Тайна исповеди и причастия: Пояснения к Таинствам Исповеди и святого Причастия

Исповедь и причастие Исповедь – это таинство…

Преподобный Иов Исповедник о Причастии

Если говорить о Святыне Причащения, то праведному и порядочному христианину хорошо, и справедливо, и естественно часто освящаться и прибегать к этой Святыне, и жаждать ее более, чем мы желаем дышать. Поэтому каждый имеет разрешение причащаться постоянно, так что, если возможно, достойные не имеют препятствия причащаться даже каждый день.

 

Святитель Феофан Затворник о Причастии

Если наша жизнь в Господе и Он говорит, что в Нем тот, кто вкушает тела и крови Его, то желающему жизни как нечасто причащаться? Вам кто мешает ухитриться почаще приступить к таинствам? Только пустое поверье. У нас стали слова “Со страхом Божиим и верою приступите” пустой формой. Иерей Божий зовет, а никто не идет… и никто притом не замечает несообразности в сем несоответствии зову Божию… и на вечерю Божию.

Cвятитель Иоанн Шанхайский о Причастии

Причастие – начало рая на земле. Начало ада уже здесь на земле. Также и рай начинается в душе человека уже в земной жизни. Здесь уже бывают касания Божественного в день Светлого воскресения, и когда достойно причащаемся.

Святитель Киприан Карфагенский о Причастии

Не обленитесь приступать к чаше жизни, бессмертия, любви и святыни, но приступайте со страхом Божиим и верою. А кто не хочет и не радеет об этом, тот не любит Иисуса Христа, тот не получит Духа Святого, и, следовательно, он не войдет в Царство Небесное.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский о Причастии

Не слушайте, возлюбленные, тех людей, которые бегут от чаши Спасителя. Это несчастные, заблудшие, жалкие люди, вдали от реки Христовой; они падают в пропасть. Дорогие мои, любите Божественную литургию, считайте для себя потерянным тот день своей жизни, в который не удалось быть за литургией, особенно в праздник.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) о Причастии

По принятии Святых Таин поймите славу вашу, вникните в настоящее достоинство ваше: каждый из вас — сосуд Божественного Таинства, каждый из вас — храм, в котором Сын Божий с Предвечным Отцом Своим и поклоняемым Духом таинственно и вместе существенно обитает. Уже теперь вы не свои, вы Божии. Вы куплены Богом ценою Крови Сына Его. Ты усыновлен Богу Таинством Святого Крещения, ты вступил в теснейшее единение с Богом в Таинстве святого Причащения — поддерживай усыновление, поддерживай единение.

Святитель Феофан Затворник о Причастии

Кого не было при сретении Господа, когда Он торжественно, как Царь, входил в Иерусалим, и кто не взывал тогда: «осанна Сыну Давидову!» (Мф. 21, 9). Но прошло только четыре дня, и тот же народ тем же языком кричал: «распни, распни Его!» (Лк. 23, 21). Дивное превращение! Но что дивиться? Не то же ли самое делаем и мы, когда, по принятии Святых Таин Тела и Крови Господних, чуть только выходим из церкви — забываем все: и свое благоговение, и Божию к нам милость, и предаемся по-прежнему делам самоугодия, сначала маленьким, а потом и большим, и, может быть, еще прежде четырех дней, хоть и не кричим другому: «Распни!», сами распинаем в себе Господа. И все это видит и терпит Господь! Слава долготерпению Твоему, Господи!

Святитель Тихон Задонский о Причастии

Христианина без веры быть не может, веры же — без любви, а любви — без добрых дел (1 Кор. 13, 1-8, 13). Иначе христианин остается ничем иным, как язычником, хотя исповедует имя Божие и Христово. Как же страшно такому приступать к Святой Тайне — всякий видит. От этого бывает, что многие христиане, причащающиеся Святой Тайны, изменяются не к лучшему, а к худшему, ослепляются еще больше; не просвещаются, а ожесточаются; не исправляются, а из греха в грех впадают, но греха своего не познают, и греха за грех не считают, и делают то, чего язычники не делают. Причина этому в том, что презирают Божию благодать, а потому и сами лишаются Божией благодати, и предает их Бог «превратному уму — делать непотребства» (Рим. 1, 28).

Cвятитель Иоанн Шанхайский о Причастии

В Великий четверг совершает Господь Тайную Вечерю и литургия того дня особенно ярко напоминает о том, что, причащаясь Святых Тайн с благоговением, мы с апостолами вкушаем Тела и Крови Христовых, а причащающиеся недостойно уподобляются Иуде. Но каждый пусть стремится причаститься, искренно каясь в грехах своих, и получить милость от Господа.

Святитель Афанасий Александрийский о Причастии

Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями» (Мф. 7, 6),- говорит Христос. Ибо и в этом нужен правый суд. Господь не сказал неопределенно или без различия: давайте святое и жемчуг всем, но говорит: «Не давайте святыни псам», то есть творящим зло. Так говорит и апостол: «Берегитесь псов, берегитесь злых делателей» (Флп. 3, 2). … Внемли же и ты, иерей, не давай недостойным Пречистого Тела, чтобы не подпасть тебе ответственности — не по законам гражданским, не по слову Владыки. Итак, не давайте святыни псам, не бросайте бисера вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас, произведя расколы и ереси.

Святитель Иоанн Златоуст о Причастии

Повинны мы в нечестии против Господа, когда без достаточной подготовки тела приступаем к соединению с Его Телом, которое Он дал нам для того, чтобы мы, соединившись с Ним, могли соединиться с Духом.

Святитель Григорий Богослов о Причастии

И как они зажгут в своих сердцах божественную любовь, духовную радость, божественный мир и прочие плоды и дары Святого Духа, не причащаясь тела и крови возлюбленного Сына Отца, единосущного Духу Святому, Который есть сущая радость и мир наш, по словам апостола, и источник всех благ? – недоумевал святитель Григорий Богослов. – Я изумляюсь и удивляюсь, как могут христиане в настоящее время праздновать воскресный день или другие праздники года и радоваться духовно истинной радостью, если они не принимают постоянно святое причастие, которое есть повод и причина для праздника и торжества.

Преподобный Симеон Новый Богослов о Причастии

Кто верует, тот не причащается недостойно Пречистых Таин, но очищает себя от всякой скверны, от чревоугодия, от злопамятства, от злых дел и постыдных слов, от бесчинного смеха, от скверных помыслов, от всякой нечистоты и от всякого греховного внутреннего движения и таким образом приемлет Царя Славы. Напротив, в тех, которые недостойно причащаются Пречистых Таин, стремительно врывается диавол и входит в сердце их, как случилось с Иудой, когда он причастился вечери Господней.

Святитель Димитрий Ростовский о Причастии

Когда священник священнодействует, совершив смертный грех, бывает ли действительным Таинство? Бывает, так как Таинство свое начало имеет от Христа, но только в этом случае самому священнику, как находящемуся во грехе, оно не сообщает никакой благодати: «Ибо, кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем»,- говорит апостол.

Cвятитель Иоанн Шанхайский о Причастии

Причастие – источник умиления и духовной теплоты. Уже теперь дает Христос ощутить радость и сладость Его Благости. Укрепляет наши души и тело Божественными Своими Таинствами… Наполняет иногда нас невыразимым умилением и теплотой духовной после благоговейного причащения святых Его Тайн.

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин о Причастии

Если бы мы считали себя недостойными принятия Таинств всякий раз, как подвергаемся ране греховной, то прилагали бы старание исправиться через покаяние, чтобы достойно приступить к ним. Тогда мы не наказывались бы Господом как недостойные — жестокими бичами немощей, чтобы, сокрушенные таким образом, стремились излечить наши раны, чтобы иначе, будучи признаны недостойными краткого вразумления в этом веке, мы не были осуждены в будущем вместе с грешниками этого мира.

Преподобный Иоанн Лествичник

Душа, помышляющая об исповеди, удерживается ею от согрешений, как бы уздою; ибо грехи, которых не исповедуем Отцу, делаем уже как во тьме и без страха.

Преподобный Нил Синайский

И одна исповедь и откровенность заменяет у иных подвижничество.

О Таинствах Исповеди и Причастия : традиции и установление (возникновение их в Церкви), и как приготовиться к ним

 

 

Святые Таинства установил сам Иисус Христос: „Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам» (Мф 28,19-20). Этими словами Господь ясно указал нам на то, что кроме Таинства Крещения Он установил также и остальные Таинства. Всех Таинств семь: Таинство Крещения, Миропомазания, Покаяния, Причастия, Брака, Священства и Елеопомазания.

Таинства — это видимые знаки, посредством которых невидимо нисходит на человека благодать Святаго Духа — спасающая сила Божия. Все Таинства тесно связаны с Таинством Причастия.

Крещение и Миропомазание вводят нас в Церковь: мы становимся христианами и можем приступать ко Причастию. В таинстве Покаяния прощаются нам наши грехи.

Принимая Причастие, мы соединяемся со Христом и становимся участниками вечной жизни.

Таинство Священства дает возможность совершать все Таинства. В Таинстве Брака преподается благословение на супружескую семейную жизнь. В Таинстве Елеопомазания Церковь молится о прощении грехов и о возвращении больных к здоровью.

Ранее мы уже рассказали о Таинстве Крещения и как к нему подготовиться.  Сегодня мы расскажем Вам еще о двух Таинствах : Исповеди (Покаяния) и Евхаристии ( Причастия).

 

ТАИНСТВО ИСПОВЕДИ
Исповедь (покаяние) — одно из семи христианских Таинств, в котором кающийся, исповедующий свои грехи перед священником, при видимом прощении грехов (чтении разрешительной молитвы), невидимо разрешается от них. Самим Господом Иисусом Христом. Таинство это установлено Спасителем, сказавшим Своим ученикам: «Истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите (развяжете) на земле, то будет разрешено на небе» (Евангелие от Матфея, гл. 18, стих 18).Ив другом месте: «Примите Духа Святого: кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся» (Евангелие от Иоанна, гл. 20, стихи 22-23). Апостолы же передали власть «вязать и разрешать» своим преемникам — епископам, которые в свою очередь при совершении Таинства рукоположения (священства) передают эту власть священникам.
Святые отцы называют покаяние вторым крещением: если при крещении человек очищается от власти первородного греха, переданного ему при рождении от наших прародителей Адама и Евы, то покаяние омывает его от скверны собственных грехов, совершенных им уже после Таинства Крещения.
Для того, чтобы Таинство Покаяния совершилось, со стороны кающегося необходимы: осознание своей греховности, искреннее сердечное раскаяние в своих грехах, желание оставить грех и не повторять его, вера в Иисуса Христа и надежда на Его милосердие, вера в то, что Таинство Исповеди имеет силу очистить и смыть по молитве священника чистосердечно исповеданные грехи.
Апостол Иоанн говорит: «Если говорим, что не имеем греха, — обманываем самих себя, и истины нет в нас» (1-е Послание Иоанна, гл. 1, стих 7). В то же время от многих приходится слышать: «Я не убиваю, не ворую, не прелюбодействую, так в чем же мне каяться?» Но если мы внимательно познакомимся с Божиими заповедями, то обнаружим, что грешим мы против многих из них. Условно все прегрешения, совершенные человеком, можно разделить на три группы: грехи против Бога, грехи против ближних и грехи против самого себя.
ГРЕХИ ПРОТИВ БОГА
К грехам против Бога относятся : Неблагодарность Богу.Неверие. Сомнение в вере. Оправдание своего неверия атеистическим воспитанием. Вероотступничество, малодушное молчание, когда хулят веру Христову, неношение нательного креста, посещение различных сект. Упоминание имени Божия всуе (когда имя Бога упоминают не в молитве и не в благочестивом разговоре о Нем).Клятва именем Господа. Ворожба, лечение у бабушек-шепотуний, обращение к экстрасенсам, чтение книг по черной, белой и прочим магиям, чтение и распространение оккультной литературы и различных лжеучений ( таким книгам не относятся волшебные сказки и фантастическая произведения в жанре магической фентази (например «Гарри Поттер» или «Ночной дозор» не относятся к запрещенной Богом и Церковью литературе, связанной с колдовством и магией. Подобная литература разрешается, но с вниманием и осторожностью, помня, что это – сказка). Мысли о самоубийстве. Игра в карты и прочие азартные игры. Невыполнение утреннего и вечернего молитвенного правила. Непосещение храма Божьего в воскресные и праздничные Дни. Несоблюдение постов в среду и пятницу, нарушение других постов, установленных Церковью. Неусердное (некаждодневное) чтение Священного Писания, душеполезной литературы. Нарушение обетов, данных Богу. Отчаяние в трудных ситуациях и неверие в Промысел Божий, опасение старости, нищеты, болезни. Рассеянность на молитве, мысли о житейском во время богослужения.Осуждение Церкви и ее служителей.Пристрастие к различным земным вещам и удовольствиям.Продолжение греховной жизни в одной надежде на милосердие Божие, т. е. чрезмерное упование на Бога.Пустая трата времени на просмотр телепередач, на чтение развлекательных книг в ущерб времени для молитвы, чтения Евангелия и духовной литературы.Утаивание грехов на исповеди и недостойное причащение Святых Тайн.Самонадеяние, человеконадеяние, т. е. излишняя надежда на собственные силы и на чью-то помощь, без упования на то, что все в руках Божиих.
ГРЕХИ ПРОТИВ БЛИЖНИХ
Воспитание детей вне христианской веры. Вспыльчивость, гнев, раздражительность. Высокомерие. Лжесвидетельство. Месть. Насмешливость. Скупость. Невозвращение долгов. Неуплата за труд заработанных денег. Неоказание помощи нуждающимся. Непочитание родителей, раздражение их старостью. Непочтение к старшим. Неусердие в своей работе. Осуждение. Присвоение чужого — воровство. Ссоры с соседями и ближними. Убийство своего ребенка во чреве (аборт), склонение других к совершению убийства (аборта). Убийство словом — доведение человека клеветой или осуждением до болезненного состояния и даже до смерти. Употребление спиртного на поминках усопших вместо усиленной молитвы за них.
ГРЕХИ ПРОТИВ САМОГО СЕБЯ
Многословие, пересуды, празднословие. Беспричинный смех. Сквернословие. Самолюбие. Делание добрых дел напоказ. Тщеславие. Желание обогатиться. Сребролюбие. Зависть. Ложь. Пьянство, употребление наркотиков. Чревоугодие. Любодеяние — разжигание блудных помыслов, нечистые желания, блудные прикосновения, просмотр эротических фильмов и чтение подобных книг. Блуд — физическая близость лиц, не связанных узами брака. Прелюбодеяние — нарушение супружеской верности. Блуд противоестественный — физическая близость лиц одного пола, рукоблудие. Кровосмешение — физическая близость с близкими по родству или кумовству.
Хотя вышеперечисленные грехи условно разделены на три части, в конечном счете — это все грехи и против Бога (т. к. преступают Его заповеди и тем самым оскорбляют Его), и против ближних (т. к. не дают раскрыться истинным христианским отношениям и любви), и против себя (т. к. препятствуют спасительному устроению души).
КАК ПОДГОТОВИТЬСЯ К ИСПОВЕДИ
Желающий принести перед Богом покаяние в содеянных грехах должен подготовиться к Таинству Исповеди. К исповеди нужно приготовиться заранее: желательно прочесть литературу, посвященную Таинствам Исповеди и Причащения, вспомнить все свои грехи, можно выписать их на отдельный листок, чтобы перед исповедью просмотреть его. Иногда листок с перечисленными грехами отдают на прочтение духовнику, но о грехах, которые особенно тяготят душу, нужно рассказать вслух. Не нужно рассказывать духовнику длинных историй, достаточно изложить сам грех. К примеру, если вы находитесь во вражде с родственниками или соседями, не нужно рассказывать, что стало причиной этой вражды — необходимо покаяться в самом грехе осуждения родных или соседей. Богу и духовнику важен не список грехов, а покаянное чувство исповедуемого, не детальные рассказы, а сокрушенное сердце. Нужно помнить, что исповедь — это не только осознание собственных недостатков, но прежде всего — жажда очиститься от них. Ни в коем случае недопустимо оправдание себя — это уже не покаяние! Старец Силуан Афонский так объясняет, что такое настоящее покаяние: «Вот знак прощения грехов: если ты возненавидел грех, то простил тебе Господь грехи твои».
Хорошо выработать привычку каждый вечер анализировать прошедший день и приносить ежедневное покаяние перед Богом, записывая серьезные прегрешения для будущей исповеди у духовника. Необходимо примириться с ближними и попросить прощения у всех, кого обидели. Подготавливаясь к исповеди, желательно усилить свое вечернее молитвенное правило чтением Покаянного канона, который находится в православном молитвослове.
Чтобы исповедоваться, необходимо узнать, когда в храме происходит Таинство Исповеди. В тех храмах, где служба совершается каждый день, каждый день совершается и Таинство Исповеди. В тех же храмах, где нет ежедневной службы, нужно предварительно ознакомиться с расписанием служб.
КАК ПОДГОТОВИТЬ К ИСПОВЕДИ РЕБЕНКА

Дети до семи лет (в Церкви их называют младенцами) приступают к Таинству Причащения без предварительной исповеди, но необходимо с самого раннего детства вырабатывать у детей чувство благоговения перед этим великим Таинством. Частое причащение без должной подготовки может выработать у детей нежелательное чувство обыденности происходящего. Младенцев желательно за 2-3 дня подготавливать к предстоящему Причастию: читать с ними Евангелие, жития святых, другие душеполезные книги, сократить, а лучше совсем исключить просмотр телевизора (но делать это нужно очень тактично, не вырабатывая у ребенка отрицательных ассоциаций с подготовкой к Причастию), проследить за их молитвой утром и перед сном, побеседовать с ребенком о прошедших днях и подвести его к ощущению стыда за собственные проступки. Главное же нужно помнить, что нет ничего более действенного для ребенка, как личный пример родителей.
Начиная с семи лет, дети (отроки) уже приступают к Таинству Причащения, как и взрослые, только после предварительного совершения Таинства Исповеди. Во многом грехи, перечисленные в предыдущих разделах, присущи и детям, но все-таки детская исповедь имеет свои особенности. Чтобы настроить детей на искреннее покаяние, можно дать им прочесть следующий список возможных прегрешений:
— Не залеживался ли в постели утром и не пропускал ли в связи с этим утреннее молитвенное правило? Не садился ли за стол, не помолившись и не ложился ли спать без молитвы? Знаешь ли наизусть самые главные православные молитвы: «Отче наш», «Иисусову молитву», «Богородице Дево, радуйся», молитву ко своему Небесному покровителю, имя которого носишь? Каждое ли воскресенье ходил в церковь? Не увлекался ли различными забавами в церковные праздники вместо посещения храма Божия? Вел ли должным образом себя на церковной службе, не бегал ли по храму, не вел ли пустых разговоров со сверстниками, вводя их тем самым в соблазн? Не произносил ли без надобности имя Божие? Правильно ли совершаешь крестное знамение, не спешишь ли при этом, не искажаешь ли крестное знамение? Не отвлекался ли при молитве на посторонние мысли? Читаешь ли Евангелие, другие духовные книги? Носишь ли нательный крестик и не стесняешься ли его? Не используешь ли крестик в качестве украшения, что грешно? Не одеваешь ли различные амулеты, например, знаки зодиака? Не гадал ли, не ворожил? Не скрывал ли перед батюшкой на исповеди свои грехи из-за ложного стыда, а затем недостойно причащался? Не гордился ли перед самим собой и перед другими своими успехами, способностями? Спорил ли с кем-либо — только ради того, чтобы взять верх в споре? Не обманывал ли своих родителей из-за страха быть наказанным? Не ел ли в пост без разрешения родителей скоромного, например, мороженого? Слушался ли своих родителей, не спорил ли с ними, не требовал ли от них дорогостоящей покупки? Не наносил ли побоев кому-нибудь? Не подстрекал ли к этому других? Не обижал ли младших? Не мучил ли животных? Не сплетничал ли о ком, не ябедничал ли на кого? Не смеялся ли над людьми, имеющими какие-либо физические недостатки? Не пробовал ли курить, выпивать, нюхать клей или употреблять наркотики? Не сквернословил ли? Не играл ли в карты? Не занимался ли рукоблудием? Не присваивал ли себе чужого? Не имел ли привычки брать без спроса то, что тебе не принадлежит? Не ленился ли помогать родителям по дому? Не притворялся ли больным, чтобы увильнуть от своих обязанностей? Не завидовал ли другим?
Приведенный перечень — лишь общая схема возможных прегрешений. У каждого ребенка могут быть свои, индивидуальные переживания, связанные с конкретными случаями. Задача родителей — настроить ребенка на покаянные чувства перед Таинством Исповеди. Можно посоветовать ему вспомнить свои проступки, совершенные после последней исповеди, написать свои прегрешения на листке бумаги, но не следует этого делать за него. Главное: ребенок должен понять, что Таинство Исповеди — это Таинство, очищающее от грехов душу при условии искреннего, чистосердечного покаяния и желания не повторять их более.
КАК ПРОИСХОДИТ ИСПОВЕДЬ
Исповедь совершается в храмах либо вечером после вечернего богослужения, либо утром перед началом литургии. Ни в коем случае нельзя опаздывать к началу исповеди, так как Таинство начинается с чтения чинопоследования, в котором должен молитвенно участвовать каждый желающий исповедаться. При чтении чинопоследования священник обращается к кающимся, чтобы они назвали свои имена — все отвечают вполголоса. Те, кто опоздал к началу исповеди, к Таинству не допускаются; священник, если есть такая возможность, в конце исповеди заново читает для них чинопоследование и принимает исповедь, либо назначает ее на другой день. Нельзя приступать к Таинству Покаяния женщинам в период месячного очищения.
Исповедание обычно происходит в храме при стечении народа, поэтому нужно уважать тайну исповеди, не тесниться рядом со священником, принимающим исповедь, и не смущать исповедующегося, открывающего свои грехи священнику. Исповедь должна быть полной. Нельзя исповедовать сначала одни грехи, другие же оставлять на следующий раз. Те грехи, которые кающийся исповедовал в предыдущие исповеди и которые уже были ему отпущены, вновь не называются. При возможности нужно исповедоваться у одного и того же духовника. Не следует, имея постоянного духовника, искать другого для исповедания своих прегрешений, открыть которые знакомому духовнику мешает чувство ложного стыда. Поступающие так своими действиями пытаются обмануть Самого Бога: на исповеди мы исповедуем свои грехи не духовнику, а вместе с ним — Самому Спасителю. В больших храмах из-за большого количества кающихся и невозможности священника принять исповедание от всех желающих, обычно практикуется «общая исповедь», когда священник перечисляет вслух наиболее распространенные грехи и стоящие перед ним исповедующиеся каются в них, после чего все по очереди подходят под разрешительную молитву. Тем, кто ни разу не был на исповеди или не исповедовался несколько лет, следует избегать общей исповеди. Таковым нужно обязательно пройти исповедь частную — для чего нужно выбрать либо будний день, когда в храме не так много исповедующихся, либо найти приход, где совершается только частная исповедь. Если же такой возможности нет, нужно на общей исповеди подойти к священнику за разрешительной молитвой в числе последних, дабы никого не задерживать, и, объяснив ситуацию, открыться ему в содеянных грехах. Так же должны поступить и те, кто имеет тяжкий грех.
Многие подвижники благочестия предупреждают, что тяжкий грех, о котором исповедующийся промолчал на общей исповеди, так и остается не раскаянным, а значит и не прощенным.
После исповедания грехов и прочтения священником разрешительной молитвы, кающийся целует лежащие на аналое Крест и Евангелие и, если готовился к причастию, берет у духовника благословение на причащение Святых Христовых Тайн.
В некоторых случаях священник может наложить на кающегося епитимию — духовные упражнения, назначенные для углубления покаяния и искоренения греховных навыков. К епитимий нужно относиться, как к воле Божией, изреченной через священника, требующей обязательного исполнения для врачевания души кающегося. В случае невозможности по разным причинам исполнить епитимию следует обратиться для разрешения возникших трудностей к тому священнику, который ее наложил.

 

ТАИНСТВО ПРИЧАЩЕНИЯ
Причащение Святых Христовых Тайн есть Таинство, установленное Самим Спасителем во время Тайной вечери: «Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов» (Евангелие от Матфея, гл. 26, стихи 26-28).
Во время Божественной литургии совершается Таинство Святой Евхаристии — хлеб и вино таинственным образом превращаются в Тело и Кровь Христову и причастники, принимая Их во время причастия, таинственно, непостижимо для человеческого разума, соединяются с Самим Христом, так как весь Он содержится в каждой Частице Причастия.
Причащение Святых Христовых Тайн необходимо, чтобы войти в жизнь вечную. Об этом говорит Сам Спаситель: «истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день…» (Евангелие от Иоанна, гл. 6, стихи 53 — 54).
Таинство Причащения — непостижимо великое, поэтому и требует предварительного очищения Таинством Покаяния; исключение составляют лишь младенцы до семи лет, которые причащаются без приготовления, положенного для мирян. Женщинам необходимо стереть с губ помаду. Нельзя причащаться женщинам в период месячного очищения. Женщины после родов допускаются к причастию лишь после прочтения над ними очистительной молитвы сорокового дня.
Во время выхода священника со Святыми Дарами причастники делают один земной (если день будний) или поясной — (если день воскресный или праздничный) поклон и внимательно слушают слова читаемых священником молитв, повторяя их про себя. После прочтения молитв причастники, сложив руки на груди крестообразно (правая поверх левой), чинно, не теснясь, в глубоком смирении подходят к Святой Чаше. Сложился благочестивый обычай первыми к Чаше пропускать детей, затем подходят мужчины, после них — женщины. У Чаши креститься не следует, чтобы случайно ее не задеть. Вслух назвав свое имя, причастник, раскрыв уста, принимает Святые Дары — Тело и Кровь Христовы. По причащении диакон или пономарь обтирают причастнику уста специальным платом, после чего он целует край святой Чаши и отходит к специальному столику, где принимает запивку (теплоту) и съедает частицу просфоры. Это делается для того, чтобы ни одна частица Тела Христова не осталась во рту. Не приняв теплоты, нельзя прикладываться ни к иконам, ни к Кресту, ни к Евангелию.
После принятия теплоты причастники из храма не уходят и молятся со всеми до конца богослужения. После отпуста (заключительных слов богослужения) причастники подходят ко Кресту и внимательно выслушивают благодарственные молитвы после Святого Причащения. После прослушивания молитв причастники чинно расходятся, стараясь как можно дольше сохранить чистоту своей очищенной от грехов души, не размениваясь на пустые разговоры и неполезные для души дела. В день после причащения Святых Тайн не совершаются земные поклоны, при благословении у священника к руке не прикладываются. Прикладываться можно лишь к иконам, Кресту и Евангелию. Остаток дня необходимо провести благочестиво: избегать многословия (лучше вообще больше молчать), просмотра телевизора, исключить супружескую близость, курящим желательно воздержаться от курения. Желательно дома прочесть благодарственные молитвы после Святого Причащения. То, что в день причастия нельзя здороваться за руку — предрассудок. Ни в коем случае нельзя причащаться несколько раз в один день.
В случаях болезни и немощи причащаться можно на дому. Для этого на дом приглашается священник. В зависимости от своего состояния болящий в должной мере подготавливается к исповеди и причастию. В любом случае причащаться он может только натощак (за исключением умирающих). Дети до семи лет на дому не причащаются, так как они, в отличие от взрослых, могут причащаться только Кровью Христовой, а запасные Дары, которыми причащает священник на дому, содержат только частицы Тела Христова, напитанные Его Кровью. По этой же причине младенцы не причащаются на литургии Преждеосвященных Даров, совершаемой в будние дни во время Великого Поста.
Каждый христианин либо сам определяет время, когда ему необходимо исповедаться и причаститься, либо делает это по благословению своего духовного отца. Существует благочестивый обычай причащаться не реже пяти раз в году — в каждый из четырех многодневных постов и в день своего Ангела (день памяти святого, имя которого носишь).

Как часто необходимо причащаться, дает благочестивый совет преподобный Никодим Святогорец: «Истинные причастники всегда бывают вслед за Причастием в осязательно благодатном состоянии. Сердце вкушает тогда Господа духовно.Но как мы и телом стеснены, и внешними делами и отношениями окружены, в которых подолгу должны принимать участие, то духовное вкушение Господа, по раздвоению нашего внимания и чувства, день ото дня ослабляется, заслоняется и скрывается…Поэтому ревнители, ощутив оскудение его, спешат восстановить его в силе, и когда восстановят, чувствуют, что как бы снова вкушают Господа».
КАК ПРИГОТОВИТЬСЯ К ПРИЧАСТИЮ
Дни говения ( подготовки к Причастию ) длятся обычно неделю, в крайнем случае — три дня. В эти дни предписывается пост. Из рациона исключается скоромная пища — мясные, молочные продукты, яйца, а в дни строгих постов — и рыба. Супруги воздерживаются от физической близости. Семья отказывается от развлечений и просмотра телепередач. Если позволяют обстоятельства, в эти дни следует посещать богослужения в ;храме. Более прилежно выполняются утреннее и вечернее молитвенные правила, с добавлением к ним чтения Покаянного канона.Независимо от того, когда в храме совершается Таинство Исповеди — вечером или утром, необходимо накануне причащения посетить вечернюю службу. Вечером, перед чтением молитв на сон грядущим читается три канона: Покаянный ко Господу нашему Иисусу Христу, Богородице, Ангелу хранителю. Можно читать каждый канон отдельно, либо пользоваться молитвословами, где эти три канона объединены. Затем читается канон ко Святому Причащению до молитв ко Святому Причащению, которые читаются утром. Тем, кому трудно совершать такое молитвенное правило в один день, берут благословение у священника прочитать три канона заранее в течение дней говения.
Детям довольно трудно соблюсти все молитвенные правила подготовки ко причастию. Родителям необходимо вместе с духовником выбрать оптимальное количество молитв, которое будет по силам ребенку, затем постепенно увеличивать число нужных молитв, необходимых для подготовки к причастию, вплоть до полного молитвенного правила ко Святому Причащению.
Для некоторых составляет большую трудность прочтение необходимых канонов и молитв. По этой причине иные годами не исповедуются и не причащаются. Многие путают подготовку к исповеди (при которой не требуется столь большой объем прочитанных молитв) и подготовку к причастию. Таким можно рекомендовать приступать к Таинствам Исповеди и Причастия поэтапно. Сначала нужно должным образом подготовиться к исповеди и при исповедании грехов попросить у духовника совета. Нужно молиться Господу, чтобы Он помог преодолеть трудности и дал силы достойно приготовиться к Таинству Причащения.
Поскольку принято приступать к Таинству Причащения натощак, с двенадцати часов ночи уже не едят и не пьют (курящие — не курят). Исключение составляют младенцы (дети до семи лет). Но и детей с определенного возраста (начиная с 5—6 лет, а если возможно и ранее) необходимо приучать к существующему правилу.
Утром также ничего не едят и не пьют и, естественно, не курят, можно только почистить зубы. После прочтения утренних молитв читаются молитвы ко Святому Причащению. Если утром чтение молитв ко Святому Причащению затруднительно, то нужно взять благословение у священника прочитать их вечером накануне. Если в храме исповедь совершается утром, необходимо придти вовремя, до начала исповеди. Если исповедь была совершена накануне вечером, то исповедующийся приходит к началу службы и молится со всеми.

(1517)

Порядок подготовки к Иповеди и Причастию поэтапно

Участие в Таинстве Исповеди и Причастия это начало и основа духовной жизни православного человека. Современная практика Церкви предлагает приступающему к Причастию непременно приступить и к Исповеди. Так два Таинства становятся хронологически рядом, а, значит, и подготовка к ним будет иметь единый порядок.

В идеале вся ежедневная жизнь христианина должна быть приготовлением ко Причастию – и она же духовным плодом Причастия. Однако, современному человеку легче, если он знаком с некоей последовательностью действий, которые нужны, чтобы всё было правильно.

Порядок подготовки

Подготовка к Таинству включает в себя работу со своей душой, умом и со своим телом. Обычно это занимает несколько дней.

  1. Подготовка начинается со свидетельства своей веры во Христа и надежды на Его безграничное милосердие. Свидетельствуем это мы своей искренностью.  Открываем свою душу Богу, чтобы показать все раны, нанесённые грехом.
  2. Необходимо и смирение. Не превозносимся перед другими, не верующими или не причащающимися. Осознаём своё недостоинство и духовное несовершенство.
  3. Найдём в своём сердце благое дерзновение любви ко Христу, жажду быть едиными с Ним. Пусть это сочетается с пониманием того, что Бог дал нам возможность вкусить Тела и Крови Христовой не по нашим заслугам, а по своей милости и человеколюбию. Так родится желание, и ревность послужить своей жизнью Господу.
  4. Говение. Говеть, значит, почтить грядущее Таинство. Это некое самоиспытание, которое включает пост, молитву, милостыню, чтение Священного Писания.
  5. Телесный пост усмиряет тело, обуздывает греховные желания и страсти, устремляет к духовному. Величина поста пред Причастием варьируется в зависимости от частоты Причащения, состояния здоровья, возраста и многих других факторов, которые полезно обсудить со священником.
  6. Особенно внимательно следим за своими словами и поступками, удерживаем свой язык от сквернословия и осуждения.
  7. Читаем «Правило к Святому Причащению».  Молитвы «Правила» побуждают к истинному покаянию.
  8. Дела милосердия. Милосердными нам заповедано быть всё время нашей жизни, но в период подготовки к Исповеди и Причастию, христианин призван к сугубому вниманию к этой добродетели.
  9. Подготовка к Таинству Исповеди. К Исповеди нужно подходить с особым состоянием души, некоторой внутренней сосредоточенностью. Для этого нужно пересмотреть свою жизнь, спросить свою совесть, жива ли она. Что она скажет о нашем духовном состоянии?
  10. Перед Исповедью необходимо умом осознать свои грехи, проанализировать свои поступки и мысли, вспомнить свои душевные состояния. Следовали ли мы путём указанным Спасителем? В чем и как нарушали Заповеди Божьи и тем оскорбляли Божественную Любовь? Недостаточно просто отыскать те или иные грехи. Полезно найти их корни, те греховные страсти, которые их рождают. Чтобы последовательно подойти к этой внутренней работе можно записать грехи, которые вспомнились.
  11. Встреча со Христом в Таинствах это одновременно радость и суд. Чтобы встретить Судию милостивого к нам, необходимо искренне сокрушаться о своих грехах.
  12. Мы не можем исправить себя без помощи Божьей. Почувствовав своё бессилие перед злом, которое гнездится в нас, будем просить у Бога поддержки, чтобы впредь не осквернять себя грехами.
  13. Но настоящее покаяние питает себя памятью обо всех благодеяниях Божиих к нам. Ответим же Ему благодарностью. Проявим желание исправить свою жизнь, отказаться от греховных привычек и поступков.
  14. Для того чтобы не растеряться на Исповеди можно заранее продумать, что скажете священнику со всей искренностью, без утаивания. Иногда полезно написать какие-то подсказки на бумаге.

Будем искать в Таинстве Покаяния не формального «разрешения» и « условия» для причащения, а глубокого духовного обновления, примирения с Богом.

  1. Необходимо простить от сердца всем обидчикам, примириться, попросить прощения у тех, кого вы обидели.
  2. Помните, что если человек подходит к Причащению с сердцем, наполненным завистью, обидами, злобой, то Таинство будет принято им не во спасение, но в суд и осуждение!
  3. Необходимо посетить вечернюю службу накануне Причастия и приступить к Таинству Исповеди, которое обычно совершается вечером или перед самой Литургией.
  4. Важно также соблюсти Евхаристический пост. С 12 часов ночи до момента Причащения христианин ничего не пьёт и не ест.
  5. Чистота телесная. Чистая и аккуратная одежда, общий опрятный вид, помогает нам поддержать благоговейное состояние, проявить уважение к Святыни Таинства.
  6. Необходимо прийти к началу Богослужения Литургии, благоговейно и со вниманием помолится на службе.

Заключение

В широком смысле, вся жизнь Церкви, все её правила, духовные и литургические, покаянные и дисциплинарные это подготовка к Причастию, к радости полноты «невечернего дня» вечного Божественного Царства.

Протоиерей Андрей Ткачев. Как подготовиться к исповеди

Исповедь и Причастие

Причащение — самое важное и непостижимое Таинство Православной Церкви, в котором верующий принимает Тело и Кровь Спасителя под видом хлеба и вина.

О Своих Святых Дарах Господь так говорит в Святом Евангелии: Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день (Ин. 6, 56).

Таинство Причащения подает человеку силы для благодатной жизни во Христе. Причащаясь, мы становимся сами частью Его Тела как члены Его Церкви.

Верующие, которые хотят причаститься на литургии, должны предварительно исповедоваться. В Таинстве покаяния исповедующийся получает прощение от Господа. Видимым образом отпущение грехов дает во время исповеди священник: такую власть даровал Сам Спаситель святым апостолам, а через них и их преемникам: Примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин. 20, 22–23).

Всем ли необходимо покаяние?

После грехопадения праотцев человеческая природа повреждена грехом. Покаяние необходимо для любого христианина: грехи отдаляют человека от Бога — источника всякого добра, делают его чужим Христу, Который является Главой Церкви.

Грех ― рана для человеческой души, и сокрытые и неисповеданные грехи неизбежно приводят к болезням душевным и телесным. Человек, привыкший следить за чистотой своего сердца и опрятностью своей души, не может жить без покаяния.

Со слезами каялись и исповедовались в своих грехах даже те, кого мы сегодня почитаем величайшими святыми: чем ближе человек к Богу, тем яснее он осознает свое недостоинство перед Ним. Если говорим, что не имеем греха,— обманываем самих себя, и истины нет в нас. Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды (1 Ин.1, 8–9),― пишет святой апостол и евангелист Иоанн Богослов.

В чем заключается истинное покаяние?

Сущность покаяния не только в признании себя грешником — это было бы слишком просто,― но и в оставлении греха, в изменении самого образа жизни, приводящего ко греху.

Насколько подробным должно быть исповедывание грехов?

Грехи необходимо называть ясно, не скрываясь за общими фразами («во всем грешна…», «согрешил против седьмой заповеди»). Но еще важнее не пытаться оправдывать себя, как бы этого не хотелось. С чувством раскаяния несовместимы и обвинения во время исповеди в адрес других людей.

Как и когда совершается Таинство покаяния?

Обычно исповедь совершается в храмах утром перед началом Божественной литургии. Можно исповедаться и вечером: во время или после всенощного бдения. Однако необходимо помнить, что надо приходить в храм к началу исповеди для того, чтобы участвовать в общей молитве, когда священник молится за всех кающихся. По окончании этих молитв он произносит следующее напутственное слово: Се, чадо, Христос невидимо стоит, приемля исповедание твое… По-русски это наставление звучит так: «Дитя мое! Христос невидимо стоит перед тобою, принимая исповедь твою. Не стыдись и не бойся, не скрывая ничего от меня, но скажи все, в чем согрешил, не смущаясь, чтобы принять оставление (грехов) от Господа нашего Иисуса Христа. Вот образ Его пред нами: я же только свидетель, чтобы свидетельствовать перед Ним все, что скажешь мне. Если же что-нибудь скроешь от меня, будешь иметь двойной грех. Ты пришел в лечебницу ― не уйди отсюда неисцеленным».

Как готовиться к исповеди?

Кающийся просит у Бога благодатной помощи: способности видеть свои грехи, мужества открыто исповедовать их, решимости простить согрешения ближних против него самого. С молитвой он приступает к испытанию своей совести. Образцы молитв, проникнутых глубоким покаянным чувством, оставили нам великие подвижники Церкви.

Как подготовиться к принятию Святых Христовых Таин?

К Причастию необходимо готовиться постом, обычно трехдневным (разрешается при этом вкушение только растительной пищи, если, конечно, у человека нет серьезных заболеваний), особой усиленной молитвой, милостыней, совершением добрых дел, воздержанием от греховных поступков и даже мыслей, разного рода развлечений и удовольствий.

Накануне Причащения следует быть в храме во время вечернего богослужения, поскольку, в соответствии с восходящей еще к Ветхому Завету традицией, церковный день начинается с вечера.

Вечером, после богослужения, прочитываются каноны Спасителю, Божией Матери и Ангелу-хранителю, которые помещены в молитвослове. После полуночи нельзя ни есть, ни пить, ни тем более курить (курение — вообще греховная привычка, которая осуждается Церковью). Утро начинается с утренних молитв и правила ко Святому Причащению, также помещенному в молитвослове (можно прочитать правило накануне). По благочестивому обычаю, верующие стараются подойти к Причастию с опрятностью не только душевной, но и телесной.

Как вести себя в день Причащения?

При выносе Чаши нужно совершить земной поклон, и, крестообразно сложив на груди руки (правую на левую), подходить по очереди к Святым Дарам, уже не кланяясь и вообще избегая лишних движений. При этом нужно ясно назвать священнику свое полное христианское имя и открыть уста для принятия Святых Таин. После приобщения следует поцеловать край Чаши и отойти без поклонов и крестного знамения к столику, где приготовлены для причащающихся теплота и просфоры.

В храме или дома причастники читают благодарственные молитвы по Святом Причащении.

В день Причастия надо постараться сохранить в себе внутреннюю тишину.

Как часто необходимо причащаться христианину?

Невозможно установить в этом отношении единое правило для всех, но если основываться на советах наиболее известных современных духовников (в частности архимандрита Иоанна (Крестьянкина), то причащаться взрослому человеку желательно каждые две-три недели.

Для чего необходимо причащать младенцев? Как?

Мы все нуждаемся в благодатной помощи Божией. Но особенно необходима она еще только входящим в эту жизнь детям ― в период, когда закладывается основа их личности, когда она находится еще в стадии своего формирования. Маленький ребенок еще не может самостоятельно молиться, он беззащитен, его покров ― молитвы родителей и молитвы Церкви. И он как молодое растение нуждается в солнце и влаге, испытывает нужду в благодати, преподающейся посредством церковных Таинств. И, в первую очередь, посредством Таинства Причащения. Причащать маленьких детей можно (и нужно) по возможности часто, по усердию родителей. Кормить ребенка желательно 1,5–3 часа до литургии (в зависимости от того, сколько времени он может обходиться без еды; более взрослые не вкушают пищу и не пьют после 12 часов ночи). Причащают младенцев, пока они еще не могут принимать частицу Тела, только Кровью Христовой. При этом от родителей требуется особая внимательность и осторожность, чтобы их ребенок неловким движение не задел Святую Чашу. До 7 лет дети причащаются без исповеди.

Что делать, если кажется, что священник не в состоянии уделить достаточно времени всем кающимся?

Действительно, сегодня все больше людей приходят в церковь, осознав необходимость покаяния, и практически в каждом храме накануне праздников и воскресных дней возникают очереди желающих исповедоваться. Что делать? Можно посоветовать прийти на исповедь в будний день, когда священник сможет уделить Вам больше внимания. Можно, испытав свою совесть, записать грехи. Можно заранее подойти к священнику, предупредить, что Вы впервые хотите исповедоваться, и попросить его назначить Вам специальное время для исповеди. Очередь в храме ― совсем не причина откладывать жизненно важный шаг!

Общая Исповедь | Исповедь и причастие

В качестве вступления:

Петр Юрьевич Малков, фрагмент из книги «Введение в Литургическое Предание — Таинства Православной Церкви»*

Теперь обратимся к истории Таинства Покаяния. В древней Церкви было две формы Исповеди: публичная и тайная. Сейчас, в нашей современной церковной практике, мы знаем еще и третью форму Исповеди: общую Исповедь. Однако общей Исповеди в древней Церкви не существовало. Общая Исповедь появилась достаточно недавно и, кстати говоря, возникла совсем не в том виде, в каком мы ее наблюдаем сегодня во многих современных храмах. Общую Исповедь использовал в своей пастырской практике святой Иоанн Кронштадтский, который из-за наплыва к нему верующих просто не имел возможности подробно их исповедовать. Как же она выглядела в практике святого Иоанна Кронштадтского? Он выходил перед народом, читал молитвы последования Исповеди, а затем говорил: «А теперь кайтесь». И весь народ, находившийся в храме, выкрикивал свои грехи. Святой же Иоанн Кронштадский стоял перед ними, смотрел на них и слушал. И, глядя в эту огромную толпу, он был способен увидеть человека, который, может быть, внешне каялся, но на самом деле покаянного чувства не испытывал или исповедовал далеко не все из того, что совершил. И тогда святой Иоанн говорил ему: «И ты кайся». И тогда этот человек — в священном трепете — начинал уже каяться по-настоящему.

Но сейчас у нас с вами отцов Иоаннов Кронштадских, к сожалению что-то не видно. Поэтому современная общая Исповедь нередко превращается в какую-то формальность. Иногда дело доходит до весьма печальных примеров. Один мой знакомый священник, служивший в «глухие» советские годы в дальнем украинском сельце, рассказывал, что Исповедь в тех местах превратилась именно в такую формальность. В храмах ставился длинный стол, на который с обеих сторон укладывали головы — как на плаху — сразу по несколько человек исповедующихся. Священник набрасывал на них — во всю длину стола — епитрахиль и читал общую разрешительную молитву. При этом о какой-либо беседе кающегося с батюшкой не могло идти и речи. Когда этот попавший на Украину из Москвы священник стал спрашивать у сельских исповедующихся об их грехах, возмущению и недоумению здешних православных не было предела. Они даже посылали гонца к местному архиерею с наказом выяснить: имеет ли право батюшка «пытать грехи»…

Та общая Исповедь, которую практиковал святой Иоанн Кронштадтский скорее приближается не к нашему общему современному исповеданию грехов, а к публичной Исповеди первых столетий бытия Христианской Церкви. Она совершалась кающимися перед епископом и в присутствии всей общины. Человек открыто и гласно исповедовал свои грехи. Правда, такая Исповедь назначалась далеко не во всех случаях. Параллельно ей существовала и тайная Исповедь. Публичная Исповедь предназначалась только для тех людей, которые совершили тяжелейшие грехи, а также для тех, кто в годы гонений на Церковь из страха перед языческой властью отрекались от Христа. *(Издательство Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, 2008.-320 с. )

Митрополит Вениамин (Федченков)(1880–1961), об истории и практике общей Исповеди и опыте общения со Святым и праведным Иоанно м Кронштадтским.

В древности исповедь бывала открытой: грешник каялся пред всей Церковью. Но потом этот обычай был заменён теперешней тайной исповедью. Причина этого заключалась в том, что не у всякого хватало силы смирения бичевать себя публично пред всеми; а кроме того, подобная исповедь вводила в соблазн невинные души. Но вот бывают такие обстоятельства, что они вынуждают иногда пользоваться и общими исповедями. Главной причиной тут является громадное количество причастников, когда невозможно справиться не только одному, но даже и нескольким священникам. Остаётся одно из двух: или не допускать желающих до причащения, а это болезненно и неспасительно; или же сделать общую исповедь для всех. Что избрать? В древние времена христиане причащались вообще без исповеди, жили свято, за исключением особых случаев. И эта практика существует доселе в греческой, сербской, сирийской Церквах. Я лично наблюдал это в некоторых приходах Югославии; видел в Крыму, когда азиатские беженцы от турок молились в приделе Симферопольского собора, и в своё время их священник мерно обходил стройные ряды и причащал всех подряд, без исповеди. Слышал от очевидцев, как греческий смиренный священник после литургии шёл ещё со Святой Чашей по селу и причащал тех, кто по хозяйственным препятствиям не был в церкви: и эти – большей частью женщины – выбегали из своих хижин на улицу в чём были, кланялись в землю и с детскою верою причащались Святых Божественных Тайн. Картина такой первобытной чистой веры была умилительна. Эти и другие примеры показывают, что Церковь допускает возможность причащения и без исповеди и даже считает это нормальным порядком для добрых христиан; поэтому на всякой Литургии она приглашает всех «верных»:
   – «Со страхом Божиим и верою приступите» к причащению…
   Прежде и приступали. Святой Василий Великий говорит, что в его время люди причащались по три и по четыре раза в неделю. А Златоуст отвечает:
   – Не спрашивай: сколько раз; а скажи: как ты приступаешь?
   Конечно, и теперешний способ говения и причащения один раз в году тоже имеет свой смысл, чтобы верующие с большим страхом, благоговением, приготовлением, очищением, покаянием, ответственностью приступали ко святому причащению, именно со страхом Божиим. Но этот обычай совсем не есть закон, обязательный на все случаи. Во время трудного периода последних тридцати лет Церковь наша разрешала желающим и еженедельное причащение, при условии, если это благословляет местный духовник для желающих. И нормально – перед каждым причащением нужно исповедоваться каждому. А если таких желающих оказывалось бы много, тогда дозволялось духовнику делать и общую исповедь. Но при этом внушалось, что имеющий какие-либо особые нужды духовные должен подойти после к духовнику и раскрыть ему душу, чтобы получить и особое разрешение.
   Так иногда делалось в разных приходах. Но я хочу рассказать, как при мне происходила общая исповедь у отца Иоанна. Мы с юношеской простотою обратились к нему в алтаре:
   – Батюшка! Нам бы хотелось видеть вашу общую исповедь.
   Он с простотой и любовью ответил:
   – Я только вчера совершил её. Но ради вас я и ныне покажу вам, как она делается мною.
   Перед причащением отец Иоанн вышел через Царские врата на амвон и сказал приблизительно следующую проповедь. Привожу её в извлечении.
   – Во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь! – с силой начал он. – Царь и псалмопевец Давид сказал: Бог с Небесе приниче на сыны человеческия, видети, аще есть разумеваяй или взыскаяй Бога? Вси уклонишася, вкупе непотребни быша, несть творяй благое, несть до единого (Пс. 52:3-4). По-русски: «Господь посмотрел с Неба…» – и т. д. Батюшка перевёл псалом на русский язык. Затем обратился ко всем с указанием, что и в наше время – все уклонились в грехи… И он начал перечислять их. В храме стали раздаваться всхлипывания, рыдания, потом восклицания:
   – Батюшка! Помолись за нас!
   Тогда батюшка на весь храм воскликнул:
   – Кайтесь!
   В храме поднялся всеобщий вопль покаяния: каждый вслух кричал о своих грехах; никто не думал о своём соседе; все смотрели только на батюшку и в свою душу… И плакали, и кричали, и рыдали… Так продолжалось не одну минуту… Затем отец Иоанн дал рукою знак, чтобы верующие стихли. Довольно скоро шум утих. И батюшка продолжал свою проповедь:
   «Видите: как мы все грешны. Но Отец наш Небесный не хочет погибели чад Своих. И ради нашего спасения Он не пожалел Сына Своего Единородного, послал Его в мир для нашего искупления, чтобы ради Него простить все наши грехи. И не только – простить нас, но даже позвать нас на Свой Божественный пир! Для этого Он даровал нам великое Чудо, даровал нам в пищу и питие Святое Тело и Святую Кровь Самого Сына Своего, Господа нашего Иисуса Христа. Этот чудесный пир совершается на каждой Литургии, по слову Самого Господа: «Приимите, ядите. Сие есть Тело Моё!» и: «Пиите от нея (Чаши) вси, сия есть Кровь Моя».
   Как в притче, отец с любовью принимает своего прегрешившего, но покаявшегося блудного сына и устраивает ему богатый пир, радуясь его спасению, – так и ныне Отец Небесный ежедневно и каждому кающемуся учреждает Божественную Трапезу – святое причащение.
   Приходите же с полною верою и надеждой на милосердие нашего Отца, ради ходатайства Сына Его! Приходите и приступайте со страхом и верою к святому причащению.
   А теперь все наклоните свои главы; и я, как священнослужитель, властью Божией, данной нам, прочитаю над вами отпущение грехов».
   Все в благоговейной тишине склонили головы; и отец Иоанн поднял на воздух над всеми свою епитрахиль и прочитал обычную разрешительную молитву, совершая над всею церковью знамение креста при словах «прощаю и разрешаю»… «во имя Отца и Сына и Святаго Духа»… Затем началось причащение.
   Чтобы закончить об «общей исповеди», я вспомню о нескольких подробностях и случаях в связи с ней. Когда я уже был иеромонахом, приходит ко мне один знакомый старый богомолец и почитатель отца Иоанна и сообщает мне следующее:
   – Стоял я у батюшки в соборе; и он велел нам каяться. Я вслух рассказывал ему свои грехи. И вдруг мой сосед ударил меня, в какой-то злобе, по щеке. Я вспомнил Евангелие Христово, чтобы подставить ударившему и другую мою щёку. А он ударил меня и по другой.
   – Зачем вы рассказываете мне об этом?
   Он замешался в ответе. Я подумал:
   «Вероятно, ему хотелось похвалиться своим мнимым смирением». – И тогда становилось несколько понятным, почему Бог попустил ему потерпеть дважды посрамление. Оказалось всё же, что он пришёл ко мне с вопросом:
   – Хорошо ли я сделал, что подставил ему и вторую щёку?
   – Не думаю, – ответил я. – Смиреннее было бы подумать вам о том, что вы не доросли ещё до такой высоты. А ещё лучше, если бы вы чем-то не задели вашего соседа и не довели его до раздражения и до первой пощёчины.
   – Как так?– не ожидал он этого поворота.
   – Мы, несовершенные, можем расстроить наших ближних даже своим благочестием. Бесы хорошо умеют различать истинную святость от неистинной. Первой они боятся, а над второй издеваются. Помните, в книге Деяний рассказывается, как бес поступил с семью сынами иудейского первосвященника Скевы, которые заклинали бесноватых именем Господа Иисуса: злой дух сказал: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто? И бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они, нагие и избитые, выбежали из того дома. А апостолу Павлу духи повиновались (Деян.19:13-16). Поэтому я думаю, – говорю ему, – нам, грешникам, лучше скрывать своё доброе, если оно и есть. Вот – моё мнение вам.
   Потерпевший замолчал, но я не был уверен, согласился ли он со мною. Ему, по-видимому, хотелось лучше оставаться с хорошим мнением о себе и «пострадать» за правду, чем сознать себя недостойным ни того, ни другого.
   Да, и в «добрых делах» каждому нужно ведать свою меру. Без меры и добро не есть добро, – учит святой Исаак Сирин.
   Когда мы возвращались в тот же вечер из Кронштадта в Петроград, то ко мне на пароходе обратился с вопросом какой-то простец из богомольцев, бывший на той же Литургии у отца Иоанна:
   – Что-то я слышал, батюшка звал нас всех на обед, а обеда-то не было?! А-а?
   Я понял наивность души этого посетителя и спокойно разъяснил ему, что под «пиром» батюшка разумел святое причащение. И повторил поселянину мысль поучения. Он понял и успокоился:
   – Вот оно что! А я-то думал, он обедать позвал.
   Много лет спустя, уже за границей, мне привелось самому быть участником подобной исповеди. Но должен откровенно сознаться, что она на меня не произвела такого действия, силы и мира, какие почти всегда сопровождают отдельную, личную, тайную, обычную исповедь. А у отца Иоанна была особая сила Божия.

Исповедь и причастие — протопресвитер Александр Шмеман

§ 1

Возникшие в нашей Церкви cпоры и вопрошания о более частом причащении, о связи таинства причащения с таинством покаяния, о сущности и форме исповеди и т. д., суть признак не слабости и упадка, а жизни и жизненности. Среди православных людей, среди членов нашей Церкви пробуждается интерес к главному, возникает жажда духовно подлинного. За это одно уже можно благодарить Бога. И потому крайне неправильным было бы пытаться споры эти и вопрошания разрешить в одном, так сказать, административном порядке указами и инструкциями. Ибо перед нами духовный вопрос и он касается буквально всех сторон нашей церковной жизни. На этом и нужно остановиться в первую очередь.

Вряд ли можно сомневаться в том, что Церкви нашей, при всем ее относительном внешнем и материальном благополучии, грозит глубочайшая опасность изнутри: опасность обмирщения, настоящего духовного угасания. Трагические признаки такого угасания появились уже давно. Годами длящиеся споры о приходском Уставе, недавние волнения, вызванные автокефалией (Она была дарована Русской церковью в 1970 г. – Прим. ред.), широко распространенная установка, ставившая в центре всего идею защиты приходами каких-то своих интересов, прав и имущества от иерархии и духовенства, легкость, с которой большие и старые приходы во имя этих пресловутых прав попросту рвут с Церковью, сосредоточенность органов церковного управления почти исключительно на внешнем, материальном и юридическом все это вскрывает такую страшную, такую глубокую расцерковленность сознания, такое обмирщение, что, действительно, страшно становится за будущее нашей Церкви, которая к тому же, по-видимому, и не сознает подлинных размеров и глубины этого кризиса.

Между тем именно это обмирщение, эта расцерковленность церковного общества приводит к тому, что многие и многие, особенно же молодежь, просто уходят от Церкви, в которой им никто не открывает, в чем состоит сущность Церкви, что означает быть членом Церкви, в которой все духовное сведено к минимуму за счет банкетов, юбилеев, финансовых кампаний, и все той же защиты каких-то прав, в которой так мало слышен призыв к углублению внутренней жизни, к одухотворению и воцерковлению.

И все это тогда, когда мы начинаем новую жизнь, когда нам дана возможность в эпоху уничтожения и пленения Православия в его древних центрах возрастать от силы в силу, быть свободными не только на словах, но и на деле, наполнить духовным содержанием церковную жизнь, осуществить все то, чего не могут осуществить наши братья. Но как часто в действительности мы убеждаемся в том, что самые с виду деятельные и активные члены Церкви оказываются одновременно и самыми расцерковленными, вождями всевозможных оппозиций и бунтов, что и это еще страшнее сам строй приходской жизни делает почти невозможным какое бы то ни было духовное углубление, что, наконец, само духовенство вместо того, чтобы всеми силами укоренять жизнь своих пасомых в Боге, обрекаются на мертвый формализм, казенщину и сохранение некоего status quo раз и навсегда самоочевидной нормой церковной жизни.

У нас есть живые и жгучие вопросы, возникающие в церковной жизни, в том числе и занимающий нас здесь вопрос о таинствах, об участии в них мирян и т. д., разрешающиеся простыми ссылками на прошлое, на то, что делалось и считалось нормальным в России, Польше, еще где-нибудь. Поступать так, однако, не только недостаточно, но, увы, и просто неверно. Далеко не все в этом прошлом, будь оно русское, польское, греческое или еще какое, было правильно, православно и подлинно. Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать, хотя бы отзывы русского епископата в эпоху подготовки в начале этого века Всероссийского Поместного Собора. Почти все без исключения русские епископы самые образованные в Православной Церкви, и вне всякого сомнения, настроенные традиционно и консервативно, признали положение Церкви, и духовное, и богослужебное, и организационное, глубоко неблагополучным и требующим спешных и глубоких реформ. Начиная с Хомякова, все живое в русском богословии обличало плененность этого последнего западным латинскими, юридическими и схоластическими путами. Митрополит Антоний Храповицкий подверг резкой критике русские духовные школы, а праведник о. Иоанн Кронштадтский бичевал теплохладную и формальную церковность русского общества, сведшего, например, причастие к обязанности, исполняемой единожды в год, низведшей богочеловеческую жизнь Церкви на уровень обычая и быта. Поэтому простые ссылки на прошлое, как на критерий для настоящего, недостаточны, ибо и само прошлое требует оценки в свете подлинного Предания Церкви. Единственным же критерием всегда и всюду может быть только это Предание и пастырская забота о том, как хранить и осуществлять его в наших, столь отличных от прошлого, условиях жизни.

Наши же условия – нужно ли доказывать? – определяются глубочайшим духовным кризисом: общества, культуры, человека. Суть этого кризиса секуляризм: отрыв от Бога всей жизни человека. И кризис этот не может не сказаться и внутри Церкви. Нетрудно доказать, что и сама церковная жизнь именно секуляризуется, о чем свидетельствует все то, о чем сказано выше: сосредоточенность на внешнем и материальном, на правах и имуществе, на форме, а не на содержании. Думать, что от всего этого можно отговориться простыми приказами, запретами и ссылками на прошлое, близоруко и опасно, и в первую очередь это относится к главной святыне Церкви – к св. таинствам.

§ 2

Если мой доклад о таинствах я начал с этих общих размышлений о духовном кризисе и в мире, и в Церкви, то потому, что я глубочайшим образом убежден, что сами возникшие в этой области вопросы укоренены именно в этом кризисе, имеют к нему самое прямое отношение. Я убежден, что вопрос об участии мирян в таинствах, в данном случае о более частом или, лучше сказать, более регулярном участии в таинстве Евхаристии, является ключевым вопросом всей нашей церковной жизни, вопросом, от разрешения которого буквально зависит будущее самой нашей Церкви: ее возрождение или же быстрое угасание.

Я убежден, что в приходах, где возрождение евхаристической жизни уже началось, никогда не произошло бы того, что только что произошло в одном из самых старых и известных приходов Новой Англии, невозможен был бы этот диалог глухих о том, что такое Церковь, ее единство, назначение ее на земле, место в ней иерархии и т. д. Я убежден, что там, где Евхаристия и причастие снова стали, по выражению о. Сергия Четверикова, средоточием христианской жизни, почти не возникает проблема связи прихода с Церковью и иерархией, принятия канонических норм, исполнение материальных обязательств. И это, конечно, не случайно. Ибо там, где церковная и приходская жизнь не основана, прежде всего, на Господе Иисусе Христе, и это значит, на живом общении и единстве с Ним и в Нем, в таинстве Церкви Евхаристии, там неизбежно, рано или поздно, на первый план выступает что-нибудь другое: имущество и его защита, деньги и в конечном итоге адвокаты и суд. Там уже не Христос, а что угодно другое: национализм, политика, материальный успех, коллективная гордыня и т. д., рано или поздно начинают преобладать и одновременно разлагать церковную жизнь.

До сих пор остроты, центральности этого вопроса, этого «или-или» можно было не замечать. На протяжении долгого времени у наших приходов, кроме религиозной, была еще и естественная база: этническая, национальная, языковая. Приходы были формой объединения иммигрантов, т. е. этнических меньшинств, сплоченных для защиты своих интересов в чуждом им попервоначалу американском мире. Но теперь этот иммигрантский период в истории нашей Церкви быстро приходит к концу. Все очевиднее, все быстрее распадается и отпадает естественная база нашей Церкви. Чем ее заменить? Если она не будет заменена самой идеей и опытом Церкви, как единства во Христе, единства веры и ее осуществления, то поневоле заменит ее уже совершенно антирелигиозная идея прихода, как владельца имущества, и объединяющим принципом станет (и уже становится!) принцип защиты этого имущества от каких-то внешних врагов: епископов, духовенства, центра и т. д. Вожди всевозможных оппозиций отлично знают, что, на деле, их имуществу давно уже ничто не угрожает. Если они все-таки так активно поддерживают этот миф, то потому что им нужен объединяющий принцип и лозунг, а другого у них нет. Если люди не знают за что им объединяться и во имя чего, то они, неизбежно, объединяются против. И это и составляет трагическую глубину нашего теперешнего положения.

Вот почему вопрос о таинствах имеет такое ключевое значение. Ибо именно с ним связано за, которого так не хватает нашей Церкви, тут и только тут, в связи с ним, возможность внутреннего перерождения мирянского самосознания, давно уже оторвавшегося от самих истоков, от самого опыта Церкви. И если этот вопрос приобрел сейчас такую остроту, то потому что все больше и больше церковных людей, сознательно, а чаще бессознательно, ищут такого перерождения и возрождения, ищут той базы, которая вернула бы приходу его религиозный и церковный смысл и остановила бы быстрое и трагическое его обмирщение.

§ 3

В этом коротком докладе нет возможности, да и нет нужды, вопрос о причащении мирян ставить во всем его догматическом и историческом объеме. Достаточно напомнить о главном.

Общеизвестно, конечно, и не требует никаких доказательств, что в ранней Церкви причастие всех верных, всей Церкви за каждой Литургией было сомоочевидной нормой. Важно подчеркнуть, однако, что само причастие воспринималось не только как акт личного благочестия и освящения, а, прежде всего, именно как акт, вытекающий из самого членства в Церкви и это членство исполняющий и осуществляющий. Евхаристия была и называлась таинством Церкви, таинством собрания, таинством общения. «Для того Он смесил Себя с нами, – говорит св. Иоанн Златоуст, – и растворил Тело Свое в нас, чтобы мы составляли нечто единое, как тело, соединенное с главою…». Никакого другого признака и критерия принадлежности к Церкви и членства в ней, кроме причастия, раньше Церковь просто не знала. Отлучение от Церкви было отлучение от евхаристического собрания, в котором Церковь осуществляла и являла себя как Тело Христово. Причастие Таинству Церкви вытекало непосредственно из Крещения – таинства вступления в Церковь, и никаких других условий причастия в ранней Церкви не было. Член Церкви это тот, кто причащается Церкви в Таинстве Церкви, поэтому в одной из древних литургий одновременно с оглашенными и кающимися, т. е. отлученными, призываются оставить собрание Церкви и все непричащающиеся. Это восприятие причастия, как осуществления членства Церкви, можно назвать экклезиологическим, и, очевидно, сколько бы оно не затемнялось и не усложнялось в дальнейшей истории Церкви, никогда не было отменено и составляет первичную и вечную норму Предания Церкви.

Поэтому вопрошать нужно не об этой норме, а о том, что случилось с ней. Почему мы так далеко отошли от нее, что само напоминание о ней кажется иным и, чаще всего духовенству, каким-то неслыханным новшеством и ниспровержением уставов? Почему, вот уже столетиями, девять из десяти литургий служатся без причастников и это не вызывает ни удивления, ни содрогания, тогда как желание чаще причащаться, напротив, вызывает почти испуг? Как могло в недрах Церкви Тела Христова, возникнуть учение о ежегодном причащении как норме, отступление от которой позволяется только в исключительных случаях? Как, иными словами, стало понимание причастия сугубо индивидуальным без всякого отношения к Церкви, перестало быть выражением того, о чем сказано в евхаристической молитве: нас же всех, от единого Хлеба и Чаши причащающихся, соедини друг ко другу во единого Духа причастие ?

Причина этого, хотя и сложная в своем историческом развитии, довольно проста: это боязнь профанировать таинство. Это страх недостойного причащения, попрания святыни. Страх, конечно, духовно оправданный и правильный, ибо ядый и пияй недостойно, в суд себе яст и пиет. Он возник рано, вскоре после победы Церкви над языческой империей, победы, превратившей христианство, на протяжении сравнительно короткого времени, в массовую, государственную и народную религию. Если в эпоху гонений сама принадлежность Церкви обрекла каждого ее члена на узкий путь, полагала между ним и миром сим самоочевидную грань, то теперь с включением всего мира в Церковь грань эта была уничтожена и появилась вполне реальная опасность номинального, поверхностного, теплохладного и минималистического восприятия христианской жизни. Если прежде трудным и духовноответственным был сам доступ в Церковь, то теперь с обязательным включением в Церковь всех возникла необходимость установить внутренние границы и проверки, и такой границей постепенно стало таинство и доступ к нему.

Надо подчеркнуть, однако, что ни у Отцов Церкви, ни в самих богослужебных текстах мы не найдем и намека на поощрение неучастия в таинствах. Подчеркивая святость причастия и его страшность, призывая к достойному к нему приготовлению, св. Отцы нигде и никогда не узаконили той, теперь повсеместно разделяемой мысли, что потому, что таинство свято и страшно, к нему не следует или даже неправильно приступать часто. Для св. Отцов еще самоочевидно было восприятие Евхаристии как Таинства Церкви: ее единства, исполнения и возрастания.

Мы не должны, – пишет преп. Иоанн Кассиан Римлянин, – устраняться от причащения Господня из-за того, что сознаем себя грешниками. Но еще более и более надобно поспешать к нему для уврачевания души и очищения духа, однако ж с таким смирением духа и верою, чтобы, считая себя недостойными принятия такой благодати, мы желали более врачевства для наших ран. А иначе и в год однажды нельзя достойно принимать причащение, как некоторые делают … достоинство, освящение и благотворность небесных Таин оценивая так, что думают, будто принимать их должны только святые, непорочные, а лучше бы думать, что эти таинства сообщением благодати делают нас чистыми и святыми. Они подлинно больше гордости высказывают, нежели смирения, как им кажется, потому что когда принимают их, то считают себя достойными принятия их. Гораздо правильнее было бы, если бы мы с тем смирением сердца, по которому веруем и исповедуем, что мы никогда не можем достойно прикасаться Св. Тайн, в каждый воскресный день принимали их для уврачевания наших недугов, нежели превозносясь суетным убеждением сердца, верить, что мы после годичного срока бываем достойны принятия их .

Что же касается той, тоже распространенной и приобретшей почти нормативный характер, теории, согласно которой, в отношении к причастию есть разница между духовенством и мирянами, так что духовенство может и должно приобщаться за каждой Литургией, а миряне нет, то уместно привести слова св. Иоанна Златоуста, который более, чем кто-либо другой, ратовал за достойное к причащению приготовление. Но есть случаи, пишет великий пастырь и учитель, когда священник не отличается от подначального, например, когда нужно причащаться Св. Тайн. Мы все одинаково удостаиваемся их, не так, как в Ветхом Завете, где иное вкушал священник, иное народ и где не позволено было народу приобщаться того, чего приобщался священник. Ныне не так но всем предлагается одно тело и одна чаша…

Повторяю, найти в Предании Церкви основу и оправдание нашей теперешней практики редкого, если не ежегодного, причащения мирян, признание его нормой, а желание частого причащения едва терпимым исключением, невозможно. И потому все те, кто серьезно и ответственно Предание изучал, все лучшие русские литургисты и богословы всегда видели в ней упадок церковной жизни, отступление от Предания и от подлинных норм церковности. И самое страшное в этом упадке то, что он оправдывается и объясняется уважением к святыне и благоговением. Ибо, если бы это было так, то непричащающиеся ощущали бы за Литургией скорбь, ущерб, печаль по Богу, желание приступить. На деле ничего этого нет. Поколения за поколениями православных присутствуют на Литургии в полном убеждении, что ничего другого от них не требуется, что причастие просто не для них. И один раз в год они исполняют свой долг и причащаются после двухминутной исповеди у переутомленного священника. Видеть в этом торжество благоговения, а не упадок и трагедию, просто духовно страшно. А иных из наших приходов здесь, в Америке, людей, старавшихся приступить к Св. Тайнам чаще, подвергали настоящему гонению, уговаривали не причащаться, чтобы не смущать людей, обвиняли в неправославии! Я мог бы процитировать приходские листки, в которых разъясняется, что, поскольку причастие для кающихся, нельзя им омрачить радость Пасхи. И самое горестное, конечно, то, что так мало чувствуется мистический ужас от всего этого, от того, что, по-видимости, сама Церковь становится препятствием на пути людей ко Христу! Когда увидите мерзость запустения, стоящую на месте святе…

Не трудно, наконец, было бы показать, что всюду и всегда подлинное возрождение церковности начиналось с возрождения евхаристического, с того, что кто-то назвал евхаристическим голодом. В ХХ веке начался великий кризис Православия. Начались неслыханное, небывалое гонение на Церковь и отход от нее миллионов людей. И вот всюду, где этот кризис был осознан, началось и возвращение к причащению как средоточию христианской жизни. Так было в Советской России, о чем имеются сотни свидетельств, так было и в других центрах Православия и в рассеянии. Движения православной молодежи в Греции, Ливане, Франции выросли все без исключения из возрождения литургической жизни. Все живое, подлинное, церковное родилось из смиренного и радостного ответа на слова Господа: «ядый Мою плоть и пияй Мою кровь, той во Мне прибывает и Аз в нем…».

Теперь по великой милости Божией это евхаристическое возрождение, эта жажда более частого, более регулярного причащения и через него возврата к более подлинной церковной жизни, началось и в Америке. И я убежден, что ничто не может доставить большей радости пастырям, и особенно архипастырям, чем это возрождение, свидетельствующее об отходе от мертворожденных споров об имуществах и правах, от восприятия Церкви, как какого-то социально-этнического клуба с увеселениями и пикниками, от организаций молодежи, в которых религиозная жизнь отсутствует. Ибо, как я уже сказал выше, никакой другой основы для возрождения Церкви как в целом, так и в приходах, у нас нет и быть не может. Отмирает и исчезает база этническая, национальная. Исчезает все то, что только быт, только обычай, только придаток к жизни, а не сама жизнь. Люди ищут и жаждут подлинного, живого и истинного. И потому, если суждено нам жить и расти, то, конечно, только на основе самой сущности Церкви. Сущность же ее Тело Христово, то таинственное единство, в которое вступаем мы, причащаясь от единого Тела и Чаши во единого Духа причастие…

Я уверен поэтому, что наши епископы, которым поручена забота, прежде всего, о духовной сущности Церкви, найдут слова, чтобы благословить это начинающееся духовное и таинственное возрождение, чтобы напомнить Церкви о подлинном, бесконечно богатом и бесконечно радостном содержании ее Предания и учения о Св. Тайнах.

Но это, конечно, с новой остротой и глубиной ставит вопрос о достойном приуготовлении к причастию и, прежде всего, о месте в этом приготовлении таинства Покаяния.

§ 4

C тех пор как причастие мирян за каждой Литургией, как акт, вытекающий из их участия в Литургии, перестало быть нормой и было заменено практикой редкого, обычно ежегодного, причащения, это последнее естественно стало предваряться таинством Покаяния, т. е. исповедью и воссоединением с Церковью через отпустительную молитву. Но практика эта, повторяю, естественная и самоочевидная в случае редкого, ежегодного, причастия, привела к возникновению внутри Церкви теории, согласно которой причастие мирян, в отличие от духовенства, и вообще невозможно без таинства Покаяния, так что исповедь является обязательным всегда и во всех случаях условием причащения. Я дерзаю утверждать, что теория эта (утвердившаяся преимущественно в Русской церкви) не только не имеет для себя основания в Предании Церкви, но открыто противоречит церковному учению о самой Церкви, о таинстве Причащения и о таинстве Покаяния.

Чтобы убедиться в этом, достаточно хотя бы в нескольких словах напомнить о сущности таинства Покаяния. Это таинство с первых же веков было в сознании и учении Церкви таинством Воссоединения с Церковью отлученных, что первоначальная, очень строгая дисциплина допускала только одно такое воссоединение, на что в дальнейшем развитии церковной жизни, особенно после наплыва в Церковь всей народной массы, дисциплина была отчасти смягчена. Так или иначе, в основе своей, по существу, таинство Покаяния, как таинство Воссоединения с Церковью, совершалось лишь над теми, кто был отлучен от Церкви за определенные грехи и проступки,точно перечисленные в каноническом Предании Церкви. Об этом и сейчас еще свидетельствует подлинная разрешительная молитва: примири и соедини его со святой Твоей Церковью во Христе Иисусе Господе нашем… (в отличие от второй, латинской по происхождению и неведомой Востоку: и аз, недостойный иерей, властью мне данной…).

Это совсем не значит, однако, что неотлученных, верных Церковь считала безгрешными. Во-первых, Церковь никого из людей, кроме Пресвятой Богородицы, никогда не считала безгрешными. А во-вторых, соборное, литургическое исповедание грехов и мольба об их прощении входит и в молитву Трисвятого, и в молитвы верных на литургии. И наконец, само причащение Св. Тайн Церковь всегда воспринимала как совершающееся во оставление грехов. Поэтому дело тут не в безгрешности, которую не дарует и никакое отпущение грехов, а в различии, которое всегда делала Церковь между грехами и актами, отлучающими человека от благодати жизни Церкви, и той греховности, которой неизбежно подвержен каждый человек плоть нося и в мире живя, но которая как бы растворяется в собрании Церкви и о прощении которой и молится Церковь в молитвах верных, читаемых перед преложением Св. Даров. Ведь и перед самой Св. Чашей, в самую минуту причащения просим мы о прощении прегрешений вольных и невольных, яже словом, яже делом, яже ведением и неведением и верим, что в меру нашего раскаяния получаем его.

Все это означает, конечно, да этого по-настоящему никто и не оспаривает, что единственным настоящим условием причащения Св. Тайн является членство в Церкви, и обратно, что членство в Церкви осуществляется и исполняется в причащении Таинству Церкви. Причащение даруется во оставление грехов и во исцеление души и тела и потому предполагает раскаяние, осознание человеком своего совершенного недостоинства и причастия как небесного дара, который никогда не может быть заслужен никем из земнородных. И вся суть установленного Св. Церковью приуготовления к причастию (правило ко св. Причащению ) состоит, конечно, не в том, чтобы человек ощутил себя достойным и заслуживающим причастия, напротив, в том как раз, чтобы раскрылась ему бездна милосердия и любви Божией: верую, яко сие сотвориши… Перед трапезой Господней единственное достоинство причастника в том, что он понял и узрел бездну своего недостоинства. В этом состоит начало спасения.

Но потому-то так и важно понять, что превращение исповеди и таинства Покаяния в обязательное условие причащения не только противоречит Преданию, но его действительно искажает. Оно искажает учение о Церкви, создавая в нем две категории членов, из коих одна миряне, в сущности отлучаются от Евхаристии, как самого содержания и исполнения своего членства, как его духовного источника. Не удивительно тогда, что члены Церкви, которых Апостол назвал согражданами святым и своими Богу превращаются именно в мирян, т. е. секуляризуются, и их членство в Церкви начинает измеряться деньгами (членские взносы) и правами … Искажается учение о таинстве Причащения, которое начинает восприниматься как таинство для немногих достойных и чистых, а не как Таинство Церкви: грешников, безмерной любовью Божией всегда претворяемых в Тело Христово. И искажается, наконец, само христианское понимание покаяния: превращается в некое формальное условие для причастия, и на деле все очевиднее заменяет собою настоящую подготовку к причащению, то подлинное внутреннее раскаяние, которым вдохновлены все молитвы перед причащением. После трехминутной исповеди и разрешительной молитвы человек чувствует себя вправе приступить к Чаше, достойным и даже безгрешным, т.е. чувствует, по существу, обратное тому, к чему ведет подлинное приготовление к причастию.

Как же могла возникнуть такая практика и претвориться в норму, защищаемую многими как истинно православное учение? Этому способствовало три фактора. Об одном из них мы уже говорили: это та теплохладность христианского общества в вере и благочестии, что привела постепенно к редкому, а затем и лишь к ежегодному причащению. Совершенно ясно, что человек, приступающий к Св. Чаше раз в год, должен действительно быть воссоединен с Церковью, через проверку его жизни и совести в таинстве Покаяния. Вторым фактором следует признать влияние на церковное общество, в целом бесспорно, конечно, благотворное, монашества. В данном случае это монашеская практика духовного руководства, открытия помыслов, постоянной духовной проверки более опытным менее опытного. Только в монастырях это духовное руководство, эта постоянная исповедь совсем не обязательно была связана с таинством Покаяния. Духовный отец, старец, могли не быть, и на деле очень часто не были даже и священниками, ибо этот тип духовного руководства связан с духовным опытом, а не с таинством священства как таковым. В византийских монашеских типиконах XII-XIII веков монаху запрещается как приступать к Чаше, так и воздерживаться от нее самовольно без разрешения духовного отца, ибо исключать себя самовольно от причастия это поступать по своей воле. В женских монастырях та же власть присваивается игумении. Таким образом, мы имеем дело с исповедью не сакраментального типа, основанной на духовном опыте и постоянном регулярном руководстве. Эта исповедь оказала, однако, сильное влияние на развитие исповеди сакраментальной. В эпоху духовного упадка (глубину которого хорошо показывают постановления, например, т. н. Трулльского Собора, который сказался в первую очередь на белом духовенстве) монастыри оказались почти единственными центрами духовного окормления и руководства и для мирян. В Греции даже и сейчас исповедовать может не каждый священник, а только особо на это уполномоченный и поставленный архиереем. Для мирян, однако, эта исповедь руководство и наставление в духовной жизни совершенно естественно соединились с сакраментальной. Но следует признать, что на такое духовное руководство, предполагающее большой личный духовный опыт, способен совсем не каждый приходской священник, и это очень часто при духовной неопытности; попытки все же осуществлять его, приводят к подлинным духовным катастрофам. Так или иначе, но в церковном сознании, таинство Покаяния соединилось с идеей духовного руководства, разрешения духовных трудностей и проблем, что в условиях нашей приходской жизни, наших массовых, на несколько вечеров Великого поста сосредоточенных и потому минутных исповедей, вряд ли осуществим, и это ведет к полной номинализации исповеди и очень часто приносит больше вреда, чем пользы. Духовное руководство, особенно в наш век глубочайшей духовной искалеченности, необходимо; но чтобы быть подлинным, глубоким, полезным, оно должно быть отделено от исповеди сакраментальной, хотя, конечно, эта последняя и составляет его конечную цель.

Третьим же решающим фактором оказалось, конечно, влияние западного, схоластического и юридического понимания таинства. О западном пленении православного богословия писали и говорили много, но мало кто, мне кажется, понимает всю глубину и все значение тех, без всякого преувеличения, извращений, к которым привело это западное влияние в самой жизни Церкви, и прежде всего в понимании и восприятии таинств. В том, что касается таинства Покаяния, это особенно разительно. Глубочайшее извращение тут состоит в том, что вся тяжесть, весь смысл таинства был передвинут с раскаяния и покаяния на момент разрешения, понимаемого юридически. Западное, схоластическое богословие юридизировало понимание греха и соотносительно понимание его оставления. Это последнее выводится не из реальности и подлинности раскаяния и покаяния, а из власти священника. Если в исконном православном понимании таинства Покаяния, священник есть свидетель раскаяния и поэтому свидетель совершившегося примирения с Церковью во Христе Иисусе Господе нашем, то латинский юридизм все ударение ставит на власти священника прощать. Отсюда и совершенно неслыханная, с православной точки зрения, но все более и более распространяющаяся практика давать разрешительную молитву без всякой исповеди. Изначальное в Церкви различие между грехами, отлучающими от Церкви (и потому требующими сакраментального воссоединения с Церковью) и греховностью (прегрешениями) к такому отлучению не приводящей, западная схоластика рационализировала в категориях, с одной стороны, т. н. смертных грехов и, с другой стороны, грехов обычных. Первая, лишая человека благодатного состояния, требует таинства Покаяния и разрешения, вторые только внутреннего покаяния. На православном Востоке, особенно же в России (под влиянием латинствующего богословия Петра Могилы и его последователей) теория эта обернулась простым и обязательным, и именно, юридическим, сцеплением исповеди и причастия. И подлинно полным печальной иронии следует признать то, что это наиболее очевидное из всех заимствований от латинства так часто выдается у нас за православную норму, а всякая попытка пересмотреть его в свете подлинно православного учения о Церкви и о таинствах изобличается как плод западного, католического влияния.

§ 5

Мне остается из всего сказанного сделать практические выводы. Выше я уже пытался объяснить, почему вопрос о таинствах, и прежде всего вопрос об участии мирян в евхаристической жизни, представляется мне вопросом краеугольным для нашей Церкви, от которого зависит ее духовное будущее, ее подлинный а не внешний рост. Выводы эти поэтому должны сочетать верность подлинному Преданию Церкви с пастырской заботой об исполнении Предания в наших бесконечно трудных, бесконечно отличных от прошлого условиях жизни.

Вопрос, мне кажется, можно сформулировать так: как сочетать поощрение более частого и регулярного участия мирян в таинстве Евхаристии как средоточии христианской жизни, как таинстве собрания и единства, как подлинно Таинстве Церкви с заботой о достойном к этому таинству приготовлении, о том, чтобы не превратилось это участие в такой же обычай, каким было до сего времени непричащение? Ответ на этот вопрос сводится, по моему разумению, к следующим основным положениям:

1. Прежде всего, если желание и практику более частого, в пределе регулярного, причащения мирян следует всячески поощрять, то совершенно очевидно, что было бы духовно неправильно и бесконечно вредно ее каким бы то ни было образом насильственно навязывать. Не может и не должно оно стать ни духовной модой, ни плодом поверхностного увлечения, ни результатом какого бы ни было давления. Поэтому для причащающихся редко (даже раз в месяц), а таких, конечно, долго еще будет большинство в Церкви, нужно во всей силе сохранить как норму, необходимость исповеди перед св. причастием.

2. Причастие чаще, чем раз в месяц возможно только с разрешения. Разрешение это может быть дано только лицам, хорошо известным, и после всесторонней пастырской проверки в серьезности и правильности их прихода к Церкви и к христианской жизни. В этом случае вопрос об исповеди и соотношении между ее ритмом и ритмом причащения должен быть оставлен на благоусмотрение пастыря, с тем, однако, чтобы исповедь оставалась регулярной и совершалась не реже, чем раз в месяц.

3. Для более глубокого понимания как таинства Причащения, так и таинства Покаяния и для более духовно плодотворной связи между ними, одобрить практику общей исповеди. Поскольку же практика эта вызывает в настоящее время недоумения и нарекания, я и позволю кратко остановиться на ней в заключительном параграфе настоящего доклада.

§ 6

Что такое общая исповедь и почему следует признать ее уместной и нужной в настоящих условиях нашей церковной жизни? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно признать, прежде всего, что в настоящее время огромное большинство членов Церкви не знают ни что такое исповедь, ни как приступить к ней. Она сводится и это в лучшем случае к чисто формальному и обобщенному перечислению обычно второстепенных недостатков, либо же к разговору о проблемах. Тут сказалось, с одной стороны, многовековое влияние западного, формального и юридического понимания исповеди, а с другой стороны, всяческий психологизм, свойственный нашей эпохе, и в котором растворяется без остатка чувство и сознание не трудностей, проблем и вопросов, а греха. Так, в одном большом приходе, где я исповедовал несколько десятков человек, каждый из них начинал с того, что представил мне свидетельство приходского казначея об уплате членского взноса и молча ждал разрешительной молитвы. В других приходах существует практика простого чтения по книжечке краткой, с латыни переведенной формулы исповедования. Наконец, почти повсеместно распространено отрицание исповедующимися каких бы то ни было грехов, поскольку под грехом разумеет он преступления, каких он, действительно, не совершал. Обратная крайность это сосредоточение на какой-нибудь одной трудности, из рассказа о которой выходит так, что вина в обстоятельствах и условиях жизни, сам же исповедующийся является просто жертвой этих условий. Меньше всего во всех этих типах исповеди именно раскаяния, печали по Боге, горя от оторванности от Него и желании переменить жизнь, возродиться и обновиться.

Но как же в этих условиях возродить, прежде всего, саму исповедь? Как сделать ее снова актом подлинного раскаяния, покаяния и примирения с Богом? Это сделать просто невозможно при теперешней трех- или четырехминутной исповеди, с длинной очередью за спиной священника ждущих своего череда, понимающих исповедь как ежегодное отбывание некой формальной обязанности.

Поэтому общая исповедь есть, прежде всего, некая школа покаяния, раскрытие подлинной сути самой исповеди. Чтобы быть духовно полезной, она должна состоять из следующих моментов.

1. Как правило, общая исповедь совершается вечером, после вечернего богослужения. Человек, имеющий намерение причаститься Св. Тайн, должен прийти в Церковь хотя бы накануне вечером. Современная практика исповеди за несколько минут до литургии, впопыхах просто вредна и должна допускаться только в самых крайних и исключительных случаях. Между тем, это опять-таки стало почти общим правилом.

2. Общая исповедь начинается с чтения священником вслух молитв перед исповедью, которые теперь почти повсеместно опускаются, но которые составляют, однако, органическую часть таинства Покаяния.

3. После молитв священник призывает кающихся к раскаянию, к молитве о ниспослании Богом, прежде всего, самого чувства покаяния, дара зрети своя прегрешения, без которого формальный их перечень не принесет духовного плода.

4. Следует сама исповедь, т. е. перечисление священником всех тех поступков, мыслей и желаний, которыми мы оскорбляем святыню Бога, святыню ближнего и святыню собственной души. Поскольку же сам священник, как всякий человек, стоящий перед Богом, знает все эти грехи и всю эту греховность и в самом себе, постольку и перечисление это не формальное и казенное, а искреннее, и совершается духом сокрушенным и смиренным, идет от всех нас, а не просто обращено к вам, и в этом перечислении каждый узнает себя и каждый кается. И чем полнее испытывает пастырь свою совесть, тем полнее и общая исповедь и дух раскаяния и покаяния, который она рождает.

5. В заключение священник призывает кающихся обратить свой духовный взор от своего недостоинства Трапезы Господней, ожидающей нас, к Его милосердию и любви, и внутренне пожелать всем существом этого приобщения, которого мы никогда не достойны и которое все-таки даруется нам.

6. Затем священник призывает всех тех, кто испытывает нужду в дополнительном покаянии из-за какого-нибудь особенного бремени, тяготящего душу, отойти в сторону и подождать. Все же остальные по очереди подходят к нему и получают разрешительную молитву с возложением епитрахили и целованием креста.

7. Наконец, пока все, получившие разрешение, слушают молитвы перед причащением (начинать которые, мне кажется, хорошо с трехпсалмия Господь пасет мя…), священник по очереди вызывает имеющих восполнить исповедь и дает им разрешение.

Опыт показывает, что приступающие к такой общей исповеди начинают гораздо лучше исповедоваться и в исповеди личной. Ибо в том-то все и дело, конечно, что общая исповедь ни в коем случае не может и не должна рассматриваться как простая замена исповеди частной. Она для тех и только для тех, кто, причащаясь часто и регулярно, исповедуясь лично, знает самоочевидную нужду в проверке и очищении совести, в раскаянии, в той собранности духа и внимания, которая так трудна в современных условиях жизни. Могу засвидетельствовать, что там, где такая общая исповедь практикуется, частная исповедь не только не ослабела, а углубилась, стала исполняться подлинностью и смыслом. Вместе же с тем эта общая исповедь освобождает священнику время, необходимое для более углубленного исповедания тех, кто действительно нуждается в личной исповеди, и оказывается путем уже не личного только, но и общего возрастания в подлинный дух покаяния.

Заканчивая этот доклад и смиренно отдавая его на суд моих архипастырей, я могу исповедать еще раз, что все написанное здесь продиктовано исключительно острым осознанием нужды возродить и упорядочить евхаристическую жизнь Церкви, ибо тут и только тут источник и основа ее возрастания во Христе.

Неделя о блудном сыне, 1972 г.

Опыт построения исповеди по десяти Заповедям | Исповедь и причастие

Первая заповедь: Аз есмь Господь Бог твой, да не будут тебе бози инии разве Мене

   В русском переводе это звучит так: “Я Господь Бог твой, да не будет у тебя никаких других богов, кроме Меня”.

   Какие же обязанности должны мы иметь в отношении к Богу по этой заповеди?

   Первая обязанность. Мы должны иметь истинное познание о Боге. А имеем ли мы это истинное познание о Боге? Нет, мы не имеем правильного понятия о Боге, о православном учении нашей веры, о Церкви, членами которой мы являемся, о принятии Святого Крещения.

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   И мы еще оправдываемся, что нам негде почерпнуть эти правильные понятия о Боге, что нас никто не учил и не учит этому, но этим стремлением оправдаться мы усугубляем свою вину, ибо это неправда! Мы ведем слишком невнимательную, рассеянную жизнь и сами не хотим черпать нужные познания из тех источников, какие имеются у каждого из нас.

 

   1. Спросите-ка свою совесть, дорожим ли мы каждым богослужением в храме, внимаем ли мы тем молитвословиям и песнопениям, какими молится Церковь? Вот вам школа, вот самое нужнейшее, самое истиннейшее богословие, вот самая покаянная молитва, самые вдохновенные славословия Богу. Питаем ли мы всем этим разум и душу? Нет, Господи, прости нас!

   Мы не любим приходить в храм к началу богослужения, протискиваемся куда-то сквозь людей во время службы, толпимся и громко разговариваем у свечного ящика, переходим с места на место. Сами не слышим, что читается и поется, и другим мешаем, ничего не черпаем из этого источника истинного богословия.

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   А некоторые еще считают себя слишком начитанными и всезнающими, такие еще с раздражением и осуждением слушают: “Что, мол, он завел опять про одно и то же”, совсем забывая о том, что священник, стоящий на амвоне, стоит как бы на камне, отваленном от дверей гроба Господня, и не может быть без пользы слово благовествования со святого места. Даже самое убогое слово с амвона всегда учит истинам Православия.

 

Господи, прости нас, отметающихся словес Твоих!

 

   2. Мы не читаем душеспасительных книг, отговариваясь, что их сейчас нет, и опять это злая отговорка! А Книгу всех книг. Святое Евангелие, мы читаем? Евангелие есть почти у каждого из нас, а если нет до сих пор, то это по величайшему нерадению. Поучаемся ли мы из этой Книги Жизни? Святая Церковь положила на каждый день обязательные чтения Евангелия и Апостольских посланий. Допустим, это не каждый может проследить и выполнить, но кто мешает нам ежедневно прочитывать хотя бы по одной главе? Многие ли из нас, кающихся сегодня, хоть один раз внимательно прочли Евангелие, Апостольские деяния и послания?

   Мы не только дома не читаем Евангелие, но и в храме не слушаем! Благоговейное поведение в храме обязательно всегда, а во время чтения Святого Евангелия все должны замереть и с наклоненной головой внимательнейшим образом слушать. А мы хорошо еще, если внешне не толкаемся в этот момент (а это бывает с нами – Господи, прости нас). Хорошо еще, если не передаем свечки и тем самым не отвлекаем внимание других (кайтесь Господу, кто виноват в этом – Господи, прости нас). Хорошо еще, если, пользуясь как бы “пустым” временем, не лезем поправлять свечки или зажигать лампадку (это тоже у нас происходит – Господи, прости нас). Хорошо еще, если не отвлекаем окружающих пустыми разговорами, и в этом мы грешны. Господи!

   Но если мы даже внешне не нарушаем этого момента богослужения, многие ли из нас чистосердечно могут сказать, что с предельным вниманием слушают слова Священного Писания? Не скользят ли слова по поверхности слуха, не достигая не только сердца, а просто ума, который блуждает в этот момент невесть где! Господи, прости наше невнимание, нашу дерзость, наше легкомыслие и холодность, которые мы проявляем к слушанию того чтения, какое предлагает нам Церковь во время богослужения. Принеся сейчас покаяние Господу, положим с этого дня (для этого не требуется великого ума или необычайного подвига), как только начинается чтение Евангелия в храме, прекращать все посторонние дела, всякое движение, наклонить голову и внимательнейшим образом внимать словам Евангелия.

 

Помоги нам, Господи!

 

   Но если мимо вас будет все же протискиваться человек, который не слышал сегодня исповедь и не знает, как положено вести себя в этот момент, не одергивайте его злобно. А потом, может быть, запомнив его, после службы с любовью и доброжелательностью объясните, как надо вести себя во время чтения Евангелия. Вот это будет по-христиански!

   Мы не читаем книги религиозно-нравственного содержания. Они, правда, не у всех есть и достать их трудно. Но есть среди нас и такие, кто имеет их, но стоят они на полках, а читать их самому или лень, или недосуг: “Лучше посплю побольше”. А кто пообразованнее, тот охотнее читает газету, чем серьезное духовное чтение, другой же и сам не читает, и другим не дает: “А вдруг не отдадут, или самому захочется почитать как раз в это время”. Вот как жадность одолевает!

   Здесь еще необходимо помнить, что нет ничего неразумнее присвоения чужих книг духовного содержания! Какую пользу для души может дать чтение украденной книги? Если кто грешен и имеет такие книги, немедленно, при первой же возможности верните их тем, кому они принадлежат!

 

Господи, прости нам наше неразумение и нечестность!

 

   3. Наконец, поучаться в познании о Боге можно и в беседах с людьми начитанными и благочестивыми. А что делаем мы? Мы очень любим поговорить, нас так и тянет пойти к соседке, друзьям и знакомым, но только не для разговоров о Боге, о душе и спасении. Стыдно и страшно сознаться, что мы, христиане, зачастую собираемся, чтобы осудить ближних, предаться картежной игре, или устраиваем еще и винопитие. Пошел в гости пустой, а вернулся еще более разоренный.

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   И это часто случается с нами после исповеди, в день причащения Святых Христовых Тайн. Вторая обязанность, предписываемая нам первой заповедью Закона Божия: иметь истинную веру в Бога, надежду на Него и любовь к Нему.

   1. Самый страшный грех против этой обязанности каждого человека есть безбожие, то есть то самое состояние, в котором пребывает сейчас великое множество наших соотечественников, наших родных, близких и знакомых. О том, как это прискорбно, особенно родителям, чьи дети безбожники, не надо и говорить! Но мы-то, пришедшие сюда на исповедь, имеем ли мы твердую и несомненную веру всему религиозному? Верим ли мы в бессмертие, что за гробом есть вечная жизнь с возмездием за дела земные? Как ни страшно сознаться, но живой веры, которая пронизывала бы все наше сознание, которая бы управляла нашими поступками, нет и у нас.

 

Господи, пощади нас, сомневающихся в Твоем бытии, в своем бессмертии, в грядущем Страшном Суде!

 

   2. Может быть, среди кающихся ныне есть такие, которые не верят в существование небесного воинства Ангелов и полчищ злых духов. Последнее особенно распространено среди людей “образованных”. Почему-то стыдно в наш век верить в существование реальных существ – злых духов. А это только и нужно врагу спасения нашего! Если нет злокозненного влияния, то зачем и от чего защищаться Животворящим Крестом, святой водою, молитвой Иисусовой? Может, кто недостаточно почитает Матерь Божию, святых мучеников, угодников Божиих? Кайтесь Господу!

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   3. Есть еще один вид страшного греха против первой заповеди – это вероотступничество. Господи! Как мы близки к этому состоянию! А иногда, может, и были настоящими вероотступниками и не из-за страха мучений, как это случалось иногда в истории христианства, во время гонений на Церковь, а только из-за страха, зачастую мнимого, потерять то или иное земное благополучие.

   Бывает, что мы, верующие люди, чаем получить какую-либо помощь от Господа, допустим, получить лучшую квартиру, лучшую работу и просим всех молиться, а сами прячем в это время иконы в шкаф, боясь, что увидят нашу веру в Бога и откажут нам. Вот до какого безумия мы доходим.

 

Пощади нас, Господи!

 

   По малодушию своему, идя на прием к врачу, снимаем крест, боясь, что врач лечить не будет или больничный лист не даст! А если на работе вдруг заходит разговор о вере в Бога, то несчастный малодушный человек готов в воздухе раствориться. Только бы даже по выражению его лица никто не догадался, что он христианин – и слова отречения от Христа уже висят на кончике его языка… Кайтесь Господу те, кто в нарисованном облике малодушного христианина узнает себя!

 

Господи, помилуй меня, грешного!

 

   Стыдно сознаться, даже произносить вслух. Не только молодые, но и старые люди, уже освободившиеся от общественных обязанностей, уже заслужившие и отдых, и пенсию, тоже боятся открыто повесить иконы в доме!

   По боязни показать свою религиозность мы теперь часто совершаем грех духовного убийства своих умирающих родных тем, что, стыдясь соседей, не приглашаем священника со Святыми Дарами напутствовать умирающего. И горе нам, если по нашей вине кто-либо из наших близких ушел в вечность без покаяния и причащения Святых Христовых Тайн.

   4. Истинной живой веры мало у нас, но зато мы предельно поражены суевериями. Суеверия, “суея”, пустая, ложная вера. И чем только не заменяем мы истинной веры в благой Промысел Божий! Верим в какие-то “счастливые” и “несчастные” дни, в “тяжелые” и “легкие” дни. Боимся начать даже доброе дело в “тяжелый” день, нисколько не задумываясь, что до другого дня мы можем и не дожить. Верим всяким снам, толкуя их, гадаем по ним, обольстившись сновидениями, еще какие-то “пророческие” сны начинаем видеть и доходим через это до помрачения ума и болезни… Кайтесь Господу!

   Бойтесь верить снам, чтобы не впасть в прелесть – страшное духовное заболевание!

   И в храм мы приносим эти суеверия и держимся за них крепче, чем за истинное благочестие. И своими нелепыми замечаниями нарушаем молитву окружающих. Вот передают свечи – кто это надумал, что их надо передавать через правое плечо, а не наоборот? (Даже мозг засорять памятью об этом не хочется.) Надо только так передавать свечи, чтобы их не сломать, чтобы не толкать человека, занесшего руку для крестного знамения, и не совать ему в этот момент свечи. Или не передавать их в ответственные моменты богослужения, а немного попридержать их в руке, а потом тихо передать без всяких предрассудков.

Эти суеверия достались нам от далеких предков-язычников. Вот день Святой Троицы. Что у нас творится на кладбищах, на могилах, где стоят кресты! Это воистину черный день для наших усопших! Вместо молитвы, вместо свечей и курения ладана справляются на могилах в этот день настоящие языческие тризны. А наши усопшие на том свете горят огнем горести и жалости, как евангельский богач, который просил Господа сказать братьям, еще живым, что их ожидает по смерти. Если кто из вас справлял эти тризны и собирал на могиле застолицу, пойдите на кладбище и попросите прощения у своих усопших родных за ужасные страдания, которые вы принесли им своим неразумением, и никогда больше не делайте этого в святой день праздника, когда Церковь молится особой коленопреклоненной молитвой о упокоении наших усопших близких, не делайте этот день мучительнейшим для них. А сейчас просите у Господа прощения за неразумие свое.

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   Мы верим всяким приметам и говорим, что не верить нельзя, потому что они исполняются. А вот преподобный Серафим отвечал в таком случае: “А ты не верь – и не будут исполняться!”

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   5. Многие грешат против первой заповеди Закона Божия, что из всякого случая выводят какие-то предзнаменования. Грешат тяжко перед Богом те, которые распускают всякие слухи: о голоде, наводнении, а некоторые доходят до указания точной даты кончины мира. Как можно угадывать то, о чем не знают даже Ангелы, а знает только Отец Небесный! Не менее грешим и мы, если слушаем и верим этим дерзким речам и предугадываниям.

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   6. Еще грешат против первой заповеди волшебники, колдуны, ворожеи и гадатели – все эти люди, которые оставили веру в силу Божию, а верят тайным силам тварей, особенно злых духов, и стараются действовать в союзе с ними во вред другим. Если есть среди вас такие грешники, надо покаяться лично, со слезами горчайшими перед Господом!

   За участие в волшебстве Церковь запрещает общение с ней на 20 лет, наравне с убийцами. А закостеневших и некающихся совершенно извергает вон. Не утешайтесь, что теперь каждому можно переступить церковный порог и подойти к Святой Чаше. Людей, священника обмануть можно, но Бога-то кто и как может обмануть! Мы говорили в начале исповеди, как можно внутренне отлучить себя от Церкви, тогда внешне хоть и не выходи из храма, а благодать отступит! Ну а горчайший пример причащения Святых Христовых Тайн во осуждение – причащение Иуды.

   Кайтесь, пока еще есть время, пока еще не постигла вас смерть, и вы окончательно не попали в общество злых демонов, к чьей помощи и содружеству прибегали до сих пор. Как это страшно! Подумать только: отрекшийся во время Таинства Крещения от сатаны и всех его дел христианин обращается к общению с ними. И еще смеет бесстрашно соединяться с Христом, приступая без раскаяния бесповоротного ко Святому Причащению! Не думайте и все остальные, стоящие здесь, что вот, мол, есть грешники, а мы, слава Богу, не колдуем! Если кто из вас гадал или обращался за помощью к колдунам, или лечился, или сам лечил заговорами кого-то, может, советовал кому обращаться за помощью к “бабке”, грешит не менее самих колдунов, оставляя веру в силу Божию и ожидая помощи себе от этих людей.

   Вы скажете: “Да ведь молитвы читаются и крестное знамение накладывается”. А вот послушайте, что говорит святитель Иоанн Златоуст: “Аще Святыя Троицы имя глаголется на сицевых, аще и святых будет призывать, аще и знамение крестное наводится, бежати подобает сицевых”. Святая Церковь отлучает от Святого Причащения таких людей на пять-шесть лет.

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   Мы имеем такие Таинства Церкви, как Елеосвящение (или Соборование), установленное Церковью для лечения недугов, мы имеем великую святыню – крещенскую воду, мы имеем артос (пасхальный хлеб), наконец, мы в Таинстве Причащения соединяемся с Самим Богом! И в это мы мало верим, а вот бежать к “бабке” – это нам кажется настоящим и верным средством. Господи, мы совершенно обезумели и запутались в понятиях, где свет, где тьма, где истина, где ложь!

   7. Господи, мы настолько обезумели, что гадаем на Святом Евангелии, Библии, вместо того чтобы поучиться в них истинам веры. Мы гадаем на картах, а может, кто из вас еще и спиритизмом увлекается, крутит блюдца, вызывает каких-то духов (ясно, что не святых) и выспрашивает их о разных судьбах и событиях. Кайтесь Господу! Это все неверие в благой Промысел Божий, это дерзкое любопытство, отсутствие надежды на Бога!

   8. Многие из нас грешат против первой заповеди Закона Божия тем, что любят кого из людей больше Бога. Бывает, что даже так и говорим: “Если он или она умрет, мне и жить не для чего, мол, вся жизнь в нем”, – в этом человеке, а не в Господе, который отдал за нас жизнь!

   А иногда можно услышать и такие слова: “Я животных больше люблю, чем людей”. Какое безумие! Сказано, правда: “Блажен, иже и скоты милует”, но отдавать всю свою привязанность животным – это грех. Кто в этом грешен, кайтесь Господу!

 

Господи, прости нас, грешных!

 

   9. Ко грехам против первой заповеди Закона Божия относятся такие грехи, как человекоугодие и человеконадеяние. Чем же так страшно человекоугодие и лесть, что в словах Святого Писания говорится: “…мужа кровей и льстива гнушается Господь” (Пс. 5, 7). Да потому, что “своими речами мы обманываем тех, кому льстим и своими похвалами навлекаем проклятия на жизнь хвалимых и делаемся виновниками их осуждения вечного за то заблуждение, в кое мы вводим доверчивых людей, верящих нашей лести”, – говорит святитель Василий Великий.

   Может быть, кто из вас угождает человеку настолько, что делает его как бы своим богом. Сейчас даже мать пресмыкается перед своими детьми, часто в угоду им пренебрегая обязанностями по отношению к Богу. Надо в воскресный день пойти в храм, но приехали из города взрослые дети, и мать в угоду пьяному сыну или зятю остается дома, хотя никакого не было бы урона родственным отношениям, если бы она на два часа пошла в церковь.

   Конечно, если бы это был один день, один исключительный раз, тогда во имя любви к ним не грех и остаться дома, но это повторяется каждое воскресенье, и стоят храмы, особенно в сельской местности, на приходах, пустые, и не потому, что кругом живут безбожники, а из-за нашего неумения жить по-христиански! Не большего ли уважения заслуживала мать, если бы дети знали, что мама все для них сделает, но в воскресный день она имеет право на два-три часа пойти в церковь.

   Грех человеконадеяния заключается в том, что мы очень часто надеемся на себя и на свои силы, на свои молитвы, посты, подвиги различные, на свои зачастую мнимодобрые дела, совершенно забывая, что лишь при содействии благодати Божией мы можем спастись. Или мы надеемся на кого-либо более, чем на Бога, и тем самым отодвигаем Бога из жизни нашей на задний план, прибегаем к его помощи, когда все другое уже испробовано. Мы даже не представляем себе, как тяжек этот грех и как он прогневляет Бога! “…Проклят человек, – говорит Господь через пророка Иеремию, – иже надеется на человека…” (Иер. 17, 5). Господи! Прости нас, мы даже не сознавали, что навлекли на себя этим Твое проклятие! Кайтесь Господу!

   Наконец, наша третья обязанность, предписываемая нам первой заповедью Закона Божия: почитать Бога, служить Ему, например, молитвою церковною и домашнею, заботливостью и старанием исполнять Его заповеди. Господи! Мы все грешны перед Тобой и оставлением домашних правил, и небрежением, и невнимательным отношением к жизни своей. Посмотрим в себя!

   Кто из вас, встав утром и прочитав внимательно утренние молитвы, задается целью весь день угождать Господу исполнением Его заповедей? Где там, Господи! Мы, если и читаем молитвы, то думы наши уже далеки, уже все погружены в житейские заботы. Мало кто вспомнит: ведь я христианин; вот сегодня могут быть те или иные обстоятельства, как бы мне с Божией помощью прожить день свято, мирно и безгрешно.

   Где такие благочестивые мысли?! Нас, не успеем мы открыть глаза, все злит, все раздражает: нагрубим матери, вставшей чуть не на час раньше нас, чтобы помочь нам уйти на работу, ходим по квартире, как зверь в клетке, на соседей не глядим, здороваемся сквозь зубы, хлопаем дверьми, накричим на детей, которые, может быть, и капризничают – ведь их разбудили и тащат чуть свет в ясли, или выталкивают в школу.

   Потом, если живем в большом городе, попадаем в переполненный людьми транспорт и совсем теряем человеческий облик! Тут уж мы предельно раздражаемся, толкаемся, ругаемся, таких наговорим друг другу колкостей, как будто кругом смертельные враги наши. Нисколько не хотим потерпеть неудобств и неприятностей! Вот как, Господи, мы начинаем почти каждый день наш. 

 

Господи, прости нас, грешных!

Причастие исповеди Эрик Уоткинс

Каким было бы наше богослужение, кроме препятствующих последствий греха? Каждый из нас испытывает те ухабистые моменты на своем пути — воскресные утра, которые действительно конкурируют с нашим желанием быть в поклонении. Мы приходим в церковь, обремененные тяжестью попыток вовремя привести туда свои семьи, обремененные заботами мира — но, прежде всего, обремененные грехами недели, с которыми мы не сталкивались. Мы тащим все это позади себя, как груз, а затем, внезапно, «Теперь давайте встанем и поклонимся Господу», — говорит служитель.Что не так с этой картинкой?

На первый взгляд, мы могли бы сказать, что раннее вставание и раннее посещение церкви помогут. Это правда, но время не является реальным препятствием для нашего поклонения — грех есть. Что истощает нашу мотивацию в поклонении, так это то, что мы слишком часто спешим в присутствие Бога, как дети, которые пачкаются от игр перед ужином. Хотя мы можем не осознавать этого, грех и грязь этого мира цепляются за нас, когда мы приходим в Божий дом для поклонения. Нам напоминают о вопросе псалмиста: «Кто взойдет на гору Господню? И кто будет стоять на своем святом месте? Тот, у кого чистые руки и чистое сердце, кто не возносит свою душу к тому, что ложно, и не клянется лживо »(Пс.24: 3-4). Бог глубоко оскорблен грехом. Он слишком свят, чтобы признать это; это мешает нашему поклонению.

Как же тогда мы можем очиститься, чтобы войти в Его присутствие? Только благодаря Христу и Ему мы имеем полное право войти в дом Божий. Ради нас, Христос «предложил себя без изъянов Богу, чтобы очистили нашу совесть от мертвых дел, чтобы служить живому Богу» (Евр. 9:14). Во Христе мы уже стали праведными, святыми и очищены . Бог своей великой любовью и милостью даже объявил нас своими любимыми детьми во Христе (Иоанна 1: 12–13).Мы усыновлены и получили семью — церковь. Будучи объединенными со Христом, мы также объединяемся со всеми, кто находится с ним в союзе.

Это наша настоящая семья, те, с кем мы совершаем паломничество вместе в Божью небесную землю покоя, и с ними мы имеем великую привилегию каждый день Господа отдыхать в ручье на пути, который Бог предоставил для поддержания души людей. усталые паломники. Бог призывает Свою заветную семью проявить тот факт, что мы стали праведными, святыми и очищенными во Христе.Это требует, чтобы мы не оставляли грех между нами и Богом или даже между собой. Бог говорит нам, что когда мы грешим против Него или друг друга, у нас очень простое и ясное обязательство: исповедовать свои грехи.

Даже говорить о признании греховных колец римского католицизма в ушах многих. В конце концов, кто больше признается в грехе? Кому мы признаем свои грехи? Писание не без полезных ответов на эти вопросы, и оно указывает нам на несколько аспектов исповеди. Первое — это корпоративное признание в грехе.Многие церкви используют чтение Божьего закона в начале службы, чтобы церковь могла остановиться, чтобы подумать, что она снова в присутствии святого Бога, которого нужно почитать. За этим обычно следует молитва исповеди и заверение в помиловании, в результате чего нам напоминают, что, хотя мы нарушили Божий завет, Бог услышит наше исповедание и «простит нам наши грехи и очистит нас от всякой неправды» (1 Иоанна 1: 9). ) чтобы мы могли поклоняться Ему.

Второй аспект исповеди — между членами церкви и их старшими.Сегодня в церквях много говорят о группах подотчетности, партнерах по подотчетности, конференциях по подотчетности и тому подобное. Эти вещи могут иметь свое место, но им нельзя позволять вытеснять роль старейшин в жизни церкви. Бог дал нам, старейшинам, нести наше бремя в молитве, наставлять церковь, где это необходимо, и, да, обеспечивать ответственность (Евр. 13:17). Они не прощают наши грехи за Бога , но они напоминают нам о Божьей прощающей благодати, и как неполно пастухи, они всегда должны указывать нам на нашего небесного Пастыря.

Последний аспект исповедания для нашего рассмотрения — это между членами церкви. Грех часто проникает в наши отношения и разрушает наше единство. Это может случиться между членами семьи и членами церкви. Когда это происходит, мы становимся литургически оспариваемыми! Мы не можем поклоняться, когда мы злимся друг на друга. Мы чувствуем наше лицемерие и ненавидим тот факт, что мы слишком легко использовали наши языки, чтобы разрушать тех, кого мы должны строить — и теперь мы сидим рядом с ними в поклонении! Итак, давайте рассмотрим, что когда мы готовимся к поклонению, мы должны сначала убедиться, что в нашем сердце нет тайного греха, из которого мы не хотим отвернуться.Мы также должны убедиться, что между нами и другим членом семьи или христианином ничего нет. Если есть, давайте будем готовы исповедовать друг другу такой грех, как говорит нам Иакова 5:16, а также прощать тех, кто исповедует нам свои грехи. Таким образом, наше общение с Богом и друг с другом не будет затруднено, и когда мы приходим в Божий дом для поклонения, мы можем оставить грязь снаружи.

,

7 секретов исповеди Винни Флинна

Как и в более ранней, 7 г-н Флинн, «Секретах евхаристии», эта последняя книга является сокровищницей полезной информации. Многое из этого было мне уже знакомо, а остальные казались вещами, которые я должен был знать , как католик более полувека. Например, я всегда думал, что Исповедание — это прежде всего прощение, тогда как церковь рассматривает его как одно из двух таинств исцеления . Помазание больного — другое.Кроме того — и я не знаю, как я пропустил это все эти годы — наши грехи — , полностью уничтожены . Ушел. Главная книга очищена. Я вылечен так же, как и один из прокаженных, которых Иисус исцелил в Евангелии. Вот Это Да!

Так что они не совсем секреты, несмотря на то, что написано в названии. Это только то, что большинство людей (таких как ваши) не знают, забыли или никогда не учили.

Однако книга была мотивационной. Потому что действительно, кто хочет рассказать о своих грехах другому человеку? Конечно, мы знаем, что священник действительно в лице Кристи , стоит за или представляет Христа для нас в исповедальне.По-прежнему нелегко преодолеть тот факт, что большинство священников не похожи на Иисуса, даже если многие из них служат примером его сострадания во время причастия.

Так что хорошо иметь такую ​​книгу, которая предлагает ряд веских причин, по которым мы хотим сделать сакраментальное признание лицом к лицу, а не частное признание Иисуса. Не то чтобы католики вообще не отговаривались от этого; каждый раз, когда мы ловим себя на грехе, это случается не слишком часто. Просто причастие требует, строит и укрепляет смирение, основную и самую важную добродетель в христианской жизни.

Из этой книги я многому научился, но я просто поделюсь одним из моих любимых, который я собираюсь использовать очень часто в будущем. Это предложение для того, что вы можете сделать, когда поймаете себя на том, что совершаете грехи против своего соседа, будь то сплетни, осуждение, гнев в пробках или размышления / высказывания чего-либо не благотворительного. Мистер Флинн называет их Трое Р , и вот они:

1. Покайтесь: Здесь вы понимаете, что вы снова обманыли и совершили x, y или z — каким бы ни был ваш главный грех.Вы быстро раскаиваетесь в этом.

2. Отзыв: «Я отзываю, забираю или не думаю ни о каких недобрых, нетерпеливых, неблагодарных мыслях и / или не произношу слово (я)».

3. Заменить: «Я заменяю отрицательные слова на положительные,« проклятия »- благословениями, прощение — прощением и т. Д.» Завершите все молитвами, чтобы Бог благословил людей.

Положить это в мою машину, чтобы брать с собой каждый раз, когда я иду на исповедь. Отличная загрузка также. Настоятельно рекомендуется.

.

Значение принятия Святого Причастия | The New Times

Во время последнего ужина в Матфея 26: 17-29, когда Иисус сидел за столом со своими двенадцатью учениками, он сказал им: «Истинно говорю вам, один из вас предаст меня».

Каждый отказывался от того, что это не они, Иисус ответил: «Тот, кто опустил руку в чашу со мной, предаст меня.

Сын Человеческий пойдет так, как написано о нем.Но горе тому человеку, который предает Сына Человеческого! Для него было бы лучше, если бы он не родился.

От Матфея 6: 26-28, говорит нам, что, когда они ели, Иисус взял хлеб, а когда он поблагодарил, он сломал его и дал его своим ученикам, говоря: «Возьми и ешь; это мое тело.

Затем он взял чашку, и когда он поблагодарил, он дал им, сказав: «Выпей из всех вас. Это моя кровь завета, который изливается для многих за прощение грехов.

Согласно Библии, христиане принимают участие в святом причастии в память о теле и крови Иисуса, которые были разбиты и излиты на кресте.

Принятие святого причастия не только напоминает нам о его страданиях, но также показывает нам, сколько любви Иисус имел к нам.

Однако, чтобы иметь возможность делиться кровью и телом Иисуса Христа, нужно родиться свыше. Другими словами, должен был пройти самоанализ, покаяние и исповедание.

Иисус пожертвовал своей жизнью ради нас, чтобы мы могли жить вечно.Поэтому, когда христиане принимают Святое Причастие, они провозглашают вечную жизнь на небесах, которую Иисус Христос приготовил для нас в жизни после Его смерти и воскресения.

Верующие также празднуют, поскольку им напоминают, что его воскресение привело нас к торжествующей жизни и славе, а также к глубине, на которую Иисус сошел на землю, чтобы страдать как грешник за наши грехи.

Святое Причастие также напоминает нам о ширине его рук, распростертых на кресте, чтобы привести все человечество в его объятия.

Принимая участие, мы радостно провозглашаем смерть Господа, пока Он не придет снова.

В Евангелии от Иоанна 6: 53-54 Иисус говорит нам, что если человек не ест свое тело и не пьет его кровь, у нас нет жизни.

«С уверенностью говорю вам, если вы не будете есть мясо Сына Человеческого и не будете пить Его кровь, у вас не будет жизни в вас».

Он добавляет в Иоанна 6: 54-56, что его тело — это пища, а его кровь — напиток. Кто бы ни ел его тело и пил его кровь, пребывает в нем, и он сделает то же самое с нами.

«Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Потому что моя плоть — это действительно пища, а моя кровь — питье. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем.

Получив духовную плоть и кровь, Христос живет в нас, а мы в нем. Мы также узнаем, что мы должны принять Святое Причастие, потому что только с жизнью Христа в нас, мы имеем вечную жизнь и воскреснем в последний день.

Писание учит нас, что через Святое Причастие мы также соединяемся с Иисусом Христом не только в памяти о его смерти, но и в духовной жизни, которую Он дает нам.

Библия также учит нас, что во время принятия Святого Причастия Христос присутствует, чтобы встретить и укрепить Свой народ.

,

Как пойти на исповедь

8 шагов к доброму признанию

  1. Основное требование
  2. Что такое грех?
  3. Различия в грехах
  4. до исповеди
  5. Экспертиза совести
  6. Идем на Исповедь
  7. В конце исповеди
  8. После исповеди

Основное требование

Основное требование для хорошего исповедания — иметь намерение вернуться к Богу и признать мои грехи с истинной печалью перед священником.

Что такое грех?

Во многих отношениях наше общество утратило чувство греха. Как католический последователь Христа, я должен стараться распознавать грех в моих ежедневных действиях, словах и упущениях.

Евангелия показывают, как важно прощение наших грехов. Жизнь святых доказывает, что у человека, который растет в святости, сильнее ощущаются грех, печаль о грехах и потребность в Таинстве Примирения или Исповеди. Папа Франциск часто говорил о том, как важно это Таинство для роста святости, и признает, что он идет на исповедь примерно два раза в месяц.

различия в грехах

В результате Первородного греха человеческая природа ослаблена. Крещение, передавая жизнь благодати Христа, забирает Первородный грех и обращает нас обратно к Богу. Последствия этой слабости и склонности к злу сохраняются, и мы часто совершаем личный или фактический грех.

Настоящий грех — это грех, который совершают люди. Есть два вида действительного греха: смертный и простительный.

Смертный грех — смертельное оскорбление против Бога, настолько ужасное, что он разрушает жизнь благодати в душе.Для смертного греха должны быть выполнены три условия:

  1. акт должен быть чем-то очень серьезным;
  2. человек должен иметь достаточное понимание того, что делается;
  3. человек должен иметь достаточную свободу воли.

Помните это…

Если вам нужна помощь — особенно если вы отсутствовали в течение некоторого времени — просто спросите священника, и он поможет вам, «проведя» вас по ступеням, чтобы сделать хорошее признание.

до исповеди

Прошу прощения за свои грехи. Существенным актом покаяния со стороны кающегося является раскаяние, явное и решительное отрицание совершенного греха, а также решение не совершать его снова из любви к Богу, которая возрождается с покаянием. , Решение не совершать эти грехи в будущем (поправка) является верным признаком того, что ваша печаль является подлинной и подлинной. Это не означает, что обещание никогда больше не впадать в грех необходимо.Для истинного покаяния достаточно разрешения избегать ближайших случаев греха. Божья благодать в сотрудничестве с намерением исправить вашу жизнь даст вам силы противостоять и преодолевать искушения в будущем.

Экзамен Совести

Перед тем, как идти на Исповедь, вам следует пересмотреть смертные и простительные грехи со времени вашего последнего сакраментального исповедания и выразить скорбь о грехах, ненависть к грехам и твердое решение не грешить снова.

Полезным примером для проверки совести является обзор Заповедей Божьих и Заповедей Церкви:

Исследование совести (на основе десяти заповедей)

1. У тебя не будет других богов, кроме Господа, твоего Бога.

  • Люблю ли я Бога превыше всего? Он номер один в моей жизни, или я ставлю себя перед Богом?
  • Разве деньги и удовольствие стали для меня важнее Бога, который создал меня для Себя?
  • Я часто молюсь? Я пренебрег своей дружбой с Богом, пренебрегая молитвой?
  • Причастен ли я к оккультным или суеверным практикам,гадание?
  • Получал ли я когда-нибудь Святое Причастие в состоянии смертного греха?
  • Говорил ли я ложь в исповеди или намеренно отказался исповедовать смертный грех?

2. Вы не должны зря принимать Господа, имя вашего Бога.

  • Разве я когда-либо совершал лжесвидетельство, то есть лгал ли под присягой в суде?
  • Разве я когда-нибудь лгал после «клятвы Богу», что я говорю правду?
  • Разве я когда-нибудь использовал имя Бога из гнева, то есть как проклятие?

3.Храните день субботний в святости.

  • Я сознательно пропустил Святую Мессу в субботу (с вечера субботы до воскресенья)?
  • Пропустил ли я когда-нибудь Мессу в Святой День Обязательств или важный праздник в литургическом календаре (т. Е. В четверг Вознесения, в пасхальное воскресенье, в Рождество, во имя Божией Матери Марии и т. Д.)?

4. Почитай отца и мать, чтобы жить долго и процветать.

  • Не повинуюсь ли я своим родителям?
  • Я не уважаю их?
  • Клянусь ли я им?
  • Мне стыдно за них?
  • Должен ли я сообщить им, что я люблю их?
  • Я забочусь о них, если они пожилые или больные?
  • Я лгу им?
  • Я краду у них?
  • Я подчиняюсь и чту тех, кто вместо моих родителей, таких как учителя и директора?
  • Пропустить урок?
  • Я лгу своим учителям?
  • Клянусь ли я им?

5.Вы не должны убивать.

  • Я убиваю себя, принимая незаконные наркотики, такие как марихуана?
  • Злоупотребление алкоголем?
  • Был ли у меня аборт?
  • Я когда-нибудь советовал кому-либо сделать аборт?
  • Стою ли я за право нерожденного ребенка на жизнь или я просто принял анти-жизненный менталитет общества?
  • Пользовался ли я противозачаточными средствами, вызывающими аборт, или призвал кого-либо сделать это?
  • Стерилизовал ли я себя каким-либо образом или призвал кого-либо сделать это?
  • Участвовал ли я в эвтаназии или «убийстве по милости»?
  • Убивал ли я чью-либо репутацию, умышленно распространяя слухи или поддерживая слухи, передавая их дальше?
  • Я воспитываю гнев против кого-либо?
  • Держать обиду?
  • Отказаться прощать другого?
  • Я проклинал кого-нибудь?

6.Вы не должны прелюбодействовать.

  • У меня когда-нибудь был секс с кем-нибудь?
  • У меня был секс с самим собой?
  • я никогда не смотрел порнографию либо в Интернете, либо через некоторые другие средства массовой информации?
  • Разве я когда-либо свободно и сознательно развлекал нечистые мысли?
  • Практиковал ли я какую-либо форму контрацепции?
  • Скромен ли я в платье?

7. Вы не должны воровать.

  • Я краду у родителей?
  • Я краду у друзей?
  • Я когда-нибудь крал у незнакомца?
  • Я украл что-нибудь из магазина?
  • Другими словами, брал ли я когда-нибудь то, что по праву принадлежит другому?
  • Я играю чрезмерно?
  • Хочу ли я поделиться тем, что у меня есть, с бедными и нуждающимися?

8.Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

  • Я лжец?
  • Я виновен в приуменьшении, то есть в том, что сообщаю об ошибках других?
  • Я виновен в клевете, то есть в распространении лжи о ком-то?
  • Я сплетничаю о других?
  • Раскрываю ли я информацию, которая должна быть конфиденциальной?
  • Являюсь ли я «двуличным», то есть был ли я человеком определенного типа, но совершенно другим человеком другим?

9.& 10. Вы не должны завидовать жене и товарам вашего соседа.

  • Завидую ли я другим?
  • Хочу ли я, чтобы другие были лишены товаров или талантов, принадлежащих им?
  • Я завидую другим?
  • Есть ли у меня прощение и обиды на других?
  • Я обиженный человек?
  • Я подавляю других?

— сочинено диаконом Дугласом Макманаманом

Опять же, запомните это…

Если вам нужна помощь — особенно если вы отсутствовали в течение некоторого времени — просто спросите священника, и он поможет вам, «проведя» вас по ступеням, чтобы сделать хорошее признание.

Идем на Исповедь

Проверив свою совесть и сказав Богу о своей скорби, отправляйтесь на исповедь. Вы можете встать на колени у экрана или сесть, чтобы поговорить лицом к лицу со священником.

  1. Начните свое признание со знака креста: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Мое последнее признание было _______ недель (месяцев, лет) назад».
  2. Скажи грехи, которые ты помнишь. Начните с того, что наиболее сложно сказать.(Для того, чтобы сделать хорошее исповедание, верующие должны исповедовать все смертные грехи в зависимости от их рода и числа.) Исповедуя все грехи, которые вы помните со времени вашего последнего хорошего исповедания, вы можете заключить, сказав: «Я сожалею об этом и обо всех грехи моей прошлой жизни «.
  3. Послушай слова священника. Он назначит вам немного покаяния. Выполнение покаяния уменьшит временное наказание из-за уже прощенных грехов. Когда приглашено, выразите молитву скорби или акта раскаяния, например:

О мой Бог, мне очень жаль, что я обидел тебя, и я ненавижу все мои грехи, потому что я боюсь потери рая и боли ада.Но больше всего потому, что я обидел тебя, мой Бог, которые все добры и заслуживают всей моей любви. Я твердо решаюсь с помощью вашей милости признаться в своих грехах, совершить покаяние и изменить свою жизнь. Аминь.

В конце исповеди

Послушайте слова прощения, сакраментального прощения Церкви через рукоположенного священника. Когда вы слушаете слова прощения, вы можете сделать крестный знак со священником.

после исповеди

  • Благодари Бога за то, что снова простил тебя. Если вы вспоминаете какой-то серьезный грех, о котором забыли рассказать, будьте уверены, что он был прощен с другими, но обязательно исповедуйте его в вашем следующем Исповедании.
  • Выполните назначенное Покаяние с искренностью и благодарностью.
  • Решите часто возвращаться к Таинству Примирения. Нам, католикам, повезло иметь Таинство Примирения.Для нас это обычный способ прощения наших грехов. Это таинство является мощным средством избавления от наших слабостей, роста в святости и ведения сбалансированной и добродетельной жизни!

(от католиков и гордых)

,

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.