во-вторых, что любые последующие сигналы важны для получателя.

Ключевые слова: эмоция, лицо, осознание, коммуникация

1. Множественные системы распознавания эмоций

Становится все более очевидным, первоначально из исследований неврологических пациентов с ограниченным повреждением головного мозга, что большая, если не большая, обработка информации происходит в мозгу без какого-либо сопутствующего сознательного опыта. Конечные продукты этой обработки информации часто становятся доступными сознанию, но во многих случаях эти бессознательные процессы могут управлять поведением без какой-либо необходимости в осознании.Наиболее ярким примером этого является слепое зрение (Weiskrantz & Warrington 1975). В таких случаях у пациентов возникает повреждение первичной зрительной коры, в результате чего они становятся слепыми в соответствующей части поля зрения. Тем не менее, если стимул быстро перемещается, например, через это слепое поле, пациент может «угадать» направление этого движения значительно лучше, чем случайность. Другой пример — пациент Д.Ф. которая в результате повреждения нижней височной коры также фактически слепа, поскольку не может распознавать объекты по их форме (Goodale et al. 1991). Несмотря на эту проблему, когда она тянется к объекту, она формирует свою руку в соответствии с формой объекта. В ее случае информация о форме предметов доступна для достижения соответствующего хватательного поведения, но не входит в сознание.

После этих демонстраций те же явления были продемонстрированы у здоровых добровольцев. Поведенческие исследования показали, что мы знаем о визуальном мире гораздо меньше, чем думаем (например, слепота к изменениям, Rensink et al. 1997; слепота невнимания, Mack & Rock 1998). Кроме того, мы совершаем точные тянущие и захватывающие движения с до , мы узнаем стимулы, вызывающие эти движения (Castiello et al. 1991; Pisella et al. 2000), и на нас могут влиять значения слов, которые мы не осознаем, что видели (Marcel 1983). Исследования изображений мозга также подтвердили, что стимулы, о которых добровольцы не подозревают, тем не менее вызывают активность в головном мозге (например,грамм. Beck et al. 2001), и что эту активность можно наблюдать вплоть до тех областей, которые связаны с обработкой смысла (например, Dehaene et al. 1998).

Эти результаты показывают, что существует по крайней мере два процесса, посредством которых сенсорные сигналы могут быть преобразованы в поведение: один связан с сознанием, а другой — нет. Эти процессы, кажется, происходят параллельно, а не бессознательная обработка, являющаяся ранней стадией пути к сознанию.Похоже, что этими двумя путями извлекаются разные виды информации. Например, когда я тянусь и хватаю, мне нужна информация о форме объекта, который я собираюсь схватить, но эта информация требует эгоцентрической точки зрения. Точный характер досягаемости и схватывания зависит от точных пространственных отношений между мной и объектом. Напротив, когда я узнаю объект по его форме, мне нужна информация о форме объекта, которая не зависит от моей текущей точки зрения, чтобы объект можно было идентифицировать даже с необычного взгляда (Schenk 2006).Таким образом, эти два пути восприятия, по-видимому, выполняют разные функции.

Конечно, было бы чрезмерным упрощением предполагать, что существует всего два независимых пути к действию. Вероятно, будет много маршрутов, и, кроме того, между этими маршрутами будут взаимодействия (например, Braddick et al. 2000). Однако остается важное различие между теми путями, которые ведут к сознательному осознанию, и теми, которые этого не делают (Frith et al. 1999). Вопрос о том, почему только некоторые пути связаны с сознанием, представляет большой интерес, но в этой статье мы не будем его подробно рассматривать.Наша интуиция подсказывает, что сознание играет очень важную роль в нашем поведении, но на удивление трудно точно определить, какова эта роль. Конечно, это не тот случай, когда обработка, ведущая к сознанию, в некотором смысле лучше обработки, которая не ведет к сознанию. Некоторые задачи лучше усвоить без осознания (например, Fletcher et al. 2005). Самоанализ об источниках нашего поведения может ввести в заблуждение (например, Johansson et al. 2005). В социальной сфере, как мы увидим позже в этом эссе, один и тот же сигнал может иметь очень разные эффекты в зависимости от того, достигает он или нет сознания. Роль сознания в нашей реакции на эмоции столь же сложна и плохо изучена.

Напротив, роль бессознательных процессов, возможно, понята немного лучше. Бессознательные пути к действию, кажется, применимы, когда нужно быстро реагировать. Например, эти два пути задействованы стимулами, вызывающими страх (LeDoux 2000).Я отпрыгну от змееподобного объекта на пути, прежде чем я пойму, что это всего лишь изогнутая палка. В этом случае есть явное преимущество выживания за счет быстрого реагирования на сигнал об опасности, даже если сигнал был неправильно интерпретирован. В оставшейся части этой статьи я буду рассматривать использование различных видов мимики в качестве сигналов, которые также могут обрабатываться как с сознанием, так и без него.

2. Эмоциональное заражение: скрытая имитация мимики

Социальные взаимодействия зависят от сложных сигналов во многих модальностях.Однако для человеческих взаимодействий устная речь играет настолько важную роль, что мы часто забываем о важности невербальных сигналов. Среди этих невербальных сигналов мимика играет важную роль в социальных взаимодействиях (Adolphs 1999; но см. De Gelder 2009). Сначала я рассмотрю лицевые сигналы, которые обрабатываются без осознания. Вид человеческого лица, выражающего страх, вызывает у наблюдателя пугающие реакции, о чем свидетельствует увеличение вегетативных маркеров возбуждения (Ohman & Soares, 1998) и повышение активности миндалевидного тела (Morris et al. 1996). Этот эффект возникает даже тогда, когда наблюдатель не осознает выражение лица, потому что оно было замаскировано (см. Pessoa (2005) для обзора). Процесс, с помощью которого вид испуганного лица вызывает страх у наблюдателя, является примером более общего эффекта, известного как отражение или заражение, когда наблюдатель имеет тенденцию скрытно и бессознательно имитировать поведение наблюдаемого человека. Этот эффект проявляется в целом ряде форм поведения: мимике (Dimberg et al. 2000), движения конечностей (Kilner et al. 2003), жесты (Chartrand & Bargh 1999) и многие аспекты речи (Pickering & Garrod 2004). Однако, как будет показано ниже, величина этой автоматической мимикрии модулируется рядом факторов, включая социальный контекст и отношения между наблюдаемым и наблюдателем (Bourgeois & Hess 2008).

У такого поведения зеркалирования много преимуществ. В случае речи зеркальное отображение способствует большему выравниванию коммуникантов с точки зрения словарного запаса и грамматики, что облегчает общение.Эксперименты по имитации жестов во время разговора показывают, что имитируемый человек чувствует себя более дружелюбным по отношению к другому говорящему и впоследствии ведет себя более просоциально (например, с большей вероятностью будет отдавать деньги на благотворительность; Van Baaren et al. 2004).

Однако эти эффекты, вероятно, возникают только тогда, когда человек не осознает имитацию (Lakin & Chartrand 2003). Это интересный случай, когда кажется, что действие сигналов сильно различается в зависимости от того, воспринимаются они сознательно или нет.

Представления о преимуществах бессознательной имитации мимики носят более умозрительный характер. Вид испуганного лица может быть намеком на то, что есть чего бояться и что наблюдатель должен быть бдительным. Кроме того, выражение страха на лице повышает бдительность: расширение глаз увеличивает размер поля зрения, а расширение ноздрей увеличивает вдохновляющую способность и усиливает обоняние (Susskind et al. 2008 г.). Таким образом, имитируя выражение страха, мы повышаем нашу чувствительность к сенсорным сигналам и становимся более бдительными. Напротив, выражение отвращения — это сигнал о том, что есть какое-то ядовитое вещество, которого следует избегать. Выражение отвращения на лице имеет противоположный эффект выражению страха. Глаза сужаются, уменьшая размер поля зрения, а нос сморщивается, сужая носовые ходы и уменьшая воздействие запахов. Имитируя выражение отвращения, мы уменьшаем воздействие потенциально вредных раздражителей.

Проблема, требующая дальнейшего исследования, касается механизма, с помощью которого люди могут скрытно распознавать выражения эмоций на замаскированных лицах, которые они не осознают (Dimberg et al. 2000). Есть некоторые свидетельства того, что такое распознавание зависит от подкорковых путей к миндалине (через верхний бугорок и пульвинар), которые обходят первичную зрительную кору (Morris et al. 1999). Эта идея подтверждается демонстрацией того, что пациент (G.Y.) с серьезным повреждением левой затылочной коры, тем не менее, может распознавать (то есть делать лучше, чем случайные предположения) эмоциональные выражения лица в своем слепом поле зрения (de Gelder et al. 1999). Дальнейшие доказательства этого предположения получены из исследований роли различных пространственных частот в распознавании лиц. Vuilleumier et al. (2003) показали, что активность веретенообразной коры головного мозга была связана с идентичностью лица с представлением высокой пространственной частоты, в то время как активность миндалины была связана с эмоциями лица с представлением низкой пространственной частоты.Распознавание выражения лиц в маске подкорковым путем может зависеть от сигналов о лице, передаваемых низкими пространственными частотами. Одна интересная возможность состоит в том, что критическим признаком испуганного лица является белая область вокруг глаз, которая становится больше, когда глаза широко открыты. Whalen et al. (2004) показал, что активность миндалины вызывалась замаскированными испуганными лицами, даже когда вся информация, кроме белков глаз, была удалена. Остается показать, как этот знак может быть так быстро извлечен из визуального сигнала в отсутствие корковой обработки.

Быстро и незаметно обрабатываются не только выражения эмоций на лице. Направление взгляда — еще один важный сигнал на лице при наблюдении за поведением других. Мы очень чувствительны к направлению взгляда и можем с большой точностью обнаружить цель взгляда (Anstis et al. 1969). Эта способность позволяет нам узнать, на кого или на что смотрят люди, и может раскрыть их интересы и намерения. Направление взгляда использовалось как подсказка при выполнении скрытых задач.В этих задачах добровольцы должны обнаружить цель, которая ненадолго появляется слева или справа от фиксации. Перед предъявлением цели отображается центральная подсказка, например стрелка, указывающая влево или вправо. Время реакции для обнаружения цели модулируется этой репликой, она быстрее, когда реплика совпадает с местоположением цели, и медленнее, когда она неконгруэнтна. Обычно совпадающие сигналы представлены в 80 процентах испытаний, а несовместимые сигналы — в 20 процентах испытаний. Если в качестве реплики использовать лицо с глазами, смотрящими влево или вправо, обнаруживается тот же эффект конгруэнтности (Driver et al. 1999). Однако поразительно, что этот эффект конгруэнтности возникает, даже если глаза постоянно смотрят в неправильном направлении. Bayliss et al. (2006) использовал серию лиц в качестве сигналов в скрытой задаче на внимание. Направление взгляда на некоторых лицах всегда совпадало с расположением следующей цели, в то время как другие лица всегда смотрели в неконгруэнтном направлении. Эффект взгляда на время обнаружения целей не зависел от личности лиц. Другими словами, добровольцы присутствовали в направлении, указанном взором, даже на лицах людей, которые постоянно смотрели в неправильном направлении.Этот результат говорит о том, что наша склонность следить за направлением взгляда других людей происходит автоматически, и ее трудно подавить. С другой стороны, волонтеры кое-что узнали об этих людях. Лица, которые постоянно давали неверные сигналы, были признаны менее заслуживающими доверия.

3. Явное распознавание выражений лица

Параллельно с бессознательным маршрутом обработки лица существует сознательный маршрут, который задействуется, например, когда добровольцев явно просят идентифицировать личности или выражения лиц.Доказательства того, что эти два пути действительно параллельны, получены из исследования пациентов, которые приобрели неспособность узнавать лица (прозопагнозия) в результате травмы головного мозга, обычно правой височной доли (Calder & Young 2005). У таких пациентов также обычно возникают трудности с распознаванием мимики. Однако есть свидетельства того, что эти пациенты по-прежнему скрытно узнают лица. Например, Tranel и Damasio (1988) описывают четырех пациентов с прозопагнозией в результате затылочно-височных поражений, которые все показали скрытое распознавание с точки зрения большей реакции проводимости кожи (SCR) для знакомых лиц.Другими словами, хотя они не могли идентифицировать знакомые лица, представление этих лиц вызывало эмоциональный отклик. Еще одно свидетельство использования этих двух путей было получено от пациентов с синдромом Капгра. Этот синдром может возникать как при психических заболеваниях, так и в результате структурного повреждения головного мозга. Пациенты Capgras могут узнать лицо знакомого человека. Однако они считают, что очень знакомых людей заменили самозванцы, двойники или инопланетяне, и часто придерживаются этого убеждения с крайней убежденностью (Ellis & Lewis 2001).Эллис и Янг (1990) предположили, что синдром Капгра является результатом нарушения аффективного пути к распознаванию лиц и, таким образом, является зеркальным отражением прозопагнозии. Они узнают лицо знакомого человека, но не испытывают эмоциональной реакции, которая обычно сопровождает такое узнавание. В результате лицо не кажется правильным. В соответствии с этой идеей было показано, что пациенты Capgras не демонстрируют усиленных реакций SCR на знакомые лица (Ellis et al. 1997).

Мои коллеги под руководством Тьерри Шаминада недавно завершили исследование изображений, в котором добровольцам были показаны различные динамические выражения лица, отображаемые человеком или роботом (робот-гуманоид WE-4RII; лаборатория Таканиси). Этот робот включает в себя упрощенную версию лицевых устройств, определенных Экманом и Фризеном (1978), и может отображать гнев, радость и отвращение. Наши добровольцы без труда распознали выражения лица робота. Нейронная активность, вызываемая мимикой этого робота, еще предстоит определить.Интересная возможность состоит в том, что активность в таких областях, как миндалина, связанная с эмоциональными реакциями, не будет вызвана роботами. Такой образец ответов имел бы очевидные параллели с описанным выше случаем синдрома Капгра. Здесь пациент видит человеческое лицо и узнает личности и выражения, но не чувствует эмоционального резонанса. Во многих случаях пациент считает, что человека заменили роботом (Ellis & Lewis 2001). Может оказаться, что феноменология, описанная пациентом, верна в том смысле, что опыт действительно похож на тот, который возникает при наблюдении за роботом.

Это предположение предполагает, что наблюдение за роботами не может автоматически вызывать заразную мимикрию, которая возникает, когда мы наблюдаем за другими людьми. Есть некоторые свидетельства в пользу этого предположения. Как упоминалось выше, Kilner et al. (2003) показал, что наблюдение несовместимых движений другого человека мешает его собственным движениям. Однако это вмешательство не происходило, когда несовместимые движения выполнялись манипулятором робота. С другой стороны, есть свидетельства того, что автоматическое выравнивание увеличивается, когда мы взаимодействуем с искусственными агентами, точно так же, как это происходит при взаимодействии с людьми.Oviatt et al. (2004) показал, что детская речь надежно и гибко сходится по ряду акустических и просодических характеристик с речью искусственного агента, с которым они разговаривают. В этом случае сближению могла способствовать необходимость взаимодействовать с агентом, а не просто наблюдать за ним. Как мы увидим в следующем разделе, заразные эффекты наблюдения значительно усиливаются, когда мы находимся в социальном контакте с человеком, за которым наблюдаем (например,грамм. Килнер и др. 2006 г.).

4. Эмоции как коммуникативные сигналы

До сих пор я представлял выражения лица как пример публичной информации (Danchin et al. 2004). Публичная информация — это сигнал, непреднамеренно созданный поведением одного животного, полезный для другого животного. Многие животные пользуются такими сигналами. Например, скворцы определяют местонахождение вероятных источников пищи, наблюдая за успехами других членов стада в поисках пищи (Templeton & Giraldeau, 1995).Выражение лица — еще один пример публичной информации. Такие выражения также являются непреднамеренными сигналами, которые могут быть полезны наблюдателям. Появление выражения страха — сигнал к бдительности, так как поблизости может быть что-то опасное. Однако, как только эмоциональные выражения становятся ценными сигналами для наблюдателей, эти сигналы также могут быть намеренно использованы в качестве актов коммуникации (Parkinson 2005). Ключевой характеристикой этих коммуникативных сигналов является то, что коммуникатор знает, что он посылает сигнал, а также знает, что его сигнал наблюдается.В результате присутствие аудитории может изменить интенсивность эмоционального выражения. Эксперимент Бавеласа и др. (1986) дает один из многих примеров этого эффекта. Волонтер сидел в зале ожидания, не подозревая, что ее снимают. Два актера входят в комнату с тяжелым предметом, который затем падает, очевидно, ранив одного из актеров. Наблюдающий доброволец имитирует выражение боли, показанное раненым актером. Это типичный «зеркальный» ответ. Однако болезненное выражение лица наблюдателя значительно усиливается, если актер находится в зрительном контакте с наблюдателем.Выражение боли, показанное наблюдателем, теперь является коммуникативным актом, сигнализирующим: «Я признаю вашу боль и сочувствую» и / или «Я заботливый человек».

До сих пор я говорил о ситуациях, в которых один человек реагирует на выражение лица другого, то есть наблюдатель реагирует на выражение лица актера. Это пример поведения без обратной связи. Однако общение чаще бывает двусторонним. При двустороннем взаимодействии после того, как наблюдатель отреагировал на выражение актера, актер затем отвечает на измененное выражение наблюдателя, тем самым замыкая цикл.Пример интерактивной последовательности эмоций, в которой цикл общения замыкается, получен из анализа выражения смущения, проведенного Келтнером и Басвеллом (1997). Смущение — это сложная эмоция, которая, как и чувство вины и стыда, связана с репутацией в глазах других. В частности, Келтнер и Басвелл предполагают, что смущение можно рассматривать как акт умиротворения, с помощью которого можно уменьшить потерю репутации. Интерактивную последовательность можно описать следующим образом.Актер совершает социальную оплошность. Это вызывает удивление и гнев у наблюдателей, выражающих свое неодобрение. Актер выражает смущение, сообщая, что ему стыдно, извиняется и он несчастен. Это успокаивает наблюдателей, которые выражают сострадание и прощение. Это вызывает у актера счастье, указывая на то, что он признает, что прощен.

Эти преднамеренные эмоциональные сигналы также могут быть заведомо вводящими в заблуждение. Человек, который сигнализирует о смущении, чтобы успокоить наблюдателей, может на самом деле не чувствовать эмоции.

5. Яркие сигналы

Если один и тот же сигнал может быть произведен случайно или как преднамеренный сигнал, то важно уметь различать такие причины сигналов. Случайные сигналы с меньшей вероятностью будут вводить в заблуждение, в то время как преднамеренные сигналы могут потребовать ответа. Во многих ситуациях выдается специальный сигнал (остаточный сигнал), указывающий на то, что передача сигналов является преднамеренной. Производство навязчивого сигнала указывает на две вещи: во-первых, человек желает инициировать общение, а во-вторых, следующий за ним сигнал будет иметь отношение к интересам получателя (Sperber & Wilson 1995).

Самый прямой способ начать общение — это назвать кого-нибудь по имени. Однако также используются мимические жесты, такие как зрительный контакт, часто сопровождающийся кратким поднятием бровей (вспышка бровей; Eibl-Eibesfeldt 1972). Kampe et al. (2003) сканировал добровольцев, когда они получали явные сигналы либо в слуховой модальности (их имя), либо в визуальной модальности (длительный зрительный контакт). Общая для обоих типов сигналов активность наблюдалась в медиальной префронтальной коре и височных полюсах.Это области, которые часто активируются, когда испытуемым приходится думать о психических состояниях (Mitchell et al. 2005; Frith & Frith 2006). Делать выводы о психических состояниях другого человека является ключевым требованием для коммуникативного взаимодействия, потому что оно, по сути, связано с передачей знаний и убеждений от одного разума к другому. Результаты Kampe et al. предполагают, что остенсивный сигнал заставляет получателя готовиться к ментализации.

Явный сигнал указывает на то, что последующие сигналы являются преднамеренно коммуникативными и предоставят наблюдателю полезную и актуальную информацию.Вера в это обещание хорошо продемонстрирована в поведении младенцев в исследовании Senju & Csibra (2008). В этом эксперименте младенцы в возрасте шести месяцев наблюдали за взрослым, который направил свой взгляд на объект слева или объект справа. Экспериментаторы проверяли, будет ли ребенок следить за взглядом взрослого. Результаты ясно показали, что младенцы следили за взглядом только тогда, когда ему предшествовал явный сигнал: зрительный контакт со вспышкой бровей или управляемая младенцем речь (моторез).Подразумевается, что они понимают, что эти явные сигналы указывают на то, что взгляд, который следует за ними, предназначен для того, чтобы указать на что-то интересное.

Каково происхождение этих остаточных сигналов? Назвать чье-то имя — это простой способ привлечь чье-то внимание, но почему вспышка бровей приобрела эту роль? Watt et al. (2007) показали, что поднятие бровей, как это происходит со вспышкой бровей, увеличивает расстояние, на котором наблюдатель может определить направление взгляда.Watt et al. предполагает, что это означает, что вспышка бровей позволяет наблюдателю легче увидеть, что актер устанавливает зрительный контакт. Я предполагаю, что вспышка бровей также может быть сигналом актуальности.

Наблюдатели сходятся во мнении, что лица некоторых людей выглядят более достоверными, чем лица других (например, Winston et al. 2002; Todorov et al. 2008), хотя нет никаких доказательств того, что эти суждения имеют какую-либо обоснованность. Тодоров и др. определили четыре черты лица, которые определяют надежность. Один из них — это высота внутренней брови. Лица с высокими внутренними бровями выглядят заслуживающими доверия. Те, у кого низкие внутренние брови, выглядят ненадежно. Эти различия можно интерпретировать на основании результатов Watt et al. Надежные люди подняли брови, чтобы наблюдатели могли видеть, куда они смотрят. У ненадежных людей брови опущены, чтобы наблюдателям было труднее видеть, куда они смотрят.Учитывая эти наблюдения, мы можем интерпретировать вспышку бровей как сигнал того, что отправителю следует доверять. Поднятые брови позволяют легче увидеть направление взгляда, помогая тем самым раскрыть намерения отправителя. Бровь как демонстративный жест сигнализирует о том, что сообщение, которое следует за ним, будет актуальным и правдивым.

6. Выводы

Изучение мимики очень хорошо иллюстрирует, как поведение может развиться в сложную систему коммуникации. Во-первых, выражение страха на лице имеет прямые поведенческие преимущества для актера, поскольку, например, расширение глаз увеличивает поле зрения, тем самым повышая вероятность обнаружения сигналов опасности.Это выражение затем становится общедоступной информацией, которую наблюдатели могут использовать как сигнал бдительности. На следующем этапе актер получает возможность управлять отправкой сигнала, который ранее был испущен случайно. Благодаря такому контролю он может выражать печаль и смущение как средство умиротворения агрессии в других. Наконец, и актер, и получатель осознают, что они обмениваются сигналами и что их можно использовать для преднамеренного общения. На этом этапе сигналы больше не нужно связывать с их исходной поведенческой функцией.Они могут быть произвольно связаны со смыслом, что делает возможным развитие языка.

Благодарности

Эта работа поддержана Датским национальным исследовательским фондом и схемой AHRC CNCC AH / E511112 / 1.

Список литературы

  • Адольфс Р. 1999 Социальное познание и человеческий мозг. Trends Cogn. Sci. 3, 469–479 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01399-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Anstis SM, Mayhew JW, Morley T.1969 Восприятие лица или телевизионного «портрета» смотрящий.Являюсь. J. Psychol. 82, 474–489 (doi: 10.2307 / 1420441) [PubMed] [Google Scholar]
  • Бавелас Дж. Б., Блэк А., Лемери К. Р., Маллетт Дж. 1986 Я показываю, как вы себя чувствуете: двигательная мимика как коммуникативный акт. J. Pers. Soc. Psychol. 50, 322–329 [Google Scholar]
  • Бейлисс А. П., Пол М. А., Кэннон П. Р., Типпер С. П., 2006. Подсказка взгляда и аффективное суждение об объектах: мне нравится то, на что вы смотрите. Психон. Бык. Rev. 13, 1061–1066 [PubMed] [Google Scholar]
  • Beck D. M., Rees G., Frith C. D., Lavie N.2001 Нейральные корреляты обнаружения изменений и слепоты к изменениям. Nat. Neurosci. 4, 645–650 (doi: 10.1038 / 88477) [PubMed] [Google Scholar]
  • Буржуа П., Гесс У. 2008 Влияние социального контекста на мимикрию. Биол. Psychol. 77, 343–352 (doi: 10.1016 / j.biopsycho.2007.11.008) [PubMed] [Google Scholar]
  • Braddick OJ, O’Brien JM, Wattam-Bell J., Atkinson J., Turner R.2000 Form and Когерентность движений активирует независимые, но не сегрегированные дорсально / вентрально сети в человеческом мозге.Curr. Biol 10, 731–734 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (00) 00540-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Колдер А. Дж., Янг А. В. 2005 Понимание распознавания личности и выражения лица. Nat. Rev. Neurosci. 6, 641–651 (doi: 10.1038 / nrn1724) [PubMed] [Google Scholar]
  • Castiello U., Paulignan Y., Jeannerod M.1991 Временная диссоциация моторных реакций и субъективного осознавания. Исследование на нормальных предметах. Brain 114 (6), 2639–2655 (doi: 10.1093 / brain / 114.6.2639) [PubMed] [Google Scholar]
  • Chartrand T.Л., Барг Дж. А.1999 Эффект хамелеона: связь между восприятием и поведением и социальное взаимодействие. J. Pers. Soc. Psychol. 76, 893–910 [PubMed] [Google Scholar]
  • Данчин Э., Жиральдо Л. А., Валоне Т. Дж., Вагнер Р. Х. 2004. Публичная информация: от любопытных соседей к культурной эволюции. Science 305, 487–491 (doi: 10.1126 / science.1098254) [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B.2009 Почему тела? Двенадцать причин для включения телесных выражений в аффективную нейробиологию. Фил. Пер. R. Soc.B 364, 3475–3484 (doi: 10.1098 / rstb.2009.0190) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B., Vroomen J., Pourtois G., Weiskrantz L.1999 Бессознательное признание влияют при отсутствии стриарной коры. Neuroreport 10, 3759–3763 [PubMed] [Google Scholar]
  • Dehaene S., Naccache L., Le Clec HG, Koechlin E., Mueller M., Dehaene-Lambertz G., Van de Moortele PF, Le Bihan D. 1998 Визуализация бессознательного семантического прайминга. Nature 395, 597–600 (doi: 10.1038 / 26967) [PubMed] [Google Scholar]
  • Dimberg U., Тунберг М., Эльмехед К. 2000 Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 11, 86–89 (doi: 10.1111 / 1467-9280.00221) [PubMed] [Google Scholar]
  • Драйвер Дж., Дэвис Г., Риччиарделли П., Кидд П., Максвелл Э., Барон-Коэн S.1999 Взгляд взгляда запускает рефлексивную зрительно-пространственную ориентацию. Vis. Cogn. 6, 509–540 [Google Scholar]
  • Eibl-Eibesfeldt I.1972 Сходства и различия культур в выразительных движениях. В невербальном общении (под ред. Хайнде Р.A.), стр. 297–311 Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press [Google Scholar]
  • Ekman P., Friesen WV1978 Система кодирования движений лица Пало-Альто, Калифорния: Консультации психологов Press [Google Scholar]
  • Ellis HD, Льюис MB2001 Заблуждение Капгра: окно для распознавания лиц. Trends Cogn. Sci. 5, 149–156 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (00) 01620-X) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., 1990 г. Учет ошибочных идентификаций. Br. J. Psychiatry 157, 239–248 (DOI: 10.1192 / bjp.157.2.239) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., Куэйл А. Х., Де Пау К. У., 1997 Снижение вегетативных реакций на лица в бреде Капгра. Proc. R. Soc. Лондон. B 264, 1085–1092 (doi: 10.1098 / rspb.1997.0150) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Fletcher PC, Zafiris O., Frith CD, Honey RA, Corlett PR, Zilles K., Fink GR2005 О преимуществах отказа от попыток: активность мозга и возможности взаимодействия, отражающие взаимодействие явного и неявного последовательного обучения.Цереб. Cortex 15, 1002–1015 (doi: 10.1093 / cercor / bhh301) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К. Д., Фрит У. 2006. Нейронная основа ментализации. Neuron 50, 531–534 (doi: 10.1016 / j.neuron.2006.05.001) [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К., Перри Р., Люмер Э.1999 Нейронные корреляты сознательного опыта: экспериментальная основа. Trends Cogn. Sci. 3, 105–114 (DOI: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01281-4) [PubMed] [Google Scholar]
  • Гудейл М. А., Милнер А. Д., Якобсон Л. С., Кэри Д. П. 1991. Неврологическая диссоциация между восприятием объектов и их схватыванием. Nature 349, 154–156 (doi: 10.1038 / 349154a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Johansson P., Hall L., Sikström S., Olsson A.2005 Неспособность обнаружить несоответствие между намерением и результатом в простой задаче принятия решения . Science 310, 116–119 (doi: 10.1126 / science.1111709) [PubMed] [Google Scholar]
  • Kampe KK, Frith CD, Frith U.2003 «Эй, Джон»: сигналы, передающие коммуникативное намерение в сторону самоактивируемых областей мозга, связанных с «ментализацией», независимо от модальности.J. Neurosci. 23, 5258–5263 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Келтнер Д., Басвелл Б. N.1997 Смущение: его особая форма и функции умиротворения. Psychol. Бык. 122, 250–270 (doi: 10.1037 / 0033-2909.122.3.250) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Полиньян Й., Блейкмор С. Дж., 2003 г. Влияние наблюдаемого биологического движения на действие. Curr. Биол. 13, 522–525 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (03) 00165-9) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Марчант Дж.Л., Фрит С. Д. 2006. Модуляция зеркальной системы социальной релевантностью. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 1, 143–148 (doi: 10.1093 / scan / nsl017) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Лакин Дж. Л., Чартранд Т. Л., 2003 Использование бессознательной поведенческой мимикрии для создания аффилированности и взаимопонимания. Psychol. Sci. 14, 334–339 (doi: 10.1111 / 1467-9280.14481) [PubMed] [Google Scholar]
  • LeDoux J. E.2000 Эмоциональные контуры в мозге. Анну. Rev. Neurosci. 23, 155–184 (DOI: 10.1146 / annurev.neuro.23.1.155) [PubMed] [Google Scholar]
  • Мак А., Рок I. 1998 г. Невозможная слепота Кембридж, Массачусетс, Массачусетский технологический институт [Google Scholar]
  • Марсель А. Дж. 1983 г. Сознательное и бессознательное восприятие: эксперименты по визуальной маскировке и распознаванию слов. Cogn. Psychol. 15, 197–237 (DOI: 10.1016 / 0010-0285 (83)

    -9) [PubMed] [Google Scholar]

  • Mitchell JP, Banaji MR, Macrae CN2005 Общий и конкретный вклад медиальной префронтальной коры в знания о психических состояния.Neuroimage 28, 757–762 (doi: 10.1016 / j.neuroimage.2005.03.011) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris JS, Frith CD, Perrett DI, Rowland D., Young AW, Calder AJ, Dolan RJ1996A дифференциальная нейронная реакция миндалины человека на испуганные и счастливые выражения лица. Nature 383, 812–815 (doi: 10.1038 / 383812a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris J. S., Ohman A., Dolan R. J.1999 Подкорковый путь к правой миндалине, опосредующий «невидимый» страх. Proc. Natl Acad. Sci.USA 96, 1680–1685 (doi: 10.1073 / pnas.96.4.1680) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Ohman A., Soares JJ1998 Эмоциональная привязка к замаскированным стимулам: ожидание неблагоприятных исходов после непризнанного страха -соответствующие раздражители. J. Exp. Psychol. Gen. 127, 69–82 (doi: 10.1037 / 0096-3445.127.1.69) [PubMed] [Google Scholar]
  • Овиатт С., Дарвес К., Коулстон Р. 2004. Переход к адаптивным диалоговым интерфейсам: моделирование конвергенции речи с анимированными персонажами. ACM Trans.Comput. Гм. Взаимодействовать. 11, 300–328 (doi: 10.1145 / 1017494.1017498) [Google Scholar]
  • Parkinson B.2005 Выражают ли движения лица эмоции или передают мотивы? Чел. Soc. Psychol. Ред. 9, 278–311 (doi: 10.1207 / s15327957pspr0904_1) [PubMed] [Google Scholar]
  • Pessoa L.2005 В какой степени эмоциональные визуальные стимулы обрабатываются без внимания и осознания? Curr. Opin. Neurobiol. 15, 188–196 (doi: 10.1016 / j.conb.2005.03.002) [PubMed] [Google Scholar]
  • Пикеринг М.Дж., Гаррод С. 2004. К механистической психологии диалога. Behav. Brain Sci. 27, 169–190; обсуждение 190–226 [PubMed] [Google Scholar]
  • Pisella L., Grea H., Tilikete C., Vighetto A., Desmurget M., Rode G., Boisson D., Rossetti Y.2000. рука в задней теменной коре головного мозга человека: к переосмыслению атаксии зрительного нерва. Nat. Neurosci. 3, 729–736 [PubMed] [Google Scholar]
  • Ренсинк Р. А., Ореган Дж. К., Кларк Дж. Дж. 1997 Видеть или не видеть: потребность во внимании для восприятия изменений в сценах.Psychol. Sci. 8, 368–373 (doi: 10.1111 / j.1467-9280.1997.tb00427.x) [Google Scholar]
  • Schenk T.2006 Аллоцентрический, а не перцепционный дефицит у пациента D.F. Nat. Neurosci. 9, 1369–1370 (doi: 10.1038 / nn1784) [PubMed] [Google Scholar]
  • Senju A., Csibra G. 2008. Следящий взгляд у младенцев зависит от коммуникативных сигналов. Curr. Биол. 18, 668–671 (doi: 10.1016 / j.cub.2008.03.059) [PubMed] [Google Scholar]
  • Sperber D., Wilson D.1995 Актуальность: коммуникация и познание, 2-е изд.Оксфорд, Великобритания: Блэквелл [Google Scholar]
  • Сасскинд Дж. М., Ли Д. Х., Кузи А., Фейман Р., Грабски В., Андерсон А. К. 2008. Выражение страха улучшает восприятие сенсорных ощущений. Nat. Neurosci. 11, 843–850 (doi: 10.1038 / nn.2138) [PubMed] [Google Scholar]
  • Темплтон Дж., Жиральдо Л.-А.1995 Оценка пятен в стадах кормящихся европейских скворцов: свидетельства использования общественной информации. Behav. Ecol. 6, 65–72 (doi: 10.1093 / beheco / 6.1.65) [Google Scholar]
  • Тодоров А., Барон С.Г., Остерхоф Н. Н. 2008. Оценка достоверности лица: модельный подход. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 3, 119–127 (doi: 10.1093 / scan / nsn009) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Транель Д., Дамасио А. Р.1988 Распознавание лиц без сознания у пациентов с агнозией лица. Behav. Brain Res. 30, 235–249 (doi: 10.1016 / 0166-4328 (88)
  • -0) [PubMed] [Google Scholar]

  • Ван Баарен Р. Б., Холланд Р. В., Каваками К., Ван Книппенберг А. 2004. Подражание и просоциальное поведение. Psychol.Sci. 15, 71–74 (doi: 10.1111 / j.0963-7214.2004.01501012.x) [PubMed] [Google Scholar]
  • Vuilleumier P., Armony JL, Driver J., Dolan RJ2003 Четкая пространственная частотная чувствительность для обработки лиц и эмоциональные выражения. Nat. Neurosci. 6, 624–631 (doi: 10.1038 / nn1057) [PubMed] [Google Scholar]
  • Watt R., Craven B., Quinn S.2007 Роль бровей в регулировании видимости направления взгляда. Q. J. Exp. Psychol. (Colchester) 60, 1169–1177 (doi: 10.1080 / 17470210701396798) [PubMed] [Google Scholar]
  • Weiskrantz L., Уоррингтон Э. К. 1975. Слепое зрение: остаточное зрение после затылочных поражений у человека и обезьяны. Brain Res. 85, 184–185 [Google Scholar]
  • Whalen P. J., et al. 2004 Чувствительность миндалевидного тела человека к замаскированным испуганным белкам глаз. Science 306, 2061 (doi: 10.1126 / science.1103617) [PubMed] [Google Scholar]
  • Уинстон Дж. С., Стрэндж Б. А., О’Догерти Дж., Долан Р. Дж., 2002 Автоматические и преднамеренные реакции мозга при оценке достоверности лиц. Nat. Neurosci. 5, 277–283 (DOI: 10.1038 / nn816) [PubMed] [Google Scholar]

Роль мимики в социальных взаимодействиях

Philos Trans R Soc Lond B Biol Sci. 2009 Dec 12; 364 (1535): 3453–3458.

Wellcome Trust Центр нейровизуализации при UCL, Центр функциональной интегративной неврологии, Орхусский университет, Орхус, Дания

Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Выражения, которые мы видим на лицах других людей, задействуют ряд различных когнитивных процессов.Эмоциональные выражения вызывают быстрые реакции, которые часто имитируют эмоции на наблюдаемом лице. Эти эффекты могут возникать даже для лиц, представленных таким образом, что наблюдатель их не замечает. Мы также очень хорошо умеем четко распознавать и описывать выражаемые эмоции. Недавнее исследование, сравнивающее выражения лиц человека и гуманоидного робота, предполагает, что люди могут распознавать выражения, сделанные роботом явно, но не могут отображать автоматический, неявный ответ. Эмоциональные выражения лиц не просто рефлексивны, но имеют коммуникативный компонент.Например, эмпатическое выражение боли — это не просто рефлексивная реакция на вид боли в другом человеке, поскольку они преувеличены, когда сочувствующий знает, что за ним наблюдают. Кажется, мы хотим, чтобы люди знали, что мы эмпатичны. Особое значение среди мимики имеют демонстративные жесты, такие как вспышка бровей, которые указывают на намерение общаться. Эти жесты указывают, во-первых, что отправителю следует доверять, а во-вторых, что любые последующие сигналы важны для получателя.

Ключевые слова: эмоция, лицо, осознание, коммуникация

1. Множественные системы распознавания эмоций

Становится все более очевидным, первоначально из исследований неврологических пациентов с ограниченным повреждением головного мозга, что большая, если не большая, обработка информации происходит в мозгу без какого-либо сопутствующего сознательного опыта. Конечные продукты этой обработки информации часто становятся доступными сознанию, но во многих случаях эти бессознательные процессы могут управлять поведением без какой-либо необходимости в осознании.Наиболее ярким примером этого является слепое зрение (Weiskrantz & Warrington 1975). В таких случаях у пациентов возникает повреждение первичной зрительной коры, в результате чего они становятся слепыми в соответствующей части поля зрения. Тем не менее, если стимул быстро перемещается, например, через это слепое поле, пациент может «угадать» направление этого движения значительно лучше, чем случайность. Другой пример — пациент Д.Ф. которая в результате повреждения нижней височной коры также фактически слепа, поскольку не может распознавать объекты по их форме (Goodale et al. 1991). Несмотря на эту проблему, когда она тянется к объекту, она формирует свою руку в соответствии с формой объекта. В ее случае информация о форме предметов доступна для достижения соответствующего хватательного поведения, но не входит в сознание.

После этих демонстраций те же явления были продемонстрированы у здоровых добровольцев. Поведенческие исследования показали, что мы знаем о визуальном мире гораздо меньше, чем думаем (например, слепота к изменениям, Rensink et al. 1997; слепота невнимания, Mack & Rock 1998). Кроме того, мы совершаем точные тянущие и захватывающие движения с до , мы узнаем стимулы, вызывающие эти движения (Castiello et al. 1991; Pisella et al. 2000), и на нас могут влиять значения слов, которые мы не осознаем, что видели (Marcel 1983). Исследования изображений мозга также подтвердили, что стимулы, о которых добровольцы не подозревают, тем не менее вызывают активность в головном мозге (например,грамм. Beck et al. 2001), и что эту активность можно наблюдать вплоть до тех областей, которые связаны с обработкой смысла (например, Dehaene et al. 1998).

Эти результаты показывают, что существует по крайней мере два процесса, посредством которых сенсорные сигналы могут быть преобразованы в поведение: один связан с сознанием, а другой — нет. Эти процессы, кажется, происходят параллельно, а не бессознательная обработка, являющаяся ранней стадией пути к сознанию.Похоже, что этими двумя путями извлекаются разные виды информации. Например, когда я тянусь и хватаю, мне нужна информация о форме объекта, который я собираюсь схватить, но эта информация требует эгоцентрической точки зрения. Точный характер досягаемости и схватывания зависит от точных пространственных отношений между мной и объектом. Напротив, когда я узнаю объект по его форме, мне нужна информация о форме объекта, которая не зависит от моей текущей точки зрения, чтобы объект можно было идентифицировать даже с необычного взгляда (Schenk 2006).Таким образом, эти два пути восприятия, по-видимому, выполняют разные функции.

Конечно, было бы чрезмерным упрощением предполагать, что существует всего два независимых пути к действию. Вероятно, будет много маршрутов, и, кроме того, между этими маршрутами будут взаимодействия (например, Braddick et al. 2000). Однако остается важное различие между теми путями, которые ведут к сознательному осознанию, и теми, которые этого не делают (Frith et al. 1999). Вопрос о том, почему только некоторые пути связаны с сознанием, представляет большой интерес, но в этой статье мы не будем его подробно рассматривать.Наша интуиция подсказывает, что сознание играет очень важную роль в нашем поведении, но на удивление трудно точно определить, какова эта роль. Конечно, это не тот случай, когда обработка, ведущая к сознанию, в некотором смысле лучше обработки, которая не ведет к сознанию. Некоторые задачи лучше усвоить без осознания (например, Fletcher et al. 2005). Самоанализ об источниках нашего поведения может ввести в заблуждение (например, Johansson et al. 2005). В социальной сфере, как мы увидим позже в этом эссе, один и тот же сигнал может иметь очень разные эффекты в зависимости от того, достигает он или нет сознания. Роль сознания в нашей реакции на эмоции столь же сложна и плохо изучена.

Напротив, роль бессознательных процессов, возможно, понята немного лучше. Бессознательные пути к действию, кажется, применимы, когда нужно быстро реагировать. Например, эти два пути задействованы стимулами, вызывающими страх (LeDoux 2000).Я отпрыгну от змееподобного объекта на пути, прежде чем я пойму, что это всего лишь изогнутая палка. В этом случае есть явное преимущество выживания за счет быстрого реагирования на сигнал об опасности, даже если сигнал был неправильно интерпретирован. В оставшейся части этой статьи я буду рассматривать использование различных видов мимики в качестве сигналов, которые также могут обрабатываться как с сознанием, так и без него.

2. Эмоциональное заражение: скрытая имитация мимики

Социальные взаимодействия зависят от сложных сигналов во многих модальностях.Однако для человеческих взаимодействий устная речь играет настолько важную роль, что мы часто забываем о важности невербальных сигналов. Среди этих невербальных сигналов мимика играет важную роль в социальных взаимодействиях (Adolphs 1999; но см. De Gelder 2009). Сначала я рассмотрю лицевые сигналы, которые обрабатываются без осознания. Вид человеческого лица, выражающего страх, вызывает у наблюдателя пугающие реакции, о чем свидетельствует увеличение вегетативных маркеров возбуждения (Ohman & Soares, 1998) и повышение активности миндалевидного тела (Morris et al. 1996). Этот эффект возникает даже тогда, когда наблюдатель не осознает выражение лица, потому что оно было замаскировано (см. Pessoa (2005) для обзора). Процесс, с помощью которого вид испуганного лица вызывает страх у наблюдателя, является примером более общего эффекта, известного как отражение или заражение, когда наблюдатель имеет тенденцию скрытно и бессознательно имитировать поведение наблюдаемого человека. Этот эффект проявляется в целом ряде форм поведения: мимике (Dimberg et al. 2000), движения конечностей (Kilner et al. 2003), жесты (Chartrand & Bargh 1999) и многие аспекты речи (Pickering & Garrod 2004). Однако, как будет показано ниже, величина этой автоматической мимикрии модулируется рядом факторов, включая социальный контекст и отношения между наблюдаемым и наблюдателем (Bourgeois & Hess 2008).

У такого поведения зеркалирования много преимуществ. В случае речи зеркальное отображение способствует большему выравниванию коммуникантов с точки зрения словарного запаса и грамматики, что облегчает общение.Эксперименты по имитации жестов во время разговора показывают, что имитируемый человек чувствует себя более дружелюбным по отношению к другому говорящему и впоследствии ведет себя более просоциально (например, с большей вероятностью будет отдавать деньги на благотворительность; Van Baaren et al. 2004).

Однако эти эффекты, вероятно, возникают только тогда, когда человек не осознает имитацию (Lakin & Chartrand 2003). Это интересный случай, когда кажется, что действие сигналов сильно различается в зависимости от того, воспринимаются они сознательно или нет.

Представления о преимуществах бессознательной имитации мимики носят более умозрительный характер. Вид испуганного лица может быть намеком на то, что есть чего бояться и что наблюдатель должен быть бдительным. Кроме того, выражение страха на лице повышает бдительность: расширение глаз увеличивает размер поля зрения, а расширение ноздрей увеличивает вдохновляющую способность и усиливает обоняние (Susskind et al. 2008 г.). Таким образом, имитируя выражение страха, мы повышаем нашу чувствительность к сенсорным сигналам и становимся более бдительными. Напротив, выражение отвращения — это сигнал о том, что есть какое-то ядовитое вещество, которого следует избегать. Выражение отвращения на лице имеет противоположный эффект выражению страха. Глаза сужаются, уменьшая размер поля зрения, а нос сморщивается, сужая носовые ходы и уменьшая воздействие запахов. Имитируя выражение отвращения, мы уменьшаем воздействие потенциально вредных раздражителей.

Проблема, требующая дальнейшего исследования, касается механизма, с помощью которого люди могут скрытно распознавать выражения эмоций на замаскированных лицах, которые они не осознают (Dimberg et al. 2000). Есть некоторые свидетельства того, что такое распознавание зависит от подкорковых путей к миндалине (через верхний бугорок и пульвинар), которые обходят первичную зрительную кору (Morris et al. 1999). Эта идея подтверждается демонстрацией того, что пациент (G.Y.) с серьезным повреждением левой затылочной коры, тем не менее, может распознавать (то есть делать лучше, чем случайные предположения) эмоциональные выражения лица в своем слепом поле зрения (de Gelder et al. 1999). Дальнейшие доказательства этого предположения получены из исследований роли различных пространственных частот в распознавании лиц. Vuilleumier et al. (2003) показали, что активность веретенообразной коры головного мозга была связана с идентичностью лица с представлением высокой пространственной частоты, в то время как активность миндалины была связана с эмоциями лица с представлением низкой пространственной частоты.Распознавание выражения лиц в маске подкорковым путем может зависеть от сигналов о лице, передаваемых низкими пространственными частотами. Одна интересная возможность состоит в том, что критическим признаком испуганного лица является белая область вокруг глаз, которая становится больше, когда глаза широко открыты. Whalen et al. (2004) показал, что активность миндалины вызывалась замаскированными испуганными лицами, даже когда вся информация, кроме белков глаз, была удалена. Остается показать, как этот знак может быть так быстро извлечен из визуального сигнала в отсутствие корковой обработки.

Быстро и незаметно обрабатываются не только выражения эмоций на лице. Направление взгляда — еще один важный сигнал на лице при наблюдении за поведением других. Мы очень чувствительны к направлению взгляда и можем с большой точностью обнаружить цель взгляда (Anstis et al. 1969). Эта способность позволяет нам узнать, на кого или на что смотрят люди, и может раскрыть их интересы и намерения. Направление взгляда использовалось как подсказка при выполнении скрытых задач.В этих задачах добровольцы должны обнаружить цель, которая ненадолго появляется слева или справа от фиксации. Перед предъявлением цели отображается центральная подсказка, например стрелка, указывающая влево или вправо. Время реакции для обнаружения цели модулируется этой репликой, она быстрее, когда реплика совпадает с местоположением цели, и медленнее, когда она неконгруэнтна. Обычно совпадающие сигналы представлены в 80 процентах испытаний, а несовместимые сигналы — в 20 процентах испытаний. Если в качестве реплики использовать лицо с глазами, смотрящими влево или вправо, обнаруживается тот же эффект конгруэнтности (Driver et al. 1999). Однако поразительно, что этот эффект конгруэнтности возникает, даже если глаза постоянно смотрят в неправильном направлении. Bayliss et al. (2006) использовал серию лиц в качестве сигналов в скрытой задаче на внимание. Направление взгляда на некоторых лицах всегда совпадало с расположением следующей цели, в то время как другие лица всегда смотрели в неконгруэнтном направлении. Эффект взгляда на время обнаружения целей не зависел от личности лиц. Другими словами, добровольцы присутствовали в направлении, указанном взором, даже на лицах людей, которые постоянно смотрели в неправильном направлении.Этот результат говорит о том, что наша склонность следить за направлением взгляда других людей происходит автоматически, и ее трудно подавить. С другой стороны, волонтеры кое-что узнали об этих людях. Лица, которые постоянно давали неверные сигналы, были признаны менее заслуживающими доверия.

3. Явное распознавание выражений лица

Параллельно с бессознательным маршрутом обработки лица существует сознательный маршрут, который задействуется, например, когда добровольцев явно просят идентифицировать личности или выражения лиц.Доказательства того, что эти два пути действительно параллельны, получены из исследования пациентов, которые приобрели неспособность узнавать лица (прозопагнозия) в результате травмы головного мозга, обычно правой височной доли (Calder & Young 2005). У таких пациентов также обычно возникают трудности с распознаванием мимики. Однако есть свидетельства того, что эти пациенты по-прежнему скрытно узнают лица. Например, Tranel и Damasio (1988) описывают четырех пациентов с прозопагнозией в результате затылочно-височных поражений, которые все показали скрытое распознавание с точки зрения большей реакции проводимости кожи (SCR) для знакомых лиц.Другими словами, хотя они не могли идентифицировать знакомые лица, представление этих лиц вызывало эмоциональный отклик. Еще одно свидетельство использования этих двух путей было получено от пациентов с синдромом Капгра. Этот синдром может возникать как при психических заболеваниях, так и в результате структурного повреждения головного мозга. Пациенты Capgras могут узнать лицо знакомого человека. Однако они считают, что очень знакомых людей заменили самозванцы, двойники или инопланетяне, и часто придерживаются этого убеждения с крайней убежденностью (Ellis & Lewis 2001).Эллис и Янг (1990) предположили, что синдром Капгра является результатом нарушения аффективного пути к распознаванию лиц и, таким образом, является зеркальным отражением прозопагнозии. Они узнают лицо знакомого человека, но не испытывают эмоциональной реакции, которая обычно сопровождает такое узнавание. В результате лицо не кажется правильным. В соответствии с этой идеей было показано, что пациенты Capgras не демонстрируют усиленных реакций SCR на знакомые лица (Ellis et al. 1997).

Мои коллеги под руководством Тьерри Шаминада недавно завершили исследование изображений, в котором добровольцам были показаны различные динамические выражения лица, отображаемые человеком или роботом (робот-гуманоид WE-4RII; лаборатория Таканиси). Этот робот включает в себя упрощенную версию лицевых устройств, определенных Экманом и Фризеном (1978), и может отображать гнев, радость и отвращение. Наши добровольцы без труда распознали выражения лица робота. Нейронная активность, вызываемая мимикой этого робота, еще предстоит определить.Интересная возможность состоит в том, что активность в таких областях, как миндалина, связанная с эмоциональными реакциями, не будет вызвана роботами. Такой образец ответов имел бы очевидные параллели с описанным выше случаем синдрома Капгра. Здесь пациент видит человеческое лицо и узнает личности и выражения, но не чувствует эмоционального резонанса. Во многих случаях пациент считает, что человека заменили роботом (Ellis & Lewis 2001). Может оказаться, что феноменология, описанная пациентом, верна в том смысле, что опыт действительно похож на тот, который возникает при наблюдении за роботом.

Это предположение предполагает, что наблюдение за роботами не может автоматически вызывать заразную мимикрию, которая возникает, когда мы наблюдаем за другими людьми. Есть некоторые свидетельства в пользу этого предположения. Как упоминалось выше, Kilner et al. (2003) показал, что наблюдение несовместимых движений другого человека мешает его собственным движениям. Однако это вмешательство не происходило, когда несовместимые движения выполнялись манипулятором робота. С другой стороны, есть свидетельства того, что автоматическое выравнивание увеличивается, когда мы взаимодействуем с искусственными агентами, точно так же, как это происходит при взаимодействии с людьми.Oviatt et al. (2004) показал, что детская речь надежно и гибко сходится по ряду акустических и просодических характеристик с речью искусственного агента, с которым они разговаривают. В этом случае сближению могла способствовать необходимость взаимодействовать с агентом, а не просто наблюдать за ним. Как мы увидим в следующем разделе, заразные эффекты наблюдения значительно усиливаются, когда мы находимся в социальном контакте с человеком, за которым наблюдаем (например,грамм. Килнер и др. 2006 г.).

4. Эмоции как коммуникативные сигналы

До сих пор я представлял выражения лица как пример публичной информации (Danchin et al. 2004). Публичная информация — это сигнал, непреднамеренно созданный поведением одного животного, полезный для другого животного. Многие животные пользуются такими сигналами. Например, скворцы определяют местонахождение вероятных источников пищи, наблюдая за успехами других членов стада в поисках пищи (Templeton & Giraldeau, 1995).Выражение лица — еще один пример публичной информации. Такие выражения также являются непреднамеренными сигналами, которые могут быть полезны наблюдателям. Появление выражения страха — сигнал к бдительности, так как поблизости может быть что-то опасное. Однако, как только эмоциональные выражения становятся ценными сигналами для наблюдателей, эти сигналы также могут быть намеренно использованы в качестве актов коммуникации (Parkinson 2005). Ключевой характеристикой этих коммуникативных сигналов является то, что коммуникатор знает, что он посылает сигнал, а также знает, что его сигнал наблюдается.В результате присутствие аудитории может изменить интенсивность эмоционального выражения. Эксперимент Бавеласа и др. (1986) дает один из многих примеров этого эффекта. Волонтер сидел в зале ожидания, не подозревая, что ее снимают. Два актера входят в комнату с тяжелым предметом, который затем падает, очевидно, ранив одного из актеров. Наблюдающий доброволец имитирует выражение боли, показанное раненым актером. Это типичный «зеркальный» ответ. Однако болезненное выражение лица наблюдателя значительно усиливается, если актер находится в зрительном контакте с наблюдателем.Выражение боли, показанное наблюдателем, теперь является коммуникативным актом, сигнализирующим: «Я признаю вашу боль и сочувствую» и / или «Я заботливый человек».

До сих пор я говорил о ситуациях, в которых один человек реагирует на выражение лица другого, то есть наблюдатель реагирует на выражение лица актера. Это пример поведения без обратной связи. Однако общение чаще бывает двусторонним. При двустороннем взаимодействии после того, как наблюдатель отреагировал на выражение актера, актер затем отвечает на измененное выражение наблюдателя, тем самым замыкая цикл.Пример интерактивной последовательности эмоций, в которой цикл общения замыкается, получен из анализа выражения смущения, проведенного Келтнером и Басвеллом (1997). Смущение — это сложная эмоция, которая, как и чувство вины и стыда, связана с репутацией в глазах других. В частности, Келтнер и Басвелл предполагают, что смущение можно рассматривать как акт умиротворения, с помощью которого можно уменьшить потерю репутации. Интерактивную последовательность можно описать следующим образом.Актер совершает социальную оплошность. Это вызывает удивление и гнев у наблюдателей, выражающих свое неодобрение. Актер выражает смущение, сообщая, что ему стыдно, извиняется и он несчастен. Это успокаивает наблюдателей, которые выражают сострадание и прощение. Это вызывает у актера счастье, указывая на то, что он признает, что прощен.

Эти преднамеренные эмоциональные сигналы также могут быть заведомо вводящими в заблуждение. Человек, который сигнализирует о смущении, чтобы успокоить наблюдателей, может на самом деле не чувствовать эмоции.

5. Яркие сигналы

Если один и тот же сигнал может быть произведен случайно или как преднамеренный сигнал, то важно уметь различать такие причины сигналов. Случайные сигналы с меньшей вероятностью будут вводить в заблуждение, в то время как преднамеренные сигналы могут потребовать ответа. Во многих ситуациях выдается специальный сигнал (остаточный сигнал), указывающий на то, что передача сигналов является преднамеренной. Производство навязчивого сигнала указывает на две вещи: во-первых, человек желает инициировать общение, а во-вторых, следующий за ним сигнал будет иметь отношение к интересам получателя (Sperber & Wilson 1995).

Самый прямой способ начать общение — это назвать кого-нибудь по имени. Однако также используются мимические жесты, такие как зрительный контакт, часто сопровождающийся кратким поднятием бровей (вспышка бровей; Eibl-Eibesfeldt 1972). Kampe et al. (2003) сканировал добровольцев, когда они получали явные сигналы либо в слуховой модальности (их имя), либо в визуальной модальности (длительный зрительный контакт). Общая для обоих типов сигналов активность наблюдалась в медиальной префронтальной коре и височных полюсах.Это области, которые часто активируются, когда испытуемым приходится думать о психических состояниях (Mitchell et al. 2005; Frith & Frith 2006). Делать выводы о психических состояниях другого человека является ключевым требованием для коммуникативного взаимодействия, потому что оно, по сути, связано с передачей знаний и убеждений от одного разума к другому. Результаты Kampe et al. предполагают, что остенсивный сигнал заставляет получателя готовиться к ментализации.

Явный сигнал указывает на то, что последующие сигналы являются преднамеренно коммуникативными и предоставят наблюдателю полезную и актуальную информацию.Вера в это обещание хорошо продемонстрирована в поведении младенцев в исследовании Senju & Csibra (2008). В этом эксперименте младенцы в возрасте шести месяцев наблюдали за взрослым, который направил свой взгляд на объект слева или объект справа. Экспериментаторы проверяли, будет ли ребенок следить за взглядом взрослого. Результаты ясно показали, что младенцы следили за взглядом только тогда, когда ему предшествовал явный сигнал: зрительный контакт со вспышкой бровей или управляемая младенцем речь (моторез).Подразумевается, что они понимают, что эти явные сигналы указывают на то, что взгляд, который следует за ними, предназначен для того, чтобы указать на что-то интересное.

Каково происхождение этих остаточных сигналов? Назвать чье-то имя — это простой способ привлечь чье-то внимание, но почему вспышка бровей приобрела эту роль? Watt et al. (2007) показали, что поднятие бровей, как это происходит со вспышкой бровей, увеличивает расстояние, на котором наблюдатель может определить направление взгляда.Watt et al. предполагает, что это означает, что вспышка бровей позволяет наблюдателю легче увидеть, что актер устанавливает зрительный контакт. Я предполагаю, что вспышка бровей также может быть сигналом актуальности.

Наблюдатели сходятся во мнении, что лица некоторых людей выглядят более достоверными, чем лица других (например, Winston et al. 2002; Todorov et al. 2008), хотя нет никаких доказательств того, что эти суждения имеют какую-либо обоснованность. Тодоров и др. определили четыре черты лица, которые определяют надежность. Один из них — это высота внутренней брови. Лица с высокими внутренними бровями выглядят заслуживающими доверия. Те, у кого низкие внутренние брови, выглядят ненадежно. Эти различия можно интерпретировать на основании результатов Watt et al. Надежные люди подняли брови, чтобы наблюдатели могли видеть, куда они смотрят. У ненадежных людей брови опущены, чтобы наблюдателям было труднее видеть, куда они смотрят.Учитывая эти наблюдения, мы можем интерпретировать вспышку бровей как сигнал того, что отправителю следует доверять. Поднятые брови позволяют легче увидеть направление взгляда, помогая тем самым раскрыть намерения отправителя. Бровь как демонстративный жест сигнализирует о том, что сообщение, которое следует за ним, будет актуальным и правдивым.

6. Выводы

Изучение мимики очень хорошо иллюстрирует, как поведение может развиться в сложную систему коммуникации. Во-первых, выражение страха на лице имеет прямые поведенческие преимущества для актера, поскольку, например, расширение глаз увеличивает поле зрения, тем самым повышая вероятность обнаружения сигналов опасности.Это выражение затем становится общедоступной информацией, которую наблюдатели могут использовать как сигнал бдительности. На следующем этапе актер получает возможность управлять отправкой сигнала, который ранее был испущен случайно. Благодаря такому контролю он может выражать печаль и смущение как средство умиротворения агрессии в других. Наконец, и актер, и получатель осознают, что они обмениваются сигналами и что их можно использовать для преднамеренного общения. На этом этапе сигналы больше не нужно связывать с их исходной поведенческой функцией.Они могут быть произвольно связаны со смыслом, что делает возможным развитие языка.

Благодарности

Эта работа поддержана Датским национальным исследовательским фондом и схемой AHRC CNCC AH / E511112 / 1.

Список литературы

  • Адольфс Р. 1999 Социальное познание и человеческий мозг. Trends Cogn. Sci. 3, 469–479 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01399-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Anstis SM, Mayhew JW, Morley T.1969 Восприятие лица или телевизионного «портрета» смотрящий.Являюсь. J. Psychol. 82, 474–489 (doi: 10.2307 / 1420441) [PubMed] [Google Scholar]
  • Бавелас Дж. Б., Блэк А., Лемери К. Р., Маллетт Дж. 1986 Я показываю, как вы себя чувствуете: двигательная мимика как коммуникативный акт. J. Pers. Soc. Psychol. 50, 322–329 [Google Scholar]
  • Бейлисс А. П., Пол М. А., Кэннон П. Р., Типпер С. П., 2006. Подсказка взгляда и аффективное суждение об объектах: мне нравится то, на что вы смотрите. Психон. Бык. Rev. 13, 1061–1066 [PubMed] [Google Scholar]
  • Beck D. M., Rees G., Frith C. D., Lavie N.2001 Нейральные корреляты обнаружения изменений и слепоты к изменениям. Nat. Neurosci. 4, 645–650 (doi: 10.1038 / 88477) [PubMed] [Google Scholar]
  • Буржуа П., Гесс У. 2008 Влияние социального контекста на мимикрию. Биол. Psychol. 77, 343–352 (doi: 10.1016 / j.biopsycho.2007.11.008) [PubMed] [Google Scholar]
  • Braddick OJ, O’Brien JM, Wattam-Bell J., Atkinson J., Turner R.2000 Form and Когерентность движений активирует независимые, но не сегрегированные дорсально / вентрально сети в человеческом мозге.Curr. Biol 10, 731–734 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (00) 00540-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Колдер А. Дж., Янг А. В. 2005 Понимание распознавания личности и выражения лица. Nat. Rev. Neurosci. 6, 641–651 (doi: 10.1038 / nrn1724) [PubMed] [Google Scholar]
  • Castiello U., Paulignan Y., Jeannerod M.1991 Временная диссоциация моторных реакций и субъективного осознавания. Исследование на нормальных предметах. Brain 114 (6), 2639–2655 (doi: 10.1093 / brain / 114.6.2639) [PubMed] [Google Scholar]
  • Chartrand T.Л., Барг Дж. А.1999 Эффект хамелеона: связь между восприятием и поведением и социальное взаимодействие. J. Pers. Soc. Psychol. 76, 893–910 [PubMed] [Google Scholar]
  • Данчин Э., Жиральдо Л. А., Валоне Т. Дж., Вагнер Р. Х. 2004. Публичная информация: от любопытных соседей к культурной эволюции. Science 305, 487–491 (doi: 10.1126 / science.1098254) [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B.2009 Почему тела? Двенадцать причин для включения телесных выражений в аффективную нейробиологию. Фил. Пер. R. Soc.B 364, 3475–3484 (doi: 10.1098 / rstb.2009.0190) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B., Vroomen J., Pourtois G., Weiskrantz L.1999 Бессознательное признание влияют при отсутствии стриарной коры. Neuroreport 10, 3759–3763 [PubMed] [Google Scholar]
  • Dehaene S., Naccache L., Le Clec HG, Koechlin E., Mueller M., Dehaene-Lambertz G., Van de Moortele PF, Le Bihan D. 1998 Визуализация бессознательного семантического прайминга. Nature 395, 597–600 (doi: 10.1038 / 26967) [PubMed] [Google Scholar]
  • Dimberg U., Тунберг М., Эльмехед К. 2000 Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 11, 86–89 (doi: 10.1111 / 1467-9280.00221) [PubMed] [Google Scholar]
  • Драйвер Дж., Дэвис Г., Риччиарделли П., Кидд П., Максвелл Э., Барон-Коэн S.1999 Взгляд взгляда запускает рефлексивную зрительно-пространственную ориентацию. Vis. Cogn. 6, 509–540 [Google Scholar]
  • Eibl-Eibesfeldt I.1972 Сходства и различия культур в выразительных движениях. В невербальном общении (под ред. Хайнде Р.A.), стр. 297–311 Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press [Google Scholar]
  • Ekman P., Friesen WV1978 Система кодирования движений лица Пало-Альто, Калифорния: Консультации психологов Press [Google Scholar]
  • Ellis HD, Льюис MB2001 Заблуждение Капгра: окно для распознавания лиц. Trends Cogn. Sci. 5, 149–156 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (00) 01620-X) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., 1990 г. Учет ошибочных идентификаций. Br. J. Psychiatry 157, 239–248 (DOI: 10.1192 / bjp.157.2.239) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., Куэйл А. Х., Де Пау К. У., 1997 Снижение вегетативных реакций на лица в бреде Капгра. Proc. R. Soc. Лондон. B 264, 1085–1092 (doi: 10.1098 / rspb.1997.0150) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Fletcher PC, Zafiris O., Frith CD, Honey RA, Corlett PR, Zilles K., Fink GR2005 О преимуществах отказа от попыток: активность мозга и возможности взаимодействия, отражающие взаимодействие явного и неявного последовательного обучения.Цереб. Cortex 15, 1002–1015 (doi: 10.1093 / cercor / bhh301) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К. Д., Фрит У. 2006. Нейронная основа ментализации. Neuron 50, 531–534 (doi: 10.1016 / j.neuron.2006.05.001) [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К., Перри Р., Люмер Э.1999 Нейронные корреляты сознательного опыта: экспериментальная основа. Trends Cogn. Sci. 3, 105–114 (DOI: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01281-4) [PubMed] [Google Scholar]
  • Гудейл М. А., Милнер А. Д., Якобсон Л. С., Кэри Д. П. 1991. Неврологическая диссоциация между восприятием объектов и их схватыванием. Nature 349, 154–156 (doi: 10.1038 / 349154a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Johansson P., Hall L., Sikström S., Olsson A.2005 Неспособность обнаружить несоответствие между намерением и результатом в простой задаче принятия решения . Science 310, 116–119 (doi: 10.1126 / science.1111709) [PubMed] [Google Scholar]
  • Kampe KK, Frith CD, Frith U.2003 «Эй, Джон»: сигналы, передающие коммуникативное намерение в сторону самоактивируемых областей мозга, связанных с «ментализацией», независимо от модальности.J. Neurosci. 23, 5258–5263 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Келтнер Д., Басвелл Б. N.1997 Смущение: его особая форма и функции умиротворения. Psychol. Бык. 122, 250–270 (doi: 10.1037 / 0033-2909.122.3.250) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Полиньян Й., Блейкмор С. Дж., 2003 г. Влияние наблюдаемого биологического движения на действие. Curr. Биол. 13, 522–525 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (03) 00165-9) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Марчант Дж.Л., Фрит С. Д. 2006. Модуляция зеркальной системы социальной релевантностью. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 1, 143–148 (doi: 10.1093 / scan / nsl017) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Лакин Дж. Л., Чартранд Т. Л., 2003 Использование бессознательной поведенческой мимикрии для создания аффилированности и взаимопонимания. Psychol. Sci. 14, 334–339 (doi: 10.1111 / 1467-9280.14481) [PubMed] [Google Scholar]
  • LeDoux J. E.2000 Эмоциональные контуры в мозге. Анну. Rev. Neurosci. 23, 155–184 (DOI: 10.1146 / annurev.neuro.23.1.155) [PubMed] [Google Scholar]
  • Мак А., Рок I. 1998 г. Невозможная слепота Кембридж, Массачусетс, Массачусетский технологический институт [Google Scholar]
  • Марсель А. Дж. 1983 г. Сознательное и бессознательное восприятие: эксперименты по визуальной маскировке и распознаванию слов. Cogn. Psychol. 15, 197–237 (DOI: 10.1016 / 0010-0285 (83)

    -9) [PubMed] [Google Scholar]

  • Mitchell JP, Banaji MR, Macrae CN2005 Общий и конкретный вклад медиальной префронтальной коры в знания о психических состояния.Neuroimage 28, 757–762 (doi: 10.1016 / j.neuroimage.2005.03.011) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris JS, Frith CD, Perrett DI, Rowland D., Young AW, Calder AJ, Dolan RJ1996A дифференциальная нейронная реакция миндалины человека на испуганные и счастливые выражения лица. Nature 383, 812–815 (doi: 10.1038 / 383812a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris J. S., Ohman A., Dolan R. J.1999 Подкорковый путь к правой миндалине, опосредующий «невидимый» страх. Proc. Natl Acad. Sci.USA 96, 1680–1685 (doi: 10.1073 / pnas.96.4.1680) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Ohman A., Soares JJ1998 Эмоциональная привязка к замаскированным стимулам: ожидание неблагоприятных исходов после непризнанного страха -соответствующие раздражители. J. Exp. Psychol. Gen. 127, 69–82 (doi: 10.1037 / 0096-3445.127.1.69) [PubMed] [Google Scholar]
  • Овиатт С., Дарвес К., Коулстон Р. 2004. Переход к адаптивным диалоговым интерфейсам: моделирование конвергенции речи с анимированными персонажами. ACM Trans.Comput. Гм. Взаимодействовать. 11, 300–328 (doi: 10.1145 / 1017494.1017498) [Google Scholar]
  • Parkinson B.2005 Выражают ли движения лица эмоции или передают мотивы? Чел. Soc. Psychol. Ред. 9, 278–311 (doi: 10.1207 / s15327957pspr0904_1) [PubMed] [Google Scholar]
  • Pessoa L.2005 В какой степени эмоциональные визуальные стимулы обрабатываются без внимания и осознания? Curr. Opin. Neurobiol. 15, 188–196 (doi: 10.1016 / j.conb.2005.03.002) [PubMed] [Google Scholar]
  • Пикеринг М.Дж., Гаррод С. 2004. К механистической психологии диалога. Behav. Brain Sci. 27, 169–190; обсуждение 190–226 [PubMed] [Google Scholar]
  • Pisella L., Grea H., Tilikete C., Vighetto A., Desmurget M., Rode G., Boisson D., Rossetti Y.2000. рука в задней теменной коре головного мозга человека: к переосмыслению атаксии зрительного нерва. Nat. Neurosci. 3, 729–736 [PubMed] [Google Scholar]
  • Ренсинк Р. А., Ореган Дж. К., Кларк Дж. Дж. 1997 Видеть или не видеть: потребность во внимании для восприятия изменений в сценах.Psychol. Sci. 8, 368–373 (doi: 10.1111 / j.1467-9280.1997.tb00427.x) [Google Scholar]
  • Schenk T.2006 Аллоцентрический, а не перцепционный дефицит у пациента D.F. Nat. Neurosci. 9, 1369–1370 (doi: 10.1038 / nn1784) [PubMed] [Google Scholar]
  • Senju A., Csibra G. 2008. Следящий взгляд у младенцев зависит от коммуникативных сигналов. Curr. Биол. 18, 668–671 (doi: 10.1016 / j.cub.2008.03.059) [PubMed] [Google Scholar]
  • Sperber D., Wilson D.1995 Актуальность: коммуникация и познание, 2-е изд.Оксфорд, Великобритания: Блэквелл [Google Scholar]
  • Сасскинд Дж. М., Ли Д. Х., Кузи А., Фейман Р., Грабски В., Андерсон А. К. 2008. Выражение страха улучшает восприятие сенсорных ощущений. Nat. Neurosci. 11, 843–850 (doi: 10.1038 / nn.2138) [PubMed] [Google Scholar]
  • Темплтон Дж., Жиральдо Л.-А.1995 Оценка пятен в стадах кормящихся европейских скворцов: свидетельства использования общественной информации. Behav. Ecol. 6, 65–72 (doi: 10.1093 / beheco / 6.1.65) [Google Scholar]
  • Тодоров А., Барон С.Г., Остерхоф Н. Н. 2008. Оценка достоверности лица: модельный подход. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 3, 119–127 (doi: 10.1093 / scan / nsn009) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Транель Д., Дамасио А. Р.1988 Распознавание лиц без сознания у пациентов с агнозией лица. Behav. Brain Res. 30, 235–249 (doi: 10.1016 / 0166-4328 (88)
  • -0) [PubMed] [Google Scholar]

  • Ван Баарен Р. Б., Холланд Р. В., Каваками К., Ван Книппенберг А. 2004. Подражание и просоциальное поведение. Psychol.Sci. 15, 71–74 (doi: 10.1111 / j.0963-7214.2004.01501012.x) [PubMed] [Google Scholar]
  • Vuilleumier P., Armony JL, Driver J., Dolan RJ2003 Четкая пространственная частотная чувствительность для обработки лиц и эмоциональные выражения. Nat. Neurosci. 6, 624–631 (doi: 10.1038 / nn1057) [PubMed] [Google Scholar]
  • Watt R., Craven B., Quinn S.2007 Роль бровей в регулировании видимости направления взгляда. Q. J. Exp. Psychol. (Colchester) 60, 1169–1177 (doi: 10.1080 / 17470210701396798) [PubMed] [Google Scholar]
  • Weiskrantz L., Уоррингтон Э. К. 1975. Слепое зрение: остаточное зрение после затылочных поражений у человека и обезьяны. Brain Res. 85, 184–185 [Google Scholar]
  • Whalen P. J., et al. 2004 Чувствительность миндалевидного тела человека к замаскированным испуганным белкам глаз. Science 306, 2061 (doi: 10.1126 / science.1103617) [PubMed] [Google Scholar]
  • Уинстон Дж. С., Стрэндж Б. А., О’Догерти Дж., Долан Р. Дж., 2002 Автоматические и преднамеренные реакции мозга при оценке достоверности лиц. Nat. Neurosci. 5, 277–283 (DOI: 10.1038 / nn816) [PubMed] [Google Scholar]

Роль мимики в социальных взаимодействиях

Philos Trans R Soc Lond B Biol Sci. 2009 Dec 12; 364 (1535): 3453–3458.

Wellcome Trust Центр нейровизуализации при UCL, Центр функциональной интегративной неврологии, Орхусский университет, Орхус, Дания

Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Выражения, которые мы видим на лицах других людей, задействуют ряд различных когнитивных процессов.Эмоциональные выражения вызывают быстрые реакции, которые часто имитируют эмоции на наблюдаемом лице. Эти эффекты могут возникать даже для лиц, представленных таким образом, что наблюдатель их не замечает. Мы также очень хорошо умеем четко распознавать и описывать выражаемые эмоции. Недавнее исследование, сравнивающее выражения лиц человека и гуманоидного робота, предполагает, что люди могут распознавать выражения, сделанные роботом явно, но не могут отображать автоматический, неявный ответ. Эмоциональные выражения лиц не просто рефлексивны, но имеют коммуникативный компонент.Например, эмпатическое выражение боли — это не просто рефлексивная реакция на вид боли в другом человеке, поскольку они преувеличены, когда сочувствующий знает, что за ним наблюдают. Кажется, мы хотим, чтобы люди знали, что мы эмпатичны. Особое значение среди мимики имеют демонстративные жесты, такие как вспышка бровей, которые указывают на намерение общаться. Эти жесты указывают, во-первых, что отправителю следует доверять, а во-вторых, что любые последующие сигналы важны для получателя.

Ключевые слова: эмоция, лицо, осознание, коммуникация

1. Множественные системы распознавания эмоций

Становится все более очевидным, первоначально из исследований неврологических пациентов с ограниченным повреждением головного мозга, что большая, если не большая, обработка информации происходит в мозгу без какого-либо сопутствующего сознательного опыта. Конечные продукты этой обработки информации часто становятся доступными сознанию, но во многих случаях эти бессознательные процессы могут управлять поведением без какой-либо необходимости в осознании.Наиболее ярким примером этого является слепое зрение (Weiskrantz & Warrington 1975). В таких случаях у пациентов возникает повреждение первичной зрительной коры, в результате чего они становятся слепыми в соответствующей части поля зрения. Тем не менее, если стимул быстро перемещается, например, через это слепое поле, пациент может «угадать» направление этого движения значительно лучше, чем случайность. Другой пример — пациент Д.Ф. которая в результате повреждения нижней височной коры также фактически слепа, поскольку не может распознавать объекты по их форме (Goodale et al. 1991). Несмотря на эту проблему, когда она тянется к объекту, она формирует свою руку в соответствии с формой объекта. В ее случае информация о форме предметов доступна для достижения соответствующего хватательного поведения, но не входит в сознание.

После этих демонстраций те же явления были продемонстрированы у здоровых добровольцев. Поведенческие исследования показали, что мы знаем о визуальном мире гораздо меньше, чем думаем (например, слепота к изменениям, Rensink et al. 1997; слепота невнимания, Mack & Rock 1998). Кроме того, мы совершаем точные тянущие и захватывающие движения с до , мы узнаем стимулы, вызывающие эти движения (Castiello et al. 1991; Pisella et al. 2000), и на нас могут влиять значения слов, которые мы не осознаем, что видели (Marcel 1983). Исследования изображений мозга также подтвердили, что стимулы, о которых добровольцы не подозревают, тем не менее вызывают активность в головном мозге (например,грамм. Beck et al. 2001), и что эту активность можно наблюдать вплоть до тех областей, которые связаны с обработкой смысла (например, Dehaene et al. 1998).

Эти результаты показывают, что существует по крайней мере два процесса, посредством которых сенсорные сигналы могут быть преобразованы в поведение: один связан с сознанием, а другой — нет. Эти процессы, кажется, происходят параллельно, а не бессознательная обработка, являющаяся ранней стадией пути к сознанию.Похоже, что этими двумя путями извлекаются разные виды информации. Например, когда я тянусь и хватаю, мне нужна информация о форме объекта, который я собираюсь схватить, но эта информация требует эгоцентрической точки зрения. Точный характер досягаемости и схватывания зависит от точных пространственных отношений между мной и объектом. Напротив, когда я узнаю объект по его форме, мне нужна информация о форме объекта, которая не зависит от моей текущей точки зрения, чтобы объект можно было идентифицировать даже с необычного взгляда (Schenk 2006).Таким образом, эти два пути восприятия, по-видимому, выполняют разные функции.

Конечно, было бы чрезмерным упрощением предполагать, что существует всего два независимых пути к действию. Вероятно, будет много маршрутов, и, кроме того, между этими маршрутами будут взаимодействия (например, Braddick et al. 2000). Однако остается важное различие между теми путями, которые ведут к сознательному осознанию, и теми, которые этого не делают (Frith et al. 1999). Вопрос о том, почему только некоторые пути связаны с сознанием, представляет большой интерес, но в этой статье мы не будем его подробно рассматривать.Наша интуиция подсказывает, что сознание играет очень важную роль в нашем поведении, но на удивление трудно точно определить, какова эта роль. Конечно, это не тот случай, когда обработка, ведущая к сознанию, в некотором смысле лучше обработки, которая не ведет к сознанию. Некоторые задачи лучше усвоить без осознания (например, Fletcher et al. 2005). Самоанализ об источниках нашего поведения может ввести в заблуждение (например, Johansson et al. 2005). В социальной сфере, как мы увидим позже в этом эссе, один и тот же сигнал может иметь очень разные эффекты в зависимости от того, достигает он или нет сознания. Роль сознания в нашей реакции на эмоции столь же сложна и плохо изучена.

Напротив, роль бессознательных процессов, возможно, понята немного лучше. Бессознательные пути к действию, кажется, применимы, когда нужно быстро реагировать. Например, эти два пути задействованы стимулами, вызывающими страх (LeDoux 2000).Я отпрыгну от змееподобного объекта на пути, прежде чем я пойму, что это всего лишь изогнутая палка. В этом случае есть явное преимущество выживания за счет быстрого реагирования на сигнал об опасности, даже если сигнал был неправильно интерпретирован. В оставшейся части этой статьи я буду рассматривать использование различных видов мимики в качестве сигналов, которые также могут обрабатываться как с сознанием, так и без него.

2. Эмоциональное заражение: скрытая имитация мимики

Социальные взаимодействия зависят от сложных сигналов во многих модальностях.Однако для человеческих взаимодействий устная речь играет настолько важную роль, что мы часто забываем о важности невербальных сигналов. Среди этих невербальных сигналов мимика играет важную роль в социальных взаимодействиях (Adolphs 1999; но см. De Gelder 2009). Сначала я рассмотрю лицевые сигналы, которые обрабатываются без осознания. Вид человеческого лица, выражающего страх, вызывает у наблюдателя пугающие реакции, о чем свидетельствует увеличение вегетативных маркеров возбуждения (Ohman & Soares, 1998) и повышение активности миндалевидного тела (Morris et al. 1996). Этот эффект возникает даже тогда, когда наблюдатель не осознает выражение лица, потому что оно было замаскировано (см. Pessoa (2005) для обзора). Процесс, с помощью которого вид испуганного лица вызывает страх у наблюдателя, является примером более общего эффекта, известного как отражение или заражение, когда наблюдатель имеет тенденцию скрытно и бессознательно имитировать поведение наблюдаемого человека. Этот эффект проявляется в целом ряде форм поведения: мимике (Dimberg et al. 2000), движения конечностей (Kilner et al. 2003), жесты (Chartrand & Bargh 1999) и многие аспекты речи (Pickering & Garrod 2004). Однако, как будет показано ниже, величина этой автоматической мимикрии модулируется рядом факторов, включая социальный контекст и отношения между наблюдаемым и наблюдателем (Bourgeois & Hess 2008).

У такого поведения зеркалирования много преимуществ. В случае речи зеркальное отображение способствует большему выравниванию коммуникантов с точки зрения словарного запаса и грамматики, что облегчает общение.Эксперименты по имитации жестов во время разговора показывают, что имитируемый человек чувствует себя более дружелюбным по отношению к другому говорящему и впоследствии ведет себя более просоциально (например, с большей вероятностью будет отдавать деньги на благотворительность; Van Baaren et al. 2004).

Однако эти эффекты, вероятно, возникают только тогда, когда человек не осознает имитацию (Lakin & Chartrand 2003). Это интересный случай, когда кажется, что действие сигналов сильно различается в зависимости от того, воспринимаются они сознательно или нет.

Представления о преимуществах бессознательной имитации мимики носят более умозрительный характер. Вид испуганного лица может быть намеком на то, что есть чего бояться и что наблюдатель должен быть бдительным. Кроме того, выражение страха на лице повышает бдительность: расширение глаз увеличивает размер поля зрения, а расширение ноздрей увеличивает вдохновляющую способность и усиливает обоняние (Susskind et al. 2008 г.). Таким образом, имитируя выражение страха, мы повышаем нашу чувствительность к сенсорным сигналам и становимся более бдительными. Напротив, выражение отвращения — это сигнал о том, что есть какое-то ядовитое вещество, которого следует избегать. Выражение отвращения на лице имеет противоположный эффект выражению страха. Глаза сужаются, уменьшая размер поля зрения, а нос сморщивается, сужая носовые ходы и уменьшая воздействие запахов. Имитируя выражение отвращения, мы уменьшаем воздействие потенциально вредных раздражителей.

Проблема, требующая дальнейшего исследования, касается механизма, с помощью которого люди могут скрытно распознавать выражения эмоций на замаскированных лицах, которые они не осознают (Dimberg et al. 2000). Есть некоторые свидетельства того, что такое распознавание зависит от подкорковых путей к миндалине (через верхний бугорок и пульвинар), которые обходят первичную зрительную кору (Morris et al. 1999). Эта идея подтверждается демонстрацией того, что пациент (G.Y.) с серьезным повреждением левой затылочной коры, тем не менее, может распознавать (то есть делать лучше, чем случайные предположения) эмоциональные выражения лица в своем слепом поле зрения (de Gelder et al. 1999). Дальнейшие доказательства этого предположения получены из исследований роли различных пространственных частот в распознавании лиц. Vuilleumier et al. (2003) показали, что активность веретенообразной коры головного мозга была связана с идентичностью лица с представлением высокой пространственной частоты, в то время как активность миндалины была связана с эмоциями лица с представлением низкой пространственной частоты.Распознавание выражения лиц в маске подкорковым путем может зависеть от сигналов о лице, передаваемых низкими пространственными частотами. Одна интересная возможность состоит в том, что критическим признаком испуганного лица является белая область вокруг глаз, которая становится больше, когда глаза широко открыты. Whalen et al. (2004) показал, что активность миндалины вызывалась замаскированными испуганными лицами, даже когда вся информация, кроме белков глаз, была удалена. Остается показать, как этот знак может быть так быстро извлечен из визуального сигнала в отсутствие корковой обработки.

Быстро и незаметно обрабатываются не только выражения эмоций на лице. Направление взгляда — еще один важный сигнал на лице при наблюдении за поведением других. Мы очень чувствительны к направлению взгляда и можем с большой точностью обнаружить цель взгляда (Anstis et al. 1969). Эта способность позволяет нам узнать, на кого или на что смотрят люди, и может раскрыть их интересы и намерения. Направление взгляда использовалось как подсказка при выполнении скрытых задач.В этих задачах добровольцы должны обнаружить цель, которая ненадолго появляется слева или справа от фиксации. Перед предъявлением цели отображается центральная подсказка, например стрелка, указывающая влево или вправо. Время реакции для обнаружения цели модулируется этой репликой, она быстрее, когда реплика совпадает с местоположением цели, и медленнее, когда она неконгруэнтна. Обычно совпадающие сигналы представлены в 80 процентах испытаний, а несовместимые сигналы — в 20 процентах испытаний. Если в качестве реплики использовать лицо с глазами, смотрящими влево или вправо, обнаруживается тот же эффект конгруэнтности (Driver et al. 1999). Однако поразительно, что этот эффект конгруэнтности возникает, даже если глаза постоянно смотрят в неправильном направлении. Bayliss et al. (2006) использовал серию лиц в качестве сигналов в скрытой задаче на внимание. Направление взгляда на некоторых лицах всегда совпадало с расположением следующей цели, в то время как другие лица всегда смотрели в неконгруэнтном направлении. Эффект взгляда на время обнаружения целей не зависел от личности лиц. Другими словами, добровольцы присутствовали в направлении, указанном взором, даже на лицах людей, которые постоянно смотрели в неправильном направлении.Этот результат говорит о том, что наша склонность следить за направлением взгляда других людей происходит автоматически, и ее трудно подавить. С другой стороны, волонтеры кое-что узнали об этих людях. Лица, которые постоянно давали неверные сигналы, были признаны менее заслуживающими доверия.

3. Явное распознавание выражений лица

Параллельно с бессознательным маршрутом обработки лица существует сознательный маршрут, который задействуется, например, когда добровольцев явно просят идентифицировать личности или выражения лиц.Доказательства того, что эти два пути действительно параллельны, получены из исследования пациентов, которые приобрели неспособность узнавать лица (прозопагнозия) в результате травмы головного мозга, обычно правой височной доли (Calder & Young 2005). У таких пациентов также обычно возникают трудности с распознаванием мимики. Однако есть свидетельства того, что эти пациенты по-прежнему скрытно узнают лица. Например, Tranel и Damasio (1988) описывают четырех пациентов с прозопагнозией в результате затылочно-височных поражений, которые все показали скрытое распознавание с точки зрения большей реакции проводимости кожи (SCR) для знакомых лиц.Другими словами, хотя они не могли идентифицировать знакомые лица, представление этих лиц вызывало эмоциональный отклик. Еще одно свидетельство использования этих двух путей было получено от пациентов с синдромом Капгра. Этот синдром может возникать как при психических заболеваниях, так и в результате структурного повреждения головного мозга. Пациенты Capgras могут узнать лицо знакомого человека. Однако они считают, что очень знакомых людей заменили самозванцы, двойники или инопланетяне, и часто придерживаются этого убеждения с крайней убежденностью (Ellis & Lewis 2001).Эллис и Янг (1990) предположили, что синдром Капгра является результатом нарушения аффективного пути к распознаванию лиц и, таким образом, является зеркальным отражением прозопагнозии. Они узнают лицо знакомого человека, но не испытывают эмоциональной реакции, которая обычно сопровождает такое узнавание. В результате лицо не кажется правильным. В соответствии с этой идеей было показано, что пациенты Capgras не демонстрируют усиленных реакций SCR на знакомые лица (Ellis et al. 1997).

Мои коллеги под руководством Тьерри Шаминада недавно завершили исследование изображений, в котором добровольцам были показаны различные динамические выражения лица, отображаемые человеком или роботом (робот-гуманоид WE-4RII; лаборатория Таканиси). Этот робот включает в себя упрощенную версию лицевых устройств, определенных Экманом и Фризеном (1978), и может отображать гнев, радость и отвращение. Наши добровольцы без труда распознали выражения лица робота. Нейронная активность, вызываемая мимикой этого робота, еще предстоит определить.Интересная возможность состоит в том, что активность в таких областях, как миндалина, связанная с эмоциональными реакциями, не будет вызвана роботами. Такой образец ответов имел бы очевидные параллели с описанным выше случаем синдрома Капгра. Здесь пациент видит человеческое лицо и узнает личности и выражения, но не чувствует эмоционального резонанса. Во многих случаях пациент считает, что человека заменили роботом (Ellis & Lewis 2001). Может оказаться, что феноменология, описанная пациентом, верна в том смысле, что опыт действительно похож на тот, который возникает при наблюдении за роботом.

Это предположение предполагает, что наблюдение за роботами не может автоматически вызывать заразную мимикрию, которая возникает, когда мы наблюдаем за другими людьми. Есть некоторые свидетельства в пользу этого предположения. Как упоминалось выше, Kilner et al. (2003) показал, что наблюдение несовместимых движений другого человека мешает его собственным движениям. Однако это вмешательство не происходило, когда несовместимые движения выполнялись манипулятором робота. С другой стороны, есть свидетельства того, что автоматическое выравнивание увеличивается, когда мы взаимодействуем с искусственными агентами, точно так же, как это происходит при взаимодействии с людьми.Oviatt et al. (2004) показал, что детская речь надежно и гибко сходится по ряду акустических и просодических характеристик с речью искусственного агента, с которым они разговаривают. В этом случае сближению могла способствовать необходимость взаимодействовать с агентом, а не просто наблюдать за ним. Как мы увидим в следующем разделе, заразные эффекты наблюдения значительно усиливаются, когда мы находимся в социальном контакте с человеком, за которым наблюдаем (например,грамм. Килнер и др. 2006 г.).

4. Эмоции как коммуникативные сигналы

До сих пор я представлял выражения лица как пример публичной информации (Danchin et al. 2004). Публичная информация — это сигнал, непреднамеренно созданный поведением одного животного, полезный для другого животного. Многие животные пользуются такими сигналами. Например, скворцы определяют местонахождение вероятных источников пищи, наблюдая за успехами других членов стада в поисках пищи (Templeton & Giraldeau, 1995).Выражение лица — еще один пример публичной информации. Такие выражения также являются непреднамеренными сигналами, которые могут быть полезны наблюдателям. Появление выражения страха — сигнал к бдительности, так как поблизости может быть что-то опасное. Однако, как только эмоциональные выражения становятся ценными сигналами для наблюдателей, эти сигналы также могут быть намеренно использованы в качестве актов коммуникации (Parkinson 2005). Ключевой характеристикой этих коммуникативных сигналов является то, что коммуникатор знает, что он посылает сигнал, а также знает, что его сигнал наблюдается.В результате присутствие аудитории может изменить интенсивность эмоционального выражения. Эксперимент Бавеласа и др. (1986) дает один из многих примеров этого эффекта. Волонтер сидел в зале ожидания, не подозревая, что ее снимают. Два актера входят в комнату с тяжелым предметом, который затем падает, очевидно, ранив одного из актеров. Наблюдающий доброволец имитирует выражение боли, показанное раненым актером. Это типичный «зеркальный» ответ. Однако болезненное выражение лица наблюдателя значительно усиливается, если актер находится в зрительном контакте с наблюдателем.Выражение боли, показанное наблюдателем, теперь является коммуникативным актом, сигнализирующим: «Я признаю вашу боль и сочувствую» и / или «Я заботливый человек».

До сих пор я говорил о ситуациях, в которых один человек реагирует на выражение лица другого, то есть наблюдатель реагирует на выражение лица актера. Это пример поведения без обратной связи. Однако общение чаще бывает двусторонним. При двустороннем взаимодействии после того, как наблюдатель отреагировал на выражение актера, актер затем отвечает на измененное выражение наблюдателя, тем самым замыкая цикл.Пример интерактивной последовательности эмоций, в которой цикл общения замыкается, получен из анализа выражения смущения, проведенного Келтнером и Басвеллом (1997). Смущение — это сложная эмоция, которая, как и чувство вины и стыда, связана с репутацией в глазах других. В частности, Келтнер и Басвелл предполагают, что смущение можно рассматривать как акт умиротворения, с помощью которого можно уменьшить потерю репутации. Интерактивную последовательность можно описать следующим образом.Актер совершает социальную оплошность. Это вызывает удивление и гнев у наблюдателей, выражающих свое неодобрение. Актер выражает смущение, сообщая, что ему стыдно, извиняется и он несчастен. Это успокаивает наблюдателей, которые выражают сострадание и прощение. Это вызывает у актера счастье, указывая на то, что он признает, что прощен.

Эти преднамеренные эмоциональные сигналы также могут быть заведомо вводящими в заблуждение. Человек, который сигнализирует о смущении, чтобы успокоить наблюдателей, может на самом деле не чувствовать эмоции.

5. Яркие сигналы

Если один и тот же сигнал может быть произведен случайно или как преднамеренный сигнал, то важно уметь различать такие причины сигналов. Случайные сигналы с меньшей вероятностью будут вводить в заблуждение, в то время как преднамеренные сигналы могут потребовать ответа. Во многих ситуациях выдается специальный сигнал (остаточный сигнал), указывающий на то, что передача сигналов является преднамеренной. Производство навязчивого сигнала указывает на две вещи: во-первых, человек желает инициировать общение, а во-вторых, следующий за ним сигнал будет иметь отношение к интересам получателя (Sperber & Wilson 1995).

Самый прямой способ начать общение — это назвать кого-нибудь по имени. Однако также используются мимические жесты, такие как зрительный контакт, часто сопровождающийся кратким поднятием бровей (вспышка бровей; Eibl-Eibesfeldt 1972). Kampe et al. (2003) сканировал добровольцев, когда они получали явные сигналы либо в слуховой модальности (их имя), либо в визуальной модальности (длительный зрительный контакт). Общая для обоих типов сигналов активность наблюдалась в медиальной префронтальной коре и височных полюсах.Это области, которые часто активируются, когда испытуемым приходится думать о психических состояниях (Mitchell et al. 2005; Frith & Frith 2006). Делать выводы о психических состояниях другого человека является ключевым требованием для коммуникативного взаимодействия, потому что оно, по сути, связано с передачей знаний и убеждений от одного разума к другому. Результаты Kampe et al. предполагают, что остенсивный сигнал заставляет получателя готовиться к ментализации.

Явный сигнал указывает на то, что последующие сигналы являются преднамеренно коммуникативными и предоставят наблюдателю полезную и актуальную информацию.Вера в это обещание хорошо продемонстрирована в поведении младенцев в исследовании Senju & Csibra (2008). В этом эксперименте младенцы в возрасте шести месяцев наблюдали за взрослым, который направил свой взгляд на объект слева или объект справа. Экспериментаторы проверяли, будет ли ребенок следить за взглядом взрослого. Результаты ясно показали, что младенцы следили за взглядом только тогда, когда ему предшествовал явный сигнал: зрительный контакт со вспышкой бровей или управляемая младенцем речь (моторез).Подразумевается, что они понимают, что эти явные сигналы указывают на то, что взгляд, который следует за ними, предназначен для того, чтобы указать на что-то интересное.

Каково происхождение этих остаточных сигналов? Назвать чье-то имя — это простой способ привлечь чье-то внимание, но почему вспышка бровей приобрела эту роль? Watt et al. (2007) показали, что поднятие бровей, как это происходит со вспышкой бровей, увеличивает расстояние, на котором наблюдатель может определить направление взгляда.Watt et al. предполагает, что это означает, что вспышка бровей позволяет наблюдателю легче увидеть, что актер устанавливает зрительный контакт. Я предполагаю, что вспышка бровей также может быть сигналом актуальности.

Наблюдатели сходятся во мнении, что лица некоторых людей выглядят более достоверными, чем лица других (например, Winston et al. 2002; Todorov et al. 2008), хотя нет никаких доказательств того, что эти суждения имеют какую-либо обоснованность. Тодоров и др. определили четыре черты лица, которые определяют надежность. Один из них — это высота внутренней брови. Лица с высокими внутренними бровями выглядят заслуживающими доверия. Те, у кого низкие внутренние брови, выглядят ненадежно. Эти различия можно интерпретировать на основании результатов Watt et al. Надежные люди подняли брови, чтобы наблюдатели могли видеть, куда они смотрят. У ненадежных людей брови опущены, чтобы наблюдателям было труднее видеть, куда они смотрят.Учитывая эти наблюдения, мы можем интерпретировать вспышку бровей как сигнал того, что отправителю следует доверять. Поднятые брови позволяют легче увидеть направление взгляда, помогая тем самым раскрыть намерения отправителя. Бровь как демонстративный жест сигнализирует о том, что сообщение, которое следует за ним, будет актуальным и правдивым.

6. Выводы

Изучение мимики очень хорошо иллюстрирует, как поведение может развиться в сложную систему коммуникации. Во-первых, выражение страха на лице имеет прямые поведенческие преимущества для актера, поскольку, например, расширение глаз увеличивает поле зрения, тем самым повышая вероятность обнаружения сигналов опасности.Это выражение затем становится общедоступной информацией, которую наблюдатели могут использовать как сигнал бдительности. На следующем этапе актер получает возможность управлять отправкой сигнала, который ранее был испущен случайно. Благодаря такому контролю он может выражать печаль и смущение как средство умиротворения агрессии в других. Наконец, и актер, и получатель осознают, что они обмениваются сигналами и что их можно использовать для преднамеренного общения. На этом этапе сигналы больше не нужно связывать с их исходной поведенческой функцией.Они могут быть произвольно связаны со смыслом, что делает возможным развитие языка.

Благодарности

Эта работа поддержана Датским национальным исследовательским фондом и схемой AHRC CNCC AH / E511112 / 1.

Список литературы

  • Адольфс Р. 1999 Социальное познание и человеческий мозг. Trends Cogn. Sci. 3, 469–479 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01399-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Anstis SM, Mayhew JW, Morley T.1969 Восприятие лица или телевизионного «портрета» смотрящий.Являюсь. J. Psychol. 82, 474–489 (doi: 10.2307 / 1420441) [PubMed] [Google Scholar]
  • Бавелас Дж. Б., Блэк А., Лемери К. Р., Маллетт Дж. 1986 Я показываю, как вы себя чувствуете: двигательная мимика как коммуникативный акт. J. Pers. Soc. Psychol. 50, 322–329 [Google Scholar]
  • Бейлисс А. П., Пол М. А., Кэннон П. Р., Типпер С. П., 2006. Подсказка взгляда и аффективное суждение об объектах: мне нравится то, на что вы смотрите. Психон. Бык. Rev. 13, 1061–1066 [PubMed] [Google Scholar]
  • Beck D. M., Rees G., Frith C. D., Lavie N.2001 Нейральные корреляты обнаружения изменений и слепоты к изменениям. Nat. Neurosci. 4, 645–650 (doi: 10.1038 / 88477) [PubMed] [Google Scholar]
  • Буржуа П., Гесс У. 2008 Влияние социального контекста на мимикрию. Биол. Psychol. 77, 343–352 (doi: 10.1016 / j.biopsycho.2007.11.008) [PubMed] [Google Scholar]
  • Braddick OJ, O’Brien JM, Wattam-Bell J., Atkinson J., Turner R.2000 Form and Когерентность движений активирует независимые, но не сегрегированные дорсально / вентрально сети в человеческом мозге.Curr. Biol 10, 731–734 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (00) 00540-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Колдер А. Дж., Янг А. В. 2005 Понимание распознавания личности и выражения лица. Nat. Rev. Neurosci. 6, 641–651 (doi: 10.1038 / nrn1724) [PubMed] [Google Scholar]
  • Castiello U., Paulignan Y., Jeannerod M.1991 Временная диссоциация моторных реакций и субъективного осознавания. Исследование на нормальных предметах. Brain 114 (6), 2639–2655 (doi: 10.1093 / brain / 114.6.2639) [PubMed] [Google Scholar]
  • Chartrand T.Л., Барг Дж. А.1999 Эффект хамелеона: связь между восприятием и поведением и социальное взаимодействие. J. Pers. Soc. Psychol. 76, 893–910 [PubMed] [Google Scholar]
  • Данчин Э., Жиральдо Л. А., Валоне Т. Дж., Вагнер Р. Х. 2004. Публичная информация: от любопытных соседей к культурной эволюции. Science 305, 487–491 (doi: 10.1126 / science.1098254) [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B.2009 Почему тела? Двенадцать причин для включения телесных выражений в аффективную нейробиологию. Фил. Пер. R. Soc.B 364, 3475–3484 (doi: 10.1098 / rstb.2009.0190) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B., Vroomen J., Pourtois G., Weiskrantz L.1999 Бессознательное признание влияют при отсутствии стриарной коры. Neuroreport 10, 3759–3763 [PubMed] [Google Scholar]
  • Dehaene S., Naccache L., Le Clec HG, Koechlin E., Mueller M., Dehaene-Lambertz G., Van de Moortele PF, Le Bihan D. 1998 Визуализация бессознательного семантического прайминга. Nature 395, 597–600 (doi: 10.1038 / 26967) [PubMed] [Google Scholar]
  • Dimberg U., Тунберг М., Эльмехед К. 2000 Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 11, 86–89 (doi: 10.1111 / 1467-9280.00221) [PubMed] [Google Scholar]
  • Драйвер Дж., Дэвис Г., Риччиарделли П., Кидд П., Максвелл Э., Барон-Коэн S.1999 Взгляд взгляда запускает рефлексивную зрительно-пространственную ориентацию. Vis. Cogn. 6, 509–540 [Google Scholar]
  • Eibl-Eibesfeldt I.1972 Сходства и различия культур в выразительных движениях. В невербальном общении (под ред. Хайнде Р.A.), стр. 297–311 Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press [Google Scholar]
  • Ekman P., Friesen WV1978 Система кодирования движений лица Пало-Альто, Калифорния: Консультации психологов Press [Google Scholar]
  • Ellis HD, Льюис MB2001 Заблуждение Капгра: окно для распознавания лиц. Trends Cogn. Sci. 5, 149–156 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (00) 01620-X) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., 1990 г. Учет ошибочных идентификаций. Br. J. Psychiatry 157, 239–248 (DOI: 10.1192 / bjp.157.2.239) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., Куэйл А. Х., Де Пау К. У., 1997 Снижение вегетативных реакций на лица в бреде Капгра. Proc. R. Soc. Лондон. B 264, 1085–1092 (doi: 10.1098 / rspb.1997.0150) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Fletcher PC, Zafiris O., Frith CD, Honey RA, Corlett PR, Zilles K., Fink GR2005 О преимуществах отказа от попыток: активность мозга и возможности взаимодействия, отражающие взаимодействие явного и неявного последовательного обучения.Цереб. Cortex 15, 1002–1015 (doi: 10.1093 / cercor / bhh301) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К. Д., Фрит У. 2006. Нейронная основа ментализации. Neuron 50, 531–534 (doi: 10.1016 / j.neuron.2006.05.001) [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К., Перри Р., Люмер Э.1999 Нейронные корреляты сознательного опыта: экспериментальная основа. Trends Cogn. Sci. 3, 105–114 (DOI: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01281-4) [PubMed] [Google Scholar]
  • Гудейл М. А., Милнер А. Д., Якобсон Л. С., Кэри Д. П. 1991. Неврологическая диссоциация между восприятием объектов и их схватыванием. Nature 349, 154–156 (doi: 10.1038 / 349154a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Johansson P., Hall L., Sikström S., Olsson A.2005 Неспособность обнаружить несоответствие между намерением и результатом в простой задаче принятия решения . Science 310, 116–119 (doi: 10.1126 / science.1111709) [PubMed] [Google Scholar]
  • Kampe KK, Frith CD, Frith U.2003 «Эй, Джон»: сигналы, передающие коммуникативное намерение в сторону самоактивируемых областей мозга, связанных с «ментализацией», независимо от модальности.J. Neurosci. 23, 5258–5263 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Келтнер Д., Басвелл Б. N.1997 Смущение: его особая форма и функции умиротворения. Psychol. Бык. 122, 250–270 (doi: 10.1037 / 0033-2909.122.3.250) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Полиньян Й., Блейкмор С. Дж., 2003 г. Влияние наблюдаемого биологического движения на действие. Curr. Биол. 13, 522–525 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (03) 00165-9) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Марчант Дж.Л., Фрит С. Д. 2006. Модуляция зеркальной системы социальной релевантностью. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 1, 143–148 (doi: 10.1093 / scan / nsl017) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Лакин Дж. Л., Чартранд Т. Л., 2003 Использование бессознательной поведенческой мимикрии для создания аффилированности и взаимопонимания. Psychol. Sci. 14, 334–339 (doi: 10.1111 / 1467-9280.14481) [PubMed] [Google Scholar]
  • LeDoux J. E.2000 Эмоциональные контуры в мозге. Анну. Rev. Neurosci. 23, 155–184 (DOI: 10.1146 / annurev.neuro.23.1.155) [PubMed] [Google Scholar]
  • Мак А., Рок I. 1998 г. Невозможная слепота Кембридж, Массачусетс, Массачусетский технологический институт [Google Scholar]
  • Марсель А. Дж. 1983 г. Сознательное и бессознательное восприятие: эксперименты по визуальной маскировке и распознаванию слов. Cogn. Psychol. 15, 197–237 (DOI: 10.1016 / 0010-0285 (83)

    -9) [PubMed] [Google Scholar]

  • Mitchell JP, Banaji MR, Macrae CN2005 Общий и конкретный вклад медиальной префронтальной коры в знания о психических состояния.Neuroimage 28, 757–762 (doi: 10.1016 / j.neuroimage.2005.03.011) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris JS, Frith CD, Perrett DI, Rowland D., Young AW, Calder AJ, Dolan RJ1996A дифференциальная нейронная реакция миндалины человека на испуганные и счастливые выражения лица. Nature 383, 812–815 (doi: 10.1038 / 383812a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris J. S., Ohman A., Dolan R. J.1999 Подкорковый путь к правой миндалине, опосредующий «невидимый» страх. Proc. Natl Acad. Sci.USA 96, 1680–1685 (doi: 10.1073 / pnas.96.4.1680) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Ohman A., Soares JJ1998 Эмоциональная привязка к замаскированным стимулам: ожидание неблагоприятных исходов после непризнанного страха -соответствующие раздражители. J. Exp. Psychol. Gen. 127, 69–82 (doi: 10.1037 / 0096-3445.127.1.69) [PubMed] [Google Scholar]
  • Овиатт С., Дарвес К., Коулстон Р. 2004. Переход к адаптивным диалоговым интерфейсам: моделирование конвергенции речи с анимированными персонажами. ACM Trans.Comput. Гм. Взаимодействовать. 11, 300–328 (doi: 10.1145 / 1017494.1017498) [Google Scholar]
  • Parkinson B.2005 Выражают ли движения лица эмоции или передают мотивы? Чел. Soc. Psychol. Ред. 9, 278–311 (doi: 10.1207 / s15327957pspr0904_1) [PubMed] [Google Scholar]
  • Pessoa L.2005 В какой степени эмоциональные визуальные стимулы обрабатываются без внимания и осознания? Curr. Opin. Neurobiol. 15, 188–196 (doi: 10.1016 / j.conb.2005.03.002) [PubMed] [Google Scholar]
  • Пикеринг М.Дж., Гаррод С. 2004. К механистической психологии диалога. Behav. Brain Sci. 27, 169–190; обсуждение 190–226 [PubMed] [Google Scholar]
  • Pisella L., Grea H., Tilikete C., Vighetto A., Desmurget M., Rode G., Boisson D., Rossetti Y.2000. рука в задней теменной коре головного мозга человека: к переосмыслению атаксии зрительного нерва. Nat. Neurosci. 3, 729–736 [PubMed] [Google Scholar]
  • Ренсинк Р. А., Ореган Дж. К., Кларк Дж. Дж. 1997 Видеть или не видеть: потребность во внимании для восприятия изменений в сценах.Psychol. Sci. 8, 368–373 (doi: 10.1111 / j.1467-9280.1997.tb00427.x) [Google Scholar]
  • Schenk T.2006 Аллоцентрический, а не перцепционный дефицит у пациента D.F. Nat. Neurosci. 9, 1369–1370 (doi: 10.1038 / nn1784) [PubMed] [Google Scholar]
  • Senju A., Csibra G. 2008. Следящий взгляд у младенцев зависит от коммуникативных сигналов. Curr. Биол. 18, 668–671 (doi: 10.1016 / j.cub.2008.03.059) [PubMed] [Google Scholar]
  • Sperber D., Wilson D.1995 Актуальность: коммуникация и познание, 2-е изд.Оксфорд, Великобритания: Блэквелл [Google Scholar]
  • Сасскинд Дж. М., Ли Д. Х., Кузи А., Фейман Р., Грабски В., Андерсон А. К. 2008. Выражение страха улучшает восприятие сенсорных ощущений. Nat. Neurosci. 11, 843–850 (doi: 10.1038 / nn.2138) [PubMed] [Google Scholar]
  • Темплтон Дж., Жиральдо Л.-А.1995 Оценка пятен в стадах кормящихся европейских скворцов: свидетельства использования общественной информации. Behav. Ecol. 6, 65–72 (doi: 10.1093 / beheco / 6.1.65) [Google Scholar]
  • Тодоров А., Барон С.Г., Остерхоф Н. Н. 2008. Оценка достоверности лица: модельный подход. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 3, 119–127 (doi: 10.1093 / scan / nsn009) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Транель Д., Дамасио А. Р.1988 Распознавание лиц без сознания у пациентов с агнозией лица. Behav. Brain Res. 30, 235–249 (doi: 10.1016 / 0166-4328 (88)
  • -0) [PubMed] [Google Scholar]

  • Ван Баарен Р. Б., Холланд Р. В., Каваками К., Ван Книппенберг А. 2004. Подражание и просоциальное поведение. Psychol.Sci. 15, 71–74 (doi: 10.1111 / j.0963-7214.2004.01501012.x) [PubMed] [Google Scholar]
  • Vuilleumier P., Armony JL, Driver J., Dolan RJ2003 Четкая пространственная частотная чувствительность для обработки лиц и эмоциональные выражения. Nat. Neurosci. 6, 624–631 (doi: 10.1038 / nn1057) [PubMed] [Google Scholar]
  • Watt R., Craven B., Quinn S.2007 Роль бровей в регулировании видимости направления взгляда. Q. J. Exp. Psychol. (Colchester) 60, 1169–1177 (doi: 10.1080 / 17470210701396798) [PubMed] [Google Scholar]
  • Weiskrantz L., Уоррингтон Э. К. 1975. Слепое зрение: остаточное зрение после затылочных поражений у человека и обезьяны. Brain Res. 85, 184–185 [Google Scholar]
  • Whalen P. J., et al. 2004 Чувствительность миндалевидного тела человека к замаскированным испуганным белкам глаз. Science 306, 2061 (doi: 10.1126 / science.1103617) [PubMed] [Google Scholar]
  • Уинстон Дж. С., Стрэндж Б. А., О’Догерти Дж., Долан Р. Дж., 2002 Автоматические и преднамеренные реакции мозга при оценке достоверности лиц. Nat. Neurosci. 5, 277–283 (DOI: 10.1038 / nn816) [PubMed] [Google Scholar]

Роль мимики в социальных взаимодействиях

Philos Trans R Soc Lond B Biol Sci. 2009 Dec 12; 364 (1535): 3453–3458.

Wellcome Trust Центр нейровизуализации при UCL, Центр функциональной интегративной неврологии, Орхусский университет, Орхус, Дания

Эта статья цитировалась в других статьях в PMC.

Abstract

Выражения, которые мы видим на лицах других людей, задействуют ряд различных когнитивных процессов.Эмоциональные выражения вызывают быстрые реакции, которые часто имитируют эмоции на наблюдаемом лице. Эти эффекты могут возникать даже для лиц, представленных таким образом, что наблюдатель их не замечает. Мы также очень хорошо умеем четко распознавать и описывать выражаемые эмоции. Недавнее исследование, сравнивающее выражения лиц человека и гуманоидного робота, предполагает, что люди могут распознавать выражения, сделанные роботом явно, но не могут отображать автоматический, неявный ответ. Эмоциональные выражения лиц не просто рефлексивны, но имеют коммуникативный компонент.Например, эмпатическое выражение боли — это не просто рефлексивная реакция на вид боли в другом человеке, поскольку они преувеличены, когда сочувствующий знает, что за ним наблюдают. Кажется, мы хотим, чтобы люди знали, что мы эмпатичны. Особое значение среди мимики имеют демонстративные жесты, такие как вспышка бровей, которые указывают на намерение общаться. Эти жесты указывают, во-первых, что отправителю следует доверять, а во-вторых, что любые последующие сигналы важны для получателя.

Ключевые слова: эмоция, лицо, осознание, коммуникация

1. Множественные системы распознавания эмоций

Становится все более очевидным, первоначально из исследований неврологических пациентов с ограниченным повреждением головного мозга, что большая, если не большая, обработка информации происходит в мозгу без какого-либо сопутствующего сознательного опыта. Конечные продукты этой обработки информации часто становятся доступными сознанию, но во многих случаях эти бессознательные процессы могут управлять поведением без какой-либо необходимости в осознании.Наиболее ярким примером этого является слепое зрение (Weiskrantz & Warrington 1975). В таких случаях у пациентов возникает повреждение первичной зрительной коры, в результате чего они становятся слепыми в соответствующей части поля зрения. Тем не менее, если стимул быстро перемещается, например, через это слепое поле, пациент может «угадать» направление этого движения значительно лучше, чем случайность. Другой пример — пациент Д.Ф. которая в результате повреждения нижней височной коры также фактически слепа, поскольку не может распознавать объекты по их форме (Goodale et al. 1991). Несмотря на эту проблему, когда она тянется к объекту, она формирует свою руку в соответствии с формой объекта. В ее случае информация о форме предметов доступна для достижения соответствующего хватательного поведения, но не входит в сознание.

После этих демонстраций те же явления были продемонстрированы у здоровых добровольцев. Поведенческие исследования показали, что мы знаем о визуальном мире гораздо меньше, чем думаем (например, слепота к изменениям, Rensink et al. 1997; слепота невнимания, Mack & Rock 1998). Кроме того, мы совершаем точные тянущие и захватывающие движения с до , мы узнаем стимулы, вызывающие эти движения (Castiello et al. 1991; Pisella et al. 2000), и на нас могут влиять значения слов, которые мы не осознаем, что видели (Marcel 1983). Исследования изображений мозга также подтвердили, что стимулы, о которых добровольцы не подозревают, тем не менее вызывают активность в головном мозге (например,грамм. Beck et al. 2001), и что эту активность можно наблюдать вплоть до тех областей, которые связаны с обработкой смысла (например, Dehaene et al. 1998).

Эти результаты показывают, что существует по крайней мере два процесса, посредством которых сенсорные сигналы могут быть преобразованы в поведение: один связан с сознанием, а другой — нет. Эти процессы, кажется, происходят параллельно, а не бессознательная обработка, являющаяся ранней стадией пути к сознанию.Похоже, что этими двумя путями извлекаются разные виды информации. Например, когда я тянусь и хватаю, мне нужна информация о форме объекта, который я собираюсь схватить, но эта информация требует эгоцентрической точки зрения. Точный характер досягаемости и схватывания зависит от точных пространственных отношений между мной и объектом. Напротив, когда я узнаю объект по его форме, мне нужна информация о форме объекта, которая не зависит от моей текущей точки зрения, чтобы объект можно было идентифицировать даже с необычного взгляда (Schenk 2006).Таким образом, эти два пути восприятия, по-видимому, выполняют разные функции.

Конечно, было бы чрезмерным упрощением предполагать, что существует всего два независимых пути к действию. Вероятно, будет много маршрутов, и, кроме того, между этими маршрутами будут взаимодействия (например, Braddick et al. 2000). Однако остается важное различие между теми путями, которые ведут к сознательному осознанию, и теми, которые этого не делают (Frith et al. 1999). Вопрос о том, почему только некоторые пути связаны с сознанием, представляет большой интерес, но в этой статье мы не будем его подробно рассматривать.Наша интуиция подсказывает, что сознание играет очень важную роль в нашем поведении, но на удивление трудно точно определить, какова эта роль. Конечно, это не тот случай, когда обработка, ведущая к сознанию, в некотором смысле лучше обработки, которая не ведет к сознанию. Некоторые задачи лучше усвоить без осознания (например, Fletcher et al. 2005). Самоанализ об источниках нашего поведения может ввести в заблуждение (например, Johansson et al. 2005). В социальной сфере, как мы увидим позже в этом эссе, один и тот же сигнал может иметь очень разные эффекты в зависимости от того, достигает он или нет сознания. Роль сознания в нашей реакции на эмоции столь же сложна и плохо изучена.

Напротив, роль бессознательных процессов, возможно, понята немного лучше. Бессознательные пути к действию, кажется, применимы, когда нужно быстро реагировать. Например, эти два пути задействованы стимулами, вызывающими страх (LeDoux 2000).Я отпрыгну от змееподобного объекта на пути, прежде чем я пойму, что это всего лишь изогнутая палка. В этом случае есть явное преимущество выживания за счет быстрого реагирования на сигнал об опасности, даже если сигнал был неправильно интерпретирован. В оставшейся части этой статьи я буду рассматривать использование различных видов мимики в качестве сигналов, которые также могут обрабатываться как с сознанием, так и без него.

2. Эмоциональное заражение: скрытая имитация мимики

Социальные взаимодействия зависят от сложных сигналов во многих модальностях.Однако для человеческих взаимодействий устная речь играет настолько важную роль, что мы часто забываем о важности невербальных сигналов. Среди этих невербальных сигналов мимика играет важную роль в социальных взаимодействиях (Adolphs 1999; но см. De Gelder 2009). Сначала я рассмотрю лицевые сигналы, которые обрабатываются без осознания. Вид человеческого лица, выражающего страх, вызывает у наблюдателя пугающие реакции, о чем свидетельствует увеличение вегетативных маркеров возбуждения (Ohman & Soares, 1998) и повышение активности миндалевидного тела (Morris et al. 1996). Этот эффект возникает даже тогда, когда наблюдатель не осознает выражение лица, потому что оно было замаскировано (см. Pessoa (2005) для обзора). Процесс, с помощью которого вид испуганного лица вызывает страх у наблюдателя, является примером более общего эффекта, известного как отражение или заражение, когда наблюдатель имеет тенденцию скрытно и бессознательно имитировать поведение наблюдаемого человека. Этот эффект проявляется в целом ряде форм поведения: мимике (Dimberg et al. 2000), движения конечностей (Kilner et al. 2003), жесты (Chartrand & Bargh 1999) и многие аспекты речи (Pickering & Garrod 2004). Однако, как будет показано ниже, величина этой автоматической мимикрии модулируется рядом факторов, включая социальный контекст и отношения между наблюдаемым и наблюдателем (Bourgeois & Hess 2008).

У такого поведения зеркалирования много преимуществ. В случае речи зеркальное отображение способствует большему выравниванию коммуникантов с точки зрения словарного запаса и грамматики, что облегчает общение.Эксперименты по имитации жестов во время разговора показывают, что имитируемый человек чувствует себя более дружелюбным по отношению к другому говорящему и впоследствии ведет себя более просоциально (например, с большей вероятностью будет отдавать деньги на благотворительность; Van Baaren et al. 2004).

Однако эти эффекты, вероятно, возникают только тогда, когда человек не осознает имитацию (Lakin & Chartrand 2003). Это интересный случай, когда кажется, что действие сигналов сильно различается в зависимости от того, воспринимаются они сознательно или нет.

Представления о преимуществах бессознательной имитации мимики носят более умозрительный характер. Вид испуганного лица может быть намеком на то, что есть чего бояться и что наблюдатель должен быть бдительным. Кроме того, выражение страха на лице повышает бдительность: расширение глаз увеличивает размер поля зрения, а расширение ноздрей увеличивает вдохновляющую способность и усиливает обоняние (Susskind et al. 2008 г.). Таким образом, имитируя выражение страха, мы повышаем нашу чувствительность к сенсорным сигналам и становимся более бдительными. Напротив, выражение отвращения — это сигнал о том, что есть какое-то ядовитое вещество, которого следует избегать. Выражение отвращения на лице имеет противоположный эффект выражению страха. Глаза сужаются, уменьшая размер поля зрения, а нос сморщивается, сужая носовые ходы и уменьшая воздействие запахов. Имитируя выражение отвращения, мы уменьшаем воздействие потенциально вредных раздражителей.

Проблема, требующая дальнейшего исследования, касается механизма, с помощью которого люди могут скрытно распознавать выражения эмоций на замаскированных лицах, которые они не осознают (Dimberg et al. 2000). Есть некоторые свидетельства того, что такое распознавание зависит от подкорковых путей к миндалине (через верхний бугорок и пульвинар), которые обходят первичную зрительную кору (Morris et al. 1999). Эта идея подтверждается демонстрацией того, что пациент (G.Y.) с серьезным повреждением левой затылочной коры, тем не менее, может распознавать (то есть делать лучше, чем случайные предположения) эмоциональные выражения лица в своем слепом поле зрения (de Gelder et al. 1999). Дальнейшие доказательства этого предположения получены из исследований роли различных пространственных частот в распознавании лиц. Vuilleumier et al. (2003) показали, что активность веретенообразной коры головного мозга была связана с идентичностью лица с представлением высокой пространственной частоты, в то время как активность миндалины была связана с эмоциями лица с представлением низкой пространственной частоты.Распознавание выражения лиц в маске подкорковым путем может зависеть от сигналов о лице, передаваемых низкими пространственными частотами. Одна интересная возможность состоит в том, что критическим признаком испуганного лица является белая область вокруг глаз, которая становится больше, когда глаза широко открыты. Whalen et al. (2004) показал, что активность миндалины вызывалась замаскированными испуганными лицами, даже когда вся информация, кроме белков глаз, была удалена. Остается показать, как этот знак может быть так быстро извлечен из визуального сигнала в отсутствие корковой обработки.

Быстро и незаметно обрабатываются не только выражения эмоций на лице. Направление взгляда — еще один важный сигнал на лице при наблюдении за поведением других. Мы очень чувствительны к направлению взгляда и можем с большой точностью обнаружить цель взгляда (Anstis et al. 1969). Эта способность позволяет нам узнать, на кого или на что смотрят люди, и может раскрыть их интересы и намерения. Направление взгляда использовалось как подсказка при выполнении скрытых задач.В этих задачах добровольцы должны обнаружить цель, которая ненадолго появляется слева или справа от фиксации. Перед предъявлением цели отображается центральная подсказка, например стрелка, указывающая влево или вправо. Время реакции для обнаружения цели модулируется этой репликой, она быстрее, когда реплика совпадает с местоположением цели, и медленнее, когда она неконгруэнтна. Обычно совпадающие сигналы представлены в 80 процентах испытаний, а несовместимые сигналы — в 20 процентах испытаний. Если в качестве реплики использовать лицо с глазами, смотрящими влево или вправо, обнаруживается тот же эффект конгруэнтности (Driver et al. 1999). Однако поразительно, что этот эффект конгруэнтности возникает, даже если глаза постоянно смотрят в неправильном направлении. Bayliss et al. (2006) использовал серию лиц в качестве сигналов в скрытой задаче на внимание. Направление взгляда на некоторых лицах всегда совпадало с расположением следующей цели, в то время как другие лица всегда смотрели в неконгруэнтном направлении. Эффект взгляда на время обнаружения целей не зависел от личности лиц. Другими словами, добровольцы присутствовали в направлении, указанном взором, даже на лицах людей, которые постоянно смотрели в неправильном направлении.Этот результат говорит о том, что наша склонность следить за направлением взгляда других людей происходит автоматически, и ее трудно подавить. С другой стороны, волонтеры кое-что узнали об этих людях. Лица, которые постоянно давали неверные сигналы, были признаны менее заслуживающими доверия.

3. Явное распознавание выражений лица

Параллельно с бессознательным маршрутом обработки лица существует сознательный маршрут, который задействуется, например, когда добровольцев явно просят идентифицировать личности или выражения лиц.Доказательства того, что эти два пути действительно параллельны, получены из исследования пациентов, которые приобрели неспособность узнавать лица (прозопагнозия) в результате травмы головного мозга, обычно правой височной доли (Calder & Young 2005). У таких пациентов также обычно возникают трудности с распознаванием мимики. Однако есть свидетельства того, что эти пациенты по-прежнему скрытно узнают лица. Например, Tranel и Damasio (1988) описывают четырех пациентов с прозопагнозией в результате затылочно-височных поражений, которые все показали скрытое распознавание с точки зрения большей реакции проводимости кожи (SCR) для знакомых лиц.Другими словами, хотя они не могли идентифицировать знакомые лица, представление этих лиц вызывало эмоциональный отклик. Еще одно свидетельство использования этих двух путей было получено от пациентов с синдромом Капгра. Этот синдром может возникать как при психических заболеваниях, так и в результате структурного повреждения головного мозга. Пациенты Capgras могут узнать лицо знакомого человека. Однако они считают, что очень знакомых людей заменили самозванцы, двойники или инопланетяне, и часто придерживаются этого убеждения с крайней убежденностью (Ellis & Lewis 2001).Эллис и Янг (1990) предположили, что синдром Капгра является результатом нарушения аффективного пути к распознаванию лиц и, таким образом, является зеркальным отражением прозопагнозии. Они узнают лицо знакомого человека, но не испытывают эмоциональной реакции, которая обычно сопровождает такое узнавание. В результате лицо не кажется правильным. В соответствии с этой идеей было показано, что пациенты Capgras не демонстрируют усиленных реакций SCR на знакомые лица (Ellis et al. 1997).

Мои коллеги под руководством Тьерри Шаминада недавно завершили исследование изображений, в котором добровольцам были показаны различные динамические выражения лица, отображаемые человеком или роботом (робот-гуманоид WE-4RII; лаборатория Таканиси). Этот робот включает в себя упрощенную версию лицевых устройств, определенных Экманом и Фризеном (1978), и может отображать гнев, радость и отвращение. Наши добровольцы без труда распознали выражения лица робота. Нейронная активность, вызываемая мимикой этого робота, еще предстоит определить.Интересная возможность состоит в том, что активность в таких областях, как миндалина, связанная с эмоциональными реакциями, не будет вызвана роботами. Такой образец ответов имел бы очевидные параллели с описанным выше случаем синдрома Капгра. Здесь пациент видит человеческое лицо и узнает личности и выражения, но не чувствует эмоционального резонанса. Во многих случаях пациент считает, что человека заменили роботом (Ellis & Lewis 2001). Может оказаться, что феноменология, описанная пациентом, верна в том смысле, что опыт действительно похож на тот, который возникает при наблюдении за роботом.

Это предположение предполагает, что наблюдение за роботами не может автоматически вызывать заразную мимикрию, которая возникает, когда мы наблюдаем за другими людьми. Есть некоторые свидетельства в пользу этого предположения. Как упоминалось выше, Kilner et al. (2003) показал, что наблюдение несовместимых движений другого человека мешает его собственным движениям. Однако это вмешательство не происходило, когда несовместимые движения выполнялись манипулятором робота. С другой стороны, есть свидетельства того, что автоматическое выравнивание увеличивается, когда мы взаимодействуем с искусственными агентами, точно так же, как это происходит при взаимодействии с людьми.Oviatt et al. (2004) показал, что детская речь надежно и гибко сходится по ряду акустических и просодических характеристик с речью искусственного агента, с которым они разговаривают. В этом случае сближению могла способствовать необходимость взаимодействовать с агентом, а не просто наблюдать за ним. Как мы увидим в следующем разделе, заразные эффекты наблюдения значительно усиливаются, когда мы находимся в социальном контакте с человеком, за которым наблюдаем (например,грамм. Килнер и др. 2006 г.).

4. Эмоции как коммуникативные сигналы

До сих пор я представлял выражения лица как пример публичной информации (Danchin et al. 2004). Публичная информация — это сигнал, непреднамеренно созданный поведением одного животного, полезный для другого животного. Многие животные пользуются такими сигналами. Например, скворцы определяют местонахождение вероятных источников пищи, наблюдая за успехами других членов стада в поисках пищи (Templeton & Giraldeau, 1995).Выражение лица — еще один пример публичной информации. Такие выражения также являются непреднамеренными сигналами, которые могут быть полезны наблюдателям. Появление выражения страха — сигнал к бдительности, так как поблизости может быть что-то опасное. Однако, как только эмоциональные выражения становятся ценными сигналами для наблюдателей, эти сигналы также могут быть намеренно использованы в качестве актов коммуникации (Parkinson 2005). Ключевой характеристикой этих коммуникативных сигналов является то, что коммуникатор знает, что он посылает сигнал, а также знает, что его сигнал наблюдается.В результате присутствие аудитории может изменить интенсивность эмоционального выражения. Эксперимент Бавеласа и др. (1986) дает один из многих примеров этого эффекта. Волонтер сидел в зале ожидания, не подозревая, что ее снимают. Два актера входят в комнату с тяжелым предметом, который затем падает, очевидно, ранив одного из актеров. Наблюдающий доброволец имитирует выражение боли, показанное раненым актером. Это типичный «зеркальный» ответ. Однако болезненное выражение лица наблюдателя значительно усиливается, если актер находится в зрительном контакте с наблюдателем.Выражение боли, показанное наблюдателем, теперь является коммуникативным актом, сигнализирующим: «Я признаю вашу боль и сочувствую» и / или «Я заботливый человек».

До сих пор я говорил о ситуациях, в которых один человек реагирует на выражение лица другого, то есть наблюдатель реагирует на выражение лица актера. Это пример поведения без обратной связи. Однако общение чаще бывает двусторонним. При двустороннем взаимодействии после того, как наблюдатель отреагировал на выражение актера, актер затем отвечает на измененное выражение наблюдателя, тем самым замыкая цикл.Пример интерактивной последовательности эмоций, в которой цикл общения замыкается, получен из анализа выражения смущения, проведенного Келтнером и Басвеллом (1997). Смущение — это сложная эмоция, которая, как и чувство вины и стыда, связана с репутацией в глазах других. В частности, Келтнер и Басвелл предполагают, что смущение можно рассматривать как акт умиротворения, с помощью которого можно уменьшить потерю репутации. Интерактивную последовательность можно описать следующим образом.Актер совершает социальную оплошность. Это вызывает удивление и гнев у наблюдателей, выражающих свое неодобрение. Актер выражает смущение, сообщая, что ему стыдно, извиняется и он несчастен. Это успокаивает наблюдателей, которые выражают сострадание и прощение. Это вызывает у актера счастье, указывая на то, что он признает, что прощен.

Эти преднамеренные эмоциональные сигналы также могут быть заведомо вводящими в заблуждение. Человек, который сигнализирует о смущении, чтобы успокоить наблюдателей, может на самом деле не чувствовать эмоции.

5. Яркие сигналы

Если один и тот же сигнал может быть произведен случайно или как преднамеренный сигнал, то важно уметь различать такие причины сигналов. Случайные сигналы с меньшей вероятностью будут вводить в заблуждение, в то время как преднамеренные сигналы могут потребовать ответа. Во многих ситуациях выдается специальный сигнал (остаточный сигнал), указывающий на то, что передача сигналов является преднамеренной. Производство навязчивого сигнала указывает на две вещи: во-первых, человек желает инициировать общение, а во-вторых, следующий за ним сигнал будет иметь отношение к интересам получателя (Sperber & Wilson 1995).

Самый прямой способ начать общение — это назвать кого-нибудь по имени. Однако также используются мимические жесты, такие как зрительный контакт, часто сопровождающийся кратким поднятием бровей (вспышка бровей; Eibl-Eibesfeldt 1972). Kampe et al. (2003) сканировал добровольцев, когда они получали явные сигналы либо в слуховой модальности (их имя), либо в визуальной модальности (длительный зрительный контакт). Общая для обоих типов сигналов активность наблюдалась в медиальной префронтальной коре и височных полюсах.Это области, которые часто активируются, когда испытуемым приходится думать о психических состояниях (Mitchell et al. 2005; Frith & Frith 2006). Делать выводы о психических состояниях другого человека является ключевым требованием для коммуникативного взаимодействия, потому что оно, по сути, связано с передачей знаний и убеждений от одного разума к другому. Результаты Kampe et al. предполагают, что остенсивный сигнал заставляет получателя готовиться к ментализации.

Явный сигнал указывает на то, что последующие сигналы являются преднамеренно коммуникативными и предоставят наблюдателю полезную и актуальную информацию.Вера в это обещание хорошо продемонстрирована в поведении младенцев в исследовании Senju & Csibra (2008). В этом эксперименте младенцы в возрасте шести месяцев наблюдали за взрослым, который направил свой взгляд на объект слева или объект справа. Экспериментаторы проверяли, будет ли ребенок следить за взглядом взрослого. Результаты ясно показали, что младенцы следили за взглядом только тогда, когда ему предшествовал явный сигнал: зрительный контакт со вспышкой бровей или управляемая младенцем речь (моторез).Подразумевается, что они понимают, что эти явные сигналы указывают на то, что взгляд, который следует за ними, предназначен для того, чтобы указать на что-то интересное.

Каково происхождение этих остаточных сигналов? Назвать чье-то имя — это простой способ привлечь чье-то внимание, но почему вспышка бровей приобрела эту роль? Watt et al. (2007) показали, что поднятие бровей, как это происходит со вспышкой бровей, увеличивает расстояние, на котором наблюдатель может определить направление взгляда.Watt et al. предполагает, что это означает, что вспышка бровей позволяет наблюдателю легче увидеть, что актер устанавливает зрительный контакт. Я предполагаю, что вспышка бровей также может быть сигналом актуальности.

Наблюдатели сходятся во мнении, что лица некоторых людей выглядят более достоверными, чем лица других (например, Winston et al. 2002; Todorov et al. 2008), хотя нет никаких доказательств того, что эти суждения имеют какую-либо обоснованность. Тодоров и др. определили четыре черты лица, которые определяют надежность. Один из них — это высота внутренней брови. Лица с высокими внутренними бровями выглядят заслуживающими доверия. Те, у кого низкие внутренние брови, выглядят ненадежно. Эти различия можно интерпретировать на основании результатов Watt et al. Надежные люди подняли брови, чтобы наблюдатели могли видеть, куда они смотрят. У ненадежных людей брови опущены, чтобы наблюдателям было труднее видеть, куда они смотрят.Учитывая эти наблюдения, мы можем интерпретировать вспышку бровей как сигнал того, что отправителю следует доверять. Поднятые брови позволяют легче увидеть направление взгляда, помогая тем самым раскрыть намерения отправителя. Бровь как демонстративный жест сигнализирует о том, что сообщение, которое следует за ним, будет актуальным и правдивым.

6. Выводы

Изучение мимики очень хорошо иллюстрирует, как поведение может развиться в сложную систему коммуникации. Во-первых, выражение страха на лице имеет прямые поведенческие преимущества для актера, поскольку, например, расширение глаз увеличивает поле зрения, тем самым повышая вероятность обнаружения сигналов опасности.Это выражение затем становится общедоступной информацией, которую наблюдатели могут использовать как сигнал бдительности. На следующем этапе актер получает возможность управлять отправкой сигнала, который ранее был испущен случайно. Благодаря такому контролю он может выражать печаль и смущение как средство умиротворения агрессии в других. Наконец, и актер, и получатель осознают, что они обмениваются сигналами и что их можно использовать для преднамеренного общения. На этом этапе сигналы больше не нужно связывать с их исходной поведенческой функцией.Они могут быть произвольно связаны со смыслом, что делает возможным развитие языка.

Благодарности

Эта работа поддержана Датским национальным исследовательским фондом и схемой AHRC CNCC AH / E511112 / 1.

Список литературы

  • Адольфс Р. 1999 Социальное познание и человеческий мозг. Trends Cogn. Sci. 3, 469–479 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01399-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Anstis SM, Mayhew JW, Morley T.1969 Восприятие лица или телевизионного «портрета» смотрящий.Являюсь. J. Psychol. 82, 474–489 (doi: 10.2307 / 1420441) [PubMed] [Google Scholar]
  • Бавелас Дж. Б., Блэк А., Лемери К. Р., Маллетт Дж. 1986 Я показываю, как вы себя чувствуете: двигательная мимика как коммуникативный акт. J. Pers. Soc. Psychol. 50, 322–329 [Google Scholar]
  • Бейлисс А. П., Пол М. А., Кэннон П. Р., Типпер С. П., 2006. Подсказка взгляда и аффективное суждение об объектах: мне нравится то, на что вы смотрите. Психон. Бык. Rev. 13, 1061–1066 [PubMed] [Google Scholar]
  • Beck D. M., Rees G., Frith C. D., Lavie N.2001 Нейральные корреляты обнаружения изменений и слепоты к изменениям. Nat. Neurosci. 4, 645–650 (doi: 10.1038 / 88477) [PubMed] [Google Scholar]
  • Буржуа П., Гесс У. 2008 Влияние социального контекста на мимикрию. Биол. Psychol. 77, 343–352 (doi: 10.1016 / j.biopsycho.2007.11.008) [PubMed] [Google Scholar]
  • Braddick OJ, O’Brien JM, Wattam-Bell J., Atkinson J., Turner R.2000 Form and Когерентность движений активирует независимые, но не сегрегированные дорсально / вентрально сети в человеческом мозге.Curr. Biol 10, 731–734 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (00) 00540-6) [PubMed] [Google Scholar]
  • Колдер А. Дж., Янг А. В. 2005 Понимание распознавания личности и выражения лица. Nat. Rev. Neurosci. 6, 641–651 (doi: 10.1038 / nrn1724) [PubMed] [Google Scholar]
  • Castiello U., Paulignan Y., Jeannerod M.1991 Временная диссоциация моторных реакций и субъективного осознавания. Исследование на нормальных предметах. Brain 114 (6), 2639–2655 (doi: 10.1093 / brain / 114.6.2639) [PubMed] [Google Scholar]
  • Chartrand T.Л., Барг Дж. А.1999 Эффект хамелеона: связь между восприятием и поведением и социальное взаимодействие. J. Pers. Soc. Psychol. 76, 893–910 [PubMed] [Google Scholar]
  • Данчин Э., Жиральдо Л. А., Валоне Т. Дж., Вагнер Р. Х. 2004. Публичная информация: от любопытных соседей к культурной эволюции. Science 305, 487–491 (doi: 10.1126 / science.1098254) [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B.2009 Почему тела? Двенадцать причин для включения телесных выражений в аффективную нейробиологию. Фил. Пер. R. Soc.B 364, 3475–3484 (doi: 10.1098 / rstb.2009.0190) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • de Gelder B., Vroomen J., Pourtois G., Weiskrantz L.1999 Бессознательное признание влияют при отсутствии стриарной коры. Neuroreport 10, 3759–3763 [PubMed] [Google Scholar]
  • Dehaene S., Naccache L., Le Clec HG, Koechlin E., Mueller M., Dehaene-Lambertz G., Van de Moortele PF, Le Bihan D. 1998 Визуализация бессознательного семантического прайминга. Nature 395, 597–600 (doi: 10.1038 / 26967) [PubMed] [Google Scholar]
  • Dimberg U., Тунберг М., Эльмехед К. 2000 Бессознательные лицевые реакции на эмоциональные выражения лица. Psychol. Sci. 11, 86–89 (doi: 10.1111 / 1467-9280.00221) [PubMed] [Google Scholar]
  • Драйвер Дж., Дэвис Г., Риччиарделли П., Кидд П., Максвелл Э., Барон-Коэн S.1999 Взгляд взгляда запускает рефлексивную зрительно-пространственную ориентацию. Vis. Cogn. 6, 509–540 [Google Scholar]
  • Eibl-Eibesfeldt I.1972 Сходства и различия культур в выразительных движениях. В невербальном общении (под ред. Хайнде Р.A.), стр. 297–311 Кембридж, Великобритания: Cambridge University Press [Google Scholar]
  • Ekman P., Friesen WV1978 Система кодирования движений лица Пало-Альто, Калифорния: Консультации психологов Press [Google Scholar]
  • Ellis HD, Льюис MB2001 Заблуждение Капгра: окно для распознавания лиц. Trends Cogn. Sci. 5, 149–156 (doi: 10.1016 / S1364-6613 (00) 01620-X) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., 1990 г. Учет ошибочных идентификаций. Br. J. Psychiatry 157, 239–248 (DOI: 10.1192 / bjp.157.2.239) [PubMed] [Google Scholar]
  • Эллис Х. Д., Янг А. У., Куэйл А. Х., Де Пау К. У., 1997 Снижение вегетативных реакций на лица в бреде Капгра. Proc. R. Soc. Лондон. B 264, 1085–1092 (doi: 10.1098 / rspb.1997.0150) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Fletcher PC, Zafiris O., Frith CD, Honey RA, Corlett PR, Zilles K., Fink GR2005 О преимуществах отказа от попыток: активность мозга и возможности взаимодействия, отражающие взаимодействие явного и неявного последовательного обучения.Цереб. Cortex 15, 1002–1015 (doi: 10.1093 / cercor / bhh301) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К. Д., Фрит У. 2006. Нейронная основа ментализации. Neuron 50, 531–534 (doi: 10.1016 / j.neuron.2006.05.001) [PubMed] [Google Scholar]
  • Фрит К., Перри Р., Люмер Э.1999 Нейронные корреляты сознательного опыта: экспериментальная основа. Trends Cogn. Sci. 3, 105–114 (DOI: 10.1016 / S1364-6613 (99) 01281-4) [PubMed] [Google Scholar]
  • Гудейл М. А., Милнер А. Д., Якобсон Л. С., Кэри Д. П. 1991. Неврологическая диссоциация между восприятием объектов и их схватыванием. Nature 349, 154–156 (doi: 10.1038 / 349154a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Johansson P., Hall L., Sikström S., Olsson A.2005 Неспособность обнаружить несоответствие между намерением и результатом в простой задаче принятия решения . Science 310, 116–119 (doi: 10.1126 / science.1111709) [PubMed] [Google Scholar]
  • Kampe KK, Frith CD, Frith U.2003 «Эй, Джон»: сигналы, передающие коммуникативное намерение в сторону самоактивируемых областей мозга, связанных с «ментализацией», независимо от модальности.J. Neurosci. 23, 5258–5263 [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Келтнер Д., Басвелл Б. N.1997 Смущение: его особая форма и функции умиротворения. Psychol. Бык. 122, 250–270 (doi: 10.1037 / 0033-2909.122.3.250) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Полиньян Й., Блейкмор С. Дж., 2003 г. Влияние наблюдаемого биологического движения на действие. Curr. Биол. 13, 522–525 (doi: 10.1016 / S0960-9822 (03) 00165-9) [PubMed] [Google Scholar]
  • Килнер Дж. М., Марчант Дж.Л., Фрит С. Д. 2006. Модуляция зеркальной системы социальной релевантностью. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 1, 143–148 (doi: 10.1093 / scan / nsl017) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Лакин Дж. Л., Чартранд Т. Л., 2003 Использование бессознательной поведенческой мимикрии для создания аффилированности и взаимопонимания. Psychol. Sci. 14, 334–339 (doi: 10.1111 / 1467-9280.14481) [PubMed] [Google Scholar]
  • LeDoux J. E.2000 Эмоциональные контуры в мозге. Анну. Rev. Neurosci. 23, 155–184 (DOI: 10.1146 / annurev.neuro.23.1.155) [PubMed] [Google Scholar]
  • Мак А., Рок I. 1998 г. Невозможная слепота Кембридж, Массачусетс, Массачусетский технологический институт [Google Scholar]
  • Марсель А. Дж. 1983 г. Сознательное и бессознательное восприятие: эксперименты по визуальной маскировке и распознаванию слов. Cogn. Psychol. 15, 197–237 (DOI: 10.1016 / 0010-0285 (83)

    -9) [PubMed] [Google Scholar]

  • Mitchell JP, Banaji MR, Macrae CN2005 Общий и конкретный вклад медиальной префронтальной коры в знания о психических состояния.Neuroimage 28, 757–762 (doi: 10.1016 / j.neuroimage.2005.03.011) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris JS, Frith CD, Perrett DI, Rowland D., Young AW, Calder AJ, Dolan RJ1996A дифференциальная нейронная реакция миндалины человека на испуганные и счастливые выражения лица. Nature 383, 812–815 (doi: 10.1038 / 383812a0) [PubMed] [Google Scholar]
  • Morris J. S., Ohman A., Dolan R. J.1999 Подкорковый путь к правой миндалине, опосредующий «невидимый» страх. Proc. Natl Acad. Sci.USA 96, 1680–1685 (doi: 10.1073 / pnas.96.4.1680) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Ohman A., Soares JJ1998 Эмоциональная привязка к замаскированным стимулам: ожидание неблагоприятных исходов после непризнанного страха -соответствующие раздражители. J. Exp. Psychol. Gen. 127, 69–82 (doi: 10.1037 / 0096-3445.127.1.69) [PubMed] [Google Scholar]
  • Овиатт С., Дарвес К., Коулстон Р. 2004. Переход к адаптивным диалоговым интерфейсам: моделирование конвергенции речи с анимированными персонажами. ACM Trans.Comput. Гм. Взаимодействовать. 11, 300–328 (doi: 10.1145 / 1017494.1017498) [Google Scholar]
  • Parkinson B.2005 Выражают ли движения лица эмоции или передают мотивы? Чел. Soc. Psychol. Ред. 9, 278–311 (doi: 10.1207 / s15327957pspr0904_1) [PubMed] [Google Scholar]
  • Pessoa L.2005 В какой степени эмоциональные визуальные стимулы обрабатываются без внимания и осознания? Curr. Opin. Neurobiol. 15, 188–196 (doi: 10.1016 / j.conb.2005.03.002) [PubMed] [Google Scholar]
  • Пикеринг М.Дж., Гаррод С. 2004. К механистической психологии диалога. Behav. Brain Sci. 27, 169–190; обсуждение 190–226 [PubMed] [Google Scholar]
  • Pisella L., Grea H., Tilikete C., Vighetto A., Desmurget M., Rode G., Boisson D., Rossetti Y.2000. рука в задней теменной коре головного мозга человека: к переосмыслению атаксии зрительного нерва. Nat. Neurosci. 3, 729–736 [PubMed] [Google Scholar]
  • Ренсинк Р. А., Ореган Дж. К., Кларк Дж. Дж. 1997 Видеть или не видеть: потребность во внимании для восприятия изменений в сценах.Psychol. Sci. 8, 368–373 (doi: 10.1111 / j.1467-9280.1997.tb00427.x) [Google Scholar]
  • Schenk T.2006 Аллоцентрический, а не перцепционный дефицит у пациента D.F. Nat. Neurosci. 9, 1369–1370 (doi: 10.1038 / nn1784) [PubMed] [Google Scholar]
  • Senju A., Csibra G. 2008. Следящий взгляд у младенцев зависит от коммуникативных сигналов. Curr. Биол. 18, 668–671 (doi: 10.1016 / j.cub.2008.03.059) [PubMed] [Google Scholar]
  • Sperber D., Wilson D.1995 Актуальность: коммуникация и познание, 2-е изд.Оксфорд, Великобритания: Блэквелл [Google Scholar]
  • Сасскинд Дж. М., Ли Д. Х., Кузи А., Фейман Р., Грабски В., Андерсон А. К. 2008. Выражение страха улучшает восприятие сенсорных ощущений. Nat. Neurosci. 11, 843–850 (doi: 10.1038 / nn.2138) [PubMed] [Google Scholar]
  • Темплтон Дж., Жиральдо Л.-А.1995 Оценка пятен в стадах кормящихся европейских скворцов: свидетельства использования общественной информации. Behav. Ecol. 6, 65–72 (doi: 10.1093 / beheco / 6.1.65) [Google Scholar]
  • Тодоров А., Барон С.Г., Остерхоф Н. Н. 2008. Оценка достоверности лица: модельный подход. Soc. Cogn. Влияет на Neurosci. 3, 119–127 (doi: 10.1093 / scan / nsn009) [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Транель Д., Дамасио А. Р.1988 Распознавание лиц без сознания у пациентов с агнозией лица. Behav. Brain Res. 30, 235–249 (doi: 10.1016 / 0166-4328 (88)
  • -0) [PubMed] [Google Scholar]

  • Ван Баарен Р. Б., Холланд Р. В., Каваками К., Ван Книппенберг А. 2004. Подражание и просоциальное поведение. Psychol.Sci. 15, 71–74 (doi: 10.1111 / j.0963-7214.2004.01501012.x) [PubMed] [Google Scholar]
  • Vuilleumier P., Armony JL, Driver J., Dolan RJ2003 Четкая пространственная частотная чувствительность для обработки лиц и эмоциональные выражения. Nat. Neurosci. 6, 624–631 (doi: 10.1038 / nn1057) [PubMed] [Google Scholar]
  • Watt R., Craven B., Quinn S.2007 Роль бровей в регулировании видимости направления взгляда. Q. J. Exp. Psychol. (Colchester) 60, 1169–1177 (doi: 10.1080 / 17470210701396798) [PubMed] [Google Scholar]
  • Weiskrantz L., Уоррингтон Э. К. 1975. Слепое зрение: остаточное зрение после затылочных поражений у человека и обезьяны. Brain Res. 85, 184–185 [Google Scholar]
  • Whalen P. J., et al. 2004 Чувствительность миндалевидного тела человека к замаскированным испуганным белкам глаз. Science 306, 2061 (doi: 10.1126 / science.1103617) [PubMed] [Google Scholar]
  • Уинстон Дж. С., Стрэндж Б. А., О’Догерти Дж., Долан Р. Дж., 2002 Автоматические и преднамеренные реакции мозга при оценке достоверности лиц. Nat. Neurosci. 5, 277–283 (DOI: 10.1038 / nn816) [PubMed] [Google Scholar]

Frontiers | Выражение лица, эмоции и языки жестов

Введение

Люди воспринимают выражения лиц как передающие смысл, но откуда они берутся и что именно означают? Основываясь на наблюдениях за выражениями лица, обычно связанными с эмоциями, Дарвин (1904) предположил, что они должны были иметь какое-то инструментальное значение в истории эволюции. Например, приподнятие бровей могло помочь нашим предкам реагировать на неожиданные события окружающей среды, расширяя поле зрения и, следовательно, позволяя им видеть больше.Несмотря на то, что их инструментальная функция могла быть утрачена, выражение лица остается у людей как часть нашего биологического дара, и поэтому мы все еще поднимаем брови, когда в окружающей среде происходит что-то удивительное, независимо от того, имеет ли видение больше ценности или нет. Следуя этой традиции, Экман (1979, 1992) утверждал, что существует набор выражений лица, которые являются врожденными, и они означают, что человек, делающий это лицо, испытывает эмоции; то есть поднятие бровей означает «Я удивлен.Он также утверждал, что существуют культурно приобретенные выражения лица, используемые для модуляции врожденных эмоциональных выражений, так называемые правила отображения, а также другие выражения, используемые для общения. Примеры последнего типа: (а) вспышка бровей означает «привет», (б) движения бровей во время речи, подчеркивающие определенные слова. Согласно этой точке зрения, некоторые выражения лица являются «считыванием» внутренних эмоциональных состояний, и тот факт, что они имеют значение для наблюдателя, является случайным, в то время как другие используются специально для общения и, таким образом, в некотором смысле преднамеренно значимы.

Однако Фридлунд (1997) утверждал, что нет никаких «считываний» внутренних эмоциональных состояний; скорее то, что обычно считается эмоциональным выражением, эволюционировало для передачи намерений. То есть поднятые брови не означают «я удивлен», но может означать «что-то случилось; Я собираюсь выяснить, что. С этой точки зрения все выражения лица развивались для коммуникативных целей.

Последние 30 лет лингвистических исследований жестовых языков показали, что существуют выражения лица, которые используются вместе с ручными знаками и функционируют как фонологические признаки, морфемы и синтаксические / просодические маркеры, например, условные предложения, обозначающие поднятие бровей (Liddell, 1980). ; Дачковский, Сандлер, 2009).Эти выражения лица явно коммуникативны по своей природе и используются в сочетании с другими значимыми движениями (движениями рук).

В целом, есть свидетельства того, что выражения лица означают разные вещи, начиная от, возможно, универсальных сообщений, например: «Я удивлен» / «Что-то случилось!» к культуре конкретных усвоенных смыслов; то есть, «привет», специфическим для культуры значениям, которые могут принимать участие в более крупных составных структурах с другими значимыми элементами, то есть маркером условного предложения в жестовых языках.

Как можно учесть диапазон значений и употребления выражений лица? Следуя Вежбицкой (1999), мы утверждаем, что выражения лица — это семиотические единицы (пары форма-значение), которые можно анализировать с помощью той же семантической методологии, которая используется для анализа слов (см. Wierzbicka, 1996, для описания ее методологии). Два дополнительных рабочих предположения, которые мы принимаем из Вежбицкой (1999, с. 185), заключаются в следующем: (а) некоторые конфигурации лица имеют идентифицируемые независимые от контекста значения; (б) некоторые выражения лица имеют универсальное значение, которое можно интерпретировать без привязки к культуре.Предположение (а) также сделано Дачковским и Сандлером (2009), хотя, насколько мы понимаем, они ограничивают это утверждение выражениями лица, используемыми в качестве просодических единиц. Предположение (б) разделяет Экман. Обратите внимание, что в целом можно привести сильный аргумент в пользу того, что некоторые выражения лица являются врожденными, потому что они также производятся врожденно слепыми людьми (Matsumoto and Willingham, 2009), но определение их значения вызывает большие споры.

Чтобы проиллюстрировать противоречие, мы кратко обсудим значение подъема бровей, поскольку мы используем это выражение лица в качестве примера в этой статье.Экман (1992) предполагает, что это означает «Я удивлен», но мы принимаем предложение Вежбицкой (1999, стр. 205), что оно означает «Я хочу знать (об этом) больше». Мы принимаем интерпретацию Вежбицкой по следующим причинам: Вежбицкая указывает, что термин «сюрприз» не универсален, это часть англоязычного языка и культуры. Вместо этого она предлагает, чтобы значения мимики можно было лучше выразить с помощью терминов из естественного семантического метаязыка (Wierzbicka, 1996), для которого у нее есть некоторые свидетельства универсальности.Более того, нам кажется, что часть значения удивления заключается в том, что на самом деле «желание узнать больше об этом [неожиданном событии, которое только что произошло]», поэтому эти две интерпретации не являются полностью несовместимыми. Однако мы находим определение Вежбицкой более общим, позволяющее охватить использование подъема бровей в отношении эмоций и языков жестов, поэтому мы принимаем именно его, признавая, что в настоящее время нет единого мнения по этому поводу.

Что касается выражений лица в целом, мы предлагаем, чтобы их различия и сходства можно было объяснить в трех измерениях: семантическом, иконическом и композиционном.Эти размеры получены из нашего первого рабочего предположения; что некоторые выражения лица являются семиотическими единицами (парно-значение формы). Семантическое измерение относится к значимой части семиотической единицы, измерение иконичности — к природе отношений между формой и значением, а композиционность — к тому, как семиотическая единица может сочетаться с другими семиотическими единицами для образования сложных семиотических структур. Семантическое измерение охватывает значения, универсальные для тех, которые зависят от культуры.Знаковое измерение охватывает различные степени, в которых выражения лица соответствуют своему значению. Измерение композиционности охватывает степени, в которых выражения лица легко сочетаются с другими семиотическими единицами, образуя сложные структуры. Аналогичное предположение было сделано для объяснения диапазона движений рук, используемых людьми, включая жесты совместной речи слышащих людей и жестов глухих (McNeill, 1992). В этом мини-обзоре мы обобщаем данные о приобретении выражений лиц подписавшимися, чтобы поддержать нашу точку зрения.Сначала мы представляем краткий обзор роли лица в структуре языка жестов. Затем мы описываем предлагаемые параметры и результаты приобретения выражений лиц глухими подписывающими, которые их поддерживают, после чего мы приходим к заключению. Обратите внимание, что, насколько нам известно, в настоящее время существуют данные о приобретении только по не руководствам по американскому языку жестов (ASL), поэтому все приведенные ниже примеры относятся к ASL.

Языки жестов и роль лица

Языки жестов — это естественные лингвистические системы, которые возникают в сообществе глухих и, как и разговорные языки, имеют фонологический, лексический и синтаксический уровни структуры (например,г., Liddell, 2003; Сандлер и Лилло-Мартин, 2006). Когнитивные и нейрокогнитивные данные свидетельствуют о том, что жестовые и разговорные языки обрабатываются аналогичным образом; например, они демонстрируют похожие эффекты лексического доступа (Baus et al., 2008; Carreiras et al., 2008), и они поддерживаются схожими областями мозга (Campbell et al., 2008).

Движения лица и головы используются в жестовых языках на всех уровнях языковой структуры. На фонологическом уровне некоторые знаки имеют обязательный лицевой компонент в форме цитирования (Liddell, 1980; Woll, 2001).В ASL есть лицевые морфемы, такие как наречие «th», означающее «небрежно» (McIntire, Reilly, 1988; Crasborn et al., 2008). Действиями лица, среди прочего, отмечаются относительные придаточные предложения, вопросы содержания и условные выражения, хотя есть некоторые разногласия, следует ли рассматривать эти обозначения как синтаксические или просодические (см. Liddell, 1980; Baker-Shenk, 1983; Aarons et al., 1992; Nespor and Sandler, 1999; Sandler, 1999; Wilbur, Patschke, 1999; Neidle et al., 2000; Dachkovsky, Sandler, 2009; Wilbur, 2009).Подписывающие также используют лицо для жестов (Sandler, 2009). Ниже мы описываем, как это использование лица может быть описано в трех измерениях; семантические, композиционные и иконические со свидетельствами приобретения выражения лица.

Семантическое измерение

Семантическое измерение относится к смысловой части семиотической единицы. Было предложено, особенно для значений выражений лица, что существуют универсальные значения и значения, специфичные для культуры. Поднятие бровей считается единицей универсального значения, и мы принимаем предположение, что это означает «Я хочу знать больше (об этом)».”

Поднятие брови, по-видимому, используется как с речью, так и без нее. Контекст может придать ему дополнительное значение помимо «Я хочу знать больше (об этом)», однако мы утверждаем, что даже когда контекст добавляет больше смысла, он всегда сохраняет свое универсальное значение. Например, слышащие люди могут поднимать брови, задавая вопрос типа «да-нет» (Ekman, 1979), и когда они сталкиваются с чем-то неожиданным в окружающей среде. В обоих случаях он по-прежнему сохраняет значение «Я хочу знать больше (об этом)», но в первом случае оно связано со словами в вопросе, а во втором — с событием.В жестовых языках поднятие бровей также используется в разных контекстах; он может отмечать вопросы типа «да-нет» и предшествующие условные предложения. Дачковский и Сандлер (2009, с. 300) предполагают, что, несмотря на эти разные лингвистические контексты, поднятие бровей имеет одно значение, а именно: «[…] промежуточная или интонационная фраза, отмеченная [поднятием бровей], должна сопровождаться другой фразой, производимой либо собеседник или другой ». Мы находим интерпретацию Дачковского и Сандлера совместимой с интерпретацией «я хочу знать больше (об этом)» или аналогичной формулировкой, такой как «поступает больше информации.”

На культурно-специфическом конце семантического измерения лежит, например, наречие «th» на ASL (небрежно), передаваемое посредством высунувания языка между сомкнутыми губами и наклона головы. Говоря, что «небрежно» — это понятие, специфичное для культуры, мы имеем в виду, что не во всех языках сложный набор моделей поведения и отношений, составляющих значение «небрежно», обозначен словом / знаком. Однако мы не имеем в виду, что концепция не может быть объяснена кому-то, чей язык не имеет для нее слова.

Семантически универсальные выражения лица логически появляются первыми при усвоении. К 0: 2 дети поднимают брови в том, что Изард и др. (1995) называют выражение «интерес», но мы называем это «я хочу знать больше (об этом)». Специфические для культуры выражения лица, такие как отрицательное дрожание головы, появляются примерно 1: 0, но они еще не сочетаются с жестом (Anderson and Reilly, 1997; Reilly, 2005).

Измерение иконичности

Мы используем термин иконичность для обозначения формально-смыслового сходства.Сходство по своей природе зависит от степени. Некоторые выражения лица в большей степени напоминают свое значение, чем другие. Связь между формой поднятия бровей и значением «Я хочу знать больше (об этом)» является знаковой, поскольку поднятие бровей, чтобы увидеть больше, является метафорическим символом (Тауб, 2001) желания узнать больше. Наречное «th» (небрежно) также кажется культовым, поскольку небольшой выпирающий язык и наклон головы могут напоминать лицо человека, который ведет себя неосторожно. У нас нет данных о выражениях лиц слышащих или глухих людей, которые полностью произвольно связаны со своим значением; однако мы думаем, что это в принципе возможно, потому что многие семиотические единицы, особенно в разговорной речи, не проявляют никакого сходства со значением формы.Мы предлагаем подмигивание, используемое в некоторых англоязычных культурах для обозначения «я не серьезно», как пример лицевого действия, произвольно связанного со значением.

При приобретении, поскольку универсальные выражения появляются первыми и поскольку универсальные значения, как представляется, обязательно имеют форму, мотивированную значением (Wierzbicka, 1999, p. 213), иконичность предшествует произволу. Даже когда подписывающие дети начинают сочетать выражения со знаками (1: 6), первые типы, которые они используют, — это выражения лица, связанные с эмоциями, с концептуальными знаками эмоций (McIntire и Reilly, 1988; Reilly et al., 1990b).

Измерение композиционности

Выше мы видели, что поднятие брови может использоваться отдельно или в сочетании с другими семиотическими единицами, такими как слова, т.е. оно является композиционным. В языках жестов подъем бровей можно использовать вместе с жестами (что эквивалентно произнесению слов). В разговорных языках подъем бровей также может использоваться вместе со словами, однако в языках жестов, похоже, существует больше ограничений на то, как подъем бровей сочетается со знаками / словами. Первое существенное отличие состоит в том, что в некоторых жестовых языках подъем бровей является обязательным при ответах на вопросы типа «да-нет» (Дачковский, Сандлер, 2009), а в разговорных языках — нет.Второе отличие состоит в том, что выражения лица, участвующие в составных знаковых структурах, по-видимому, более строго привязаны к появлению и смещению знаков / слов по сравнению с разговорным языком (Veinberg and Wilbur, 1990). Казалось бы, увеличивается количество комбинаторных вариантов выражения лица при переходе от использования лица в разговорной речи к использованию лица как части жестов, аналогично тому, что предлагалось для жестикуляции и языка жестов в McNeill (1992).

Не все выражения лица должны появляться в составных структурах; однако мы не знаем о существовании выражения лица, которое запрещает комбинирование во всех случаях.Например, кажется, что даже символические выражения лица, которые обычно стоят особняком, такие как вспышка бровей «привет», упомянутая выше, могут использоваться для замены слов в предложении. Однако наша точка зрения состоит в том, что некоторые выражения лица легче комбинируются с другими семиотическими единицами, чем другие, и что существуют степени регулярности составных структур, т. Е. Сочетание поднятия брови со словами на языках жестов встречается чаще и время, чем в разговорных языках.

Полное овладение комбинаторными условностями выражения лица в языке жестов длится не менее 7 лет. Первая комбинация выражений лица с другими семиотическими единицами у подписывающих происходит примерно в соотношении 1: 6. Эти лицевые действия кажутся фонологическими особенностями. Это также происходит, когда появляется ручной знак отрицания, но ребенок не совмещает его со своим рукопожатием до 2 месяцев спустя (1: 8). В 2 года появляются первые наречия на лице.В 2: 5 дети используют мимику, чтобы изобразить эмоции других людей, а в 3: 0 используют перерыв в зрительном контакте и мимику других, чтобы отметить смену ролей. 3: 0 — это также возраст, когда дети используют ручной знак для «если», но только в 5: 0 они начинают использовать его, приподняв бровь, и только в 7: 0 они полностью приближаются к выработке условных выражений взрослыми (Reilly et al. ., 1990а; Рейли, 2005).

Заключение

С точки зрения трех предлагаемых измерений, по мере того, как дети приобретают выражения лица, они переходят от врожденных универсальных концепций, отображаемых на иконические формы, созданные в целостных структурах, к концепциям, специфическим для культуры, традиционным сопоставлениям форм и значений и все более сложным составным структурам.Дополнительные данные о приобретении мимики на жестовых языках, отличных от ASL, а также данные о развитии и использовании мимики в устной речи помогут прояснить, какие концепции и формы являются универсальными (если таковые имеются).

Мы считаем важным отметить, что наши континуумы ​​не объясняют , как детей приобретают выражения лица, скорее они делают сильное заявление относительно того, что дети приобретают: семиотические единицы и знания о том, как объединить их в более сложные семиотические единицы.Эта точка зрения контрастирует с взглядами, утверждающими, что выражения лица, связанные с эмоциями, выражения лиц, используемые людьми, которые слышат во время разговора, и выражения лиц, используемые подписывающими лицами при подписании, должны рассматриваться как отдельные явления. Мы считаем важным сначала точно охарактеризовать «что» приобретения выражения лица, поскольку это обязательно ограничивает возможные ответы относительно того, как люди приобретают выражения лица.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Эта работа была поддержана Международной исследовательской школой Макса Планка «Жизненный путь: эволюционная и онтогенетическая динамика» (LIFE) и Cluster of Excellence, Languages ​​of Emotion, Freie Universität Berlin.

Список литературы

Ааронс, Д., Бахан, Б., Нейдл, К., и Кегл, Дж. (1992). Клаузальная структура и уровень грамматической разметки в американском жестовом языке. Nord. J. Лингвист. 15, 103–142.

CrossRef Полный текст

Андерсон Д.Э. и Рейли Дж. С. (1997). Загадка отрицания: как дети переходят от коммуникативного отрицания к грамматическому в ASL. Заявл. Психолингвист. 18, 411–429.

CrossRef Полный текст

Бейкер-Шенк, К. (1983). Микроанализ не требуемых вручную компонентов вопросов на американском жестовом языке . Беркли, Калифорния: Калифорнийский университет.

Каррейрас М., Гутьеррес-Сигут Э., Бакеро С. и Корина Д. (2008).Лексическая обработка в испанском жестовом языке (LSE). J. Mem. Lang. 58, 100–122.

CrossRef Полный текст

Красборн, О., ван дер Коой, Э., Уотерс, Д., Волл, Б., и Меш, Дж. (2008). Распределение частот и распространение различных типов движений ртом на трех жестовых языках. Sign Lang. Лингвист. 11, 45–67.

CrossRef Полный текст

Дарвин, К. (1904). Выражение эмоций у человека и животных .Лондон: Джон Мюррей.

Экман П. (1979). «О бровях: эмоциональные и разговорные сигналы», в Human Ethology , ред. J. Aschoof, M. von Cranach, K. Foppa, W. Lepenies, and D. Ploog (Cambridge: Cambridge University Press), 169–202.

Экман П. (1992). Аргумент в пользу основных эмоций. Cogn. Эмот. 6, 169–200.

CrossRef Полный текст

Фридлунд, А. Дж. (1997). «Новая этология выражения лица человека», в Психология выражения лица , ред. Дж.А. Рассел и Дж. Фернандес-Долс (Кембридж: издательство Кембриджского университета), 103–129.

Изард, К. Э., Фантауццо, К. А., Касл, Дж. М., Хейнс, О. М., Райяс, М. Ф., и Патнэм, П. Х. (1995). Онтогенез и значение мимики младенцев в первые 9 месяцев жизни. Dev. Psychol. 31, 997–1013.

CrossRef Полный текст

Лидделл, С. К. (1980). Синтаксис американского языка жестов . Гаага: Мутон.

Лидделл, С.К. (2003). Грамматика, жесты и значения американского языка жестов . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Макинтайр, М. Л., и Рейли, Дж. С. (1988). Неуправляемое поведение у изучающих американский язык жестов L1 и L2. Sign Lang. Stud. 61, 351–375.

Макнил, Дэвид. (1992). Рука и разум: что жесты говорят о мысли . Чикаго: Издательство Чикагского университета.

Нейдл, К., Кегл, Дж., Мак Лафлин, Д., Бахан, Б., и Ли, Р. Г. (2000). Синтаксис американского языка жестов . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Nespor, M., and Sandler, W. (1999). Просодия на израильском жестовом языке. Lang. Речь 42, 143–176.

CrossRef Полный текст

Рейли, Дж. (2005). Как лица приходят на службу грамматику: развитие нерукотворной морфологии в американском языке жестов. Adv. Подпишите Lang. Dev. Глухой ребенок. 11, 262–290.

CrossRef Полный текст

Рейли, Дж. С., Макинтайр, М., и Беллуджи, У. (1990a). Усвоение условных выражений в американском языке жестов — грамматизированных выражений лица. Заявл. Психолингвист. 11, 369–392.

CrossRef Полный текст

Рейли, Дж. С., Макинтайр, М. Л., и Беллуджи, У. (1990b). «Лица: взаимосвязь между языком и аффектом», в От жестов к языку в слуховых и глухих детях , ред.Вольтерра и К. Эртинг (Берлин: Springer Verlag), 128–142.

Сандлер, В. (1999). Просодия в двух модальностях естественного языка. Lang. Речь 42, 127–142.

CrossRef Полный текст

Сандлер, В. (2009). Симбиотическая символизация рукой и ртом на языке жестов. Семиотика 174, 241–275.

Сандлер, В., и Лилло-Мартин, Д. (2006). Язык жестов и лингвистические универсалии . Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Тауб С. (2001). Язык из тела: иконичность и метафора в американском языке жестов . Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Вейнберг, С., Уилбур, Р. Б. (1990). Лингвистический анализ негативного ответа на вопрос американского языка жестов. Sign Lang. Stud. 68, 217–244.

Вежбицка А. (1996). Семантика: простые числа и универсалии . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Вежбицкая, А.(1999). Эмоции на разных языках и культурах . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Уилбур, Р. Б., и Патчке, К. (1999). Синтаксические корреляты подъема брови в ASL. Sign Lang. Лингвист. 2, 3–40.

CrossRef Полный текст

Уолл Б. (2001). «Знак, который осмеливается произнести свое имя: эхо-фонология на британском жестовом языке (BSL)», в «Руки — это голова рта », — под редакцией П. Бойса Брэма и Р.Саттон-Спенс (Гамбург: Signum-Verlag), 87–98.

Влияние выражения лица на общение

30 августа Влияние выражения лица на общение

Отправлено в 17:50
Без категории
по Speakeasy


Время чтения: 2 минуты

То, что вы на самом деле говорите при общении, начинается задолго до того, как вы открываете рот, и продолжается после того, как вы закончили говорить.Человеческое лицо чрезвычайно выразительно — способно передать бесчисленные эмоции, не говоря ни слова. И в отличие от некоторых форм невербального общения, эмоции, передаваемые через мимику, универсальны. (См. Часть 1, чтобы узнать о семи конкретных эмоциях).

Наблюдая за тем, как кто-то читает газету или смотрит в свой телефон, вы легко можете сделать предположения об их чувствах к собеседнику на другом конце провода. Они согласны, не согласны или испытывают волнение или отчаяние? Наше лицо — как добровольно, так и непроизвольно — передает эмоции, и некоторые из них трудно скрыть.Этот непроизвольный обмен сообщениями часто становится препятствием для нашего предполагаемого сообщения и даже временами может противоречить нашему устному слову. Инструкторы Speakeasy выделяют два аспекта мимики, которые следует учитывать для большего контроля над нашим общением: микровыражения и ваш естественный диапазон отображаемых эмоций.

Микровыражения — это короткие непроизвольные выражения лица, которые обычно возникают в напряженных стрессовых ситуациях. Они случаются, когда человек сознательно пытается скрыть, что он чувствует, или когда человек сознательно не знает, что он чувствует.И, в отличие от регулярных выражений лица, их практически невозможно скрыть. В новом исследовании исследователи определили 21 выражение лица, используемое для передачи наших эмоций, и обнаружили, что компьютерная модель может отличить их друг от друга с высокой степенью точности. 1 Это говорит о том, что, хотя вы не можете замаскировать некоторые выражения, вы можете проактивно использовать свое лицо, чтобы укрепить связь с другими, когда вы говорите.

Знать, что выражает ваше лицо, — это одно, а научиться использовать их в своих интересах — совсем другое.Ищите эмоции на лицах других, научитесь распознавать то, что их выражения говорят вам, а затем потренируйтесь сочетать эти выражения со словами и эмоциями, которые вы хотите передать. Посмотрите свой любимый фильм Netflix без звука, и вы удивитесь, насколько много невербальных подсказок дает вам выражение лица ваших персонажей.

Так как мы не все голливудские актеры, некоторым из нас приходится усерднее работать, чтобы показать больше, чем наши немногочисленные эмоции. Используйте телефон для практики и не бойтесь преувеличений — по крайней мере, вначале.Запишите себя, а затем — попробуйте подавить первоначальный дискомфорт — смотрите его без громкости. То, что внутреннему вам кажется глупым, вероятно, далеко не так шокирует, когда вы проигрываете клип без звука. Ключ — как и в любом общении — быть подлинным. Знайте, что вы хотите сообщить, верьте в свой авторитет и точку зрения, а затем… делайте это своими словами и лицом.

Как и любой другой инструмент общения, использование мимики требует экспериментов, практики и работы.Простое размышление о трех аспектах мимики в сочетании с продуманным содержанием и достоверной передачей переведет ваши разговоры за рамки простого общения к установлению реальной связи с людьми, наиболее важными для вашего успеха.

Что такое выражения лица — Академия эмоционального интеллекта —

Человеческое лицо — самое сложное и многогранное из всех животных. Используя только свое лицо, мы можем передать огромное количество информации другим.Мы можем использовать свое лицо, чтобы подчеркнуть речь, передать наше эмоциональное состояние, а также использовать его, чтобы беззвучно сообщать о нашем понимании и намерениях.

Обдумайте все, что можно сказать, просто выражением лица…
  • Улыбка, показывающая счастье или согласие.
  • Хмурый взгляд, чтобы кто-то знал, что вы несчастны.
  • Вы приподнимаете брови, чтобы показать кому-то, что вы сердитесь или разочарованы.
  • Поднятие бровей, чтобы задать вопрос или подчеркнуть слово.

Это все способы, которыми мы намеренно манипулируем мышцами нашего лица, чтобы показать другому человеку определенное сообщение, мысль или чувство.Имея 43 мышцы лица, расположенные прямо под поверхностью кожи, они могут воспроизводить тысячи различных выражений лица при движении и манипуляциях.

Хотя многие из этих выражений не несут какого-либо значимого значения или ценности для других, есть семь конкретных выражений лица, о которых мы все должны знать и знать, как их распознать — 7 универсальных выражений эмоций на лице.

Конкретно — счастье, печаль, гнев, страх, удивление, презрение и отвращение.

Эти общие выражения лица встречаются у всех людей (и некоторых животных) независимо от культуры. Теория универсальности мимики была впервые изложена Гийомом Дюшеном в 1862 году и далее развита Чарльзом Дарвином в его легендарной книге « Выражение эмоций у человека и животных».

Важно помнить, что, хотя эти семь универсальных выражений лица одинаковы для всех людей, это не исключает тонких различий из-за разнообразия форм лица, возможных травм или других переменных, таких как косметическая хирургия и ботокс.

Два типа мимики

В способе создания мимики есть два существенных различия —

  1. Позируемое
    Выражения, которые отправитель намеревается показать для социального общения. Эти выражения создаются сознательно, путешествуя через кору головного мозга нашего мозга, которая играет роль в мысли, языке и сознании (среди других функций). Проходя через кору головного мозга, мы контролируем их; здесь управляются правила отображения; например, вы не стали бы смеяться над увольнением коллеги (даже если они вам не нравились).
  2. Эмоциональное
    Эти типы выражений подпитываются врожденными эмоциональными реакциями на стимулы и не проходят через кору головного мозга, не оставляя времени для сознания или осознания, что также приводит к микровыражениям, которые раньше считаются утечкой наших истинных внутренних эмоций. у нас есть время, чтобы осознать эмоцию и, возможно, контролировать ее тем или иным способом (мы рассмотрим Микровыражения более подробно). Это подтверждается универсальностью эмоций и их выражений, а также исследованиями, показывающими выражения у младенцев, врожденно слепых детей и спортсменов.

Чем полезны выражения лица?

Способность читать и понимать выражение лица человека, с которым вы общаетесь, дает вам более глубокий уровень понимания его точки зрения и внутреннего состояния. При конструктивном использовании это может привести к эффективному общению, увеличению сходства, более высокому эмоциональному интеллекту , и лучшему взаимопониманию, и это лишь некоторые из преимуществ.

Если вы заметили выражение печали (например, опущенные уголки губ и приподнятая середина бровей) на лице вашего коллеги, вы должны подумать, почему это проявилось.Это связано с тем, что вы только что сказали, или потому, что они думают о другом? В этом примере мягкий вопрос может помочь вам понять, а затем, при необходимости, предложить помощь. Возможность предложить помощь, помощь или проявить понимание другому человеку, когда он ничего не сказал, показывает уровень осведомленности и сочувствия, за который другие будут помнить вас.

В качестве альтернативы вы можете использовать распознавание мимики, чтобы дать вам преимущество. Во время переговоров о коммерческой сделке или покупке новой машины вы можете оценить эмоциональную реакцию собеседника по выражению его лица.Если вы входите с низким предложением и видите отвращение на лице вашего собеседника, вы можете считать, что он оскорблен цифрой, которую вы указали, или, возможно, оскорблен агрессивностью, с которой вы представили предложение, в любом случае; вы можете оценить, куда вы хотите пойти дальше в переговорах.

Micro Expressions

Выражение лица также может отображать скрытые чувства и мысли; они появляются без нашего ведома, спонтанно и бессознательно, известные как Микро-выражения лица или Микровыражения (6).Эти непроизвольные выражения лица могут появиться менее чем за полсекунды. Из-за того, что человек не осознает, что он показывает эти выражения, это дает представление об их истинных мыслях и эмоциях.

В отличие от мимики, используемой при открытом общении, микровыражения трудно подделать из-за быстрого и бессознательного отображения; они появляются быстро, прежде чем отправитель полностью осознает и не может контролировать свою эмоциональную реакцию. Это может затруднить их обнаружение и распознавание, но вы можете читать других, обучившись и попрактиковавшись во время разговора.

Микровыражения полезны для обнаружения лжи и обмана; если слова, которые кто-то произносит, противоречат эмоциям, вы видите в микровыражении, что у вас есть противоречие из-за контролируемого общения (слов) и неконтролируемых микровыражений лица, что может указывать на отсутствие доверия к рассказу / ответу, который они предоставляют.

Офицер полиции — «Вы выпили, сэр»?
Пьяный мужчина — «не офицер» *, пока они высвечивают микровыражение страха.

Микровыражение страха не соответствует их реакции; зачем показывать страх, если они действительно не пили? Требуются дальнейшие расспросы, чтобы понять, почему этот человек может чувствовать страх.Возможно, они пьяны и не хотят, чтобы их поймали, или, возможно, у них в прошлом был плохой опыт общения с полицейским; в любом случае есть скрытые эмоции, которые можно уловить и помочь вам лучше понять другого человека.

Выражение лица также выглядит как смесь двух ощущаемых эмоций, чувство отвращения и гнева (презрения) может проявлять черты обоих универсальных выражений. Например, опущенные брови при гневе и приподнятая верхняя губа при выражении отвращения.

Как читать выражения лица и микровыражения

Научиться точно читать выражения лица может быть сложно; Точное распознавание микровыражений требует обучения и большой практики. Вы можете научиться распознавать микровыражения с помощью онлайн-тренинга или более глубоких семинаров. Они дают представление о том, что вызывает эмоции и их выражения, и фокусируют их на желаемом результате, улучшении коммуникации и эмоциональном интеллекте или обнаружении обмана и анализе поведения.

После тренировки ключ к чтению микровыражений — внимательность; действительно сосредоточиться на другом человеке, чтобы понять, что он говорит и что сигнализирует его лицо, — важный шаг в применении этих навыков в вашей личной жизни и работе.

Микровыражения настолько быстрые (менее 0,5 секунды), что наконечник должен мягко сфокусироваться на переносице человека и позволить вашему периферийному зрению снова уловить движения нижней части лица и бровей. Это может потребовать практики, и есть тренинг , который может развить этот навык.

Чтобы стать экспертом в мимике, многие начинают изучать систему кодирования движений лица или FACS. FACS — это золотой стандарт в измерении движений лица, принятый аниматорами, исследователями и практиками-аналитиками по всему миру. Изучение FACS не для всех; однако, если вы хотите узнать больше об обучении FACS и FACS, вы можете узнать больше здесь.

Измерение движений и выражений лица — Система кодирования движений лица

Система кодирования движений лица (FACS) — это международно признанный сложный исследовательский инструмент, который точно измеряет весь спектр выражений лица человека.

Созданный в 1970-х годах психологами Полом Экманом и Уоллесом В. Фризеном, FACS предоставляет исчерпывающую систематизацию выражений лица человека. Система анализирует наблюдаемые выражения, определяя, как сокращения лицевых мышц меняют внешний вид. Каждое движение подразделяется на определенные единицы действия (ЕД), которые представляют сокращение или расслабление одной или нескольких мышц.

Цифры и метки (единицы действия) в правой части изображения выше показывают индивидуальные движения мышц каждого выражения лица; они обозначают определенные движения и отличительные черты лица.

Лица , обученные FACS , могут использовать эти концепции в сочетании со своим опытом для проведения собеседований, допросов и деловых операций. FACS также широко используется аниматорами, исследователями поведения и специалистами по искусственному интеллекту, которые стремятся лучше отображать эмоции своих персонажей и анализировать эмоциональные проявления других.

Будущее обнаружения мимики и проблемы, которые необходимо преодолеть?

За последний год значительно расширились исследования и разработки технологий автоматического чтения мимики.Мы видели использование веб-камер для анализа эмоций пользователей, реагирующих на онлайн-рекламу, которая затем переросла в распознавание выражений лиц в проходах супермаркетов с покупателями.

Аниматоры, такие как Pixar и Disney, изучали FACS, чтобы гарантировать, что их персонажи максимально реалистичны, передают гораздо более глубокий смысл и влияют на них посредством точной мимики; затем это распространилось на разработку видеоигр, а теперь переходит в персонажей и роботов с искусственным интеллектом посредством машинного обучения.

Крупные кадровые компании и новые стартапы ищут новые способы сделать глобальный набор персонала более эффективным и заслуживающим доверия. Потенциальные сотрудники присылают записанное видео, на котором они сами отвечают на структурированные вопросы, которые затем анализируются с помощью программного обеспечения для обнаружения выражений с акцентом на выявление конкретных черт и доверия к кандидату.

Аэропорты, военные и охранные фирмы изучают возможности использования камер и программного обеспечения, чтобы объединить наши знания о мимике и обмане, чтобы помочь в следственном допросе и первичном обнаружении потенциальных подозреваемых в больших и загруженных местах.

На сегодняшний день эта технология далека от полной функциональности и надежности; в то время как система камеры и сопутствующее программное обеспечение могут «обнаруживать» выражение лица, проблема возникает, когда она пытается интерпретировать это отображение и выдвигать гипотезу о его потенциальном значении / релевантности.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.