Как не унижаться перед мужчиной который бросил: Как перестать унижаться перед парнем , и избавить от эмоциальной зависимости

Содержание

«Не унижайтесь перед мужчинами»: волейболистка обратилась к девушкам

https://rsport.ria.ru/20200624/1573428763.html

«Не унижайтесь перед мужчинами»: волейболистка обратилась к девушкам

«Не унижайтесь перед мужчинами»: волейболистка обратилась к девушкам — РИА Новости Спорт, 24.06.2020

«Не унижайтесь перед мужчинами»: волейболистка обратилась к девушкам

Казахстанская волейболистка Татьяна Демьянова, прославившаяся участием в откровенных фотосессиях, опубликовала на своей странице в Instagram пост, в котором… РИА Новости Спорт, 24.06.2020

2020-06-24T18:28

2020-06-24T18:28

2020-06-24T18:28

sport stories

казахстан

волейбол

отношения

/html/head/meta[@name=’og:title’]/@content

/html/head/meta[@name=’og:description’]/@content

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e4/04/05/1569605256_0:95:999:657_1920x0_80_0_0_8643f9ac17bd21b02a859d726e7e83cc.jpg

МОСКВА, 24 июн — РИА Новости. Казахстанская волейболистка Татьяна Демьянова, прославившаяся участием в откровенных фотосессиях, опубликовала на своей странице в Instagram пост, в котором обратилась ко всем представительницам женского пола.В своем послании 24-летняя волейболистка призвала девушек «никогда не унижаться перед мужчинами».»Мужчина по своей природе охотник. Добыча — его главная цель. И даже если после ваших унижений мужчина к вам вернется, знайте, это ненадолго, вернее сказать до первой юбки. Мужчина не будет с той, которая берет его слезами, он будет с той, которую надо добиваться ежедневно, ежечасно, ежесекундно! Так что девчата, научитесь ценить и уважать себя, а то аж противно», — подытожила спортсменка.

https://rsport.ria.ru/20200411/1569604181.html

казахстан

РИА Новости Спорт

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

2020

РИА Новости Спорт

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

Новости

ru-RU

https://rsport.ria.ru/docs/about/copyright.html

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/

РИА Новости Спорт

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

https://cdnn21.img.ria.ru/images/07e4/04/05/1569605256_0:0:999:750_1920x0_80_0_0_2d4725ef97e11cdde586ac1fe04c4808.jpg

РИА Новости Спорт

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

РИА Новости Спорт

[email protected]

7 495 645-6601

ФГУП МИА «Россия сегодня»

https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/

казахстан, отношения

Три метра над уровнем неба — отзывы и рецензии — Кинопоиск

сортировать:
по рейтингу
по дате
по имени пользователя

показывать:
10255075100200

91—100 из 114

‘Три метра над уровнем метра’ — красивое название. И на эту высоту героев, как и понятно изначально, возносит любовь. Однако любовь в данной картине смешана с подростковым сексом, а небо мне даже в подзорную трубу не удалось увидать.

Странные персонажи в этом фильме. Единственный адекватный — мать Баби, которая одна видит глупость и наивность своей несовершеннолетней дочери, а также ненадежность и опасность ее парня. Отец же теряется и жмется перед мужчиной, который младше его как минимум вдвое, он заискивает с тем, кто спит с его маленькой дочуркой. Подруга вовсе встречается с обокравшим ее парнем, который продолжает развлекаться за ее счет. В общем, какой мир — такая и любовь.

А а мире, показанном нам, девушке нормально быть вещью, этаким багажником в мотогонках; драки двух юных леди никто не разнимает; а учителям угрожают и шантажируют их кражей собаки. Не хотела бы я жить в таком мире, честное слово. Не удивительно, что дети страдают и плачут, когда родители им во всем потакают и бесконечно за них платят.

Вернемся, однако, к истории любви — центральной ветви данного фильма. Так вот любовь эта приземлена донельзя. Она состоит из гонок на мотоцикле по автостраде, поцелуев на разном фоне и секса. И, казалось бы, возлюбленной следовало бы поддержать своего родного человечка, вытащить его из горя, однако нет. Она кричит на него, во всем обвиняет и ставит точку в их отношениях. Абсурд. Какая любовь, такой и конец.

Причем фильм на этом не заканчивается. Нам еще определенное количество времени показывают жизнь двух влюбленных, когда им ничего не мешает сойтись вместе. Даже горы сворачивать не надо. Всего лишь капля прощения (не понятно за что правда) и несколько мужских поступков (ну раз уж она его бросила) — тех же банальных цветов, карауленья под дверью, серенад под окном, наконец. Я уж не говорю о подарке на Рождество. Нет, любви главного героя хватает на один звонок в рождественский вечер и слез сидя на асфальте под дождем. И о чудо! Эта любовь вдохновила его на героический поступок — поиск работы. В самом деле, хватит таскать деньги у брата, что само по себе нелепо и не вызывает не то что любви к данному персонажу — уважения даже.

Таким образом, благодаря тому, что данный фильм не смог поднять меня не то что на три метра над уровнем неба, но даже на метр над землей,

1 из 10

прямая ссылка

06 января 2013 | 22:34

Bonus Track

«Настоящая испанская любовь бывает лишь раз…»

… и она неизбежно заканчивается!…

Время можно проводить по-разному, можно книжки читать, можно в парке гулять, кататься на мотоцикле или посмотреть это кино…

Изначально фильм казался многообещающим, название манит, намекая на высокую любовь и тонкий сюжет. Красивые испанские парнишки то и дело мелькают на экране, радуя женский глаз; прекраснейшие виды природы разбавляют сладкую любовную атмосферу с привкусом испанской страсти и нотами безбашенного риска, обусловленного юным возрастом героев и той целевой аудитории, для которой фильм и предназначен.

Кино отлично подойдет для тихого уютного вечера дома с бокалом вина, создав особенное романтическо-‘трагическое’ настроение и расположение духа. Но все это получится, только в том случае, если не обращать особого внимания на построение сюжета и совершенно невнятную концовку. Если задаться после заключения фильма вопросом: для чего он вообще был снят, то можно придти к вероятному ответу: для красоты. Никакой интересной истории трогающей до глубины души и никакого особого глубокого смысла. Кино о том, что все в жизни бывает лишь раз и все неизбежно заканчивается. Такое умозаключение не вызывает ощущения трагедии, а вызывает только лишь возмущение.

Конечно, европейские фильмы имеют отличительные черты и порой эти черты придают скорее экзотическую пикантность, подзамылившей глаз кинотеке американских мелодрам, но тут я особой пикантности не наблюдаю.

Закидайте меня тухлыми яйцами и гнилыми помидорами, любители сладких Сумерек и сопливых историй о любви, но полноценного кино здесь не вышло, поэтому только:

6 из 10

прямая ссылка

03 февраля 2012 | 01:24

Вот и вышла в прокат вторая часть этой эпопеи, и уже слышен визг малолетних девочек, стоящих в кассах кинотеатров и предвкушающих продолжение удивительной истории. Этому прекрасному событию хочу посвятить свою скромную рецензию!

Давно, очень давно меня так не раздражал ни один фильм. Ажиотаж, который был создан вокруг него мне абсолютно непонятен.

1. Главные герои. Антипатия с первых кадров этого эпичного кино. Джульетта, она же Баби весь фильм впадает в депрессию и в истерики, любит и ненавидит, просит своего возлюбленного вести себя правильно, главный герой же делает все по-своему, бесконечно ввязывается в драки, чем заставляет страдать свою возлюбленную.

2. Сюжет. А был ли сюжет? Банальная история, она хорошая девочка, он плохой мальчик. История на фоне бесконечной демонстрации бицепсов-трицепсов, и все при этом хорошенько смазано порцией соплей.

Из плюсов хочу отметить красивые пейзажи. Ну и все, больше говорить тут не о чем.

Вывод: есть множество красивых фильмов о любви. Их и смотрите, а об этом кино лучше забыть, как о страшном сне. И хочется еще добавить (из собственных размышлений): Вот дружишь ты с человеком, и тут вдруг случайно выясняется, что его/ее любимый фильм ‘три метра над уровнем неба’. И все. Конец.

2 из 10

За пейзажи.

прямая ссылка

17 июля 2012 | 01:39

Начну с того, что фильм в целом — не такой уж и ‘высший класс’, как мне описали его знакомые. Вроде 2 полных часа идет, но слишком быстрая смена событий, недоработанный сценарий, никчемный конец фильма (хотя подождем чтоб будет во второй части). Присутствует большое количество ненужных сцен, совершенно лишних. Это утомляет и в некоторых местах даже раздражает(всевозможные повторяющиеся слова, крики).

Персонажи. Баби — просто ужасна, не буду солидарна с людьми, которые хотят со мной в этом поспорить. Внешность — отвратительна, игра — на 3 с минусом. Слишком много тех самых раздражающих сцен и непонятного поведения и поступков с ее стороны. Мне куда более приятна Катина. Ачи — центр внимания. Весь фильм практически вертится вокруг него. Внешность — высший пилотаж! Несмотря на накаченное тело, многие со мной согласятся что перед его милой улыбкой, ухмылкой, перед его очаровательным завораживающим взглядом никто не устоит, это очень поднимает уровень его сексуальности. В фильме Ачи умом не блещет, вспыльчивости хоть отбавляй. Мать Баби — типичная строгая, никакого понимания. Отец-понимающий, но те сцены где он был бы кстати, его всегда не бывает. Сестренка Баби — приятная девушка, но очень болтливая. Игра остальных персонажей меня тоже мало чем удивила.

Итог. Сценарий-не то. Тошнит от поступков Баби и жажды крови Ачи. Пустота многих сцен. Лишь Марио Касас будоражит мысли, с чем нельзя не согласиться(пятый раз пересматриваю фильм лишь из-за него). Чрезмерно переигрывают в действиях, веет старинными мексиканскими сериалами. Кстати — излишне много рекламы Колы.

2 из 10

прямая ссылка

04 января 2012 | 21:32

Наверное, чем больше нам говорят какой это прекрасный-распрекрасный фильм, тем критичнее мы его оцениваем. ‘Три метра над уровнем неба’ я посмотрела из любопытства, интересно было узнать, что же в нем такого особенного, чего нет в других мелодрамах.

Конечно же я была расстроена. Я ожидала чего-то колоссального типа ‘Титаника’, а тут обычная, в некоторых моментах даже сопливая история, о пай-девочке и мальчике-хулигане. Банально, не правда ли?

Но у создателей были козыри в руках. Первый — это несомненно Марио Касас. Если бы я захотела пересмотреть фильм, то только из-за него и его очаровательной улыбки. Ну и второй козырь — это концовка без хэппи энда, заставляющая зрителя гадать, что будет дальше, и покупать билеты на премьеру следующей части фильма.

Если вам до 25 лет и вы любите сопливые истории о любви, то несомненно этот фильм придется вам по душе. Остальным не советую смотреть.

прямая ссылка

11 июля 2012 | 11:11

Lillybeth

Любовь бывает только раз, но это не самое главное…

. .. или : ‘А такой ли уж он герой, этот Аче…?’

Фильм поразил своими замашками на то, что бы сделать колосальную историю настоящей любви, при этом игнорируя ряд своих закономерностей, которые хочешь / не хочешь, а присутствуют во влюбленных людях. Это с одной стороны — когда разбирать вопрос ‘настоящей любви’ в фильме. Другая сторона фильма более актуальная — о молодых людях, которые не разбираются в жизни. Но разберутся ли они в ней, как можно ожидать от фильма…? Наверное, это осталось за кадром в каком-то хитро мудром плане режиссера, который для меня как для простого зрителя показался абсурдным.

Герои — абсолютно шаблонные. Но, кроме того, у них большая неуравновешенность. Возможно, таким образом режиссер хотел показать юношеский максимализм, но в этом максимализме герои непоследовательны. Он — срывается между ненавистью к матери, ролью крутого парня и любовью к красивой и богатой девушке. Она — как говорит сам Аче : ‘Называешь меня скотиной, но разрешаешь целовать’. Так сильно переживая за парня, который обещает ей, что она не пойдет по пути закона и расскажет в суде, что он сделал, а будет бегать за ним — начинает бегать за ним. Героиню во всей этой истории пожалуй можно еще оправдать, ведь она в результате таки идет тем путем, который ей диктует гордость.

Нет логики в истории Аче. По сути его банальное признание отцу Баби, что она делает его лучше не имеет оснований — неуравновешенный парень…таким и остается. Ему должны были бы оказать помощь — либо Баби сделать настоящим героем, либо специалисты. Но, кроме всех травм, она накладывает ему еще одну.

Единственное, что понравилось — это логика того, что люди из таких разных миров (не материальных, а духовных) действительно не смогли быть вместе. Только это событие (3 метра над небом) не внесло никаких перемен в их жизни. Они остались теми, кем были. Разве-что, после смерти друга Аче бросает подлые лучи иллюзорной и пустой славы.

3 из 10

прямая ссылка

11 января 2012 | 00:30

araaglas

Три метра над уровнем ночного клуба

Моему соседу посоветовали фильм, по которому я пишу рецензию, да еще и бывшая подружка его и сказала, что после просмотра не звонить. Видимо слезы от любви будут переполнять и захочется такой же жизни, ласки и поэтому будут друг другу в любви признаваться снова. И вот мы сели с ним смотреть.

Моей сестре этот фильм понравился бы, может она даже его и смотрела и таяла от того, как же тут прекрасно. Только она не обременена книгами, хорошей компанией и способностью к элементарной грамматике в русском языке. Выпить, потусить, покурить, выяснять отношения аля ‘дом2каникулы-в-мексике’, чувствовать себя жертвой под контролем матери. Я не хочу оскорблять свою сестру, просто хочу сказать, что она поверхностна до мозга костей и до костей мозга и поэтому этот фильм и для нее и для любой другой недалекой девушки.

Если считать, что фильм планировался быть исключительно поверхностным со стереотипными образами и сюжетом, то он удался на славу. Плохой победитель на мотоцикле, море, любовь под удачную музыку. По моему скромному мнению хочу заметить, что парень пафосен до ужаса, хоть и красив, в хорошей форме и клевой улыбкой, но образ персонажа страдает, хоть сам актер интересный, как и приятна главная актриса. С психологическим портретом у Баби обстоит похожая ситуация.

Я шлёпал свой лоб от очевидных реакцией персонажей и сюжетных поворотов так часто, что он наверняка покраснел. Спросил своего приятеля ‘а что бы ты делал на ее месте?’ Так тот: ‘А мне нравится’. ‘Нет’, — говорю. — ‘Чтобы бы ты делал, а не что нравится?’. Вот и фильм уже преображается, когда думаешь. На месте Баби я бы задавил ублюдка за то, что испортил дом моей подруги, издевался над моим другом и изуродовал его машину. ‘Так он же бросил ее!’ — скажет недалекая личность. — ‘Так ему и надо!’. Нет, это сценаристы решили сделать его в стиль фильма с целью показать Ачи в хорошем свете, потому что чувствовали, что перегнули палку с агрессией Хуго и его компании.

А вот концовка неоднозначная и я уже порадовался, пока не узнал, что есть вторая часть фильм и все стало сразу же на свои места.

Фильм для ТП 10/10 с советом познакомиться с любой первой книгой, хотя бы кулинарные рецепты прочитать до конца.

Для остальных рекомедовано смотреть только ради того, чтобы поплюваться. Поставьте ведро рядом для плевков.

прямая ссылка

10 сентября 2012 | 01:46

NSA-L

Не советую смотреть молодым девушкам с неокрепшей психикой

Впервые посмотрела фильм еще подростком. Безусловно, привлекла сама аннотация к фильму про ‘большую любовь’, которая возникает между главными героями из ‘разных миров’. Но когда смотришь фильм, понимаешь, что миры главных героев вовсе не разные, разное лишь восприятие этого самого мира и их поведение. Баби из обеспеченной семьи, она знает чего хочет. Аче — также из обеспеченной семьи, но ведет паразитический образ жизни этакого маргинала.

Когда ты молода и так хочется ощущений, любви, драйва и экстрима, ты попадаешься на удочку режиссера, который поставил главной задачей затащить на этот фильм молодые и неокрепшие умы. При этом он собрал все клише, которые только возможно собрать в молодежном фильме про любовь. Это, как я писала ранее, главные герои — ‘хорошая’ девочка и ‘плохой’ мальчик, который благодаря ей якобы меняется в лучшую сторону (хотя я этого так и не увидела), гонки на мотоциклах, драки и неземная любовь, которая возникает на фоне всех этих прелестей у главных героев фильма. Ко всему этому добавляется строгая мать героини, которая против отношений дочери с бандитом Аче, а также лучшие друзья главных героев, между которыми также вспыхивают чувства. Вся суть фильма, описанная в двух предложениях. Но что же вынесут зрители с просмотра данного ‘шедевра’? Только лишь, что безумная любовь бывает раз в жизни? Что тебе ‘никогда больше не подняться на три метра над уровнем неба‘? И ведь ведутся девочки на подобные утверждения, насмотревшись таких фильмов про любовь и думая, что все, что показано в данном кино — норма.

Актеры. Марио Касас не плохо вжился в роль, если перед ним стояла задача показать на экране образ психически неуравновешенного бандита с ранимым сердцем. Также как и Мария Вальверде, героиня которой подбешивает иногда своей истеричностью и глупостью.

Здесь можно выделить красивые пейзажи и город, где проходили съемки фильма. Красивая картинка конечно же никого не оставит равнодушным.

Говорить про ‘Три метра над уровнем неба’ можно долго. Понимаю, что фильм снимали по книге, поэтому режиссер пытался как можно ближе к тексту показать развитие сюжета и отношений главных героев. Но получилась очередная клишированная лента о первой любви, которую просто нельзя воспринимать всерьез.

4 из 10

прямая ссылка

03 сентября 2017 | 20:32

Так как половина моих друзей ВКонтакте разместили статусы, фотографии и фрагменты из этого фильма, решилась посмотреть! Но меня все время смущало название: слишком приторно, слишком сладко! Я не жалею, что потратила время на просмотр этого фильма, но я ожидала от этого фильма намного большего!

Начну с того, что мне не понравился подбор актёров, как и их имена. Не такой уж Аче симпатичный, что с ним хочет встречаться любая девушка, а про Баби вообще молчу… Мария Вальверде совершенно не подходит на роль в этом фильме: я только сидела и возмущалась, что если бы на роль Баби взяли хотя бы её сестру или подругу Катину, то я бы поняла, что в неё правда можно влюбиться.

Игре Марии Вальверде я верила в большинстве случаев, но Марио Касас, по моему мнению, сыграл не совсем убедительно! Мне почти до конца фильма казалось, что он просто тупо хочет с ней переспать и вернуться к той девушке.

Честно говоря, и непонятно поведение самого Аче: всех бьёт непонятно за что, шантажирует, короче, неуравновешенный он. Ни за что не поверю, что рана, нанесённая его матерью, сделала его таким! Перейдём, собственно, к Баби. Этот фильм показывает, как ухудшить оценки в школе, ухудшить отношения с семьёй и до 18 лет потерять девственность.

Непонятно мне и отношения родителей к дочери: то мать за отношения дочери с Аче, то против, то хз как вообще. Отец готов был изменить жене с барменшей, на дочь ему практически наплевать. Музыка в большинстве случаев мне не понравилась, не в тему как-то.

Вот мы и подошли к названию. В чём смысл-то? Весь мой интерес фильма заключался в названии, которого я не поняла. Пять лживых слов, сказанных устами Аче, показались мне неубедительными. Повторюсь, полфильма думала, что он просто хочет переспать с ней!.

Концовка. Просто ужас! От Баби такого не ожидала! С первого раза не далась Аче, а когда девственности лишилась, так всё, с кем попало спать можно?! Она всё-таки ничем не отличается от той шлюхи, что украла в её квартире кольцо. А Баби ведь и не сильно-то и любила Аче: постоянные обиды с её стороны, половина из которых совсем необоснованны, пощёчина, которая разрушила всю её ‘любовь’ к Аче… Не знала, что бывает такая шаткая любовь!

В плюсы могу записать отличные декорации! Тут уж точно постарались: и пляж очень красив, и город отснят отлично и т.д. Также очень понравилась история Поло и Катины: очень переживала за них, наверное, даже больше, чем за Аче и Баби. Думаю, что Катина долгое время была верна Поло, а не пошла сразу искать нового парня, как Баби. Очень ей сочувствовала, переживала весь фильм.

Ну, пожалуй, и всё.

Думаю, вторая часть будет хуже, чем первая!

5 из 10

прямая ссылка

19 июля 2012 | 22:40

euphoriaYa

Где-то в стратосфере или Три метра Над Уровнем Неба

Скажу честно, оригинал, или итальянскую версию по книге Федерико Моччиа, я не смотрела, так же как и не читала, но захотелось глянуть, дабы сравнить эти две картины и сам роман. О, сжальтесь надо мной поклонники этого творения, ругать фильм ни за что не буду, как и хвалить тоже. И вот, собственно почему.

Сюжет. Сюжет, мягко говоря, посредственен и не нов, но в принципе к повторению я нормально отношусь, было и было. Смягчает реакцию страна-производитель — Испания, из-за чего получилось не так уж и плоско, уж слава Богу не конвейер мелодраматических и комедийных фильмов — США. Девушка из ну очень хорошей семьи, Баби, — этакая мажорка, дочь богатых аристократов, сначала закипает от ненависти к ‘Плохому парню’ Аче, затеи остывает и влюбляется в него, как и он в нее… Но всё хорошее когда-нибудь кончается, и на пути у них возникают сложности, которые ставят под угрозу их отношения…

Персонажи. Баби — молоденькая, уверенная в себе и своем будущем, с оригинальной внешностью, будто бы специально сталкивается с Аче, чтобы пощекотать себе нервишки, испытать на себе унижения почти незнакомого парня, без проблем позволив кинуть себя в бассейн — раз, быть им же раздетой практически догола — два, терпеть от него в эти моменты оскорбления — три, и за это (или после этого) влюбиться в него (!). Аче — тип уникальный это мягко сказано. С первых кадров видно, что к Баби у него лишь животный интерес, этакое сексуальное влечение, которое не имеет продолжения в принципе. Он открыто издевается над ней, смотрит горящими во тьме ночной глазами, и только господь знает, что у него на уме. Имеет скелет в шкафу, а именно печальную семейную историю, тайну, покрытую мраком, из-за которой он и превратился в аморальное чудовище. Но на самом деле он (Как оказалось) не такой, — а мягкий, добрый, нежный и любвеобильный!

А теперь критика. Да, история жизненная, не спорю, может у кого такое и случалось, но переход отношений из любви в ненависть был настолько резкий, как будто я уснула и через какое-то время проснулась, а тут уже — нате, всё иначе, другой фильм с этими же актерами. В определенные моменты, когда Баби начинала что-то возбужденно кричать, хотелось убавить звук, ибо делала она это так истерично (Горячая испанская кровь), А Аче хотелось пару раз двинуть, чтобы не позволял себе таких фривольностей. В любовь я не поверила. Может у Аче она и возникла, но никак ни У Баби. Для нее это все было игрой, поигралась и нашла себе новенького, а ты, мальчик, страдай над своим небом дальше сам, первый опыт был хорош, теперь надо за вторым. Превращение хулигана в мягкую домашнюю тряпочку почему-то вызвало у меня негодование. В концовку вообще не нужно было вставлять последние пару сцен, ибо они были на мой взгляд лишними, итак было всё ясно, как божий день.

Мария Вальверде — актриса неплохая, сыграла на четверку, плюс ей за перевоплощение (опять таки ‘Мелисса’), но в чем же недостаток, в ее актерской игре или сценарии всё же, я не разобралась. Марио Касас — плюс за внешность, некоторые сцены были очень убедительны. Друзья, подруги, обстановка, всё полностью вписывается в общую картину. Замечательные пейзажи, хорошая работа оператора. Отличный саундтрек. Также плюс за оригинальное название и единственный, реально стоящий диалог.

Фильм для романтичных, влюбленных девушек возрастной категории 11-19, которые ищут её, единственную, любовь эту пресловутую. Не ругайте меня, я (Мне страшно хочется плакать от этих слов) — не романтик наверное.

5 из 10

прямая ссылка

30 ноября 2011 | 13:03

показывать:
10255075100200

91—100 из 114

Причины бросить парня: почему нужно уйти от любимого

Почему нужно уйти от парня: Pixabay

Какие причины считаются весомыми для разрыва отношений? Женщины часто обманывают себя и остаются несчастными рядом с неподходящим партнером. Когда и почему нужно уходить от любимого, уточнил Михаил Лабковский, Анна Иотко, Михаил Литвак и другие профессионалы в сфере психологии отношений.

Первостепенность его желаний

Когда партнерша всегда уступает интересам и желаниям партнера, а ее внутренние потребности не берутся во внимание, отношения переходят в разряд токсичных.

Известный психолог и писатель Михаил Лабковский в книге «Хочу и буду» пишет, что у пары есть будущее, если мужчина выполняет желания женщины не потому, что надеется получить что-то взамен, а потому, что хочет доставить ей удовольствие. Если он руководствуется исключительно своими желаниями и ставит их на первое место, значит не уважает женщину как личность.

Стоит ли в этом случае разрывать отношения? Знаменитый психолог Адриана Имж объясняет, что прежде чем решиться на разрыв отношений, женщине нужно честно ответить себе на ряд вопросов. Вот некоторые из них:

  1. Сколько времени продолжается ситуация и сколько она может еще длиться?
  2. Что будет со мной, когда я выйду из этих отношений (потеряю работу, буду голодать, лишусь смысла жизни)?
  3. В чем ценность этих отношений и моего страдания?

Они помогут женщине понять, нужны ли ей подобные отношения или лучше их прекратить.

Невыполнение обещаний

В отношениях женщина ищет надежности и защищенности. Если избранник постоянно дает обещания, которые никогда не выполняет, значит на него нельзя положиться и в сложной ситуации, и в повседневной жизни.

Михаил Лабковский рассказывает, что, когда женщина идет на поводу и прощает мужчине невыполненные обещания, он понимает, что так можно, потому что партнерша считает это допустимым. Дама перестает быть для него важной и значимой. Мужчина перестает рассматривать ее как женщину, с которой можно строить будущее.

Лабковский уверен: когда женщине не нравится поведение мужчины, она должна сказать об этом один раз четко и спокойно. Если ситуация повторилась, психолог советует немедленно разрывать отношения.

Веские причины уйти от парня: Pixabay

Паразитирование

Паразитирование партнера — это еще одна веская причина для разрыва отношений. В таких отношениях женщина трудится день и ночь: создает уют, обеспечивает комфорт. Партнер не проявляет заботы о материальном благополучии пары/семьи, не помогает по дому и отгораживается от любых обязанностей.

Попытайтесь поговорить. Если мужчина продолжает паразитировать, спросите себя, что вас вынуждает:

  • содержать партнера;
  • создавать комфорт;
  • терпеть его полную безучастность;
  • тратить средства на его содержание.

Постоянное выяснение отношений, которое провоцирует бессовестное паразитирование партнера, вызывает депрессию, отчаяние и ощущение жизненного тупика.

Недоверие

В основе любых здоровых отношений лежит доверие. Когда его нет, на смену радости и счастью приходит ревность, страх и обида. Партнер контролирует каждый шаг:

  • просматривает переписку;
  • отслеживает друзей в социальных сетях, контролирует лайки к фото;
  • ограждает от круга общения;
  • выясняет местонахождение;
  • отслеживает передвижения.

Известный психиатр и психотерапевт Михаил Литвак пишет, что такое поведение присуще невротикам. Подобный контроль — это бестактное нарушение личных границ.

Подобное отношение:

  • вызывает раздражение;
  • злит женщину;
  • провоцирует агрессию.

Практикующий психолог Анна Иотко рекомендует отпустить мужчину, если он причиняет боль и страдание. Нужно расстаться и позволить ему жить так, как он хочет.

Если партнер сможет переосмыслить отношения и сделать выводы, то пара сможет быть вместе. В ином случае женщина избавится от необходимости постоянно переживать душевный дискомфорт.

Борьба за внимание

Любящий мужчина, который хочет построить долгосрочные отношения, ставит времяпрепровождение с возлюбленной на первое место. Если женщина постоянно «отвоевывает» парня у друзей, любимой работы, расстроенной бывшей подруги и других «важных» дел, то он ею не дорожит, воспринимает отношения как временные или удобные в этот жизненный момент.

Ежедневная борьба за внимание:

  • превращается в зависимость;
  • истощает женщину;
  • отвлекает от других важных сфер жизни;
  • делает даму несчастной и озабоченной.

Чем в большую зависимость от партнера впадает женщина, тем слабее становится ее вера в свои силы и способность отвечать за собственную жизнь. Когда партнер не ценит общество возлюбленной, то это веский повод пересмотреть будущее отношений.

Михаил Лабковский убежден, что в отношениях партнеры не должны добиваться внимания друг друга. Если нет взаимного притяжения, лучше всего расстаться.

Причины уйти от парня: Pixabay

Ограничение свободы

В здоровых отношениях мужчина не ограничивает личную свободу женщины. Когда отношения токсичны, партнер диктует даме ее образ жизни, поведение. Например:

  • когда и с кем она может встречаться;
  • какое хобби ей подходит, а какое нет;
  • как ей воспринимать то или иное событие, реагировать на ситуацию.

У каждого человека есть право на собственные взгляды и свободу передвижений. Если партнер не просто интересуется планами женщины, а ставит ультиматумы, стоит серьезно задуматься о расставании.

Известный психолог в сфере отношений Ярослав Самойлов подсказывает, что необходимо убедиться в намерении расстаться, понять, что не хотите больше быть рядом с этим мужчиной. Если женщина осознает, что не может быть счастливой с партнером, нужно спокойно объясниться и выйти из зависимого союза.

Эмоциональное давление

Любому человеку сложно выдерживать эмоциональное давление. Когда это происходит постоянно, жизнь превращается в испытание. Если партнер психологически подавляет женщину, манипулирует, шантажирует, вынуждает подстраиваться под собственное настроение, нужно заканчивать отношения.

Коуч, психолог, семейный консультант Марк Бартон отмечает, что когда женщина постоянно испытывает эмоциональную неудовлетворенность партнера, то начинает ощущать нарастающее беспокойство. Если перед встречей с ним возникает чувство страха, паника, ухудшается настроение, продолжать отношения не имеет смысла.

Преобладание негатива над удовольствием

В здоровых отношениях партнеры получают удовольствие от общения друг с другом. Когда в жизни женщины негативные эмоции преобладают, отношения становятся невротическими и не могут развиваться гармонично.

Михаил Лабковский пишет, что в такой паре обоим партнерам плохо, они страдают и становятся несчастными. Жизнь в постоянном стрессе вызывает психосоматические заболевания. Поэтому, если партнер не реагирует на неудовольствие партнерши и не стремится наладить отношения, нужно их прекращать.

Рукоприкладство, жестокость, унижения

Психолог Ланди Бэнкрофт в книге «Почему он делает это? Кто такой абьюзер и как ему противостоять» объясняет, что жестокий мужчина проявлением агрессии отвлекает внимание женщины от своих реальных действий и истинных причин злобности. Он находит повод, чтобы сорвать на ней накопившееся зло.

Агрессор заставляет женщину мыслить как жертва. Он подсознательно направляет все действия на то, чтобы она не замечала ненормальную логику его поведения и не задумывалась об искаженности его сознания. Это нездоровые отношения.

Вина за насилие всегда лежит на агрессоре, а не на жертве. Он принимает решение о психологическом или физическом насилии. Сам агрессор считает, что виновата партнерша, а он с честью несет свой крест, живя с такой неумехой.

Психолог рекомендует сразу же говорить о том, что не нравится. Если после высказанных претензий мужчина меняется, отношения можно спасти. Но когда он продолжает придерживаться агрессивной линии поведения, нужно расставаться.

Безразличие

Когда в паре один или оба партнера перестают интересоваться жизнью друг друга, стоит подумать о прекращении отношений. Марк Бартон объясняет, что, если партнеру не интересны победы, достижения или поражения, которые пережила партнерша, это признак «смерти» отношений.

Если женщина считает себя несчастной в отношениях, необходимо разобраться в причинах неудовлетворенности. Прислушайтесь к рекомендациям специалистов. Они помогут понять, когда нужно избавиться от изжившего себя союза и строить счастливую жизнь с другим человеком.

Оригинал статьи: https://www.nur.kz/family/relationship/1712999-prichiny-brosit-parnya-pochemu-nuzhno-uyti-ot-lyubimogo/

отпустить его, удержать или покинуть первой

Отношения влюбленных мужчины и женщины напоминают танго – страстный зажигательный танец, в котором участвуют два партнера.

Одиночного выступления танго не предусматривает. В отличие от фламенко: этот танец тоже знаменует роковую страсть, но танцует его один партнер – женщина.

В этом ключе можно построить и взаимоотношения между людьми. Когда они влюбляются, их отношения напоминают качели, взлетевшие высоко ввысь. Они наполнены страстью, вдохновением, любовью, захватывающими эмоциями и радостью. Молодые люди тянутся друг к другу, как два магнита, не в силах оторваться один от другого. В конфетно-букетном периоде они танцуют танго, выделывая самые невообразимые движения, суть которых одно – единение душ и тел. Они сливаются в одно неразделимое целое. Становятся семьей.

Однако в какой-то момент танго прекращается. После сильного взлета качели плавно опускаются вниз и замирают. И вот уже влюбленная девушка продолжает свои движения одна. Она очаровательно исполняет фламенко, но делает это в гордом одиночестве, не замечая того, что партнер покинул сцену. Незаметно для нее произошел разрыв, на который она не обратила внимания. Мужчина еще не сказал ей об этом, но уже все для себя решил. А женщина, увлекшись танцем, то есть любовью к своему мужчине, не заметила остановившихся качелей, того момента, когда можно успеть все изменить и вновь привести в движение замершую конструкцию.

Итак, что делать в ситуации, когда мужчина решил уйти?

Нет, он не собрал чемоданы, не процедил сквозь зубы, что между вами все кончено. Он пока не заговорил с вами на эту болезненную тему. Он просто изменился до неузнаваемости и стал другим – холодным и безразличным. Это при том, что отношения ваши складывались прекрасно, любовь-морковь и все такое со всеми вытекающими. И повода, как такового, вроде не было, как вам кажется. Только вам может казаться одно, а мужчина может чувствовать и думать совсем другое.

Девушке важно распознать момент, тот самый час Х, когда мужчина решил уйти. Важно не пропустить первый звоночек, который зазвенел, предупреждая о том, что мужчина просто подбирает подходящий момент, чтобы сообщить о своем решении.

Иначе страстное танго рискует превратиться в одинокое фламенко, которое уже никому не нужно. Качели остановились и больше не полетят ввысь, поэтому, хочется или не хочется, но придется их покинуть. Как предотвратить эту болезненную ситуацию или выйти из нее достойно, если уже ничего нельзя изменить? Давайте разбираться.

Сигналы, которые подскажут о том, что мужчина решил уйти

Мужчина стал холодным и отстраненным

Совсем недавно он души в вас не чаял: дарил подарки, радовал своей заботой, обнимал и целовал перед уходом на работу, смешно поддразнивал веселыми словечками и оказывал всяческие знаки внимания. Как вдруг что-то изменилось. Его поведение стало отстраненным, прохладным. Поцелуй перед работой превратился в обязанность, будто он делает это по инерции, а не по желанию, исчезли веселые дразнилки и шуточки, исчезло внимание как таковое. Он больше не улыбается вашим шуткам, не интересуется, как прошел ваш день, ходит замкнутый и понурый, словно о чем-то серьезно размышляет. В свое оправдание он говорит, что на работе масса проблем и ему некогда уделять вам внимание, так как ему нужно искать пути решения рабочих вопросов.

Может быть, все так и есть на самом деле. И на его работе действительно аврал и проблемы. Мудрая девушка должна принять это с пониманием и не дергать своего мужчину по пустякам. Пусть решит свои проблемы, он же мужчина – добытчик и герой. Однако тут главное не ошибиться, отделить зерна от плевел. Нужно ненавязчиво понаблюдать за любимым человеком, подумать, не в ваших ли отношениях кроется камень преткновения? Может вы в последнее время часто ссорились или в чем-то упрекали любимого человека? Или, напротив, были абсолютно безразличны по отношению к нему? Или, не дай Бог, вели двойную жизнь, о которой он мог догадаться?

Мужчина перестал делить с вами постель.

Вы стали замечать, что с мужчиной творится что-то неладное. Он апатичен и замкнут, ведет себя так, будто вас вообще нет рядом. Словно вы предмет мебели или интерьера. Вроде и есть вы, вроде и нет вас – все одно. Безразлично и скучно. Мужчина не реагирует на ваши слова и замечания, на вопросы отвечает кратко и с неохотой. Вообще ведет себя так, словно ему до вас нет никакого дела. Он уходит из вашей спальни и перебирается на диван, ссылаясь на усталость и желание отдохнуть, перестает желать вас, как женщину. Вообще перестает проводить с вами ночи.

Этот звоночек очень тревожный. Однако не опускайте сразу руки, может быть дело в какой-то серьезной обиде, которую мужчина затаил на вас? Но из упрямства и гордости он не желает вам об этом сообщать, предпочитая, чтобы вы сами обо всем догадались. Делайте выводы, наблюдайте, прислушайтесь к своему сердцу. Если таким неоднозначным поведением мужчина готовится к тому, чтобы бросить вас, то смотрите в оба глаза. Будьте начеку и сыграйте на опережение.

Мужчина превратился в холерика

Мужчина из заботливого, нежного и понимающего человека превратился в холерика, которому на каждом шагу мерещатся засады. Он постоянно злится, ругает вас по любому поводу, цепляется к вашим действиям, осаждает вас, если вы хотите с нежностью прильнуть к его груди. Все для него стало не так: и готовить вы разучились, и внешность ваша осунулась, и вообще вы какая-то не такая, как раньше. Сплошь созданы из недостатков, которые его раздражают.

Но ведь раньше такого не было. Он любил вас и не раздражался при одном вашем виде. Что с ним произошло? Мужчина разлюбил вас или встретил другую, более красивую, умную и понимающую? Не спешите с выводами. Подумайте, когда и что пошло не так, после чего мужчина из ласкового возлюбленного превратился в злобного огнедышащего дракона? Можно ли что-то изменить в сложившейся ситуации? А после решайте, что вы с этим будете делать. Будете продолжать терпеть такие заскоки любимого человека, позволяя вытирать об себя ноги, спасая отношения, или пошлете его на кудыкину гору, пожелав ему счастливого пути?

Он в телефоне

Мужчина постоянно зависает в телефоне, активно с кем-то переписывается и созванивается, запираясь в ванной комнате, подальше от ваших любопытных глаз. На ваши удивленные взгляды он отвечает, что делает так, потому что звонки очень важные и серьезные, связаны с рабочими моментами. Более того, он регулярно задерживается на работе, приходит позже обычного и сразу ложится спать. Неожиданно в его графике появляются срочные командировки, в которых он пропадает все чаще и чаще, а внимания вам достается все меньше и меньше.

Звоночек еще тот. Он сигнализирует о том, что в жизни вашего мужчины появилась другая женщина. Это она, а не вы, выслушивает вашего мужчину и поддерживает его в его проблемах, она, а не вы, стала занимать все его мысли и мечты. Вероятность существования любовницы составляет 99 %. За исключением 1 %, который может свидетельствовать о том, что ваш мужчина действительно трудоголик и заядлый карьерист, и он увлекся своей работой по самое не хочу, забыв о любимой женщине.

Если вы не проявите мудрость в этой ситуации, то совсем скоро ваш мужчина может заявить вам о том, что уходит к другой женщине, или просто уходит в никуда, потому что не встретил в вас нужного ему понимания.

Мужчина устал себя чувствовать вашим добытчиком и спонсором

Он думает, что все, что вам от него нужно, это его кошелек и деньги. Вы утомили его постоянными набегами на бутики, которые заканчиваются опустошением его кошелька, и выпрашиванием дорогих подарков и безделушек. Вас не интересует его жизнь и то, каким трудом достигается его успех и его заработок. Мужчина решил уйти, потому что устал служить вашим регулярным донором и богатым Буратино, который за все платит. Он устал видеть в вас влюбленную в себя куклу, ему хочется живых и настоящих отношений. Ему, как и женщине, хочется, чтобы его любили и уважали не за статус и деньги, а просто так. Ну и за его достижения, естественно.

Этот пункт оставим без комментариев. Девушка, действительно любящая своего мужчину и желающая сохранить отношения, сама поймет свою ошибку и попробует все изменить.

Мужчине рядом с вами плохо

Он чувствует себя не в своей тарелке и всегда находит лишний повод, чтобы встретиться с друзьями или коллегами по работе, сбежать на рыбалку или уехать помогать одному из многочисленных родственников, которых у него вдруг стало немыслимо много. Он становится занятым для вас. Недоступным. Даже отпуск на работе он планирует так, чтобы он не совпал с вашим отдыхом. А потом едет отдыхать отдельно от вас, объясняя это тем, что вам нужно отдохнуть по отдельности, чтобы развеяться друг от друга.

При этом отношения ваши все еще продолжают существовать. Мужчина не отказывается от совместных бурных ночей, не кричит на вас и не усложняет вашу жизнь. Он просто готовится к тому, чтобы уйти, потому что у вас нет общих целей и интересов. Ему с вами приторно скучно. Возможно даже, что он подыскивает новую партнершу, чтобы не уходить в никуда, пока вы свято верите в его непогрешимость.

Если мужчине плохо рядом с вами, то это явный сигнал того, что ваши отношения дышат на ладан. Задумайтесь и решайте, что с этим делать дальше.

Берет тайм-аут

Мужчина берет тайм-аут и предлагает пожить некоторое время отдельно. Это уже черта, за которой последует или разрыв, или возобновление отношений. Чаще всего, по статистике, за тайм-аутом следует расставание.

Поэтому все зависит от стремления обоих партнеров сохранить завязавшиеся отношения и реанимировать их. Однако если мужчина решил уйти, пусть и на время, для девушки это повод задуматься над тем, хочет ли он вообще продолжать с ней отношения или просто тянет время, чтобы ослабить боль от окончательного расставания.

С сигналами, которые свидетельствуют о том, что мужчина решил уйти, вроде бы разобрались. Как быть дальше? Ведь мужчина вот-вот может заявить вам о том, что хочет уйти от вас.

Отпустить мужчину, удержать его или покинуть первой?

Непростая дилемма, в которой все зависит от чувств уходящего мужчины и обстоятельств, которые сложились непосредственно в вашей конкретной любовной ситуации.

Общие советы девушкам, которые хотят удержать мужчину

  1. Не нагнетайте. Если вы заметили звоночки, свидетельствующие о том, что мужчина решил уйти, это вовсе не значит, что так оно и есть на самом деле. Слушайте свое сердце, включите здравый смысл. Превратитесь на время в веселого Шерлока Холмса в юбке и проведите собственное мини-расследование, если время позволяет. Выясните причину изменившегося отношения мужчины к вам. Если вы твердо убедитесь в том, что причина охлаждения не сводится к другой девушке, и он по-прежнему любит вас, то спасайте ваши отношения. Удержите его своим ненавязчивым обаянием и пониманием, окружите его неназойливой любовью, дайте ему внимание и уют, создайте дома очаг, на тепло которого вашему мужчине захочется мчаться, сломя голову.
  2. Вдохните в ваши отношения новую жизнь. Если до этого вы пилили своего мужчину или часто трепали ему нервы, то остановитесь и оглянитесь назад. Стоила ли игра свеч? От лесопилки в вашем лице сбежит любой уважающий себя мужчина. Мужчине хочется видеть в любимой женщине верного спутника, преданного друга и нежную любовницу, от которой у него чаще будет биться сердце. Никакой из этих пунктов не исчез из вашей жизни? Не стали ли вы жить жизнью возлюбленного мужчины, положив себя на алтарь собственной жертвенности, забыв о своей жизни и своих мечтах? Не душите ли его своей любовью? Не пора ли вам стать собой и наполнить свою жизнь яркими красками, которые не зависят от настроения вашего мужчины? Мужчина, женщина которого увлечена массой дел и при этом находит время на независимую и самодостаточную любовь к нему, никуда не уйдет. Он сам не отпустит любимую женщину, потому что она всегда будет ему интересна. В отличие от зацикленной на нем и его жизни особы, забывшей о собственном достоинстве.
  3. Не будьте его мамочкой. Позвольте мужчине быть мужчиной. Решать за вас серьезные вопросы. Удивлять. Радовать и покорять. В ответ на его занятость и загруженность на работе не встречайте его с кислой миной, улыбайтесь ему. Будьте женщиной-праздником, которая прекрасно понимает своего мужчину и всегда его поддержит. Верьте в него и его успех, если не делали этого прежде. Измените свое мышление не ради мужчины, а ради себя самой. Кому захочется жить рядом с докучливой мамочкой, которая не дает мужчине проявить себя?
  4. Полюбите себя. Вспомните, какой вы были, когда только начинали встречаться с любимым человеком. Вы наряжались, прихорашивались, счастливо носились по квартире в ожидании свидания. Вы светились, как солнышко, и мир светился вокруг вас. Куда все исчезло? Быт заел? Неверный ответ. Вы забыли о себе и своем счастье. Перестали за собой ухаживать. Забыли о том, что вы должны, прежде всего, любить себя. Перемотайте пленку жизни назад, вернитесь к тому состоянию, которое чувствовали, только влюбившись в своего молодого человека. Может он тоже мечтает, чтобы вы были прежней? Конечно, жизнь не праздник, есть в ней и скорби, да и в быту случается много проблем, но зачем встречать их со скучным и обиженным лицом? Ко всему нужно относиться с улыбкой. Попробуйте. Ваш мужчина наверняка это оценит.
  5. Если мужчина решил уйти от вас по вашей вине (из-за чрезмерного эгоизма, требовательности, ревности, недоверия и так далее), и вы это поняли и осознали, то поработайте над этими своими качествами и устраните их.Если вы чрезмерно ревнивы, то попробуйте посмотреть на себя со стороны и побороть в себе это пагубное чувство. Отношения нуждаются в доверии. Ревность нравится мужчине только поначалу, когда он сомневается в чувствах партнерши, а потом она превращается в сильный раздражитель, который мужчина уже не может выносить. Ревность убивает любовь. Вам было бы легко, если бы ваш мужчина ревновал вас к каждому столбу? С эгоизмом дела обстоят не лучше. В общем, подумайте хорошенько, что пошло не так. И исправьте в себе ненужные никому плохие качества раз и навсегда.Если вашей вины в отношениях нет, и вы вся белая и пушистая, то задумайтесь хорошенько. Может, это не вы не подходите вашему мужчине, а он вам не соответствует?
  6. Поговорите с вашим мужчиной начистоту. Спокойно и откровенно. Выберете подходящее время, когда он отдохнет и расслабится. И начинайте разговор. Отметьте, что ваши отношения изменились, что вы отдалились друг от друга, и вас это беспокоит. В своей речи ориентируйтесь на логику и здравый смысл, убрав в сторону чувства и эмоции, которые могут все испортить. Мужчина должен увидеть в вас здравомыслящего оппонента, с которым можно вести достойную доверительную беседу. Поговорив начистоту, вы поймете, стоит ли овчинка выделки. Или придете к обоюдному решению, что оба сделали из мухи слона, замкнулись в себе, вместо того, чтобы сразу обсудить все проблемы по душам.

Когда нужно покинуть мужчину первой

  1. Когда любовь с его стороны окончательно ушла (или ее и не было). Не унижайте себя попытками остановить мужчину и реанимировать чувства, которых больше нет. Так бывает. Бесполезно удерживать мужчину, который разлюбил. Он может остаться с вами из жалости, если вы будете давить на его чувство сострадания, но позже все равно уйдет, потеряв к вам остатки своего уважения. Просто поймите, что любовь – чувство непредсказуемое. И любить вас никто не обязан, тем более по вашему требованию. И в то же время не вините себя. Не вы виноваты, что любовь, если она была, ушла. Так сложились обстоятельства, что вы не подошли друг другу.Уходите первой, когда поняли, что мужчина разлюбил вас. Не ждите, когда он бросит вас сам. Не оттягивайте время, хватаясь за временную соломинку. Так вы сохраните свое достоинство и будете уверены в себе. Да и мужчина, возможно, задумается, что вы не так просты, как казались, и вас есть за что уважать. А может даже и любить.
  2. Уходите, не раздумывая, если ваш мужчина оказался подлецом, предателем или самовлюбленным нарциссом, думающим только о себе. Если он вам изменяет направо и налево и манипулирует вашими чувствами. Если не ценит вас и вашего отношения к себе. Если его чувства были всего лишь игрой, желанием подурачиться в семейную жизнь, но при этом никаких серьезных обязательств по отношению к вам он не испытывает и испытывать не думает.
  3. Уходите, если вы для него не более чем красивый предмет интерьера, который не стыдно показать коллегам и друзьям. Если он позволяет себе кричать на вас и постоянно раздражаться от вашего присутствия в его жизни. Уходите, если он поднимает на вас руку.Вам попался психически неуравновешенный человек, жизнь с которым со временем превратится в пытку. Уходите, как только открылось его истинное лицо, которое вы не заметили в конфетно-букетном периоде. Не ждите, когда он сам порвет с вами отношения, жестко обидев и унизив вас. Уходите тихо и спокойно, не жалея ни о чем. Считайте, что вы избежали худшей ошибки в своей жизни. Достойный партнер никогда не будет унижать женщину и поднимать на нее руку, не станет ее домашним злодеем и тираном.
  4. Уходите первой с гордо поднятой головой, если вы выяснили, что причиной изменившегося поведения вашего мужчины стала другая женщина. Не надо ждать, когда разлучница поставит вашего мужчину перед выбором. Будьте выше этого. Мудрый мужчина поймет, что потерял в вашем лице сокровище и сам бросит свою любовницу, если вы ему дороги. Он сделает все, чтобы вымолить ваше прощение. Не опускайтесь до того, чтобы отбить мужчину у любовницы, окружив его всяческим вниманием и назойливой любовью, вместо того, чтобы уйти от него из-за его измены. Он увидит, что вы себя не цените. И потеряет к вам интерес. Если мужчина решил уйти, не надо его удерживать. Пусть уходит. Вы должны стать сильнее и мудрее всей этой ситуации со сложившимся любовным треугольником. Вы должны ценить себя. И уважать.
  5. Уходите первой тогда, когда почувствовали брешь и холодность партнера в отношениях. Иногда, чтобы залатать эту брешь, нужна дистанция. Не тайм-аут, который предложит мужчина перед тем, как бросить вас, а ваше личное здравое решение самоустраниться. Если вы сделаете это первой, то у вас есть все шансы реанимировать отношения. Озвучьте мужчине свое решение, скажите, что вам нужно время подумать наедине, стоит ли вам продолжать с ним отношения, и соберите чемоданы.

Если мужчина решил уйти, но еще не успел вам об этом сообщить, то такой поворот событий его застигнет врасплох.

А вы убьете своим поступком сразу двух зайцев:

  • если он разлюбил вас, то вы покинете его дом с гордо поднятой головой в статусе бросившей мужчину женщины, а не брошенной и жалкой девушки;
  • если мужчина все еще любит вас, то после вашего ухода он сделает все возможное, чтобы вернуть вас обратно. Ваш поступок заведет его и напомнит ему об инстинкте охотника. Ваши отношения будут спасены.

Только имейте в виду, если мужчина увидит, что вы не настроены на разрыв, а всего лишь ловко манипулируете им, то не видать вам его, как своих ушей.

Резюме

И вообще, если мужчина решил уйти, стоит ли бороться, удерживать его, останавливать, унижаться, бегать за ним? Любящий мужчина не уйдет. Отталкивайтесь от этого факта. И тогда решение покинуть мужчину, который стремится к расставанию с вами, вам не покажется таким уж страшным и неприемлемым.

Вы не должны зависеть от мужчины морально. Вы должны любить его и получать от него взаимную отдачу. Вы должны танцевать танго вдвоем. Сильное, страстное, прекрасное и жгучее. Вы должны раскачивать ваши качели вместе, взмывать на них под облака. Туда-сюда, туда-сюда, энергично и вместе. С чувством нежности и взаимного уважения друг к другу. Это называется здоровые отношения, в которых задействованы оба любящих человека. Вы не должны выделывать движения фламенко в одиночку, борясь за ваши отношения. Иначе вы так и останетесь всю жизнь танцевать фламенко в гордом одиночестве. Задумайтесь об этом.

Может по-настоящему любящий вас мужчина уже на пути к вам и вашему сердцу? Остается только отпустить того, кто перестал чувствовать вас и вашу любовь. Остается только перебороть себя и свою зависимость. И все у вас будет прекрасно!

Ольга Бузова объявила о расставании с Давой, обвинив его в избиении

Ольга Бузова объявила о расставании с Давидом Манукяном, обвинив его в избиениях и уничижительном отношении. С блогером, которого певица теперь называет «чудовищем», она недавно сыграла свадьбу на Мальдивах.

Утром 22 января певица Ольга Бузова опубликовала у себя в Instagram пост, в котором недвусмысленно намекнула на расставание с блогером Давой (Давид Манукян). По словам артистки, она до сих пор любит мужчину, но тот «творит страшные вещи», не оставляя шансов на сохранение отношений.

«Нас больше нет. Я свободная девушка. Я вынуждена это написать, чтобы не было лишних вопросов, потому что человек творит страшные и непонятные для меня вещи, — подчеркнула Бузова. — Я умоляю: не задавать больше никаких вопросов. Помогите сейчас мне выжить. Сестра с инсультом, мама с бабушкой в Литве, которая борется с раком. И это не все, что я переживаю сейчас.

Я благодарна ему за мгновенья счастья. Я любила и люблю. Но! Но — это но, я не могу сказать из уважения к своей любви. Мне на работу через три часа. Я знаю, вы меня любите. Помогите — не пишите о нем, я все буду блокировать. И ничего не скажу».

Кроме того, певица выложила несколько Instagram-историй, посвященных расставанию. В частности, она опубликовала скрин переписки с предположительно самим Давой. В диалоге с блогером Бузова угрожает, что может рассказать его матери, «какое он чудовище».

«Может, пора рассказать твоей маме, какое ты чудовище на самом деле? [Что] ты меня бьешь, плюешь в лицо? И как оскорбляешь?» — спросила у него артистка.

Позднее Бузова призналась, что не знает, правильно ли она поступает в этой ситуации или нет. «Но мне [все равно], — продолжила Бузова со слезами на глазах. — Да, и так бывает. Я его заблокировала. И если вы меня любите, вы тоже это сделаете. Мне [плохо]. Я могу ошибаться, простите меня все. Но вот сейчас — так…»

В комментариях певицу поддержали многие ее коллеги по шоу-бизнесу, включая Лолиту Милявскую, Марию Погребняк, Викторию Боню, Андрея Малахова и Леру Туманову. «Я люблю тебя»; «Все будет хорошо»; «Твои люди всегда с тобой»; «Жаль, что на тебе человек сделал имя, деньги, людей»; «Я люблю тебя, моя девочка», — подбодрили они знаменитость.

Сам Дава еще до серии постов Бузовой опубликовал в соцсетях обращение к подписчикам, пообещав «продолжать свой контент, что бы не происходило в жизни».

«Я занимаюсь свои любимым делом, я сейчас участвую в проекте («Танцы со звездами» — «Газета.Ru»), танцую для вас, все эти номера готовлю, чтобы вы насладились. Мы все взрослые люди, и я просто надеюсь на ваше понимаю и поддержку», — сказал блогер.

При этом публичные обвинения Бузовой в рукоприкладстве и ее сообщения о расставании Манукян на момент написания материала никак не прокомментировал.

По информации СМИ, отношения Бузовой и Давы начались около полутора лет назад. В начале этого января пара сыграла свадьбу на Мальдивах. Впоследствии Манукян подтвердил, что они с певицей действительно поженились. Однако некоторые поклонники отнеслись к этому решению звезд с недопониманием, вспомнив, что в прессе еще в прошлом году писали о разладе в их отношениях.

До романа с блогером Бузова состояла в браке с футболистом сборной России Дмитрием Тарасовым. Громкий развод пары произошел в 2016-м. Вскоре после разрыва бывшая участница «Дома-2» выпустила один из главных своих хитов «Мало половин».

18 советов, которые вдохновят тебя больше никогда не бегать за мужчиной

1. Женщина, которая знает себе цену, которая уверенна в себе и независима, никогда не позволит другим пользоваться ею.
2. Когда жизнь женщины вращается вокруг ее мужчины, это дает ему ощущение некой клаустрофобии.
3. Позволь ему добиться тебя. Дай время развиться эмоциональной связи – до того, как ты займешься с ним сексом.
4. Мужчине нравится, когда ты его хочешь. Но он ненавидит, когда ты нуждаешься в нем.
5. Никогда не говори о своем бывшем и своих прошлых отношениях. Особенно, если он тебя бросил. Тогда твой новый мужчина будет смотреть на тебя, как на жертву, будет думать, что с тобой не так, особенно если ты красива.
6. Дело не только в мужчинах. Ты бы тоже не захотела быть с парнем, которого нужно постоянно заверять, что ты все еще любишь его, что он хороший и красивый, что ты о нем не забыла, и т.д.

7. Мужчины сбегают, как только инстинктивно чувствуют, что женщина будет королевой драмы.
8. Достойный тебя мужчина поймет, насколько ты ценна, и будет сам стараться не потерять тебя.
9. Не требуй и не жди от него того, что он сам не хочет тебе дать.
10. Потеря свободы. Вот чего он боится.
11. Ты можешь придумать себе 100 и 1 причину, почему он не звонит и не отвечает, но суть ясна: ты ему больше не интересна.
12. Твоя неуверенность лишает его энергии. Он постоянно настороже, чтобы не сказать ничего неправильного, чтобы не спровоцировать ссору по причинам, которых он не понимает.

13. Большинство мужчин больше привлечет женщина обычной внешности, но уверенная в себе и веселая, чем супермодель с убийственной фигурой, которая считает себя некрасивой, и которой постоянно нужно внимание и заверения в ее красоте.
14. У мужчин есть два типа привлечения: сексуальное и эмоциональное. Сексуальное – когда он хочет тебя и твое тело. Эмоциональное – когда он хочет быть с тобой, рядом. Идеальные отношения – баланс первого и второго.
15. Мужчины боятся эмоциональной ответственности. Они сбегают, когда ты слишком отчаянна.
16. Всегда будь готова уйти, когда твой мужчина или отношения не дают тебе то, что ты хочешь или чего достойна. Имей реалистичные ожидания.
17. Женщина, которая верит, что ее мужчина – ее судьба, единственный, кто может сделать ее счастливый, готовит себя к проблемам. Она становится ревнивой, нуждающейся, напуганной и неуверенной. Той, от которой сбегают мужчины.
18. Внимательно следи за его поступками: они точно скажут тебе о его настоящих чувствах.

18 советов, которые вдохновят тебя больше никогда не бегать за мужчиной

Опасные для женщин традиции – результат представления о них как о людях второго сорта

Ежегодный доклад Фонда (ЮНФПА) о состоянии народонаселения планеты в этом году посвящен традициям, обрядам и процедурам, наносящим вред физическому и психическому здоровью девочек и женщин и лишающим их  возможности реализовать себя. Авторы доклада приводят 19 примеров такой пагубной практики: от процедуры уплощения груди до инцеста, но главное внимание они уделяют трем из них.   

«Каждый день у десятков тысяч девочек отнимают здоровье, их права и будущее», — говорится в докладе. Кого-то подвергают калечащим операциям на половых органах. Многих заставляют детьми вступать в «брак», а других бросают на произвол судьбы или обрекают на унижения и страдания просто потому, что они родились девочками, а не мальчиками.
 
По оценкам, только в этом году более 4 млн девочек подвергнутся так называемому «женскому обрезанию», 33 000 девочек-подростков каждый день против своей воли вступают в брак с мужчинами, которые зачастую годятся им в отцы. А 140 млн девочек либо не появились на свет оттого, что родители хотели мальчика, либо умерли, потому что были нежеланны и их бросили на произвол судьбы.  

 «Мне было всего 12 лет, когда меня выдали замуж за моего 25-летнего кузена. Мама вошла ко мне в комнату, а я сидела на полу и раскрашивала книжку-раскраску для своей принцессы. Она села на кровать и сказала мне: “Наджма, завтра ты выйдешь замуж”».

Когда девочка выходит замуж, ее жизнь кардинально меняется. Вместо игр и учебы она занимается домашней работой, обслуживает мужа и рожает детей — порой с опасностью для собственного здоровья. Муж может ее избить, изнасиловать – ее некому защитить. У нее нет будущего. 

Девочек выдают замуж по договоренности или обменивают на что-то ценное. Иногда их продают или избавляются от них, поскольку считают обузой. Порой родители руководствуются благими намерениями: они хотят найти мужчину, который обеспечит благополучие и безопасность дочери. Но независимо от мотивов, практически никогда это решение не принимает сама девочка. 

Детские браки запрещены почти повсеместно, однако каждый год во всем мире, едва простившись с куклами, женами становятся 12 миллионов девочек. По оценкам, 650 миллионов живущих сегодня девочек и женщин были выданы замуж в детстве, а к 2030 году в брак вступят еще 150 миллионов девочек младше 18 лет. В ООН поставили цель свести количество детских браков до нуля к 2030 году.  

«Я была первой, потому что я была самой старшей. Мне велели раздвинуть колени и я послушалась. Я истекала кровью и потеряла сознание. Но мне очень повезло: я жива, а ведь так много девочек умирает от этого».

«Женское обрезание», или калечащие операции на гениталиях девочек до 15 лет, проводится в более чем 30 странах мира. Это чрезвычайно болезненная процедура, для которой нет никаких медицинских показаний. Она заключается в частичном или полном удалении женских наружных половых органов или нанесении других повреждений. В результате этой операции у девочек повышается вероятность инфекций, кисты, бесплодия, акушерских свищей и осложнений при родах. Многие испытывают глубокую психологическую травму, которую не могут залечить всю жизнь. 

В международных соглашениях подобная практика признана нарушением прав женщин, однако только в 2020 году этой процедуре могут подвергнуться более 4 миллионов девочек в самых разных регионах мира. В свое время ее прошли 200 миллионов живущих сегодня девочек и женщин. В ООН стремятся полностью ликвидировать эту практику к 2030 году. 

«В семье моего мужа за последние три поколения не родилось ни одной дочери. Они сказали мне, что не позволят родить в доме трех дочерей одновременно. Они поставили мне ультиматум: делай аборт или уходи».

В некоторых частях мира рождение мальчика является поводом для праздника. А вот рождение девочки может вызвать большое разочарование. На нее смотрят как на обузу для семьи. Предпочтение мальчиков – это результат закрепленного в обществе представления о более высоком социальном статусе мужчин. Современные технологии позволяют узнать пол плода, а это значит, что семьи, не желающие иметь девочку, имеют возможность прервать беременность, если зародыш – женского пола. Более того, при имплантации эмбриона или в ходе процедуры экстракорпорального оплодотворения пол ребенка можно выбрать.

А если уж девочка родилась, то, как пишут авторы доклада, о ней можно забыть, ее можно игнорировать, ее можно держать впроголодь, не лечить, а то и уморить. Неудивительно, что после рождения у девочек наблюдается более высокий уровень смертности, чем у мальчиков.
 

ГудТерапи | Унижение

Унижение — неприятная эмоция, вызванная ощущением снижения социального статуса или общественного имиджа. Это противоположно гордыне. У людей, переживающих унижение, может снизиться чувство собственного достоинства.

Что такое унижение?

Унижение связано со смущением, но, как правило, длится дольше и более болезненно. Человек может испытывать смущение после того, как оговорился или плохо сдал тест, в то время как унижение, как правило, сопровождает более серьезные публичные неудачи.Унижение также иногда происходит при травме, особенно физическом насилии. Например, жертвы изнасилований и нападений часто сообщают о том, что чувствуют себя униженными.

Унижение иногда характеризуется как желание спрятаться или убежать. Он тесно связан со стыдом. В то время как чувство вины обычно связано с чувством того, что вы делаете что-то не так, стыд связан с ощущением себя плохим человеком. Виновный человек может сказать: «Я принял плохое решение», а постыдный человек может сказать: «Я плохой». Люди, переживающие унижение, обычно испытывают стыд, особенно когда унижение является публичным или связано с поведением, тесно связанным с самооценкой.

Ритуализированное унижение

Ритуалы инициации иногда используют унижение. Например, дедовщина часто приводит к унижению своих жертв. Унижение также иногда играет роль в сексуальных отношениях. Сексуальные неудачи могут быть особенно унизительными, но некоторые люди также предпочитают участвовать в унижении по обоюдному согласию, участвуя в садомазохизме, рабстве, доминировании или сексуальной дисциплине.

Последствия унижения

Инциденты и чувство унижения могут привести к серьезным проблемам с психическим здоровьем.Генерализованная тревожность и депрессия распространены среди людей, переживших публичное унижение, а тяжелые формы унижения могут быть парализующими, заставляя человека отказаться от своих интересов или прекратить преследовать цели. Когда родители используют унижение как форму наказания, последствия могут быть особенно разрушительными. Дети, которые были унижены своими родителями, могут страдать от хронически низкой самооценки, а также от множества проблем с психическим здоровьем.

Каталожные номера:

  1. Унижение.(н.д.). Эмоциональная компетентность. Получено с http://www.emotionalcompetency.com/humiliation.htm
  2. .

  3. Розенберг, С. (н. д.). Унижение. За пределами неподатливости. Получено с http://www.beyondintractability.org/bi-essay/Humiliation
  4. .

Последнее обновление:
07.08.2015

Пожалуйста, заполните все необходимые поля, чтобы отправить сообщение.

Пожалуйста, подтвердите, что вы человек.

Вы можете смутить себя, даже когда вы совсем один

Неловкие моменты не обязательно случаются в толпе.О нет, вы вполне способны поставить себя в неловкое положение даже в полном одиночестве. Рассмотрим студента колледжа, чей опыт включен в недавнее исследование, который до сих пор мочится в постель в 21 год. У него есть отдельная комната; никто никогда не узнает о его ночных проблемах с мочевым пузырем. И все же сама мысль об этом все еще смущает его.

Эта идея может показаться не такой уж удивительной, особенно для тех из нас, кто регулярно умудряется выставлять себя дураками. Но у исследователей психологии совершенно иной взгляд на смущение.Смущение долгое время считалось социальной эмоцией, которая зависит от того, есть ли у вас аудитория, которая станет свидетелем того нелепого поступка, который вы только что сделали. Давно предполагалось, что чувство смущения предупреждает вас о том, что вы нарушили какую-то социальную норму, чтобы вы могли скорректировать курс и извиниться, если это необходимо, не теряя своего положения в группе. Считалось, что социальная природа смущения также объясняет физиологическую реакцию чувства — в частности, покраснение — тем, что оно предупреждает других о вашем эмоциональном состоянии.Вы знаете, что облажались, и чувствуете себя неловко из-за этого.

Но авторы недавней статьи на эту тему, опубликованной в Journal of Consumer Psychology , утверждают, что вне зависимости от того, происходит ли бестактность в частном порядке или публично, мы испытываем чувство смущения одинаковым образом. Арадна Кришна из Мичиганского университета и ее коллеги утверждают, что вместо нарушения социальных норм смущение может возникнуть из-за ощущения, что вы нарушили свои собственных стандартов.Другими словами, это происходит, когда вы осуждаете себя и решаете, что ваше поведение не совсем соответствует вашему представлению о себе.

В ходе одного эксперимента исследователи попросили людей написать о случае, когда они испытали публичное или личное смущение, и оценить, как они к этому относились. Они не обнаружили существенных различий в эмоциональной интенсивности для обоих сценариев. В другом эксперименте они попросили группу мужчин представить, что они покупают виагру, потому что борются с импотенцией; некоторых попросили подумать, как бы они себя чувствовали, если бы купили его публично, а других попросили подумать о покупке в Интернете.Обе группы независимо предсказали чувство смущения одинакового уровня.

Это предварительное исследование предмета, который, как пишут Кришна и ее соавторы, до сих пор в основном игнорировался при изучении эмоций. А поскольку в их исследовании использовались самоотчеты и мысленные эксперименты, неясно, как эти результаты будут применяться в реальном мире. Тем не менее, говоря о личном смущении, вы должны сочувствовать добровольцу исследования, который доверился исследователям о ночном недержании мочи.Его личность не использовалась, правда, но вы предполагаете, что он, тем не менее, мог испытывать некоторое личное смущение, если он когда-либо увидит полученный документ, поскольку его затруднительное положение было использовано в качестве его названия: «Намочить постель в двадцать один год: смущение как личное». эмоция».

12 способов избежать унижения учеников

Необходимость контролировать учеников достигает нового уровня отчаяния. Статья в газете Washington Post включала следующее:

Три дня в неделю родители могут отвозить своих непослушных детей в A-1 Kutz в Снеллвилле и просить «Специальное предложение Бенджамина Баттона», которое Рассел Фредрик и его команда парикмахеров предлагают — бесплатно — родителям, которые хотят попробовать новую форму дисциплины.Стрижка включает в себя сбривание волос на макушке ребенка до тех пор, пока он не начнет напоминать лысеющего пожилого гражданина, вызывая ту уникальную разновидность подросткового унижения, которое может исходить только от насмешек одноклассников и нежелательного внимания.

Унижение недопустимо

Мое мнение о любой форме унижения студентов очевидно из названия книги, в соавторстве с которой я выступил в 2008 году: Дисциплина с достоинством .

В прошлом месяце, однако, я был виновен в унижении студентки достаточно серьезно, чтобы она позже сказала мне, что это был худший момент ее жизни в колледже.После шока, услышанного ее рассказом, я понял, что, хотя я пытался сделать ей одолжение, то, как я это сделал, определенно причинил ей боль. Я пережил этот момент почти так же, как Пит Кэрролл, вероятно, пережил свой провал в Суперкубке. Сделал ли я своему ученику метафорическую стрижку? Этот инцидент, разрешившийся теперь с положительным исходом, был особенно болезненным для меня, потому что все свои занятия я начинаю со слов: «Это не мой класс, это ваш» и «Я надеюсь стать для вас образцом для подражания, когда вы станете учителями». .» Эти две истории — унизительные стрижки и мой личный случай — полны предостережений. Когда можно унижать учеников? Никогда.

Многие из нас могут вспомнить ситуацию, когда нас унижал учитель. глазами и вспомнить это, оно все еще может заставить вас съежиться. А также для многих из нас, если мы никогда не разрешили свои чувства с этими учителями, мы все еще не простили их

Учителя выбирают унижение учеников по нескольким причинам : получить контроль над ними, потому что учитель в отчаянии, чтобы напугать других учеников, или потому что они чрезмерно компенсируют свою неуверенность.Некоторые учителя на самом деле думают, что имеют право унижать ученика, потому что ученик этого заслуживает. Другие учителя считают, что, поскольку ученики часто унижают себя, особенно в Интернете, ученики не возражают против того, чтобы их унижали — некоторым это может даже нравиться.

Профилактика и ремонт

Многие читатели этого поста имеют возможность влиять на других учителей, как формально, так и неформально. Мы все должны использовать свое влияние, чтобы обеспечить безопасное убежище для всех учащихся, независимо от их поведения.Вот дюжина способов предотвратить унижение учеников или исправить ситуацию, если вы случайно смутили ученика и хотите исправить ситуацию.

  1. Не стричь ученика смущающей его прической.
  2. Держите общение между вами и вашими учениками в тайне, когда вы говорите о поведении или успеваемости.
  3. Почаще проверяйте вместе со своими учащимися, что получаемое ими сообщение совпадает с отправленным вами.
  4. Избегайте сарказма, даже если ваши ученики могут над ним посмеяться.Студенты часто спасают лицо, скрывая, насколько униженными они на самом деле себя чувствуют.
  5. Обратите особое внимание на язык тела. Иногда то, что студент говорит, не соответствует его чувствам. Если учащийся проявляет дискомфорт, оборонительную позицию или замкнутость, убедитесь, что между вами все в порядке.
  6. Если вы заметили какие-либо внезапные изменения в поведении учащегося, особенно признаки ухода, как можно быстрее найдите время, чтобы убедиться, что вы не причинили этому учащемуся вреда, даже непреднамеренно.
  7. Никогда не пишите имя ученика в общественном месте.
  8. Не хвалите ученика за выполнение простого задания. Это только заставит ее почувствовать, что вы возлагаете на нее низкие надежды.
  9. Вызвать всех студентов поровну. Если ученик дает неправильный ответ, не говорите: «Кто-нибудь может ему помочь?» Вместо этого спросите студента, не хочет ли он выбрать другого студента в качестве своего консультанта. Пусть сам выбирает себе консультанта.
  10. Попросите учащихся рассказать вам (или, что предпочтительнее, написать вам записку) о чем-либо, что они могут счесть унизительным или смущающим в классе, и не делайте этого ни с одним из учащихся, который конкретно сообщает вам об этом.
  11. Всегда предоставляйте учащимся право пропуска, когда вы вызываете их в классе.
  12. Расскажите своим ученикам историю о том, как вы были смущены учителем, обсудите это с ними и выслушайте их предложения о том, что вы могли бы сделать, чтобы разрешить этот инцидент. Придумайте плакат класса под названием «Когда тебе стыдно, ты можешь…». и список лучших предложений.

Каждый ученик школы имеет право чувствовать себя эмоционально защищенным от смущения и унижения со стороны учителей, других учеников и местных парикмахеров.Когда эта безопасность нарушается, страдает не только академическая успеваемость, но и учащиеся могут никогда не избавиться от боли до конца своей жизни.

Границы | Когда унижение более интенсивно? Роль зрительского смеха и угроз себе

Введение

Я упал в грязь. Пицца упала на меня. Диетическая пепси перевернулась и залила мое платье. Стол упал сверху на пепси, на пиццу, на меня. Салфетка отлетела.ВСЕ ПОСМОТРЕЛИ НА МЕНЯ.

[…] Я уверен, что никто больше в этом пыльном загоне для прессы не помнит, как упала какая-то случайная[м] толстая цыпочка. […] Но Я НИКОГДА, НИКОГДА НЕ ЗАБУДУ ЭТОГО. В том-то и дело, что унижение — оно прилипает к тебе. Это становится частью вас. Потому что это не внешняя эмоция, как гнев, а внутренняя. Это потеря контроля над образом самого себя, который вы так отчаянно пытаетесь контролировать и проецировать. Он срывает занавес. Это подрывает то, кем вы себя считаете как личность, и это пугает (West, 2014).

Унижение кажется более «темным» и всепроникающим эмоциональным переживанием, чем многие другие эмоции. Приведенная выше цитата иллюстрирует интенсивный и болезненный характер унижения. Эта интенсивность, например, отражается в стремлении унизительных переживаний оставаться яркими в сознании жертв, независимо от количества прошедшего времени (Klein, 1991). В соответствии с этим некоторые недавние эмпирические данные о нейронной обработке эмоций показали, что унижение — очень сильная эмоция, более сильная, чем связанные с ней негативные эмоции, такие как стыд и гнев (Otten and Jonas, 2014).

В настоящей статье мы следуем определению унижения, данному Хартлингом и Лучеттой (1999, с. 264), как «глубокое дисфорическое чувство, связанное с тем, что вы несправедливо унижены, высмеяны или унижены — в частности, была обесценена или обесценена». Кроме того, мы рассматриваем унижение как уникальное сочетание эмоций, поскольку оно связано со стыдом и тенденцией избегания, а также с гневом и склонностью к нападению и мести (например, Elison and Harter, 2007; Mann et al., 2016; Манн и др., рукопись в процессе подготовки).

Основное внимание в настоящих исследованиях мы уделяем объяснению того, почему переживание унижения, как сообщается, часто бывает таким интенсивным. В частности, мы рассматриваем две возможные причины. Первый – уничижительный, публичное разоблачение. Особенно это касается смеющейся публики, потому что смех в негативной ситуации обычно воспринимается как уничижительный и усиливает угрозу чьей-либо идентичности. Вторая причина интенсивности унижения может заключаться в конкретной цели унижения, иными словами, в том, какие аспекты личности находятся под угрозой: центральные, стабильные и уникальные элементы по сравнению с второстепенными.менее центральные, изменчивые и зависящие от ситуации элементы личности. Угроза центральным элементам личности, вероятно, связана с более сильным чувством унижения, чем угроза менее центральным элементам личности. Мы изучили эти два фактора в двух сценарных исследованиях, в которых мы манипулировали реакцией аудитории во время воображаемого унизительного эпизода (исследование 1), а также рассмотрели несколько унизительных ситуаций, которые различаются по степени, в которой они нацелены на центральные или менее важные аспекты сцены. себя (исследование 2).

Унижение и негативное публичное разоблачение

Возможно, неудивительно, что унижение, особенно частое, связано с множеством психологических проблем, проблем в отношениях и в обществе, а также с клиническими расстройствами, такими как низкая самооценка, депрессия, общее тревожное расстройство, суицидальные намерения, убийства. и (домашнее) насилие (например, Klein, 1991; Gilbert, 1997; Hartling and Luchetta, 1999; Farmer and McGuffin, 2003; Kendler et al., 2003; Leary et al., 2003; Элисон и Хартер, 2007 г.; Торрес и Бергнер, 2010 г.; Уокер и Кнауэр, 2011 г.; Хартер, 2012; Коллаццони и др., 2014, 2015). Одним из часто приводимых примеров деструктивного потенциала унижения является явление расстрелов в школах , (попытка) массового убийства и ранения студентов и преподавателей в школе или университете одним или несколькими студентами этого учебного заведения. Стрельба (по крайней мере, частично) считается результатом частых унижений, которым подвергались эти преступники (Leary et al., 2003; Элисон и Хартер, 2007 г.; Торрес и Бергнер, 2010 г.; Хартер, 2012).

Но что заставляет людей чувствовать себя униженными? В целом переживание унижения может быть следствием того, что вы находитесь в центре негативного внимания, например, когда вас дразнят, преследуют, высмеивают или унижают (Elison and Harter, 2007; Harter, 2012), но оно также может быть следствием того, что вы находитесь в центре негативного внимания. пренебрегают, исключают или подвергают остракизму (Hartling, 2007; Veldhuis et al., 2014). Эти акты унижения (запугивание, отчуждение) могут быть спровоцированы серьезным нарушением нормы или трансгрессией со стороны субъекта, а также просто тем, что он «отличается» или оценивается другими как неадекватный (Harter, 2012).

Унижение часто связано со стыдом (например, Lewis, 1971, 1992; Miller, 1993; Hartling and Luchetta, 1999; Lindner, 2009). В самом деле, обе эмоции негативны и касаются самого себя (Zavaleta Reyles, 2007), и обе являются результатом глобальных атрибуций; т. е. сосредоточение внимания на целостном или основном «я», а не на конкретных аспектах «я», как в случае с виной (Lewis, 1995). Кроме того, они оба вызывают желание спрятаться от других (Harter, 2012). Однако унижение и стыд отличаются тем, что стыд влечет за собой осуждение или критику себя со стороны я , тогда как унижение влечет за собой осуждение или критику со стороны другого .Это подразумевает оценку несправедливости, которая является центральным аспектом унижения (Klein, 1991; Hartling and Luchetta, 1999; Jackson, 2000; Elison and Harter, 2007; Combs et al., 2010; Torres and Bergner, 2010; Harter, 2012).

Унижение также связано со смущением. Элисон и Хартер (2007) сообщают о некотором совпадении этих эмоций, но они и другие также отмечают важные различия, особенно с точки зрения восприятия враждебных намерений других (например, Элисон и Хартер, 2007; Комбс и др., 2010; Хартер, 2012). Это враждебное намерение вызывает ассоциацию между унижением и гневом или даже яростью. Хотя гнев и унижение явно различаются, оценки несправедливости и предполагаемых враждебных намерений демонстрируют сходство между унижением, гневом, агрессией и желанием отомстить (например, Smith et al., 2002; Elison and Harter, 2007; Combs et al. , 2010; Лейднер и др., 2012; Фернандес и др., 2015).

Ключевым элементом переживаемой интенсивности унижения, по-видимому, является присутствие других людей, ставших свидетелями унизительного события (например,г., Клейн, 1991; Хартлинг и Лучетта, 1999 г.; Элисон и Хартер, 2007). Смит и др. (2002) утверждают, что «общественное разоблачение любого поведения и оценочные последствия общественного контроля могут быть особенно мощным компонентом социально сконструированной личности» (стр. 146). В поддержку этого аргумента имеются данные о том, что публичное разоблачение правонарушения приводит к более сильным сообщениям о стыде, унижении и смущении, чем когда правонарушение остается частным (см. также Combs et al., 2010; Fernández et al., 2015). Элисон и Хартер (2007) также показали, что присутствие аудитории, демонстрирующей враждебные намерения, считается прототипом унижения. Таким образом, хотя унижение можно почувствовать без присутствия публики, мы утверждаем, что наиболее типичными и интенсивными случаями унижения являются те, в которых присутствуют другие, демонстрирующие враждебные намерения.

Существуют различные способы сигнализировать о враждебных намерениях. В настоящем исследовании мы фокусируемся на смехе в ответ на негативное событие. Хотя смех часто имеет ярко выраженную положительную и просоциальную функцию (см.г., Сотер и др., 2010; Scott et al., 2014), также может быть сигналом негативных эмоций (см. также Niedenthal et al., 2010). Например, эмоция презрения часто сопровождается улыбкой, называемой односторонним изгибом губ (например, Ekman and Friesen, 1986; Wagner, 2000; Fischer and Giner-Sorolla, 2016) и может выражаться пренебрежительно и насмешливо. смех (Рух и Пройер, 2008). Schadenfreude — наслаждение чужим несчастьем (van Dijk et al., 2006) — еще одна негативная эмоция, связанная со смехом (см. Ruch and Proyer, 2008).В таких случаях смех не является дружеским или поддерживающим, а скорее уничижительным и подразумевает, что мы смеемся над , а не над кем-то. Поэтому в случае унижения мы ожидаем, что в ситуациях, когда человек сталкивается с враждебными замечаниями, смех других является явным сигналом унижения или насмешки.

Конкретная цель унижения

Второе объяснение болезненности унижения связано с целью унижающего действия.Обычно мы не чувствуем себя униженными, когда кто-то смеется над нами из-за нашего мнения о кошках, если только кто-то не называет себя фанатичным любителем кошек. Поэтому мы проводим различие между важными и центральными частями личности, ссылаясь на предпочтительные черты, которые считаются стабильными и относительно неизменными, и на более податливые и зависящие от ситуации части личности. Эти последние аспекты можно корректировать и изменять, и мы утверждаем, что эти черты, следовательно, должны быть менее склонны к унижающим действиям.Например, определенные предпочтения или отношения могут быть отвергнуты или понижены в ответ на унизительный инцидент. Унижение было описано как «вторжение в себя» (Klein, 1991, p. 98), и поэтому мы предполагаем, что эпизод унижения должен влечь за собой угрозу центральным и стабильным аспектам чьей-либо идентичности.

Мы основывали операционализацию центральных и стабильных аспектов личности по сравнению с более гибкими и податливыми на исследовании человеческих ценностей. Ценности — это концепции или убеждения о желаемых конечных состояниях или поведении (Schwartz and Bilsky, 1990), и, таким образом, они отражают то, что важно в жизни людей.Однако некоторые ценности, «высокоприоритетные ценности» (например, Schwartz and Bilsky, 1990), важнее других, потому что они занимают более важное место в я-концепции. В западной культуре автономные ценности, такие как независимость, открытость и оригинальность, считаются более определяющими и важными для личности (например, Markus and Kitayama, 1991), в то время как ценности социальных отношений, такие как уважение к традициям и семье, менее важны. и более изменчивый. В соответствии с этой идеей мы предсказываем, что, когда унизительный поступок состоит в угрозе автономным ценностям, связанным с собой, люди из западных культур чувствуют себя более униженными, чем когда унизительный поступок касается угрозы ценностям, связанным с социальным отношением к себе.

Текущие исследования

Наш первый набор гипотез касается роли аудитории. Мы предполагаем, что присутствие смеющейся публики во время унизительного эпизода усиливает чувство унижения. Кроме того, мы исследуем эффект контрастной реакции аудитории, а именно, социальная поддержка объекта унижения индивидуумом из аудитории, что может уменьшить унижение. Насколько нам известно, социальная поддержка не изучалась экспериментально в конкретном контексте унижения.Тем не менее, исследование издевательств в классе показало, что так называемые системы поддержки сверстников (например, Нейлор и Коуи, 1999; Коуи и Хатсон, 2005) обучают молодых людей, которые предлагают дружбу и поддержку жертвам издевательств и способствуют просоциальному отношению. атмосфера в классе и вокруг него — уменьшить негативное воздействие издевательств на жертв (Cowie and Hutson, 2005). В соответствии с этим мы утверждаем, что социальная поддержка после унизительного события может помочь жертве справиться с этим опытом и, таким образом, уменьшить чувство унижения.

Во-вторых, мы фокусируемся на типе угрозы, которую влечет за собой унизительная ситуация, и выдвигаем гипотезу о том, что в нашей западной выборке угроза стабильным аспектам идентичности (например, автономным ценностям), а не более податливым аспектам личности (например, социально-реляционные ценности), в унизительном эпизоде ​​повышается актуальность ситуации, что может сделать эту ситуацию еще более унизительной.

Наконец, основываясь на выводе Элисон и Хартер (2007) о том, что динамика унижения применима к обоим полам, у нас нет оснований ожидать гендерных различий.Однако предыдущие исследования гендерных различий в субъективных эмоциях показали более интенсивные сообщения об эмоциях женщинами (Fischer and Evers, 2013), а одно исследование показало, что женщины чаще сообщают об унижении, чем мужчины (Hartling and Luchetta, 1999). Кроме того, могут существовать гендерные различия в значении, приписываемом определенным ценностям, связанным с самим собой (например, Schwartz and Rubel, 2005). Например, женщины могут считать ценности социальных отношений более важными, чем мужчины. Таким образом, мы контролируем пол в наших исследованиях.

Мы сообщаем о двух исследованиях, посвященных этим идеям. В исследовании 1 мы изучаем, увеличивает ли описание публичного оскорбления в присутствии аудитории сообщения об унижении, когда аудитория смеется, по сравнению с отсутствием реакции аудитории (гипотеза 1). Мы также ожидаем, что включение в такое описание социальной поддержки со стороны кого-то, кто был свидетелем эпизода, уменьшит количество сообщений об унижении (гипотеза 2). В исследовании 2 мы изучаем, сильнее ли унижение, когда угрожают центральным и стабильным аспектам личности, чем когда угрожают менее центральные и изменчивые аспекты личности (гипотеза 3).Мы также стремились воспроизвести потенциальное влияние смеха аудитории на сообщение об унижении. Мы подтверждаем, что сообщаем обо всех исключениях данных, всех измерениях и всех манипуляциях в двух исследованиях.

Исследование 1

В исследовании 1 мы манипулировали реакцией аудитории на гипотетический унизительный эпизод. Мы построили сценарий, описывающий человека, которого обвиняют в том, что он не может высказать свое честное и открытое мнение. Это происходит в присутствии других (зрителей), которые либо смеются после оскорбления, либо не реагируют.Участников просили представить себя главным героем рассказа и указать ожидаемую эмоциональную реакцию. Мы предсказали, что сообщений об унижении будет больше, когда публика смеется над главным героем, чем когда такой реакции нет (гипотеза 1). Мы также ожидали, что поддержка, предложенная после этого эпизода, снизит интенсивность сообщаемого унижения (гипотеза 2).

Метод

Участники и процедура

Всего в этом исследовании приняли участие 160 человек.Данные были собраны в режиме онлайн путем рассылки по списку рассылки студентов англоязычного международного университета в Германии. Кроме того, мы собрали данные (бумажные и карандашные) в Университете Амстердама и его окрестностях, а также методом снежного кома в Соединенном Королевстве.

Поскольку настоящее исследование не было сосредоточено на проверке культурных различий в этих ситуациях, мы нацелились на культурно однородную группу людей из Западной Европы. Однако 28 иностранных студентов немецкого университета родились и выросли в незападных, коллективистских странах (т.д., Африке, Латинской Америке и Азии). По этическим соображениям мы не исключали студентов по национальному признаку, а анализировали только результаты участников из западных стран. Важно отметить, что когда мы включили данные незападных участников, мы обнаружили те же закономерности значимых результатов. Данные еще 17 участников были исключены по другим причинам. Таким образом, осталось 115 участников (72 женщины, 42 мужчины, 1 пол отсутствует). Их средний возраст составлял 27,34 года ( SD = 10,81, диапазон: 14–64).

Участники прочитали сценарий и заполнили анкету «Эмоции в повседневной жизни». В зависимости от страны происхождения была представлена ​​голландская или английская версия (процедуры перевода см. ниже).

Дизайн и сценарий

Сценарий и вопросы были сначала написаны на голландском языке, а затем переведены исследователями на английский язык. Эти переводы были проверены и, при необходимости, исправлены носителем языка. Мы использовали 2 (Реакция аудитории: Нет ответа vs.Смех) × 2 (Социальная поддержка: отсутствие поддержки или поддержка) дизайн между участниками с гендером в качестве ковариации. Участники были случайным образом распределены по одному из четырех условий. Во всех условиях первая часть сценария состояла из следующего текста:

.

Вы участвуете в политической дискуссии, в которой принимают участие люди с разным опытом. В какой-то момент обсуждение переходит на деликатную для некоторых тему. Ведущий дискуссии знает, что вы много знаете об этом предмете, и задает вам вопрос по этому поводу.Когда вы немного медлите с ответом на его вопрос, человек, который сидит рядом с вами, говорит насмешливым тоном: «Если вы даже не в состоянии дать честное и открытое мнение, то что вы здесь делаете?»

Впоследствии в условии «Смех» в текст было добавлено предложение: «Некоторые другие участники начинают смеяться». Мы использовали слово «смех», потому что это нейтральное описание проявления, которое можно интерпретировать как положительно (принадлежность), так и отрицательно (насмешка).Если бы «смех» усиливал сообщаемое чувство унижения, это был бы консервативный тест, показывающий, что любая форма смеха может быть истолкована негативно в таких контекстах.

Мы не хотели проверять эту манипуляцию в текущем исследовании, так как опасались, что вопрос о реакции аудитории на участников вызовет подозрения относительно цели исследования и вызовет нежелательные эффекты. Таким образом, манипуляция смехом была проверена в экспериментальном исследовании ( N = 158) с использованием того же сценария, в котором мы просили участников указать, как реагировала аудитория (т.д., «смеялись», «не отвечали», «возмущались», «не было заявлено», «не знаю»). Все участники в состоянии «Смех» указали, что публика смеялась, и только 5,1% участников в состоянии «Нет ответа» указали, что публика смеялась.

В условие Поддержка добавлено предложение: «Тогда другой участник говорит человеку рядом с вами: «Не веди себя так глупо, прояви уважение!»». Эта манипуляция была проверена в текущем исследовании, поскольку мы могли измерить поддержку более неявно, и поэтому у нас не было причин ожидать нежелательных эффектов от этой проверки.

Меры

Участники выразили свое согласие с утверждениями по шкале от 1 ( совсем не ) до 5 ( очень сильно ). Унижение измерялось следующим пунктом: «В этой ситуации я испытал бы унижение». Чтобы проверить наши манипуляции с социальной поддержкой, мы задали следующий вопрос: «Чувствуете ли вы, что участники были на вашей стороне?» (чувствовал поддержку).

Результаты

Проверка манипуляций

Дисперсионный анализ (ANOVA) был выполнен с социальной поддержкой (без поддержки vs.поддержка) и реакция аудитории (отсутствие реакции против смеха) в качестве факторов, а оценка участниками степени, в которой они будут чувствовать, что другие участники дискуссии будут на их стороне (ощущение поддержки) в качестве зависимой переменной. Не было основного эффекта социальной поддержки. Однако между реакцией аудитории и социальной поддержкой наблюдалось значительное взаимодействие: F (1, 111) = 14,11, p < 0,001, ηp2 = 0,113. Когда публика не реагировала после оскорбления, не было никакой разницы в ощущении поддержки в двух условиях ( M Поддержка = 3.04, SD = 0,94; M Без поддержки = 3,35, SD = 0,63). Однако, когда публика смеялась после оскорбления, поддержка приводила к более высоким баллам за ощущаемую поддержку, чем когда поддержка не оказывалась ( M Поддержка = 3,29, SD = 0,60; M Нет поддержки = 2,50, СО = 0,86). Эти результаты показывают, что манипулирование поддержкой было частично успешным, поскольку степень, в которой люди указывали на то, что чувствуют поддержку, зависела от присутствия смеха в аудитории.

Основной анализ

Однофакторный ковариационный анализ (ANCOVA) с реакцией аудитории (отсутствие реакции или смех) и социальной поддержкой (отсутствие поддержки или поддержка) в качестве факторов между субъектами, гендером в качестве ковариации и сообщением об унижении в качестве зависимой переменной показал значительную основную -эффект для реакции аудитории, F (1, 109) = 5,77, p = 0,018, ηp2 = 0,050. Когда сценарии включали смех публики, сообщаемое унижение было выше ( M = 2.84, SD = 1,08), чем при отсутствии реакции аудитории после оскорбления ( M = 2,30, SD = 1,20), что подтверждает гипотезу 1.

Вопреки Гипотезе 2, влияние социальной поддержки на сообщения об унижении отсутствует, F (1, 109) = 0,03, p = 0,865, ηp2 = 0,000. Однако, в соответствии с нашей гипотезой, существовала значимая отрицательная связь между ощущаемой поддержкой и унижением, r = -0,21, p = 0.025, что указывает на то, что чем сильнее участники считали, что другие участники дискуссии на их стороне, тем менее сильно они сообщали об унижении. Между Audience Response и Social Support не было значительного взаимодействия.

Наконец, пол не был значимой ковариантой, F (1, 109) = 1,80, p = 0,183, ηp2 = 0,016.

Обсуждение

Результаты исследования 1 подтверждают идею о том, что уничижительный смех аудитории после оскорбления приводит к более сильному унижению по сравнению с тем же оскорблением без смеха аудитории, подтверждая Гипотезу 1.Вопреки Гипотезе 2, манипулируемая социальная поддержка со стороны кого-либо из аудитории не уменьшила сообщения об унижении после оскорбления, а также не уменьшила сообщения об унижении после смеха аудитории. Отсутствие влияния поддержки на унижение можно объяснить тем, что получение социальной поддержки может фактически подчеркнуть уязвимость и низкий статус человека. Более того, участие других также подчеркивает публичный характер деградации, что может в ряде случаев привести к непреднамеренному негативному эффекту социальной поддержки (хотя в текущем исследовании мы такого эффекта не обнаружили).Роль социальной поддержки мы обсудим далее в Общем обсуждении.

Исследование 2

Исследование 1 подтвердило гипотезу 1 о том, что публичное оскорбление, за которым следует смех аудитории, воспринимается как более унизительное, чем когда публика не реагирует после оскорбления. В исследовании 2 мы дополнительно изучили, будет ли оскорбление восприниматься как особенно болезненное в ответ на определенные типы угроз себе. Предыдущие исследования показали, что ценности, отражающие автономию и стабильную личность, занимают более важное место в самоинтерпретации людей из западноевропейских стран, чем ценности, связанные со связью с другими (например,г., Маркус и Китаяма, 1991). Поэтому мы изучили, будет ли в текущей (голландской) выборке оскорбление усиливать унижение, в частности, когда на кону стоит автономное «я», например, независимость или честность, а не когда угрожают социально-реляционному «я».

С этой целью мы создали шесть сценариев, описывающих публичное оскорбление, направленное либо на автономную, либо на социально относительную личность. Мы попросили участников прочитать все шесть сценариев и представить себя главным героем.Реакцией публики (смех или отсутствие реакции) манипулировали так же, как и в исследовании 1.

Метод

Участники и процедура

Участниками стали 101 студент из двух университетов Амстердама. У них было разное этническое происхождение, но их родным языком был голландский. Данные двух участников не анализировались, поскольку они не принимали серьезного участия. Таким образом, осталось 99 участников. Их средний возраст составлял 21,92 года ( SD = 4,41, диапазон: 18–42 года, 71 женщина).

Студенты пришли в лабораторию и приняли участие в обмен на кредиты. Кроме того, участников набирали в университетском городке. В качестве небольшого знака признательности им был предложен шоколадный батончик. Участники прочитали сценарии и заполнили анкету под названием «Социальные ситуации».

Сценарии и зависимые меры

Во всех шести сценариях главный герой оскорбляется кем-то на основании собственной ценности в присутствии других людей, которые либо смеются, либо не реагируют.Участники были случайным образом распределены по одному из этих двух состояний (смех или отсутствие ответа). Три сценария описывали угрозы ценностям, связанным с автономией (честность/открытость, независимость и оригинальность), и три сценария описывали угрозы социально-реляционным ценностям (уважение к традициям/семье, уважение к пожилым и готовность помочь). Эти ценности были выбраны на основе исследования культурных ценностей Шварца (2006). Точную формулировку сценариев см. в Приложении A. Прежде чем представить сценарии, мы измерили одобрение ценностей автономии (т.т. е., честность, независимость и оригинальность) и социально-реляционные ценности (т. е. уважение к пожилым, уважение к традициям, полезность), попросив участников оценить их важность. На эти вопросы можно было ответить по шкале от 1 ( совсем не важно ) до 7 ( очень важно ). После каждого сценария мы измеряли унижение пунктом: «В этой ситуации я бы чувствовал себя униженным». На эти вопросы можно было ответить по шкале от 1 ( совсем не ) до 7 ( очень сильно ).

Результаты

Одобрение ценностей автономии и социальных отношений

Мы создали две шкалы одобрения ценностей (самостоятельность и одобрение социально-реляционных ценностей). Однако надежность этих шкал была очень низкой (α Кронбаха = 0,20 и 0,58 соответственно). Поэтому мы не могли использовать шкалы в дальнейшем анализе (например, для проверки посредничества подтверждения ценности). Тем не менее, участники набрали более высокие баллы по шкале значений автономии ( M = 5,86, SD = 0.63), чем по шкале общественно-реляционных ценностей ( М = 5,36, SD = 0,88), t (98) = 5,67, р < 0,001, r . Это указывает на то, что участники считали ценности автономии более важными для них, чем ценности социальных отношений. Мы восприняли это как свидетельство того, что ценности автономии были более важной частью идентичности участников, чем ценности социальных отношений.

Основные анализы

Во-первых, мы свели баллы за унижение по трем автономным и трем социально-реляционным сценариям отдельно.В соответствии с гипотезой 3 парные выборки t -тест показали, что участники сообщали о большем унижении после прочтения сценариев, описывающих угрозы автономным ценностям, связанным с собой ( M = 4,05, SD = 1,39), чем после прочтения сценариев, описывающих угрозы социально-реляционным самоценностям ( М = 3,31, СКО = 1,28), t (98) = 5,98, р < 0,001.

Затем, поскольку наш план исследования не позволил нам провести смешанный анализ дизайна (с типом сценария в качестве фактора внутри субъектов и реакцией аудитории в качестве фактора между субъектами), мы проанализировали потенциальное влияние реакции аудитории на унижение для автономии и социально-реляционные сценарии отдельно.

Сценарии автономии

Мы провели ANCOVA с реакцией аудитории (отсутствие реакции против смеха) в качестве фактора между субъектами, гендером в качестве ковариации и сообщением об унижении в качестве зависимой переменной. Был отмечен значительный эффект для ответа аудитории, F (1, 96) = 8,21, p = 0,005, ηp2 = 0,079, что указывает на то, что участники, которые читали сценарии, в которых публика смеялась, сообщали о более сильном унижении ( M = 4,38, СО = 1.36), чем участники, которые читали сценарии без смеха публики ( M = 3,69, SD = 1,35). Пол был значимой ковариантой, F (1, 96) = 10,88, p = 0,001, ηp2 = 0,102.

Мы также проанализировали влияние Audience Response для каждого сценария отдельно (среднее значение и стандартное отклонение см. в таблице 1). Многофакторный ковариационный анализ MANCOVA с реакцией аудитории (отсутствие реакции или смех) в качестве межсубъектного фактора, гендерной принадлежностью в качестве ковариации и сообщением об унижении для сценариев 1, 2 и 3 (см. Приложение A) в качестве зависимых переменных показал общий основной эффект. , лямбда Уилкса = 0.902, F (3, 93) = 3,37, p = 0,022, ηp2 = 0,098. Одномерные ANCOVA показали значительный эффект для сценария 1, F (1, 95) = 9,11, p = 0,003, ηp2 = 0,088, и сценария 3, F (1, 95, 50214) p = 0,027, ηp2 = 0,050 и незначительно значимый эффект для сценария 2, F (1, 95) = 3,20, p = 0,077, ηp2 = 0,033. В каждом сценарии участники сообщали о более сильном унижении, когда аудитория смеялась, чем когда аудитория не реагировала на оскорбление, повторяя результаты исследования 2.

Таблица 1. Средние значения и стандартные отклонения для унижения после прочтения сценариев автономии или социальных отношений, разделенных по реакции аудитории (отсутствие реакции или смех), исследование 2 .

Сценарии социальных отношений

Аналогичный ANCOVA был проведен для сценариев социальных отношений. Не было влияния на реакцию аудитории на унижение, F (1, 96) = 0,27, p = 0,602, ηp2 = 0,003 8 . Участники сообщали о почти одинаковом количестве унижений, когда публика смеялась после оскорбления ( M = 3.39, SD = 1,43), как и при отсутствии реакции аудитории ( M = 3,23, SD = 1,13). Пол не был значимой ковариантой, F (1, 96) = 2,92, p = 0,091, ηp2 = 0,030.

Опять же, мы также проанализировали влияние Audience Response для каждого сценария отдельно (среднее значение и стандартное отклонение см. в таблице 1). MANCOVA с реакцией аудитории (отсутствие реакции или смех) в качестве фактора между субъектами, гендером в качестве ковариации и сообщением об унижении для сценариев 4, 5 и 6 в качестве зависимых переменных (см. Приложение A) в качестве зависимых переменных не показал общего основного эффекта, лямбда Уилкса = 0.953, F (3, 93) = 1,52, p = 0,215, ηp2 = 0,047, ни одномерных эффектов для сценария 4, F (1, 95) = 9048, 9048 = 2,58 , ηp2 = 0,026, сценарий 5, F (1, 95) = 0,01, p = 0,928, ηp2 = 0,000, или сценарий 6, F (1, 95, 95) 90,92 = 0,593, ηp2 = 0,003.

Обсуждение

Исследование 2 прежде всего показало, что участники сообщали о большем унижении, когда публичное оскорбление, описанное в сценарии, касалось угрозы автономным ценностям, связанным с собой, чем когда оно касалось угрозы ценностям, связанным с социальным отношением к себе.Участники этого исследования также оценили автономные ценности как более важные и, следовательно, более важные для их самооценки, чем ценности, связанные с социальными отношениями. Это свидетельствует в пользу идеи о том, что когда унизительное оскорбление касается угрозы более центральным аспектам личности, унижение переживается сильнее, чем когда оскорбление направлено на менее важные аспекты личности (гипотеза 3).

Кроме того, исследование 2 воспроизвело результаты исследования 1 и обнаружило, что присутствие смеющейся аудитории в описаниях публичного оскорбления усиливает сообщаемое унижение, но это верно только для оскорблений, направленных на автономные ценности, а не для оскорблений, направленных на социальные относительные значения.Важно отметить, что поскольку использованный нами метод не позволял сравнивать эффект смеха аудитории для обоих типов ценностных угроз в одном анализе, мы ничего не можем сказать о возможном различии эффекта смеха для двух типов угроз; мы можем просто заключить, что эффект смеха имел место в отношении ценностей автономии, но не в отношении социально-реляционных ценностей. Это может указывать на то, что — даже несмотря на то, что угрозы всем этим ценностям вызывают довольно сильные сообщения об унижении — негативная реакция аудитории на смех имеет значение, в частности, когда стабильные, положительные характеристики личности, то есть центральные аспекты личности, находятся под угрозой.

Общее обсуждение

Унижение часто описывают как крайне негативную, очень сильную эмоцию, которая застревает в памяти гораздо сильнее, чем многие другие негативные эмоции. Текущее исследование было сосредоточено на двух объяснениях интенсивного характера этой эмоции: негативное поведение аудитории и цель унизительного акта. В исследовании 1 мы нашли подтверждение гипотезы о том, что смех аудитории после унизительного оскорбления приводит к более сильному чувству унижения, чем когда такого ответа нет.Хотя в предыдущих исследованиях подчеркивалось присутствие аудитории, демонстрирующей враждебные намерения, как предпосылку унижения, это, насколько нам известно, первое исследование, которое показывает прямую причинно-следственную связь между (воображаемым) смехом аудитории и сообщением об унижении. Исследование 2 подтвердило идею о том, что унижение после публичного оскорбления переживается как более интенсивное, когда оскорбление касается угрозы более центральным (т.э., социально-реляционные) ценности, связанные с самим собой. Кроме того, это исследование показало, что смех публики только усиливал унижение после угрозы автономному «я», а не после угрозы социально-реляционному «я».

Важно отметить, что то, что считается центральным я, может зависеть от социального и культурного контекста. Было показано, что понятие стабильной и агентной самоинтерпретации является более важным в западных индивидуалистических культурах по сравнению с коллективистскими культурами, где социальная и ситуационная гибкость личности считается более центральной (Markus and Kitayama, 1991; Cross et al., 2011). Таким образом, можно утверждать, что (воздействие смеющейся публики) унижение особенно сильно, когда автономному «я» угрожает опасность, но только в индивидуалистических культурах. В более коллективистских культурах унижение может ощущаться сильнее, и смех публики может иметь эффект, в частности, когда речь идет об угрозе социально-реляционной личности. Действительно, существуют свидетельства культурных различий в предшественниках определенных эмоций, например стыда и гнева (например, Markus and Kitayama, 1991; Rodriguez Mosquera et al., 2002), а также важность ситуаций, вызывающих эмоции (например, Markus and Kitayama, 1991; Mesquita, 2001).

Однако нам следует быть осторожными с выводами о роли культурных ценностей в современных данных. Хотя мы обнаружили, что участники исследования 2 получили более высокие баллы по автономным ценностям, чем по социально-реляционным, эта разница была не очень большой. Более того, мы не нашли доказательств того, что участники считали ценности социальных отношений важными для них , а не , поскольку средний балл по этим ценностям был выше среднего.Это также отражает идею о том, что мы не можем просто разделить мир на две части, каждая из которых поддерживает разные ценности (автономия против социальных отношений). Важно отметить, что наша выборка была относительно молодой, высокообразованной, из промышленно развитой страны и мультикультурного города. Таким образом, результаты могут отражать поддержку более «глобализированной» модели культурных ценностей. Поэтому мы должны быть осторожны, чтобы обобщить эти результаты на другие группы населения (например, участников с более низким уровнем образования или пожилых людей).

Будущие исследования должны сравнить различные унизительные эпизоды между людьми из разных культур.Помимо учета индивидуалистически-коллективистского измерения в таком исследовании, было бы также уместно изучить другие культурные измерения в отношении унижения, такие как дистанция власти. Например, люди из культуры с большой дистанцией власти могут больше мириться с неравенством и, следовательно, чувствовать себя менее униженными после инцидента, вызывающего унижение, чем когда тот же инцидент произошел бы в культуре с небольшой дистанцией власти.

Еще одним интересным вариантом было бы сравнение различных сценариев унижения среди людей из культур чести, достоинства и лица.Например, унижение кажется более распространенной частью эмоциональной жизни в культурах чести (например, Miller, 1993; Rodriguez Mosquera et al., 2002) из-за более сильного акцента на репутации и социальном статусе (Nisbett and Cohen, 1996). Некоторые недавние данные о национальном унижении (Doosje et al., рукопись, представленная для публикации) показали, что люди из Албании (культура чести), Гонконга и Индии (культура сохранения лица) сообщали о большем национальном унижении после прочтения сценариев, в которых их нация была деградировали, чем люди из Нидерландов (культура достоинства).

В исследовании 1 мы обнаружили неожиданный, но важный нулевой результат в отношении социальной поддержки. В то время как негативная реакция аудитории усиливает сообщения об унижении, поведение помощи после унизительного инцидента, по-видимому, не уменьшает сообщения об унижении. Объяснение этого открытия может частично заключаться в «темной» стороне социальной поддержки. Хотя помощь обычно считается позитивной и просоциальной, ее также можно интерпретировать как утверждение господства над индивидуумом или группой (т.g., Nadler, 2002) и создание различий в статусе между помощником и реципиентом (например, Dixon et al., 2012). Получение помощи и необходимость в помощи могут заставить людей чувствовать себя зависимыми от помощника и ниже его. Это, в свою очередь, может понизить их самооценку (например, Nadler and Fischer, 1986) за счет сохранения неравных властных отношений, в результате чего получатель не может взять ситуацию под контроль. Это важно, потому что недостаток контроля, по-видимому, является важной чертой унижения. Унизительный инцидент сам по себе, вероятно, вызывает у жертвы пониженную самооценку, которая может быть еще больше снижена или, по крайней мере, не восстановлена ​​поддержкой, и как таковая не уменьшает чувство унижения.В этом отношении личность помощника также представляется важной. Например, если поддержку предлагает человек с более высоким статусом, чем жертва, это может усилить чувство унижения, поскольку подтверждает зависимость жертвы. Точно так же поддержка, предложенная незнакомцем, может не иметь ожидаемого эффекта, а лишь подчеркнуть публичность события. Однако, если поддержку предлагает (доверенный) сверстник или друг с таким же статусом, результатом может стать уменьшение пережитого унижения. Таким образом, для будущих исследований представляется важным принять во внимание характер и источник поддержки.

Ограничения и будущие направления

Ограничением настоящего исследования является использование сценариев. Хотя это часто используемый и достоверный метод измерения воображаемых или ожидаемых эмоций, трудно определить, действительно ли люди испытывают определенные эмоции в результате чтения такого сценария. Тем не менее, мы думаем, что представления людей об унижении дают нам хорошее представление о том, как унижение может быть вызвано и испытано в реальности.Более того, исследование Оттена и Йонаса (2014) показало, что сценарии, призванные вызвать унижение, стыд, гнев или счастье, вызывали у участников разные паттерны мозговой активности (с использованием ЭЭГ). Хотя это не доказывает, что «настоящая» эмоция действительно ощущается, тот факт, что эти сценарии по-разному воздействовали на мозг, добавляет им достоверности при различении этих эмоций. Тем не менее, мы считаем важным разработать другие методы изучения причин и последствий унижения, такие как вызывание чувства унижения в лаборатории, в присутствии аудитории.Этот подход, хотя и сложный с этической точки зрения, позволяет более контролируемо исследовать предшествующие события и последствия унижения.

Кроме того, мы считаем важным исследовать связь между унижением, стыдом и гневом в различных (культурных) контекстах. Мы уже знаем, что унижение связано со стыдом, с одной стороны, и гневом, с другой, но эти отношения могут различаться в зависимости от контекстуальных аспектов, например, касается ли эпизод индивидуального или группового унижения, а также степени, в которой унизительное событие оценивается как несправедливый.Большая несправедливость, вероятно, связана с большим гневом как частью унизительного опыта.

Страх может быть еще одной важной эмоцией, которая может быть связана с унижением, особенно когда унижение переживается чаще. Одним из последствий повторяющихся эпизодов унижения может быть развитие социальной тревожности или, в частности, сильного страха перед ситуациями с участием аудитории. Такая тревога может со временем превратиться в гелотофобию , страх быть осмеянным (т.g., Titze, 2009), и мешают людям взаимодействовать с другими способами, приносящими удовлетворение. Поскольку унижение — это такая сильная эмоция, даже единичное унизительное событие может сильно повлиять на жертву. Однако это влияние также, вероятно, зависит от самооценки людей (черт). Самооценка функционирует как буфер против беспокойства (Pyszczynski et al., 2004). Таким образом, люди с более высокой самооценкой могут быть более устойчивыми к унижению, и эффект унизительного акта может быть менее пагубным, чем для людей с низкой самооценкой, которые могут быть более склонны к унижению.

Не только страх, но и гнев могут стать более прочно связанными с унижением с течением времени, и мысли о мести могут развиться в результате расширенных возможностей размышлять об унизительном эпизоде. Более того, сильная гипотетическая связь между унижением и местью (например, Lickel, 2012) может стать очевидной только после повторных случаев унижения. Частое унижение (или восприятие себя) в течение длительного периода времени создает для жертвы возможность развить чувство гнева и мести вместо стыда и страха или рядом с ними.Этот процесс размышлений, ведущий к мести, может также быть важным элементом группового унижения, явления, которому уделяется много теоретического внимания, но которому не хватает эмпирических доказательств.

Еще одним важным направлением для будущих исследований является унижение в контексте социальных сетей. Унижение может происходить в Интернете, например, в форме киберзапугивания. Важно отметить, что кибербуллинг отличается от традиционного (офлайнового) буллинга тем, что при кибербуллинге оскорбительные тексты, изображения или видео жертвы могут за очень короткое время охватить очень большую (даже неограниченную) аудиторию (т.г., Heirman and Walrave, 2015). Таким образом, влияние аудитории на чувство унижения, которое мы обнаружили в текущем исследовании, может играть еще большую роль, когда унижение происходит в социальных сетях.

Наконец, мы хотим отметить, что изучение унижения затруднено, особенно из-за его отталкивающего характера, из-за которого люди не хотят думать и говорить о нем. Это означает, что существуют этические проблемы, присущие изучению унижения. Это происходит не только в том случае, когда людей просят рассказать об их унизительном опыте, но и когда кто-то пытается экспериментально изучить унижение.В лаборатории можно манипулировать только низкими уровнями унижения (см., например, Mann et al., 2016), что кажется парадоксальным, поскольку мы утверждали, что унижение очень сильное по определению. Однако изучение контекстуальных и культурных факторов, способствующих интенсивности унижения, весьма актуально, поскольку унижение представляется важным мотиватором агрессии и насилия, с одной стороны, и стыда и социальной фобии, с другой, поэтому важно найти какими конкретными способами. В настоящих исследованиях мы показали, что унизительный опыт становится еще более интенсивным, когда нападают на центральные аспекты чьей-либо идентичности и когда человек сталкивается со смеющейся уничижительной аудиторией.

Заявление об этике

Исследование 1 не требовало этического одобрения в соответствии с национальными и институциональными рекомендациями на момент начала исследования, согласие на это исследование считалось подразумеваемым после возврата вопросника. Исследование 2 было рассмотрено и одобрено Наблюдательным советом факультета этики Университета штата Калифорния, и от всех участников было получено письменное информированное согласие.

Вклад авторов

Исследования были разработаны всеми авторами.Данные были собраны и проанализированы LM и AL. Статья была написана LM, а ARF, BD и AHF предоставили ценные комментарии к рукописи.

Финансирование

Это исследование частично финансировалось за счет гранта Европейского Союза, присужденного Амстердамскому университету (среди прочего) за их работу над европейским проектом FP-7 SAFIRE (номер проекта: 241744).

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Мы благодарим Bregje Zwaan за сбор данных в Соединенном Королевстве для исследования 1 и трех рецензентов за их ценные предложения и отзывы о более ранней версии этой рукописи.

Сноски

Ссылки

Коллаццони, А., Капанна, К., Бустини, М., Маруччи, К., Прещенцо, С., Рагуза, М., и др. (2015). Сравнение измерения унижения в депрессивной и неклинической выборке: возможная клиническая польза. Дж. Клин. Психол. 71, 1218–1224. doi: 10.1002/jclp.22212

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Коллаццони А., Капанна К., Бустини М., Стратта П., Рагуза М., Марино А. и др. (2014). Унижение и межличностная чувствительность при депрессии. Дж. Аффект. Беспорядок. 167, 224–227. doi: 10.1016/j.jad.2014.06.008

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Комбс, Д.Дж.Ю., Кэмпбелл, Г., Джексон, М.и Смит, Р. Х. (2010). Изучение последствий унижения морального преступника. Базовое приложение соц. Психол. 32, 128–143. дои: 10.1080/01973531003738379

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Коуи, Х., и Хатсон, Н. (2005). Поддержка сверстников: стратегия помощи свидетелям в борьбе с травлей в школе. Пасторская забота , 23, 40–44. doi: 10.1111/j.0264-3944.2005.00331.x

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Диксон, Дж., Левин, М., Райхер, С., и Дюррейм, К. (2012). Вне предубеждений: являются ли негативные оценки проблемой и помогает ли нам больше любить друг друга? Поведение. наук о мозге. 35, 411–425. дои: 10.1017/S0140525X11002214

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Экман П. и Фризен В. В. (1986). Новое общекультурное выражение эмоций на лице. Мотив. Эмот. 10, 159–168. дои: 10.1007/BF00992253

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Элисон, Дж.и Хартер, С. (2007). «Унижение: причины, корреляции и последствия», в The Self-Conscious Emotions: Theory and Research , eds JL Tracy, RW Robins и JP Tangney (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 310–329.

Академия Google

Фармер, А. Э., и МакГаффин, П. (2003). Унижение, потеря и другие виды жизненных событий и трудностей: сравнение депрессивных субъектов, здоровых людей из контрольной группы и их братьев и сестер. Психология. Мед. 33, 1169–1175.дои: 10.1017/S0033291703008419

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фернандес, С., Сагуи, Т., и Гальперин, Э. (2015). Парадокс унижения: принятие несправедливой обесценивания себя. чел. соц. Психол. Бык. 41, 976–988. дои: 10.1177/0146167215586195

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Фишер, А. Х., и Эверс, К. (2013). «Социальная основа эмоций у мужчин и женщин», в The SAGE Handbook of Gender and Psychology , под редакцией М.К. Райан и Н. Р. Бранскомб (Лондон: Sage Publications), 183–198.

Академия Google

Фишер, А. Х., и Гинер-Соролья, Р. (2016). Презрение: унижение других при сохранении спокойствия. Эмоция. Ред. 8, 346–357. дои: 10.1177/1754073915610439

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Гилберт, П. (1997). Эволюция социальной привлекательности и ее роль в стыде, унижении, вине и терапии. Бр. Дж. Мед. Психол. 70, 113–147.doi: 10.1111/j.2044-8341.1997.tb01893.x

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Хартер, С. (2012). «Эмоции самосознания» в «Конструкция Я». Фонды развития и социокультуры, 2-е изд. , изд. С. Хартер (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press), 194–233.

Хартлинг Л.М. и Лучетта Т. (1999). Унижение: оценка воздействия насмешек, унижения и унижения. Дж. Прим. Пред. 19, 259–278.дои: 10.1023/A:1022622422521

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Джексон, Массачусетс (2000). Различение позора и унижения. Докторантура. диссертация, полученная из базы данных диссертаций и тезисов. (УМИ № 731880811)

Кендлер, К.С., Хеттема, Дж.М., Бутера, Ф., Гарднер, К.О., и Прескотт, К.А. (2003). Аспекты жизненных событий потери, унижения, ловушки и опасности в прогнозировании приступов большой депрессии и генерализованной тревоги. Арх. Общая психиатрия 60, 789–796. doi: 10.1001/archpsyc.60.8.789

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Лири, М. Р., Ковальски, Р. М., Смит, Л., и Филлипс, С. (2003). Дразнение, неприятие и насилие: тематические исследования стрельбы в школе. Агрессия. Поведение 29, 202–214. doi: 10.1002/ab.10061

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Льюис, М. (1992). Позор. Разоблаченная личность . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Свободная пресса.

Академия Google

Льюис, М. (1995). Самосознательные эмоции. утра. науч. 83, 68–78.

Академия Google

Ликель, Б. (2012). «Возмездие и месть», в The Oxford Handbook of Intergroup Conflict , под ред. Л. Р. Троппа (Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Oxford University Press), 89–105.

Академия Google

Линднер, Э. Г. (2009). «Геноцид, унижение и неполноценность. Междисциплинарная перспектива», в геноцидах угнетенных: подчиненный геноцид в теории и практике , под редакцией Н.А. Робинс и А. Джонс (Блумингтон, Индиана: Издательство Индианского университета), 138–159.

Академия Google

Манн, Л., Феддес, А.Р., Доосье, Б., и Фишер, А.Х. (2016). Выйти или присоединиться? Роль унижения во время ритуалов инициации. Познан. Эмот. 30, 80–100. дои: 10.1080/02699931.2015.1050358

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Маркус, Х. Р., и Китаяма, С. (1991). Культура и я: последствия для познания, эмоций и мотивации. Психология. Ред. 98, 224–253. doi: 10.1037/0033-295X.98.2.224

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Миллер, В. И. (1993). Унижение и другие очерки о чести, социальном дискомфорте и насилии . Итака, Нью-Йорк: Издательство Корнельского университета.

Академия Google

Надлер, А. (2002). Межгрупповые отношения помощи как властные отношения: поддержание или оспаривание социального господства между группами посредством помощи. J. Soc. Выпуски 58, 487–502.дои: 10.1111/1540-4560.00272

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Надлер, А., и Фишер, Дж. Д. (1986). «Роль угрозы самооценке и предполагаемого контроля в реакции получателя на помощь: разработка теории и эмпирическая проверка», в Advances in Experimental Social Psychology , под ред. Л. Берковица (Нью-Йорк, Нью-Йорк: Academic Press), 81– 121.

Академия Google

Нейлор П. и Коуи Х. (1999). Эффективность систем поддержки сверстников в борьбе с травлей в школе: взгляды и опыт учителей и учеников. Дж. Адолеск. 22, 467–479. дои: 10.1006/jado.1999.0241

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Ниденталь, П. М., Мермиллод, М., Марингер, М., и Хесс, У. (2010). Модель Simulation of Smiles (SIMS): воплощенная симуляция и значение выражения лица. Поведение. наук о мозге. 33, 417–433. дои: 10.1017/S0140525X10000865

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Нисбетт, Р. Э., и Коэн, Д.(1996). Культура чести: психология насилия на Юге . Боулдер, Колорадо: Westview Press.

Академия Google

Оттен, М., и Йонас, К. Дж. (2014). Унижение как сильное эмоциональное переживание: данные электроэнцефалограммы. Соц. Неврологи. 9, 23–35. дои: 10.1080/17470919.2013.855660

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Пыщинский Т., Гринберг Дж., Соломон С., Арндт Дж. и Шимель Дж.(2004). Зачем человеку нужна самооценка? Теоретический и эмпирический обзор. Психология. Бык. 130, 435–468. дои: 10.1037/0033-2909.130.3.435

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Родригес Москера, П.М., Манстед, А.С.Р., и Фишер, А.Х. (2002). Роль чести касается эмоциональной реакции на обиды. Познан. Эмот. 16, 143–163. дои: 10.1080/02699930143000167

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Руч, В.и Пройер, Р. Т. (2008). Страх быть осмеянным: индивидуальные и групповые различия в гелотофобии. Юмор 21, 47–67. doi: 10.1515/ЮМОР.2008.002

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Заутер, Д. А., Эйснер, Ф., Экман, П., и Скотт, С. К. (2010). Кросс-культурное распознавание базовых эмоций посредством невербальной эмоциональной вокализации. Проц. Натл. акад. науч. США 107, 2408–2412. doi: 10.1073/pnas.09106

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Шварц, С.Х. (2006). Теория культурно-ценностных ориентаций: экспликация и приложения. Комп. соц. 5, 137–180. дои: 10.1163/156913306778667357

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Шварц С.Х. и Билски В. (1990). К теории универсального содержания и структуры ценностей: расширения и кросс-культурные репликации. Дж. Перс. соц. Психол. 58, 878–891. дои: 10.1037/0022-3514.58.5.878

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Смит, Р.Х., Вебстер, Дж. М., Парротт, В. Г., и Эйр, Х. Л. (2002). Роль публичного разоблачения в моральном и неморальном стыде и вине. Дж. Перс. соц. Психол. 83, 138–159. дои: 10.1037/0022-3514.83.1.138

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Титце, М. (2009). Гелотофобия: боязнь быть осмеянным. Юмор. Междунар. Дж. Юмор Рез. 22, 27–48. doi: 10.1515/humr.2009.002

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

ван Дейк, В.В., Оуверкерк, Дж. В., Гослинга, С., Нивег, М., и Галлуччи, М. (2006). Когда люди впадают в немилость: переосмысление роли зависти в злорадстве. Эмоция 6, 156–160. дои: 10.1037/1528-3542.6.1.156

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Veldhuis, T.M., Gordijn, E.H., Veenstra, R., and Lindenberg, S. (2014). Замещающее групповое неприятие: создание потенциально опасной смеси унижения, бессилия и гнева. PLoS ONE 9:e95421.doi: 10.1371/journal.pone.0095421

Реферат PubMed | Полный текст перекрестной ссылки | Академия Google

Вагнер, HL (2000). Доступность термина «презрение» и значение односторонней кривизны губ. Познан. Эмот. 14, 689–710. дои: 10.1080/02699930050117675

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Уокер, Дж., и Кнауэр, В. (2011). Унижение, самоуважение и насилие. Дж. Форенс. Психиатрия Психол. 22, 724–741. дои: 10.1080/14789949.2011.617542

Полнотекстовая перекрестная ссылка | Академия Google

Завалета Рейлес, Д. (2007). Способность вести себя без стыда: предложение относительно показателей стыда, сопоставимых на международном уровне. Оксф. Дев. Стад. 35, 405–430. дои: 10.1080/13600810701701905

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Приложение А

Исследование сценариев 2

Были созданы две разные версии опросника, чтобы уравновесить порядок смеха в аудитории и смеха в зале.никакой реакции аудитории. В версии 1 аудитория смеялась в сценариях социальных отношений, а в версии 2 публика смеялась в сценариях автономии.

Сценарии автономии:

1. Вы участвуете в политической дискуссии, в которой принимают участие люди с разным опытом. В какой-то момент обсуждение переходит на деликатную для некоторых тему. Ведущий дискуссии знает, что вы много знаете об этом предмете, и задает вам вопрос по этому поводу.Когда вы немного медлите с ответом на его вопрос, человек, который сидит рядом с вами, говорит насмешливым тоном: «Если вы даже не в состоянии дать честное и открытое мнение, то что вы здесь делаете?» (Некоторые участники начинают смеяться.)

2. Вы в кафе разговариваете с друзьями. Разговор идёт о политике. Вы комментируете политика x, говоря, что, по вашему мнению, он сделал что-то хорошее для своих избирателей. Все ваши друзья не согласны с вами в этом. Вы этого не ожидали и быстро добавили: «Да, вы правы, он действительно наделал много ошибок.Потом кто-то из твоих друзей говорит: «У тебя действительно нет собственного мнения». (Остальные начинают смеяться.)

3. Вы присоединяетесь к рабочей группе, в которой вы должны сделать задание и затем представить его другим студентам. Вы придумали хорошую идею для этого задания и начинаете с энтузиазмом объяснять свою идею остальной группе. Внезапно другой член группы начинает громко смеяться: «Ну, это не очень оригинально, я слышал, что они предлагали ту же идею в другой группе.Я думал, ты придумаешь что-нибудь поинтереснее!» (Остальные тоже начинают смеяться.)

Сценарии социальных отношений:

4. Утро пятницы, и у вас много работы. Однако сегодня день рождения вашей тети, и она устроит большую вечеринку, которая начнется после обеда. Вы действительно хотите закончить работу перед уходом и в 17:30 убираете свой стол, чтобы пойти на вечеринку. Вы объясняете своим коллегам, что торопитесь, потому что вечеринка уже началась.Затем один из ваших коллег серьезно смотрит на вас и говорит: «Как нехорошо с вашей стороны приехать так поздно на день рождения вашей тети, вы могли бы хотя бы помочь ей с приготовлениями». (Некоторые коллеги начинают смеяться.)

5. Вы рассказываете своим коллегам историю, которую считаете очень смешной. Она о вашем очень старом дяде, которого вы недавно навещали в доме престарелых, где он живет. Ваш дядя каждые 5 минут спрашивал вас, какая у вас работа, и продолжал рассказывать вам историю о путешествии на лодке, которое он совершил на прошлой неделе.Вы должны очень сильно смеяться над этим. Вдруг коллега смотрит на вас и говорит: «Вы действительно не уважаете пожилых людей, как бы вы себя чувствовали, если бы люди не воспринимали вас всерьез в таком возрасте!» (Другие ваши коллеги начинают смеяться.)

6. Вы сидите в трамвае, полном людей, когда в вагон входит женщина-инвалид на костылях. Никто не заступится за женщину, и ты тоже. Это не потому, что ты не хочешь, а на самом деле ты плохо себя чувствуешь и уверен, что кто-то другой уступит ей свое место.Затем пожилой джентльмен позади вас предлагает свое место женщине. Он пренебрежительно смотрит на тебя и говорит: «Ты хоть уважать кого-то другого не можешь!» (Некоторые пассажиры начинают смеяться.)

Потеря доверия к миру: Унижение и его последствия

Psychodyn Pract. 2013 май; 19(2): 129–142.

Phil Leask

Факультет немецкого языка, Университетский колледж Лондона, Лондон, Великобритания

Факультет немецкого языка, Университетский колледж Лондона, Лондон, Великобритания

Поступила в редакцию 20 мая 2011 г.; Отредактировано 17 января 2013 г.

Copyright © 2013 Автор(ы).Опубликовано Taylor & Francis.Эта статья цитировалась другими статьями в PMC.

Abstract

Автор определяет акты унижения как специфический и зачастую травматический способ осуществления власти, с набором последовательно встречающихся элементов и предсказуемых последствий, включая утрату способности доверять другим. Утверждается, что эти последствия являются серьезными и долговременными. В статье проводится различие между «стыдом» как состоянием души и «унижением» как действием, совершаемым в отношении человека или группы.Обсуждается взаимодействие между унижением и стыдом после унизительного поступка. Утверждается, что восстановление пациентом способности возобновить относительно нормальную жизнь становится более вероятным, если терапевт признает специфику унижения, невозможность обратить вспять унизительный поступок и важность сосредоточения внимания на последствиях унижения.

Ключевые слова: унижение, стыд, травма, жестокое обращение, ярость, месть, несправедливость индивидуалистические, интрапсихические теории» (с.260). В этой статье я предлагаю рассматривать унижение как акт, который объективно имеет место и имеет жертву, чьи страдания, вероятно, будут существенными и длительными. Эта точка зрения проводит различие между унижением и связанными с ним понятиями, такими как стыд. Я утверждаю, что психотерапевты рискуют патологизировать людей, чрезмерно концентрируясь на внутреннем мире пациента и рассматривая унижение и стыд так, как если бы они были идентичными явлениями.

Подходя к этому предмету с междисциплинарной точки зрения, включая историю, литературу, философию, социологию, антропологию, а также психологию и психоанализ, я хочу признать, что психодинамическое мышление не было центральным в моем исследовании унижения и его последствий (Leask, 2012).Таким образом, читатели журнала, вероятно, являются экспертами в области, в которой я не являюсь экспертом. Однако моя цель состоит в том, чтобы показать, что акты унижения, на каком бы уровне и при каких бы обстоятельствах они ни происходили, постоянно содержат одни и те же элементы и имеют сходные последствия, даже если степень страдания или способность уменьшить воздействие акта унижения будут различаться отчасти из-за устойчивости, заложенной в успешных ранних отношениях, и отчасти из-за стратегий сопротивления (которые сами по себе могут быть многим обязаны таким ранним отношениям).Я также предполагаю, что осознание специфической природы унижения имеет значение для отношений между терапевтом и пациентом.

Из рассказа пациента не всегда легко узнать, имел ли место акт унижения. Часто то, что произошло, остается неясным, и необходимо признать возможность того, что «жертвой» может быть кто-то, кто постоянно вовлечен в оскорбительные и унизительные отношения. В таких ситуациях психодинамические терапевты видят свою роль не только в работе с внешними факторами — предполагаемыми актами насилия и их последствиями, — но также и в стремлении понять бессознательные факторы (включая влияние раннего опыта, который сам мог быть связан с унижением). ), из-за которых пациент неоднократно запутывался в подобных отношениях (van der Kolk, 1996, с.183).

В этой статье, говоря о жертвах унижения, я решил использовать «он», потому что использование «она» может вызвать ощущение женщин как жертв, особенно мужчин; это бесполезно при попытке понять природу унижения и его последствий. Полное обсуждение гендерных аспектов унижения и их значения выходит за рамки данной статьи. Читатели должны знать, что девочки и женщины непропорционально представлены в делах о сексуальном насилии и домашнем насилии (Herman, 2009, p.хiv). Однако во многих других обстоятельствах мальчики или мужчины становятся жертвами унижения.

Унижение: последствия «первого удара»

Писатель австрийского происхождения Жан Амери, еврейский беженец в оккупированной Бельгии, был арестован в 1943 году гестапо за распространение листовок, осуждающих Гитлера и войну. Он сразу же подвергся физическому унижению: его жестоко избили полицейские, а затем подвесили на крюке, заложив руки за спину так, что во время допроса эсэсовцем его суставы разъединялись от мучительной боли.Влияние этого, как он говорит много лет спустя, остается с ним и всегда будет тем, с чем ему придется жить; акт унижения произошел, и вместе с вытекающими из него эмоциями и последствиями нельзя сделать так, чтобы его не было. Пытаясь разобраться в этом для себя, Амери (1980/1999) говорит, что обычно, когда кто-то ранен, также ожидается помощь, которая компенсирует травму. Акт унижения, однако, демонстрирует тщетность такого ожидания: «с первым ударом полицейского кулака, от которого не может быть никакой защиты и от которого не отвратит никакая рука помощи, часть нашей жизни заканчивается и может никогда не возродиться» (с.29). Что теряется, так это «элемент доверия к миру» и уверенность в том, что

по причине писаных или неписаных социальных контрактов другой человек пощадит меня – точнее говоря, что он будет уважать мое физическое, а вместе с ним и мое метафизическое существо. Границы моего тела также являются границами моего «я». (стр. 28)

Амери говорит, что такой опыт (за которым последовало дальнейшее унижение в концентрационных лагерях) «закрывает взгляд на мир, в котором правит принцип надежды» и делает жертву унижения «беззащитным узником». страха» (с.40). Хотя у Амери можно увидеть симптомы «комплексного посттравматического стрессового расстройства (ПТСР)», возникающего в результате хронической или длительной травмы (Courtois & Ford, 2009; Herman, 1992/1997; van der Kolk, 1996), это существенно. для обсуждения унижения, что это первый жестокий акт, который трансформирует его ощущение своего положения в мире.

Определение унижения

Обычно унижение означает почти то же самое, что смущение, стыд или позор.Это отражает неуверенность в том, что концептуально представляет собой унижение, будь то действие, эмоция или, возможно, и то, и другое. Случай с Жаном Амери указывает на то, что власть играет центральную роль в унижении и, в частности, на том, что власть используется как демонстративно, так и несправедливо. Это также предполагает, что вероятными последствиями унижения являются чувство постоянной утраты и чувство бессилия, фрустрированная ярость, отчаяние и «гнусная жажда мести» (стр. 70). После борьбы с этими последствиями в течение 35 лет Амери покончил жизнь самоубийством в 1978 году.

Подобный пример предполагает, что унижение – это действие, вызывающее изменение в худшую сторону положения жертвы и ее чувств к себе и своему отношению к миру. Поскольку власть занимает центральное место в унижении, жертва акта унижения может быть описана не как чувствующая , а как будучи униженной, как жертва акта власти. Унижение — это то, что активно совершается одним человеком по отношению к другому, даже если оно осуществляется через институты или в принципе направлено на группы.Это демонстрация способности несправедливо и безнаказанно использовать власть.

Определение, которое я буду здесь использовать, состоит в том, что унижение — это демонстративное применение власти в отношении одного или нескольких лиц, которое последовательно включает ряд элементов: лишение статуса; отказ или исключение; непредсказуемость или произвол; и личное чувство несправедливости, сочетающееся с отсутствием какого-либо средства правовой защиты от перенесенной несправедливости. Такое определение облегчает определение того, когда имело место унижение, понимание чувств, возникающих в результате унижения, и отличить унижение от стыда.Унижение приводит к сильному ощущению того, что с кем-то поступили несправедливо, в то время как стыд включает в себя ощущение того, что кто-то поступил неправильно и унизил себя в собственных глазах или в глазах других. Кроме того, как предполагают Хартлинг и Лучетта (1999), «стыд может выполнять соответствующую адаптивную функцию, подавляя агрессию или защищая человека от ненужного личного воздействия». Напротив, унижение не выполняло адаптивную функцию» (стр. 263).

Власть, неприятие и исключение

То, что открыто, если не всегда сознательно, демонстрируется в акте унижения, так это неравенство между человеком с властью и человеком без нее.Случай с Сэвилом — жестокое обращение с детьми со стороны телевизионной «персоны», которая имела право совершать насилие и считала, что его собственная сила сделала его неприкасаемым — является очевидным примером.

Это осуществление власти последовательно включает отказ или исключение из семьи, из общества (например, для беженцев), из мира, где доверие имело значение. Хотя это не всегда сразу очевидно, по крайней мере для постороннего, отвержение или исключение, связанные с унижением, являются абсолютными, что бы ни последовало за ними.Акт унижения произошел, и вместе с вытекающими из него эмоциями и последствиями нельзя сделать так, чтобы его не было. Амери говорит, что у него остались «обиды», и эта обида «пригвоздит каждого из нас к кресту его разрушенного прошлого». Абсурдно, она требует, чтобы необратимое было обращено вспять, чтобы событие было отменено. Обида блокирует выход в подлинно человеческое измерение, в будущее» (с. 68). Амери считает, что одиночество жертвы лежит в основе этой проблемы; жертва одинока, исключена из прошлого, к которому она хочет вернуться, из общества, к которому, по его мнению, принадлежала, и из будущего, которое, как он ожидал, будет принадлежать ему.Можно утверждать, что единичный акт унижения в исключительном контексте, таком как нападение в чужой стране, не вызывает стойкого чувства исключения или отторжения. Жертва возвращается домой, в безопасное место, к доверительным отношениям, и унижающий ей больше не угрожает. Однако ощущение того, что мир не такой, каким он его представлял раньше, и что он уязвим для неожиданных, произвольных действий кого-то, обладающего большей властью, сохранится (Reiker & Carmen, 1986, с.367). Выздоровление, безусловно, возможно, и можно вернуться к обычной жизни, но, как говорит Герман, говоря о травме: «выздоровление никогда не бывает полным. Воздействие травматического события продолжает отражаться на протяжении всего жизненного цикла выжившего» (Herman, 1992/1997, стр. 211).

Та же картина наблюдается в случаях сексуального насилия над детьми со стороны католической церкви. Мемуары Клеменгера (2012) сосредоточены на его физическом и сексуальном унижении со стороны христианских братьев в «Промышленной школе» в Ирландии с 1959 по 1967 год.В этот период он чувствовал себя исключенным внутри школы из какой-либо обычной жизни, а вне школы — из того, что он видел как обычные семьи со счастливыми детьми. Чтобы спасти себя от худшего из физического насилия, ему пришлось принять защиту двух родителей, которые, казалось, искренне любили его, но которые были его сексуальными обидчиками. Он понимал, насколько это разрушительно: «Я был аутсайдером, движимым ненавистью и изоляцией» (с. 100). Его история, когда он рос, включала попытку самоубийства, дальнейшее неприятие и дискриминацию после ухода из школы, отказ большинства авторитетных фигур поверить его рассказам о жестоком обращении с ним, время в тюрьме, глубокое подозрение в мотивах людей, которые были добры к нему. и возможное спасение женщиной, которая стала его женой.Как и Амери, он пытался забыть об унижении, взяв на вооружение продуманный подход к преодолению его последствий. Он избегал самоанализа, отказывался верить, что несет ответственность за жестокое обращение с ним, соглашался с тем, что «плохие дни» все еще будут, продолжал свое образование, вкладывался в свою эмоциональную жизнь с женой и по-прежнему был полон решимости быть оптимистом и «меньше заботиться о том, «если только» (стр. 346–347). Однако, когда скандал с жестоким обращением с детьми стал достоянием общественности в Ирландии в 1990-х годах, воспоминания, от которых он скрывался в течение десятилетий, «вырвались из своих цепей и начали мучить меня день и ночь», лишая возможности спать и заставляя его стать зависимость от антидепрессантов (стр.356–357).

Для Майкла Клеменгера даже повторное открытие семьи, частью которой, как он думал, он должен быть, было безуспешной попыткой снова быть включенным, преодолеть первоначальное неприятие, из-за которого он воспитывался в церковных учреждениях. Для детей, подвергшихся жестокому обращению в семье, также не может быть возврата к прошлому, в котором они хотят быть, принадлежать к сердцу семьи, способны безоговорочно любить и доверять (Goodyear-Brown, 2012, стр. 18).

Как отмечает Амери, унижение ставит под угрозу будущее.Уэйн Кестенбаум (2011) в преднамеренно фрагментированном эссе приводит на последних страницах один длинный пример унижения и посвящает свою книгу его жертве (стр. 203–206). В очереди в аэропорту, рассказывает Кестенбаум, мужчина бьет свою дочь ногой по ягодицам. Она «пубертатная», и ей, вероятно, тринадцать лет. Она в ярости и плачет, но также с сожалением смотрит на своего отца, выражение лица которого остается холодным. Кестенбаум, наблюдатель, хочет утешить дочь, но чувствует, вопреки здравому смыслу,

прискорбную, отчаянную жалость к отцу, который уничтожил все возможные будущие шансы на счастье для себя и своей дочери и который казалось, не осознавал, что отравил будущее, словно пролил нефть в океан и не смог его очистить.

Отец своим «жестоким, но загадочным актом» унижения уничтожил возможность будущего, в котором могли бы быть безопасность и взаимное доверие.

Непредсказуемость, произвол и несправедливость

Унижение почти всегда происходит неожиданно, даже если жертва всегда жила в страхе перед ним. Это связано с нарушением закона, норм или ценностей, которые и унижающий, и жертва считали обязательными. Родитель, подвергающий ребенка сексуальному насилию, делает что-то, что ребенок, даже в своем замешательстве, чувствует, находится в конфликте со всем тем, во что он был воспитан, чтобы верить в то, что правильно и что ожидается от родителя.В 1935 году еврейские граждане Германии обнаружили, что их жизнь день ото дня изменилась из-за Нюрнбергских законов нацистов, которые лишили их статуса немцев. Майкл Клеменгер подвергался насилию со стороны людей, которые лицемерно осуждали те самые действия, которые они совершали.

Непредсказуемость усиливает силу унижающего и вселяет страх перед унижением, который сам по себе силен. Это может быть усилено, когда люди были свидетелями или слышали об актах унижения (Hartling & Luchetta, 1999, с.262). В приведенных выше примерах все жертвы были уязвимы для произвольных или непредсказуемых действий со стороны власть имущих. Поскольку власть имущие также контролировали систему правосудия и отказывали в доступе к ней тем, кого они унижали, чувство беспомощности перед лицом несправедливости было центральным в реакции жертв на унижения.

Унижение и сопротивление

Может ли предполагаемая жертва отказаться или отказаться от унижения? Это маловероятно из-за властных отношений.Частичное исключение возникает, когда люди участвуют в деятельности сопротивления, которая демонстрирует, что они не принимают или не разделяют нормы и ценности тех, кто находится у власти. Коммунисты в нацистской Германии считали, что их могут убить за попытки сопротивления нацистам, но не считали, что их можно унизить. Свидетели Иеговы, находящиеся в заключении в Германской Демократической Республике (ГДР), продемонстрировали исключительную способность к сопротивлению, ожидая лучшей жизни после этой (Кабелиц, 1939–1956, стр. 292).В таких случаях сопротивляющиеся рассматривают свое наказание и исключение как предсказуемые последствия борьбы за власть, в которую они вовлечены. Они считают себя временно побежденными, а не жертвами унижения. Столкнувшись с таким сопротивлением, власть имущие часто отвечают пытками или другими «жестокими и необычными наказаниями», чтобы продемонстрировать, что они могут унизить даже тех, кто отрицает, что это возможно.

Herman (2009) перечисляет действия, которые преступники используют для унижения жертвы, и предполагает, что последствия таких действий могут включать посттравматическое стрессовое расстройство или сложное посттравматическое стрессовое расстройство (стр.хiv). Там, где сопротивление как способ предотвращения унижения оказывается успешным, борьба за сопротивление может сама по себе быть травмирующей. Однако такое сопротивление может также снизить частоту посттравматического стрессового расстройства. В своем исследовании бывших политических заключенных ГДР Ehlers, Maercker и Boos (2000) подчеркивают «психическое поражение», а также отчуждение и чувство постоянного изменения как вероятные признаки посттравматического стрессового расстройства среди заключенных после их освобождения. Психическое поражение, противопоставленное «восприятию себя как автономного человеческого существа» (стр.45), было обычным явлением и являлось закономерным следствием унижения. Это показало исследование как самый сильный предиктор серьезности последующих симптомов посттравматического стрессового расстройства. Другими словами, психическое поражение даже с большей вероятностью, чем «предполагаемая угроза жизни», может привести к тяжелым симптомам посттравматического стрессового расстройства. Авторы отмечают, что результаты согласуются с их гипотезой (которая также принадлежит мне) о том, что «воспринимаемая угроза психологической автономии человека является важным аспектом психологической тяжести травмы, намеренно причиняемой другими людьми» (стр.51). Примечательно, что исследование предполагает, что сопротивление, основанное на политической приверженности и понимании, приводит к лучшему долгосрочному результату в отношении воздействия потенциально травмирующих событий и вероятности депрессии. Однако это мало утешает уязвимого человека, ставшего жертвой унижения, особенно ребенка в семье или в других условиях, когда власть имущие злоупотребляют своей властью. Здесь любое желание сопротивляться скомпрометировано огромным дисбалансом сил, физических, эмоциональных и социальных, и амбивалентным отношением ребенка к родительской фигуре (Philpot, 2009, стр.105–106).

Последствия унижения

Унижение, за исключением тривиальных случаев, на которые мы обычно не обращаем внимания, может изменить жизнь жертвы, как показывают приведенные выше примеры. Другой хорошо известный пример связан с жестоким унижением чернокожего Родни Кинга четырьмя белыми полицейскими в Лос-Анджелесе в 1991 году. , привели непосредственно к беспорядкам, в которых погибло более 50 человек.Интервью Guardian с Кингом в мае 2012 года изображает его как утверждающего, что он счастлив от того, что он жив и может говорить о своей истории, и так же внезапно погружается в «самый темный угол своей памяти», когда он вновь переживает нападение (Carroll, 2012). Он демонстрирует признаки «десятилетий злоупотребления алкоголем и многочисленных автомобильных аварий» и представляет собой «покинутую фигуру, по-видимому, пойманную в ловушку своего прошлого, своего имени и своей пристрастия к алкоголю, которые, по его мнению, неразрывно связаны». Интервьюер отмечает всепоглощающий гнев Кинга и «саморазрушительный вихрь, который стоил ему семьи, здоровья и сбережений» в годы после унижения.Есть все признаки того, что проблемное детство Кинга оставило его плохо подготовленным к тому, чтобы справиться с нападением на него и его последствиями. Собственная точка зрения Кинга заключалась в том, что время лечит и что он наконец обрел покой. Шесть недель спустя Кинг утонул, по всей видимости, случайно, в своем бассейне, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения и различных наркотиков.

Чувство вторжения, подобное тому, которое испытал Кинг, неправомерного пересечения личных границ и принижения собственного «я» в результате является центральным для личностно-разрушительной силы унижения.Рипштейн (1997) говорит, что ответ государства через правовую систему важен, что имеет отношение к делу Кинга, а также к примерам жестокого обращения с детьми. Наказание, говорит Рипштейн, «служит для того, чтобы общество не смирилось с этим унижением». […] Не наказать за преступление — значит превратить частное унижение в публичное» (с. 103). Конечно, это явное намерение, когда само государство намеренно занимается унижением, как в нацистской Германии.

Ответы жертвы

Любой акт унижения может восприниматься как травматический, но, как это отражено в психоаналитическом обсуждении травмы, различные влияния и фоновые переживания, особенно ранние отношения и способы их интериоризации, влияют на то, как люди реагируют, когда становятся жертвами травматического унижения (Baron-Cohen, 2011, стр.47–48; Бентовим, Кокс, Бингли и Пиззи, 2009 г., с. 12; Gaskill & Perry, 2012, стр. 29–30; Goodyear-Brown, 2012, стр. 14, 18–19; Кристалл, 1988; Филпот, 2009 г., стр. 11–14; ван дер Колк, 1996, стр. 185, 202).

Личные рассказы об унижении предполагают, что жертва склонна проходить через различные наборы реакций, от чувства сбитой с толку беспомощности до ярости, а затем до бунта, сопротивления или подчинения, которые также могут включать отчаяние и саморазрушение. Первая стадия часто включает в себя удивление и потрясение по поводу того, что произошло, смятение и дезориентацию из-за вовлеченного отвержения или исключения, скорбь по поводу понесенной утраты и недоумение по поводу перенесенной несправедливости.Как ребенку понять жестокого родителя, женщине смириться с осознанием того, что любящий муж может быть безжалостно жесток по отношению к ней?

Следующая стадия, скорее всего, будет связана с яростью и желанием наброситься и отомстить. Для жертвы унижения чувство несправедливости является основной причиной гнева. Когда унижение затрагивает все общество или большую группу в нем, те, кого Линднер называет «предпринимателями унижения» (2006, стр. XV), используют эту ярость по отношению к несправедливости и чувство бессилия, вытекающее из нее, как способ заручиться поддержкой насильственные, ответные действия.(Использование Гитлером предполагаемого унижения немцев в результате Версальского договора является очевидным примером). страдания и разрушения. Это относится не только к уровню национальной и международной политики; как часто отмечается, жертвы жестокого обращения с детьми нередко сами становятся насильниками в более позднем возрасте (Bentovim et al., 2009, с. 68; Goodyear-Brown, 2012, с. 12).

Гнев, вызванный унижением, также может сопровождаться реальным чувством бессилия. Ответы на это включают стратегии избегания: уход от реальности; самообман по поводу случившегося; и отказ смотреть в лицо новым, урезанным обстоятельствам (Филпот, 2009, стр. 14). Жертва может стать безразличной к судьбе окружающих или активно жестокой, так как это возвращает ему некоторое чувство силы.

Несмотря на различия между ними, между унижением, стыдом и виной часто существует взаимосвязь, что важно учитывать при рассмотрении последствий унижения.Избегание действий, предпринимаемых людьми, опасающимися унижения, может привести к тому, что они будут делать то, что они считают внутренне неправильным, за что им стыдно: например, присоединиться к унижению других. Обращение к чувству стыда также является способом стремления контролировать то, что не поддается контролю, путем признания или заявления о своей причастности к этому: жертва винит себя в том, что поступил неправильно, а не человека, который причинил ему зло. Точно так же чувство вины подразумевает принятие внешнего авторитета с согласованными правилами, такого как родительская фигура; поскольку правила были нарушены, жертва соглашается с тем, что власть имеет право наказать ее.Чувство вины (как и чувство стыда) в ответ на унижение — это способ попытаться разобраться в необъяснимом, попытаться навязать шаблон тому, что в противном случае кажется случайным, произвольным поведением. Это особенно часто встречается в детском возрасте. Ребенку психологически безопаснее видеть себя плохим ребенком, а не ребенком плохих родителей. При этом он способен цепляться за чувство элементарной справедливости и избегать признания несправедливости унизительных действий. Самообвинение, по крайней мере, дает объяснение тому, что произошло (Philpot, 2009, p.13). Поскольку это также извиняет унижающего, в интересах унижающего развить у жертвы чувство вины или стыда, или того и другого (Смит, 2008, стр. 373).

Чувство бессилия у жертв унижения может привести к паранойе, отчаянию или депрессии. Для Кестенбаума «раны унижения — это всегда интимные, острые уколы». Один из ответов на это включает физическую и психологическую изоляцию от мира, в то же время метафорически создавая твердую кожу или оболочку, чтобы контролировать то, что разрешено входить или выходить (Bick, 1968; Turp, 2007).

Когда ни одна из копинг-стратегий не оказывается эффективной и реальность положения жертвы подавляет его, он может достичь стадии личностной фрагментации и дезинтеграции с серьезными трудностями в повседневном функционировании как на индивидуальном, так и на социальном уровне. Такого положения достигли Майкл Клеменгер и Родни Кинг даже после того, как каждый из них думал, что успешно избавился от последствий своего унижения.

Профессиональные ответы

В ходе своей работы терапевты неизбежно столкнутся лицом к лицу с личными последствиями, возникающими из жизни с противоречивыми чувствами, переживаниями и защитами, возникающими в результате унижения.То, как терапевт истолковывает ситуацию, вероятно, будет иметь глубокие последствия для его или ее практики. Точно так же, как профессиональное вмешательство в случаях жестокого обращения с детьми включает в себя обеспечение того, чтобы ребенок был в безопасности вне досягаемости обидчика — унижающего, — так и терапевт, по крайней мере, будет стремиться предоставить безопасное место в консультационной комнате для униженного взрослого пациента. . Однако он или она также могут столкнуться со знанием того, что пациент все еще находится под контролем унижающего и что унижение может продолжаться.Ниже приводится ряд примеров того, как терапевты видят себя борющимися с последствиями унижения пациента.

Льюис (1987) использует термины «униженная ярость» и «ярость стыда» как синонимы, что наводит на мысль скорее о последствиях унижения, чем стыда. Однако она не осознает конкретных последствий (в том числе стыда) унижения. По ее мнению, стыд «рассматривается как средство, с помощью которого люди пытаются сохранить свои любовные отношения с другими» (стр.2), может применяться, когда жертва унижения стремится переложить вину с унижающего на себя, но отрицает лежащие в основе унижения властные отношения.

Moses-Hrushovski (1994), признавая, что ее униженные пациенты ужасно страдали от жестокости или сексуального насилия, тем не менее классифицирует их защиту как «патологическую» (стр. xix). Часто рассматривая термины «стыд» и «унижение» как синонимы, она предполагает, что процессы обвинения, используемые ее пациентами, «представляют собой попытки сместить направление стыда и вины от себя, чтобы избежать болезненных переживаний» (стр.6). Здесь есть опасность обвинить жертву и, следовательно, снова унизить ее — и в этот момент консультационный кабинет перестает быть безопасным пространством — вместо того, чтобы помочь ей оплакать потери, порожденные переживанием унижения. Как сказал Жан Амери по поводу предположения, что его озабоченность антисемитизмом и Холокостом означала, что он был психически болен или страдал истерией: «Я знаю, что меня угнетает не невроз, а скорее точное отражение реальности. Это не были истерические галлюцинации, когда я услышал, как немцы призывают евреев «сдохнуть, как собака!» (с.96).

Гилберт (1998) (когнитивно-поведенческий терапевт) отмечает совпадения и различия между стыдом и унижением, включая бессилие и чувство несправедливости в унижении, и предполагает, что «в проблемах, основанных на унижении, основное внимание уделяется вреду, причиняемому другими». (стр. 259). Обсуждая возможные терапевтические вмешательства, он говорит, что некоторые пациенты могут бояться своих деструктивных действий или потери контроля и что для них может быть полезно «изучить способы обретения эмоционального контроля и дать понять, что в работе с унижением это не является поощрением к разыграть эти чувства, но исцелить их» (с.263). Многие из предложенных Гилбертом вмешательств пытаются справиться не столько с унижением, сколько с возникающими из него гневом и ненавистью, как будто это, в конечном счете, все, что можно сделать. Гилберт неявно соглашается с этим, говоря, по-видимому, с одобрением, о пациенте, рассматривающем возможность ухода с работы, на которой его унижали (стр. 264). Для пациента такой ход представляет собой признание бессилия и явную победу унижающего; в этом нет никакой справедливости, только возможность начать снова в другом месте и попытаться справиться с оставшимися чувствами гнева и ненависти или, в данном случае, с депрессией, возникающей из-за унижения.

Элерс и др. чье исследование подчеркивает долгосрочные последствия унизительных действий и возможность постоянного изменения для жертвы, предлагает несколько неубедительные предложения по лечению. Среди них они предлагают, чтобы пациенты, которые испытывают «общее чувство отчуждения или необратимого изменения», могли бы извлечь пользу из «вмешательств, которые побуждают их восстановить контакт с друзьями и семьей и снова заняться деятельностью, которой они раньше наслаждались до травмы». (стр. 54). Для таких людей, как Жан Амери, Майкл Клеменгер или Родни Кинг, вряд ли это можно рассматривать как эффективный путь к выздоровлению.

Психоаналитик Фил Моллон в исследовании стыда и связанных с ним эмоций (2002) пишет, что «лекарством от состояний стыда и унижения является эмпатия» (стр. 20), но не рассматривает конкретно смысл и значение этих эмоций. унижение. Он описывает случай «Натали», чья мать, «казалось, вела себя крайне агрессивно и контролировала, настаивая на том, что у ее дочери нет от нее секретов» (стр. 6). Вопреки своей воле и здравому смыслу Натали «склонна строить свою жизнь вокруг лжи и обмана» (с.8) в качестве защиты от «нарушения ее основного я». Моллон говорит, что такое насилие «может быть воспринято как изнасилование разума — на самом деле души — и как потенциально разрушительное, как физическое изнасилование. Эмоциональная реакция на насилие — стыд» (стр. 7). Другими словами, Натали выросла с постоянным и оправданным страхом перед унижением, так как здесь присутствуют все элементы унижения: вторжение или насилие есть демонстративное проявление силы, противоречащее кажущимся общепризнанным нормам унижения. поведение между матерью и ее дочерью и включает в себя неприятие, произвольное применение правил, с которыми Натали не может согласиться, и несправедливость без средств правовой защиты.

Ложь и обман Натали, таким образом, являются средствами, которые она использует, чтобы защитить себя от унижения со стороны матери. Моллон признает, что это дает ей ощущение свободы и свободы действий, поскольку это указывает на то, что она сохраняет частное ядро ​​личности. Проблемы Натали связаны с нереалистичным переносом на других, которых она считает равными своей матери. Неизбирательное использование лжи, возникающее в результате этого, серьезно вредит другим ее отношениям. Моллон говорит, что часть терапевтической работы «для Натали заключалась в том, чтобы обнаружить, что честность не обязательно должна означать нарушение ее основного «я», и осознать, что, хотя у нее, безусловно, есть способность успешно лгать и скрывать, она может выбрать , чтобы быть правдивый» (с.9). Именно здесь терапевту было бы полезно также признать, что Натали неоднократно подвергалась унижениям и не несет ответственности за агрессивное поведение своей матери. Затем это может привести Натали к открытию чего-то другого: выбор быть правдивым со всеми, кроме ее матери , не обязательно должен открывать ее для нападок со стороны других, а вместо этого может быть способом реагировать и преодолевать чувство стыда, которое возникло, когда в прошлом она избегала говорить правду.Чтобы держать свою унизительную мать на расстоянии вытянутой руки, может быть необходимо продолжать ей лгать, а Натали признать, что ей не нужно стыдиться этой защиты от продолжающихся попыток матери нарушить ее сущность.

Hartling и Luchetta предполагают, что, когда ясно, насколько унижение или страх унижения способствуют психологическим проблемам пациента, лечение может быть сосредоточено на «распутывании и разрешении изнурительных последствий реального или предполагаемого опыта человека; восстановление самоощущения человека до более оптимального уровня самоуважения и самооценки».Терапевт должен помочь усилить «сопротивление или устойчивость человека перед лицом возможных, часто неизбежных будущих унижений» и дать ему возможность «бросить вызов и изменить социальные факторы и факторы окружающей среды, которые могут поддерживать или способствовать унизительным социальным практикам» (стр. 273).

Заключение

Здесь я обосновал ряд теоретических положений о природе унижения. Во-первых, я предполагаю, что унижение — это особый способ проявления власти с определенным набором реакций и последствий, которые часто бывают катастрофическими и меняют жизнь.Во-вторых, я утверждаю, что унижение — это акт силы, демонстративно и несправедливо применяемый с явной безнаказанностью, и что унижение не является эмоцией само по себе и поэтому не следует путать его со стыдом, но оно приводит к предсказуемому набору эмоций, которые могут иногда включают стыд, но при этом обычно доминируют ярость и жажда мести в сочетании с чувством бессилия. Как и многие другие теоретики, я также утверждаю, что нельзя сделать так, чтобы акты унижения не происходили, и что их эмоциональное воздействие, вероятно, сохранится в долгосрочной перспективе.В то же время я признаю, что как степень страдания, возникающего в результате акта унижения, так и способность уйти от такого акта и перестроить свою жизнь варьируются от человека к человеку, отчасти, по крайней мере, в соответствии с внутренней силой. и устойчивость, возникающая в результате успешных ранних отношений или стратегий сопротивления.

Все эти теоретические положения имеют значение для терапевтов в их работе. Они подразумевают, что для терапевтов важно иметь двойной фокус.Во-первых, как заявляют ван дер Колк, Макфарлейн и Вейсает (1996) в поддержку психодинамического подхода к лечению жертв тяжелой травмы, терапевтам необходимо «сосредоточиться на понимании субъективного значения травматического события и процесса (и барьеров, препятствующих его возникновению). к) интеграция опыта с ранее существовавшими установками, убеждениями и психологическими конструкциями» (стр. xvii). Во-вторых, они должны признать, что рассказы пациентов могут включать в себя фантазии и бред, но также могут содержать рассказы о реальных, ужасных страданиях от рук кого-то другого и о несправедливости, которую невозможно исправить.

Там, где унизительные действия остались в прошлом, у пациента есть возможность оплакать то, что он потерял, а не заниматься тщетными поисками возмещения ущерба или тем, что по-немецки называется Wiedergutmachung : снова делать добро, возвращать все на круги своя они когда-то были. Затем ему можно помочь избавиться от чувства жертвы и двигаться вперед к восстановлению доверия к другим и чувства автономии, но без отрицания продолжающегося воздействия того, что было сделано с ним, и осознания того, что это никогда не может быть отменено

Однако, если унижающие достоинство действия продолжаются, то есть крайний дисбаланс сил не изменился, у пациента может возникнуть реалистичное ощущение, что он продолжает оставаться жертвой, чья способность действовать автономно все еще сильно нарушена. . Терапевт сталкивается с вопросом, как реагировать на эту неразрешенную ситуацию, когда то, что Гиллиган (Gilligan, 2000) называет внешними силами, неподконтрольными пациенту, способствует возникновению «ряда проблем, которые не поддаются самостоятельному решению». знания, хотя некоторые из них могут быть решены другими средствами, такими как медицинские исследования или политические действия» (с.21). Здесь пациенту может быть полезно определить возможные варианты — которые сами по себе могут иметь болезненные, разрушительные последствия — для прекращения унизительных отношений или выхода из них, или для достижения понимания того, почему он упорствует или даже принимает меры. убежище в отношениях, которые унизительны.

В любом случае, как говорит Ван дер Колк (1996), для терапевтов важно определить и принять «истинную истину» переживаний своих пациентов в отношении прошлой травмы – в данном случае унижения – так, чтобы они не «усугублять чувство ярости и беспомощности, обесценивая реалии жизни своих пациентов» (с.183). Герман (1992/1997) более настойчив, прося терапевта «стать свидетелем преступления» и занять позицию солидарности с жертвой, не обязательно освобождая жертву от всякой вины, позицию, которая «предполагает понимание сути преступления». фундаментальная несправедливость травматического опыта и потребность в разрешении, которое восстанавливает некоторое чувство справедливости» (стр. 135).

Признавая специфический характер унижения, терапевт может предоставить необходимое безопасное место, в котором пациент может начать думать и формулировать, что значит быть жертвой унижения.В этом безопасном месте пациент должен знать или ощущать, что терапевт не будет отрицать реальность его переживаний, не будет пытаться обращаться с ним как с кем-то, для кого стыд является или должен быть центральной эмоцией, возникающей из этих переживаний, и не будет стремиться навязать ему ощущение, что все, что было сделано с ним, может быть оставлено в прошлом. Терапевт признает унижение тем, чем оно является: проявлением власти, которое является унизительным, произвольным, исключающим и несправедливым, и которое никогда не может быть сделано так, чтобы оно не произошло.

Заметки об авторе

Фил Лиск — писатель и исследователь с докторской степенью. из Университетского колледжа Лондона. В его докторской диссертации рассматривалось понятие унижения и его значение в представлениях бывшей Германской Демократической Республики. В настоящее время он работает над исследовательским проектом по нарративам идентичности между поколениями и за пределами границ, опираясь на личные рассказы людей в ГДР или из ГДР.

Ссылки

  • Амери Дж. В кн.: На пределе разума.Размышления выжившего об Освенциме и его реалиях. Розенфельд С., Розенфельд С., редакторы. Лондон: Гранта; 1999 г. (Оригинальная работа опубликована в 1980 г.) [Google Scholar]
  • Барон-Коэн С. Нулевой уровень эмпатии. Новая теория человеческой жестокости. Лондон: Пингвин; 2011. [PubMed] [Google Scholar]
  • Бентовим А., Кокс А., Бингли М.Л., Пиззи С. Защита детей, переживших травму и насилие в семье. доказательная оценка, анализ и планирование вмешательств. Лондон: Джессика Кингсли; 2009.[Google Scholar]
  • Бик Э. Опыт кожи в ранних объектных отношениях. Международный журнал психоанализа. 1968; 49: 484–486. [PubMed] [Google Scholar]
  • Courtois C.A., Ford JD, редакторы. Лечение сложных травматических стрессовых расстройств. Руководство, основанное на доказательствах. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Guilford Press; 2009. [Google Scholar]
  • Кэрролл Р. The Guardian. 2012, 2 мая. «Мне пришлось простить»: интервью с Родни Кингом. [Google Scholar]
  • Клеменгер М. Все знали.Мальчик, два брата. Украденное детство. Лондон: Эбери Пресс; 2012. [Google Scholar]
  • Элерс А., Меркер А., Боос А. Посттравматическое стрессовое расстройство после политического заключения: роль психического поражения, отчуждения и предполагаемых необратимых изменений. Журнал ненормальной психологии. 2000;109:45–55. [PubMed] [Google Scholar]
  • Гаскилл Р. Л., Перри Б. Д. Сексуальное насилие над детьми, травматический опыт и их влияние на развивающийся мозг. В: Goodyear-Brown P., редактор. Справочник по сексуальному насилию над детьми: выявление, оценка и лечение.Хобокен, Нью-Джерси: Wiley; 2012. С. 29–47. [Google Scholar]
  • Гилберт П. Стыд и унижение в лечении сложных случаев. В: Тарриер Н., Уэллс А., Хэддок Г., редакторы. Лечение сложных случаев: подход к когнитивно-поведенческой терапии. Чичестер: Уайли; 1998. С. 241–271. [Google Scholar]
  • Гудиер-Браун П., редактор. Справочник по сексуальному насилию над детьми. Выявление, оценка и лечение. Хобокен, Нью-Джерси: Wiley; 2012. [Google Scholar]
  • Гиллиган Дж. Насилие: размышления о нашей самой смертоносной эпидемии.Лондон: Джессика Кингсли; 2000. [Google Scholar]
  • Хартлинг Л. М., Лучетта Т. Унижение: оценка воздействия высмеивания, унижения и унижения. Журнал первичной профилактики. 1999; 19: 259–278. [Google Scholar]
  • Герман Дж. Л. Травма и восстановление. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: основные книги; 1997 г. (Оригинальная работа опубликована в 1992 г.) [Google Scholar]
  • Herman JL Foreword. В: Courtois CA, Ford JD, редакторы. Лечение сложных травматических стрессовых расстройств. Руководство, основанное на доказательствах.Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гилфорд; 2009. [Google Scholar]
  • Kabelitz F. Lebenserinnerungen. Том. 7043. Берлин: Kempowski Biografienarchiv, Akademie der Künste; 1939–1956 гг. [Google Scholar]
  • Льюис Х. Б., редактор. Роль стыда в симптомообразовании. Хиллсдейл, Нью-Джерси: Эрлбаум; 1987. [Google Scholar]
  • Кестенбаум В. Унижение. Лондон: Издания Ноттинг Хилл; 2011. [Google Scholar]
  • Кристал Х. Интеграция и самоисцеление: аффект, травма, алекситимия. Хиллсдейл, Нью-Джерси: Analytic Press; 1988 год.[Google Scholar]
  • Лиск П. Власть, партия и народ: Значение унижения в представлениях Германской Демократической Республики (докторская диссертация) Университетский колледж Лондона; 2012. [Google Scholar]
  • Линднер Э. Создание врагов. Унижение и международный конфликт. Вестпорт, Коннектикут: Прегер; 2006. [Google Scholar]
  • Моллон П. Стыд и ревность: Скрытые беспорядки. Лондон: Карнак; 2002. [Google Scholar]
  • Мозес-Грушовски Р. Применение: Прятаться за борьбой за власть как защиту персонажа.Нортвейл, Нью-Джерси: Аронсон; 1994. [Google Scholar]
  • Филпот Т. Понимание жестокого обращения с детьми. Партнеры сексуальных преступников рассказывают свои истории. Абингдон: Рутледж; 2009. [Google Scholar]
  • Рейкер П. П., Кармен Э. Х. Процесс от жертвы к пациенту: опровержение и трансформация жестокого обращения. Американский журнал ортопсихиатрии. 1986; 56: 360–370. [PubMed] [Google Scholar]
  • Рипштейн А. Реакция на унижение. Социальные исследования. 1997; 64: 90–111. [Google Scholar]
  • Смит Д.Глобализация, деградация и динамика унижения. Текущая социология. 2008; 56: 371–380. [Google Scholar]
  • Трамбалл Д. У. Унижение: травма неуважения. Журнал Американской академии психоанализа и динамической психиатрии. 2008; 36: 643–660. [PubMed] [Google Scholar]
  • Терп М. Членовредительство путем бездействия: вопрос защиты кожи? Психодинамическая практика. 2007; 13: 229–244. [Google Scholar]
  • Ван дер Колк Б. А. Сложность адаптации к травме.В: van der Kolk B.A., McFarlane AC, Weisaeth L., editors. Травматический стресс: влияние ошеломляющего опыта на разум, тело и общество. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Гилфорд; 1996. [Google Scholar]
  • ван дер Колк Б. А., Макфарлейн А. С., Вейсает Л., редакторы. Травматический стресс. Влияние ошеломляющего опыта на разум, тело и общество. Нью-Йорк, Лондон: Guilford Press; 1996. [Google Scholar]

Как мне оправиться от травм и унижений? (Часть 2)*

В Совете прошлой недели вы узнали о долговременных эмоциональных последствиях унизительного опыта.Сегодня я поделюсь с вами историей человека, который обратился за лечением в результате неоднократных детских унижений, и как они повлияли на его отношения во взрослой жизни.

История Кена

Пример того, как можно преодолеть глубоко укоренившееся чувство унижения, можно найти в психотерапии Кена, который впервые обратился в возрасте 40 лет с тревогой, паническими атаками и депрессией. Кен начал свою карьеру в качестве патентного поверенного после получения степени магистра электротехники.Он специализировался на защите патентов на программное обеспечение, а позже стал главным юристом, представляющим известные компании, такие как IBM и Apple. Несмотря на свой профессиональный успех, он чувствовал себя опустошенным и неудовлетворенным большей частью своей жизни. Он часто путешествовал по работе и когда-то любил престижность представлять такие известные компании, которые предпочли его многим своим коллегам. Его клиенты ценили его интеллектуальные способности, общительность, внимание к деталям и честность — Кен всегда выставлял им счет на сумму, которую они считали справедливой.Он был на вершине своей профессии, зарабатывал исключительно на жизнь и имел возможность брать свою семью на ежегодные каникулы в Европу. Когда мы впервые встретились, он был в жизненном кризисе, думая, что хочет оставить свою жену Джуди и свою карьеру, чтобы найти «страсть и смысл», как он описал чувство пустоты внутри, которое его пугало. У пары было четверо детей, двое из которых все еще жили дома.

Размышляя обо всех возможных проблемах, которые могут быть связаны с желанием Кена оставить жену и профессию, я посоветовал: «Кен, ты выразил глубокое желание найти страсть и смысл в своей жизни.Мы будем усердно работать, чтобы помочь вам понять, как найти оба этих важных аспекта жизни. В то же время может быть полезно, если вы отложите решение уйти от жены на какое-то время. Вы находитесь в очень эмоциональном состоянии, и важно не действовать импульсивно при принятии такого важного решения, которое будет иметь серьезные последствия для вас, вашей семьи и ваших финансов». Кен согласился отложить любые важные решения до тех пор, пока мы не разработаем более глубокое понимание того, что с ним происходит.

В детстве Кена доминировала его холодная и далекая мать, которая неоднократно критиковала его и часто унижала перед другими, включая друзей, указывая на его недостатки, несмотря на то, что он был теплым, милым, умным и серьезным мальчиком. Пока он говорил, я представляла его милым маленьким ребенком, жаждущим любви и принятия, представляла его крошечное личико, наполненное печалью, болью, неприятием и, возможно, гневом. Мне стало его грустно. Затем я вспомнил несколько забавных моментов многолетней давности, когда моя старшая дочь симулировала различные состояния чувств, демонстрируя их на лице, чтобы «попрактиковать» чувства и научиться их идентифицировать; и как мы с женой будем отражать ее восторг в своем собственном; и как мать Кена никогда не могла дать ему такого рода переживания.Затем я подумал о нашей с сестрой борьбе с нашей очень эгоцентричной матерью.

Эти фантазии и воспоминания активировали эмпатическую связь с Кеном, и я приостановил свой поток сознания, чтобы сказать ему: «Кен, каждый ребенок жаждет теплой и любящей матери, с которой есть «эмоциональная безопасная основа» [xi]. где они чувствуют себя в безопасности, проявляя свои чувства и будучи защищенными. У тебя никогда не было этого с твоей матерью, которая жестко критиковала тебя в присутствии других, что было для тебя ужасно унизительно; и все же, сколько бы вы ни жаловались на Джуди, вы описали ее как обычно теплую и любящую.Возможно ли, что вы держите эмоциональную дистанцию ​​от нее из-за того, как ваша мать обращалась с вами, частично погружаясь в работу, чтобы избежать эмоциональной близости и более глубокой привязанности к ней?»[xii] Этот вопрос заставил Кена говорить о каким одиноким он себя чувствовал, когда был с матерью, и каким грустным и злым он себя чувствовал. Он продолжал вспоминать больше.

«Ледяная женщина» так же относилась к отцу, открыто критиковала его перед Кеном и другими членами семьи, что доводило отца до эмоционально изолированного состояния и приводило к двадцатилетнему тайному роману с коллегой.Все это оставило у Кена ощущение, что он эмоционально изолирован как от матери, так и от отца. Что еще хуже, оба родителя безжалостно подталкивали Кена к карьере инженера, чтобы обеспечить ему безопасность работы, благодаря чему он мог избежать циклических взлетов и падений и финансовых проблем, которые характеризовали карьеру его отца как «хозяина трущоб». Дядя Кена, Гарри, был инженером, и его родители часто отмечали, что Гарри никогда не был безработным и владел загородным домом на пляже.Мать Кена часто ругала его отца за неадекватное финансовое обеспечение и неблагоприятно сравнивала его с Гарри. Кен сердито вспоминал, как его родители «промывали ему мозги», заставляя читать книги по информатике в старшей школе, а затем настоятельно убеждали его пройти курсы математики, информатики и инженерии в колледже.

Он так отчаянно хотел доставить им удовольствие, получить хоть немного любви, которую мог найти, поэтому Кен выполнил их желание и запланировал карьеру инженера-программиста, а позже поступил на юридический факультет, чтобы стать патентным поверенным.Однако в глубине души у него было невысказанное желание продолжить карьеру в медицине, которое никогда не было реализовано. Когда он говорил об этих стремлениях, временами он наполнялся грустью, временами гневом на своих родителей и на самого себя за то, что он не следовал своим мечтам.

На одном из наших сеансов Кен вспомнил очень неприятный случай в возрасте шести лет, когда он присоединился к своему отцу и двум работникам, которые обходили многоквартирные дома, требуя арендной платы от арендаторов, у которых была задолженность.Наблюдение за тем, как люди его отца набрасывались на жильцов и угрожали им физической силой, усугубляло унижение Кена и изображало его отца как еще более устрашающую фигуру. Когда Кена наказывали физически, его не только унижали ударами по лицу и шлепками со спущенными штанами, временами Кен опасался за свою жизнь, вспоминая побои, нанесенные жильцам. Он чувствовал себя таким маленьким и бессильным остановить отца, что только усилило его чувство унижения.

Что еще хуже, когда ему было около восьми лет, сосед пригласил Кена и его лучшего друга Дуга в свободный дом по соседству, заманив их обещанием конфет, газировки и других угощений.Затем мужчина попросил Кена и Дуга снять одежду и попытался прикоснуться к их гениталиям. Кен вспомнил, с глубоким чувством стыда, ужаса, вины и унижения, что он убежал от этого человека и оставил Дуга позади. В течение нескольких месяцев мы прорабатывали эти чувства и то, почему он боялся рассказать об этом своим родителям, опасаясь, что они каким-то образом обвинят его в том, что произошло. Во время этих сеансов Кен нуждался в дополнительном утешении и поддержке.

В одном из таких случаев я сказал: «Кен, то, что ты описываешь, печально и ужасно.Мне очень жаль, что это случилось с тобой. Ни один ребенок никогда не должен был пережить такой опыт, и пережить его, чувствуя себя таким одиноким дома, может сделать его еще более невыносимым. Здесь ты уже чувствовал себя изолированным, с родителями, которые не хотели тебя понимать, а потом подвергся сексуальному насилию вдобавок ко всему, и не мог никому рассказать об этом до сих пор. Должно быть, это было для тебя ужасным бременем все эти годы. Он безудержно рыдал, а я добавил ему несколько слов утешения, вспомнив, как утешал его собственный психоаналитик, когда я рассказал о некоторых детских травмах.

К Кену вернулись и положительные воспоминания. Утешение было найдено с дядей, который был теплым и заботливым (инженером), который брал Кена на рыбалку и заставлял его чувствовать себя принятым таким, какой он есть. А по соседству жила молодая девушка Тесса, которая стала его лучшим другом. Кен и Тесса исследовали близлежащие леса и ручьи, посещали субботние утренники в местном кинотеатре и вместе шли в школу. Кен вспоминал ее с большой любовью, оглядываясь назад, чувствуя, что Тесса каким-то образом спасла ему жизнь и что без нее он бы не выжил.

Кен ненавидел свою работу и не был уверен, любит ли он Джуди. Дочь страдала тяжелой формой аутизма, и ее особые потребности создали дополнительную напряженность в браке. Кен начал искать любви у молодой женщины-помощника юриста на работе, с которой он чувствовал себя особенным, могущественным и желанным — чувства, которые он никогда не испытывал в детстве и редко испытывал с Джуди. Он был на грани того, чтобы вступить в половую связь с этой женщиной, и мы узнали, что часть влечения исходила из бессознательной фантазии о том, что сексуальные отношения с ней каким-то образом компенсируют унижение, которое он испытывал, когда подвергался сексуальному насилию, и многократные мальчиком он чувствовал себя таким беспомощным и бессильным.

Мы работали вместе несколько лет, и Кен привнес в нашу совместную работу характерную для него целеустремленность, желая сделать «все, что потребуется», чтобы добраться до сути того, что связывало его изнутри. Когда воспоминания возвращались, Кен возвращался к своему детству. Были сеансы, на которых он рыдал из-за того, как жестоко обращается с ним его мать, и выражал желание, чтобы его спас его отец, который эмоционально отключился. Он говорил о том, каким маленьким и ничтожным он чувствовал себя мальчиком, и что он считал себя непривлекательным, недостойным и крошечным пятнышком, отданным на милость устрашающих, пугающих и могущественных родителей; с кем он обычно чувствовал себя ненужным или униженным.

Слушая Кена, я вспомнил регрессию во время моего собственного психоанализа и некоторые переживания, которые резонировали с тем, что Кен описывал из своего детства. Я вспомнил, что чувствовал в те моменты, и сказал ему: «Кен, возможно, часть твоей веры в то, что ты непривлекателен, происходит из-за того, насколько эмоционально покинутым ты чувствовал себя в детстве, из-за того, что твои родители были настолько эгоистичны и бескорыстны. в том, что вы думали и чувствовали. Это убеждение может также исходить из того, что вы подверглись сексуальному насилию, и чувства вины, которое вы испытываете из-за того, что сбежали из этого дома без своего друга Дуга.Вам стыдно, что вы не остались и не защитили его, но какой у вас был другой выбор? Ты был маленьким мальчиком, и ты был так напуган, и понятия не имел, что делать, и уж точно не был достаточно силен, чтобы напасть на этого человека и прогнать его.

«Кроме того, вы боялись сказать своим родителям, которые могли бы чем-то помочь, если бы были менее предчувствиями. Я хорошо узнал тебя благодаря нашей совместной работе, и ты такой прекрасный человек. Если бы я был твоим отцом, я бы очень любил тебя, потому что вижу в тебе яркого, доброго и любящего маленького мальчика, заслуживающего любви.И я бы позаботился о том, чтобы человек, совершивший это насилие над вами и вашим другом, был отправлен в тюрьму, а вы были в безопасности». Кен задумчиво выслушал эти слова, понял, что, будучи маленьким мальчиком, он не мог знать, что делать, и ему стало немного легче. Он поблагодарил меня за эти добрые слова и со временем в душе начал им верить.

Благодаря нашей совместной работе Кен также начал понимать, насколько проблемными были его родители в своей жизни и в браке, и мы исследовали причины конфликтов его родителей и подорванной самооценки.Это помогло Кену понять, что, вопреки его убеждениям, их поведение по отношению к нему определялось не самим его существованием, а скорее силами, факторами и отношениями, в условиях которых они сами были воспитаны. Это также помогло ему понять, что это была не его непривлекательность, а скорее их неспособность любить его, друг друга или кого-либо в этом отношении; что было причиной того, насколько одиноким он стал чувствовать себя, когда рос в их доме. Со временем он смог освободиться от них эмоционально, отделив и отождествив свое истинное «я» с тем, которое он начал развивать, усвоив весь этот негативный опыт.Это помогло Кену одновременно принять, а затем оставить позади разрушительные отношения с его родителями и с этим сексуальным хищником, которые он бессознательно усвоил и интерпретировал как негативные отражения самого себя.[xiii] [xiv]

Мы также помогли ему научиться терпеть, а затем принять свою ненависть к ним, которая была источником большой вины и привела его к мысли, что «Бог наказал меня» через рождение его аутичного ребенка. Поскольку Кен смог эмоционально отделиться и оставить своих родителей позади, мы исследовали потенциальные новые пути карьеры, которые могли бы принести больше удовлетворения.«Кен, в детстве ты когда-нибудь мечтал о том, кем станешь в будущем? Были ли герои из телевидения или в реальной жизни, которые вас вдохновляли? Когда вы думаете о том, что принесет вам смысл и цель в вашей жизни, что приходит на ум?» Удивительно и к моему смущению, он выпалил, что до сих пор единственным героем в его жизни был я. Он был так благодарен за помощь, которую я ему оказал, что действительно захотел стать врачом. Учитывая его возраст и годы обучения, это было невозможно; однако появился другой вариант, который стал бы столь же удовлетворительным.

Кен начал новую карьеру в сфере здравоохранения в качестве техника отделения неотложной помощи, где участие в команде, улучшающей жизнь тяжелобольных пациентов, принесло ему новую страсть, которую он никогда раньше не испытывал. Несмотря на резкое сокращение доходов, он чувствовал себя счастливее, чем когда-либо прежде в своей жизни. Он обнаружил свое «призвание» и стал более стойким и менее склонным к чувству унижения.

Кен также стал более удовлетворен своим браком. Из-за того, что его предыдущая карьера не требовала значительных поездок, у него было больше свободного времени, и он начал получать удовольствие от поездок на выходные с Джуди.Они купили скромный летний дом, который еще больше сблизил их, когда они проводили идиллические дни и вечера в Рехобот-Бич.

Это конец нашей второй части об унижении, но это не конец истории Кена. На следующей неделе вы узнаете об этом удивительном и вдохновляющем финале.

Если вы хотите узнать больше о травме, унижении и посттравматическом стрессовом расстройстве, я рекомендую вам ознакомиться с моей книгой «Стать целым: исцеляющий помощник для облегчения эмоциональной боли и обретения любви к себе» ; и Сессия 4: Помогите своему ребенку после эмоционально тревожного опыта, или Сессия 10: Травма и интимные отношения, или Сессия 11: Преодоление сексуального насилия.


Дополнительная информация


*Отказ от ответственности

Как унижение может усугубить конфликт и как из него выйти

Каждый из нас хоть раз испытывал унижение — это не очень приятное чувство.

Когда люди чувствуют себя униженными по разным причинам, это может привести к более высокому уровню агрессии.

В данной статье рассматривается роль унижения в обострении этих конфликтов.

Эксперт по неразрешимым конфликтам Джен Голдман-Ветцлер, генеральный директор Alignment Strategies Group и автор книги «Оптимальные результаты».Здесь она исследует, как унижение может привести к тому, что люди станут более агрессивными, что может усугубить конфликт.  

Унижение против стыда: что их вызывает?

Унижение происходит, когда происходит событие, вызывающее чувство стыда.

В то время как стыд — это скорее личная эмоция, которую человек берет на себя, унижение — это унижение, которому вы подвергаетесь в публичной сфере.

Есть две основные триггерные точки унижения в человеке:

  1. Характеристика социальной идентичности: человек может чувствовать себя униженным из-за своей расы, религии, национальности, пола, экономического положения, образования и т. д.
  2. Характеристика личности: человек может чувствовать себя униженным из-за того, является ли он экстравертом или интровертом, властным или добродушным, самоуверенным или неуверенным в себе и т. д.

Между этими двумя триггерными точками исследование Голдман-Вельтцер показывает, что люди с большей вероятностью будут реагировать агрессивно, когда они чувствуют себя униженными из-за характеристики социальной идентичности, чем когда унижаются из-за личностных характеристик.

 В зависимости от пола люди по-разному реагируют на чувство стыда.

Женщины чаще вызывают в себе чувство стыда и в результате чувствуют грусть или депрессию, в то время как мужчины чаще набрасываются и выражают себя более агрессивно.

Как справиться с унижением и предотвратить агрессию?

Фигуры людей, указывающие пальцем на испуганного человечка на фоне dsrk. Запугивание, жертва … [+] концепция обвинений, обвинений и злоупотреблений.

гетти

1. Признайте, что эмоции реальны и могут глубоко влиять на нас

Когда кто-то приходит к вам с грубыми чувствами унижения, гнева или депрессии, найдите минутку, чтобы сделать паузу.

Постарайтесь понять, откуда исходит это чувство.

Например, если кто-то теряет работу и воспринимает эту потерю как прямой результат своего расового происхождения, признание того факта, что Америка становится более разнообразной в расовом, этническом и религиозном отношении, может повысить их уровень незащищенности и вызвать у них чувство угрозы.

Хотя это не всегда легко, может помочь, если вы представите себя в похожей ситуации.

Эта практика ставить себя на их место, также известная как практика сопереживания, может помочь вам понять, почему они будут чувствовать себя униженными; не только от своего имени, но и от имени своей семьи и всей группы людей, которую представляет их социальная идентичность.

2. Спросите себя: что можно сделать, чтобы изменить эту ситуацию?

В частности, спросите, как вы можете помочь создать беспроигрышную ситуацию для сторон в долгосрочной перспективе.

Это может быть особенно сложно, когда первоначальная эмоциональная реакция униженной стороны мешает им мыслить рационально, и в результате у них может быть много бесполезных реакций.

Придумайте более эффективный вопрос, спросив, что можно сделать, чтобы помочь устранить причину чувства унижения человека и, в то же время, как каждый может двигаться вперед.

Помните, цель здесь состоит в том, чтобы помочь им почувствовать, что они восстановили свое достоинство.

3. Будьте активны

В запале легко почувствовать себя взволнованным, подавленным или застигнутым врасплох в любой ситуации.

Плохая подготовка к чужой реакции стыда может усугубить событие и усугубить ситуацию. Принятие необходимых мер для подготовки до того, как наступит кризис, поможет вам успешно пройти во время кризиса.

Так что ты можешь сделать?

Проанализируйте, что заставляет людей чувствовать себя униженными; Проверяйте поведение людей как онлайн, так и лично.

Например, мы можем отслеживать политическое экстремистское поведение или нападения на любую маргинализованную группу, анализируя, что люди публикуют в Интернете или говорят лично против тех, кто, по их мнению, обидел их.

Как мы можем избежать стыда другого человека, намеренно или непреднамеренно?

Выражайте искреннюю заботу о других

Говоря и показывая другим, что вы цените ваши отношения с ними, вы можете уменьшить любое ощущение злого умысла в случае, если вы непреднамеренно вызываете у кого-то чувство стыда.

Постоянное выполнение этого также поможет сохранить отношения крепкими и неповрежденными.

Искренняя забота может проявляться в том, как вы связываетесь с другими после трудного разговора, чтобы убедиться, что отношения хорошие. Подтвердите ценность, которую вы видите в другом человеке и отношениях.

Возьмите на себя ответственность за свои ошибки

Если вы обнаружили, что непреднамеренно заставили кого-то почувствовать себя униженным и пристыженным, извинитесь.

Язык, который вы используете в извинениях, важен и может означать всю разницу между возмещением ущерба или ухудшением ситуации.

Например, простое изменение с «Я сожалею, ЕСЛИ то, что я сделал, заставило вас чувствовать себя плохо» на «Я сожалею, ЧТО то, что я сделал, заставило вас чувствовать себя плохо», переносит чувство ответственности на человека, который приносит извинения — как должно. Важно взять на себя ответственность или свою ошибку.

Помните, что во всех этих трудных разговорах все делают ошибки. Ключ в том, как вы поднимаетесь над этим и восстанавливаетесь.

——————————————————————————————————-

Щелкните здесь, чтобы прослушать полное интервью с доктором Робби.Goldman-Wetzler, чтобы узнать больше об унижении и корне разделения в американском конфликте.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.