Мораль значения слова: Значение слова МОРАЛЬ. Что такое МОРАЛЬ?

Содержание

Значение слова «мораль» в 13 словарях

 Мораль

 ♦ Morale

Представим себе, что нам объявили: завтра наступает конец света. Информация точная и сомнению не подлежит. Политика при этом известии скончается на месте – она не способна существовать без будущего. Но мораль? Мораль в основных своих чертах останется неизменной. Никакой конец света, даже стоящий на пороге, не дает нам права издеваться над калеками, клеветать, насиловать, пытать, убивать, одним словом, давать волю своему эгоизму и злобе. Мораль не нуждается в будущем. Ей вполне хватает настоящего. Она не нуждается в надежде, довольствуясь волей. «Поступок из чувства долга имеет свою моральную ценность не в той цели, которая может быть посредством него достигнута, – подчеркивает Кант, – а в той максиме, согласно которой решено было его совершить». Его ценность зависит не от ожидаемых последствий, а исключительно от правила, в согласии с которым он совершается. Он свободен от всяких наклонностей и эгоистических расчетов, не принимает во внимание ни один из объектов «способности желания» и абстрагируется от конечных целей, «какие могут быть достигнуты посредством такого поступка» («Основы метафизики нравственности», раздел I). Если ты действуешь ради достижения славы, счастья, своего спасения и при этом не нарушаешь никаких моральных норм, про тебя все равно нельзя сказать, что твои поступки моральны. Тот или иной поступок имеет подлинную нравственную ценность, объясняет Кант, лишь постольку, поскольку он полностью бескорыстен. Это означает, что он должен совершаться не просто в соответствии с долгом (им может двигать корысть; так, купец ведет дела честно, чтобы не растерять покупателей), но именно руководствуясь долгом, иначе говоря, уважением перед нравственным законом или, что то же самое, законом человечности. Приближение конца света ничего не меняет – все мы до самого конца будем руководиться тем, что имеет в наших глазах всеобщую ценность и обязательно для всех, то есть (что опять-таки одно и то же) будем уважать человечность в себе и в других. Вот почему мораль не ведает надежды, а порой и просто приводит в отчаяние. «Мораль не нуждается ни в какой религии», – настаивает Кант, как не нуждается она в каких бы то ни было целях: «мораль самодостаточна» («Религия в пределах только разума», Предисловие). Отсюда – светский характер морали, даже по отношению к людям верующим; отсюда же – абсолютный характер ее диктата, во всяком случае, нами он воспринимается именно как абсолют. Есть Бог или его нет, это ничего не меняет в необходимости защищать слабых. Поэтому нам нет нужды разбираться в том, что собой представляет наше существование, чтобы поступать по-человечески.

Теперь представим себе (этот пример предлагает Кант), что Бог существует и каждому живущему он известен. Что произойдет в этом случае? «У нас перед глазами постоянно стояли бы Бог и вечность во всем их опасном величии». Ослушаться Бога больше никто не посмеет. Ужас перед адом и надежда на рай придадут божественным заповедям беспрецедентную силу. И в мире воцарится испуганное, корыстное послушание в образе абсолютного нравственного порядка: «Нарушений закона, конечно, не было бы, и то, чего требует заповедь, было бы исполнено». Но мораль исчезнет. «Большинство законообразных поступков было бы совершено из страха, лишь немногие в надежде, и ни один – из чувства долга, а моральная ценность поступков, к чему единственно сводится вся ценность личности и даже ценность мира в глазах высшей мудрости, вообще перестала бы существовать» («Критика практического разума», часть I, книга 2, главы 2, 9). Таким образом, для исполнения долга мы не только не нуждаемся в надежде, мы способны действовать повинуясь долгу только в том случае, если ни на что не надеемся.

К чему я веду? К очень простой вещи. Вопреки широко распространенному мнению, мораль не имеет ничего общего с религией, тем более – со страхом перед жандармом или скандалом. И даже если исторически мораль была связана с Церковью, государством и общественным мнением, ее подлинное становление – и в этом одна из лучших заслуг Просвещения – становится возможным лишь по мере ее освобождения от этих институтов. Об этом же говорят, каждый по-своему, Спиноза, Бейль (***) и Кант. Лично я понял это в возрасте 15 лет, слушая песни Брассенса (***). По существу, мораль есть нечто противоположное конформизму, фундаментализму и нравственному порядку, включая и такие вялые его формы, которые сегодня принято называть «политкорректностью». Мораль это не закон общества, власти или Бога, тем более – не закон средств массовой информации или Церкви. Мораль – это закон, принимаемый индивидуумом для себя лично, а значит, закон свободный, как сказал бы Руссо («повиновение закону, предписанному самому себе, есть свобода»), или автономный, как сказал бы Кант (индивидуум подчиняется только «собственному и вместе с тем универсальному закону»). В отличие от Канта и Руссо, я полагаю, что эта свобода или автономия относительны, что нисколько не мешает нам на практике чувствовать их абсолютность (проистекающую не от знания, а от воли) и безусловную необходимость. Я согласен с тем, что всякая мораль исторична. Но историчность морали отнюдь не отменяет самое мораль, а напротив, делает ее существование возможным, как и наше подчинение ей, ведь мы существуем в истории и являемся продуктом истории. Пусть это – относительная автономия, но она стоит больше, чем рабское следование своим наклонностям и страхам. Что же такое мораль? Это совокупность правил, которые я определяю или должен определять для себя сам не в надежде на вознаграждение и не из страха перед наказанием, что было бы эгоизмом, не с оглядкой на других, что было бы лицемерием, но свободно и бескорыстно, по той единственной причине, что мне эти правила представляются всеобщими (годными для всякого разумного существа), ни на что не надеясь и ничего не боясь. «Одиночество в универсуме», – говорил об этом Ален. Это и есть мораль.

Но действительно ли мораль имеет всеобщий характер? Полностью всеобщей она, по-видимому, не бывает никогда. Каждому известно, что мораль меняется в зависимости от эпохи и места. Но мораль способна обрести всеобщий характер, не встречая на этом пути противоречий, и фактически так оно понемногу и происходит. Если оставить в стороне некоторые особенно болезненные архаизмы, больше отягощенные религиозными или историческими условиями, нежели собственно моральными оценками (я прежде всего имею в виду половой вопрос и положение женщины), то придется признать, что содержание, вкладываемое во Франции в понятие «хороший человек», не слишком отличается – а в дальнейшем будет отличаться еще меньше – от того, что под этим выражением понимают в Америке или Индии, Норвегии или Южной Африке, Японии или странах Магриба. Это человек скорее искренний, чем лживый, скорее щедрый, чем эгоист, скорее храбрый, чем трус, скорее честный, чем жуликоватый, скорее мягкий и склонный к состраданию, чем грубый и жестокий. Разумеется, эти понятия сформировались не вчера. Уже Руссо, восставая против релятивизма Монтеня, вернее, против собственного видения его релятивизма, призывал людей к нравственной конвергенции, способной преодолеть культурные различия: «О Монтень! Ты, кичащийся искренностью и правдолюбием, ответь мне откровенно и правдиво, насколько откровенным и правдивым может быть философ, есть ли на земле такая страна, где преступлением считалось бы хранить верность тому, во что веришь, быть милосердным, доброжелательным и щедрым, где добрый человек подвергался бы презрению, а вероломство было в чести?» Монтень не нашел страны, да он ее и не искал. Достаточно перечитать все, что он написал об американских индейцах, с которыми мы обошлись столь чудовищно, – об их отваге и постоянстве, об их «доброте, свободолюбии, честности и чистосердечии» («Опыты», книга III, глава 6). Человечность не принадлежит никому в отдельности, и релятивизм Монтеня есть в то же время и универсализм, в чем нет никакого противоречия (ведь мораль относится ко всему человечеству, и «у каждого человека есть все, что свойственно всему роду людскому», книга III, глава 2). Да и вся история человечества, на каком бы континенте она ни протекала, говорит о том же. Никто не знает, когда именно зародилась мораль – в разных уголках планеты это случилось или две или три тысячи лет назад, когда было сформулировано главное, неважно кем – египетскими или ассирийскими жрецами, иудейскими пророками, индусскими мудрецами или целым соцветием великих мыслителей VI и V в. до н. э.:

Заратустрой (в Иране), Лао-Цзы и Конфуцием (в Китае), Буддой (в Индии), первыми древнегреческими философами, которых мы называем досократиками (в Европе). Как можно не заметить, что, несмотря на многочисленные философские и теологические расхождения, смысл их нравственных заветов сходится в своей фундаментальной основе? И как можно не замечать, что сегодня происходит то же самое? Сравните, о чем говорят аббат Пьер и далай-лама. У этих людей разное происхождение, они принадлежат разным культурам и исповедуют разные религии. Но послушайте их выступления хотя бы несколько минут, и вы убедитесь – вектор их нравственного учения один и тот же. Глобализация несет не только зло, а началась она намного раньше, чем об этом принято думать. Сегодня мы пожинаем плоды медленного исторического процесса, который со взлетами и падениями продолжается вот уже 25 столетий, а мы являемся одновременно его результатом и носителем его дальнейшего распространения. Этот процесс, если рассматривать его с точки зрения нравственности и отвлекаясь от часто принимаемых им жестоких форм, есть процесс конвергенции крупнейших цивилизаций вокруг некоторого числа общих или близких ценностей – тех самых ценностей, благодаря которым мы можем жить вместе, не впадая во взаимное отрицание и во взаимную ненависть. Сегодня мы называем их правами человека, но с точки зрения морали они в первую очередь являются обязанностями человека.

Но откуда берется мораль? От Бога? Это не исключено. Возможно, именно Бог, как полагал Руссо, вложил в нас «бессмертный небесный голос» совести, который заглушает (или хотя бы должен заглушать) все остальные голоса, даже такие, что твердят нам о спасении или славе. Но если Бога нет? Тогда приходится признать, что мораль – чисто человеческое явление, что она есть продукт истории и совокупность норм, выработанных, отобранных и оцененных человечеством на протяжении веков. Почему мы выбрали именно эти нормы? Очевидно, потому, что они оказались благоприятствующими выживанию и развитию вида (я бы назвал это моралью по Дарвину), интересам общества (мораль по Дюркгейму), требованиям разума (мораль по Канту), наконец, всему тому, что диктует нам любовь (мораль по Иисусу Христу или Спинозе).

Представьте себе общество, в котором превозносятся ложь, эгоизм, воровство, убийство, насилие, жестокость, ненависть и тому подобное. У такого общества нет ни малейших шансов выжить, а тем более распространиться по всей планете – его члены только и делали бы, что уничтожали друг друга и рушили все вокруг себя. Поэтому нельзя считать случайным совпадением тот факт, что в мире распространились цивилизации, в которых ценятся совсем другие вещи – искренность, щедрость, уважение к собственности и жизни других людей, наконец, мягкость, сострадание и милосердие. Разве возможно иное человечество? Возможна иная цивилизация? Подобная постановка вопроса позволяет нам сделать важный вывод о сущности морали. Мораль есть то, благодаря чему человечество становится человечным в нормативном смысле термина (в том смысле, в каком человечность противостоит бесчеловечности), отвергая варварство и бесхребетность, по-прежнему угрожающие ей, по-прежнему сопровождающие ее и по-прежнему искушающие ее. Только у людей на этой земле есть обязанности. И это ясно показывает нам, к чему мы должны стремиться. Наш единственный долг как выражение всех наших обязанностей – поступать по-человечески.

Очевидно, что мораль не заменяет ни счастья, ни мудрости, ни любви. Именно поэтому мы и нуждаемся в этике (Этика). Но обойтись без морали мог бы только тот, кто достиг абсолютной мудрости, тем самым полностью лишившись человечности.

***

Пьер Бейль (1647–1706) – французский публицист и философ, ранний представитель Просвещения. С позиций скептицизма отвергал возможность рационального обоснования религиозных догматов, утверждал независимость морали от религии.

Жорж Брассенс (1921–1981) – французский автор и исполнитель песен лирико-философского содержания.

мораль — Викисловарь

Морфологические и синтаксические свойства

мо-ра́ль

Существительное, неодушевлённое, женский род, 3-е склонение (тип склонения 8a по классификации А. А. Зализняка).

Корень: -мораль- [Тихонов, 1996].

Произношение

  • МФА: ед. ч. [mɐˈralʲ]  мн. ч. [mɐˈralʲɪ]

Семантические свойства

Значение
  1. неисч., книжн. нравственное учение; свод правил нравственности, этики ◆ Сегодня в нашем обществе насаждается потребительское мировоззрение, поощряются эгоистические устремления человека, попирается христианская мораль с её жертвенностью и устремленностью к высшим идеалам. «Обращение церковно-общественного форума «Духовно-нравственные основы демографического развития России»», 2004 г. // «Журнал Московской патриархии» (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  2. неисч. нравственность, поведение с точки зрения правил нравственности ◆ Человек невысокой морали.
  3. исч. вывод из чего-нибудь; нравственный урок ◆ Мораль сей басни проста как правда: такое в жизни бывает, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Анна Берсенева, «Возраст третьей любви», 2005 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
  4. исч., разг. нравоучение, наставление ◆ Выглянула из двери, повиснув на костылях, пожилая, встрёпанная, читает мораль. И. Грекова, «Перелом», 1987 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы) ◆ Она была их утешительницей, душеприказчицей, казначеем, лекарем и духовною матерью: ей первой бежал солдатик открыть свое горе, заключавшееся в потере штыка, или в иной подобной беде, значения которой не понять тому, кто не носил ранца за плечами, — и Катерина Астафьевна не читала никаких моралей и наставлений, а прямо помогала, как находила возможным. Н. С. Лесков, «На ножах», 1870 г. (цитата из Национального корпуса русского языка, см. Список литературы)
Синонимы
  1. нравственность
  2. нравоучение, наставление
Антонимы
Гиперонимы
  1. вывод
Гипонимы

Родственные слова

Список всех слов с корнем «морал⁽ʲ⁾-» [править]
  • существительные: мораль; морализатор, морализаторство, морализация, морализирование, морализированье, морализм, моралист, моралистка, моральность; аморализм, аморалка, аморальность, деморализация; моралфаг, моралфажество
  • прилагательные: моральный; морализаторский, моралистический; аморальный, антиморальный, деморализованный, неморальный
  • глаголы: морализировать, морализовать; деморализовать, деморализоваться, деморализовывать, деморализовываться
  • наречия: морально; моралистически, моралистично; аморально, антиморально, неморально

Этимология

Происходит от лат. moralis «моральный, нравственный», из mos (род. п. moris) «нрав, обыкновение, обычай», далее из неустановленной формы. Термин moralis введен Цицероном как калька с др.-греч. ἠθικός «нравственный, этический».

Фразеологизмы и устойчивые сочетания

Перевод

нравственный вывод, урок
нравоучение, наставление

Библиография

Для улучшения этой статьи желательно:

  • Добавить все семантические связи (отсутствие можно указать прочерком, а неизвестность — символом вопроса)
  • Добавить хотя бы один перевод для каждого значения в секцию «Перевод»

Мораль что это? Значение слова Мораль

Значение слова Мораль по Ефремовой:

Мораль — 1. Совокупность принципов и норм поведения людей по отношению к обществу и другим людям. нравственность.
2. Поучительный, логический вывод из чего-л.
3. разг. Нравоучение, наставление.

Значение слова Мораль по Ожегову:

Мораль — Нравственные нормы поведения, отношений с людьми


Мораль Сама нравстенность


Мораль Логический, поучительный вывод из чего-нибудь


Мораль Нравоучение, наставление

Мораль в Энциклопедическом словаре:

Мораль — (от лат. moralis — нравственный) -1) нравственность, особая формаобщественного сознания и вид общественных отношений (моральные отношения).один из основных способов регуляции действий человека в обществе с помощьюнорм. В отличие от простого обычая или традиции нравственные нормыполучают идейное обоснование в виде идеалов добра и зла, должного,справедливости и т. п. В отличие от права исполнение требований моралисанкционируется лишь формами духовного воздействия (общественной оценки,одобрения или осуждения). Наряду с общечеловеческими элементами моральвключает исторически преходящие нормы, принципы, идеалы. Мораль изучаетсяспециальной философской дисциплиной — этикой.2) Отдельное практическоенравственное наставление, нравоучение (мораль басни и т. п.).

Значение слова Мораль по словарю синонимов:

Мораль — нравственность
этика

Значение слова Мораль по словарю Ушакова:

МОРАЛЬ
морали, мн. нет, ж. (от латин. moralis — нравственный). 1. Нравственное учение, свод правил нравственности, этики (книжн.). Надо, чтобы всё дело воспитания, образования и учения современной молодежи было воспитанием в ней коммунистической морали. Ленин. Буржуазная мораль. Принципы морали. ? Нравственность, поведение с точки зрения правил нравственности. Человек невысокой морали. 2. нравственный вывод из чего-н., нравственный урок. Мораль сей басни такова. Крылов. Отсюда мораль: никакой пощады врагу! Прописная мораль (см. прописной).

Значение слова Мораль по словарю Даля:

Мораль
ж. франц. нравоученье, нравственое ученье, правила для воли, совести человека. Моральные истины, нравственные.

Значение слова Мораль по словарю Брокгауза и Ефрона:

Мораль — см. Этика.

Определение слова «Мораль» по БСЭ:

Мораль (лат. moralis — нравственный, от mos, множественное число mores — обычаи, нравы, поведение)
нравственность, один из основных способов нормативной регуляции действий человека в обществе. особая форма общественного сознания и вид общественных отношений (моральные отношения). предмет специального изучения этики. Содержание и характер деятельности людей в обществе обусловлены в конечном счёте объективными социально-историческими условиями их бытия и законами общественного развития (см. Исторический материализм). Но способы непосредственной детерминации действий человека, в которых эти условия и законы преломляются, могут быть самыми различными. Одним из таких способов является нормативная регуляция, в которой потребности совместной жизни людей в обществе и необходимость согласования их массовидных действий фиксируются в общих правилах (нормах) поведения, предписаниях и оценках.
М. принадлежит к числу основных типов нормативной регуляции, таких, как право, обычаи, традиции и др., пересекается с ними и в то же время существенно отличается от них. М. выделяется из первоначально нерасчленённой нормативной регуляции в особую сферу отношений уже в родовом обществе, проходит длительную историю формирования и развития в доклассовом и классовом обществе, где её требования, принципы, идеалы и оценки приобретают в значительной мере классовый характер и смысл, хотя наряду с этим сохраняются и общечеловеческие моральные нормы, связанные с общими для всех эпох условиями человеческого общежития. М. достигает высшего развития в социалистическом и коммунистическом обществе, где она становится единой в рамках этого общества и впоследствии всецело общечеловеческой нравственностью.
М. регулирует поведение и сознание человека в той или иной степени во всех без исключения сферах общественной жизни — в труде, в быту, в политике и науке, в семейных, личных, внутригрупповых, межклассовых и международных отношениях. В отличие от особых требований, предъявляемых человеку в каждой из этих областей, принципы М. имеют социально-всеобщее значение и распространяются на всех людей, фиксируя в себе то общее и основное, что составляет культуру межчеловеческих взаимоотношений и откладывается в многовековом опыте развития общества. Они поддерживают и санкционируют определённые общественные устои, строй жизни и формы общения (или, напротив, требуют их изменения) в самой общей форме, в отличие от более детализированных, традиционно-обычных, ритуально-этикетных, организационно-административных и технических норм. В силу обобщенности моральных принципов нравственность отражает более глубинные слои социально-исторических условий бытия человека, выражает его сущностные потребности.
Если в праве и организационных регуляциях предписания формулируются, утверждаются и проводятся в жизнь специальными учреждениями, то требования нравственности (как и обычая) формируются в самой практике массового поведения, в процессе взаимного общения людей и являются отображением жизненно-практического и исторического опыта непосредственно в коллективных и индивидуальных представлениях, чувствах и воле. Моральные нормы осуществляются практически и воспроизводятся повседневно силой массовых привычек, велений и оценок общественного мнения, воспитываемых в индивиде убеждений и побуждений. Выполнение требований М. может контролироваться всеми людьми без исключения и каждым в отдельности. Авторитет того или иного лица в М. не связан с какими-либо официальными полномочиями, реальной властью и общественным положением, но является авторитетом духовным, т. е. обусловленным его моральными же качествами (сила примера) и способностью адекватно выразить смысл нравственного требования в том или ином случае. Вообще в М. нет характерного для институциональных норм разделения субъекта и объекта регулирования.
В отличие же от простых обычаев, нормы М. не только поддерживаются силой устоявшегося и общепринятого порядка, властью привычки и совокупного давления окружающих и их мнения на индивида, но получают идейное выражение и обоснование в общих фиксированных представлениях (заповедях, принципах) о том, как должно поступать. Последние, отражаясь в общественном мнении, вместе с тем являют собой нечто более устойчивое, исторически стабильное и систематическое. М. отражает целостную систему воззрений на социальную жизнь, содержащих в себе то или иное понимание сущности
(«назначения», «смысла», «цели») общества, истории, человека и его бытия. Поэтому господствующие в данный момент нравы и обычаи могут быть оценены М. с точки зрения её общих принципов, идеалов, критериев добра и зла, и моральное воззрение может находиться в критическом отношении к фактически принятому образу жизни (что и находит выражение в воззрениях прогрессивного класса или, напротив, консервативных социальных групп). Вообще же, в М., в отличие от обычая, должное и фактически принятое совпадают далеко не всегда и не полностью. В классово антагонистическом обществе нормы общечеловеческой нравственности никогда не исполнялись целиком, безоговорочно, во всех случаях без исключения. Требования их полного и последовательного исполнения (например, неприкосновенности жизни человека, честности, уважения чужих прав, гуманности) поддерживались обычно теми, кто испытывал на себе бремя угнетения, социальной несправедливости или же сочувствовал положению эксплуатируемых и неравноправных слоев общества. Вырабатывающееся на этой основе нравственно-критическое отношение к господствующему строю является одним из важных моментов оппозиционного, а затем и революционного сознания трудящихся классов.
Роль сознания в сфере моральной регуляции выражается также в том, что нравственная санкция (одобрение или осуждение поступков) имеет идеально-духовный характер. она выступает в форме не действенно-материальных мер общественного воздаяния (наград или наказаний), а оценки, которую человек должен сам осознать, принять внутренне и соответствующим образом направлять свои действия в дальнейшем. При этом имеет значение не просто факт чьей-либо эмоционально-волевой реакции (возмущения или похвалы), но соответствие оценки общим принципам, нормам и понятиям добра и зла. По этой же причине в М. громадную роль играет индивидуальное сознание (личные убеждения, мотивы и самооценки), которое позволяет человеку самому контролировать, внутренне мотивировать свои действия, самостоятельно давать им обоснование, вырабатывать свою линию поведения в рамках коллектива или группы. В этом смысле К. Маркс говорил о том, что
«…мораль зиждется на автономии человеческого духа…» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 1, с. 13). В М. оцениваются не только практические действия людей, но и их мотивы, побуждения и намерения. В связи с этим в моральной регуляции особую роль обретает личное воспитание, т. е. формирование в каждом индивиде способности относительно самостоятельно определять и направлять свою линию поведения в обществе и без повседневного внешнего контроля (отсюда же такие понятия М., как совесть, чувство личного достоинства и чести).
Моральные требования к человеку имеют в виду не достижение каких-то частных и ближайших результатов в определённой ситуации, а следование общим нормам и принципам поведения. В отдельно взятом случае практический результат действия может быть различным, зависящим и от случайных обстоятельств. в общесоциальном же масштабе, в суммарном итоге выполнение моральной нормы отвечает той или иной общественной потребности, отображенной в обобщённом виде данной нормой. Поэтому форма выражения нравственной нормы — не правило внешней целесообразности (чтобы достичь такого-то результата, нужно поступать так-то), а императивное требование, долженствование, которому человек должен следовать при осуществлении самых разных своих целей. В моральных нормах отражаются потребности человека и общества не в границах определённых частных обстоятельств и ситуаций, а на основе громадного исторического опыта многих поколений. поэтому с точки зрения этих норм могут оцениваться как особенные цели, преследуемые людьми, так и средства их достижения.
Нравственность имеет несколько основных исторических форм соответственно основным общественным формациям. Доклассовая М. характеризуется относительной простотой, неполной отвлечённостью от архаических обычаев, неразвитостью общих принципов и связана с не вполне ещё самостоятельным положением индивида в общинно-родовом обществе.
«Племя оставалось для человека границей как по отношению к иноплеменнику, так и по отношению к самому себе… Люди этой эпохи… не оторвались еще… от пуповины первобытной общности» (Энгельс Ф., там же, т. 21, с. 99). Равенство индивидов предполагается само собой, но именно поэтому оно ещё не выступает в качестве особого требования уважения равных прав каждой личности. Требование справедливости относилось ко всем членам коллектива и предусматривало различные права и обязанности индивида перед родовым целым. В этот период формировались простейшие моральные требования к человеку как члену рода, производителю и воину (уважение к обычаям рода, выносливость, смелость, почитание старших, чувство равенства в дележе добычи), тогда как многие формы личных взаимоотношений в брачно-семейных и других сферах регулировались в основном ещё иными способами (обычаями, ритуалами и церемониалами, религиозно-мифическими представлениями).
В доклассовом и раннеклассовом обществе впервые осознаётся неполное соответствие и даже противоположность требований М. общепринятой практике обычного поведения. Наступившая эпоха социального неравенства, частнособственнических интересов и конкуренции индивидов, классового угнетения и неравноправного положения трудящихся способствует формированию в широких массах сознания несправедливости существующих порядков, деградации нравов по сравнению с прошлым,
«…которые прямо представляются нам упадком, грехопадением по сравнению с высоким нравственным уровнем, старого родового общества» (там же). Эти мотивы нравственного осуждения пороков существующего общества и устремления к полному осуществлению основных требований М. красной нитью проходят через всю историю классовой борьбы и являются одной из сторон формирования революционной М. угнетённых классов, принимая всякий раз особую форму.
Каждая из господствовавших систем нравственности также обладает своими особенностями. В М. античного общества производительный труд не выступал как дело, достойное свободного человека. Раб обычно исключался из сферы действия М. и считался, с одной стороны, существом, к которому нельзя предъявлять никаких требований добродетели, а с другой — объектом отношения, не подпадавшим под критерии нравственности. В феодальном обществе, напротив, труд выступает уже как обязанность человека (крепостного, свободного крестьянина или ремесленника), получая одновременно и религиозную санкцию. В рыцарско-феодальном сословии добродетелями считались в основном лишь воинские доблести, чувство дворянской чести. В европейско-феодальном обществе христианская мораль, наиболее общий синтез и санкция данного строя, по характеристике Энгельса (см. там же, т. 7, с. 361), делала особый упор на смирении, укрощении плоти и
«гордыни» в противовес культу разума, воли или чувственности человека в античности. Раннехристианская заповедь «любви к ближнему» в средневековье раннего и среднего периодов почти не затрагивала обычных межчеловеческих отношений (массовое сознание рыцарского и крестьянских сословий в основном остаётся ещё языческим). в позднее же средневековье эта заповедь приобрела отвлечённо-религиозный смысл служения людям (милости, сострадания) как
«сынам бога», что не касалось существа господствующих отношений между классами. Укреплению существующих порядков служит характерное для феодализма разграничение обязанностей и добродетелей привилегированных и угнетаемых слоёв населения.
Нарождающаяся буржуазная М. выступила с признанием равенства всех людей (см. Ф. Энгельс, там же, т. 20, с. 106-07), но лишь в качестве «равенства возможностей» для индивидов как потенциальных свободных предпринимателей. По существу это означало равенство лишь частных собственников. В борьбе с феодально-христианской М. буржуазная М. первоначально выступила под знаком
«разумного эгоизма» и «взаимного использования», т. е. основывалась на той иллюзии, что любой человек, добиваясь только собственных «разумных» целей, тем самым способствует благу других и общества в целом. В классическом буржуазном представлении М. в целом сводилась к способу достижения индивидом жизненного успеха и счастья. Особенно это характерно для М. эпохи первоначального накопления, где принципом добродетели считался аскетизм усердия и скопидомства и откладывание на будущее наслаждений и наград. Впоследствии этот принцип воздержания проповедовался рабочему классу как путь обретения жизненного благополучия. Однако для рабочего, по словам Ф. Энгельса,
«…честность, трудолюбие, бережливость и все прочие добродетели, рекомендуемые ему мудрой буржуазией…», вовсе не являются гарантией того, что они «…действительно приведут его к счастью» (там же, т. 2, с. 265). В рамках буржуазной М. находят, конечно, выражение и некоторые общечеловеческие нравственные нормы, но они толкуются, как правило, ограниченно, применительно к условиям господства капиталистических отношений, и практикуются лишь до тех пор, пока не вступают в противоречие с классовыми интересами буржуазии. Действительное состояние нравов буржуазии и особенно тех её групп, которые связаны с большим бизнесом и государственной политикой, всегда было весьма далеко от требований общечеловеческой нравственности и противоречило даже тем принципам, которые исповедовались буржуазным моральным сознанием. Это противоречие особенно характерно для эпохи монополистического капитализма и политики империализма, когда в государственных масштабах совершаются преступления против других народов, процветают коррупция и взаимное попустительство в рамках экономических, политических корпораций. Для буржуазного сознания типичны непримиримые конфликты между требованиями морали и политики, правилами практического благоразумия, жизненного успеха и соображениями честности, гуманности и справедливости.
В противовес буржуазии, рабочий класс уже в капиталистическом обществе вырабатывает свою М., поскольку осознаёт свою особую историческую миссию и противоположность господствующему строю. Так возникла революционно-пролетарская М., основными требованиями которой являются уничтожение эксплуатации и социального неравенства, всеобщая обязательность труда, солидарность трудящихся в борьбе с капиталом. Эта М.
«…подчинена вполне интересам классовой борьбы пролетариата…», по словам В. И. Ленина (Полное собрание соч., 5 изд., т. 41, с. 309). в борьбе за свои права «…рабочий класс поднимается вместе с тем и морально…» (там же, т. 21, с. 319), проявляет, по выражению Ф. Энгельса,
«…свои самые привлекательные, самые благородные, самые человечные черты» (Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 2, с. 438). Эта М. становится затем краеугольным камнем социалистической и коммунистической нравственности, которые концентрируют в себе в наиболее полном выражении и все нормы общечеловеческой М. По мере утверждения социалистических отношений новая М. становится регулятором повседневных взаимоотношений между людьми, постепенно проникая во все сферы общественной жизни и формируя сознание, быт и нравы миллионов людей. Для коммунистической нравственности характерны последовательное осуществление принципа равенства и сотрудничества между людьми и народами, коллективизм, уважение к человеку во всех сферах его общественных и личных проявлений на основе того принципа, что
«…свободное развитие каждого является условием свободного развития всех» (Маркс К. и Энгельс Ф., там же, т. 4, с. 447). Поскольку коммунистическая М. чуждо рассмотрение общества и индивидуальной жизни как внешних средств одного по отношению к другому, а то и другое выступают в нерасторжимом единстве, постольку для неё неприемлемы характерные для буржуазной М. жертвы одним нравственным принципом ради другого (например, жертва честностью ради выгоды, достижение целей одних ценой ущемления интересов других, компромиссы политики и совести). Она является высшей формой Гуманизма.
В социалистическом обществе проблема нравственного воспитания масс и личности, борьбы с Аморализмом, строительства общественных отношений во всех сферах на основе нравственных начал стала одной из важнейших. Содержащийся в Программе КПСС Моральный кодекс строителя коммунизма формулирует важнейшие общие принципы коммунистической нравственности. Отвечая коренным интересам человека, коммунистическая нравственность в своём действительном осуществлении опирается на собственную сознательность людей, враждебна всякому формализму и догматизму, предполагает глубокую убеждённость каждого в справедливости и гуманности исповедуемых им принципов.
Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Манифест Коммунистической партии, Соч., 2 изд., т. 4. Энгельс Ф., Происхождение семьи, частной собственности и государства, там же, т. 21. его же, Анти-Дюринг, там же, т. 20. Ленин В. И., О коммунистической нравственности. [Сб.], 3 изд., М., 1965. Аристотель, Этика, СПБ, 1908. Гегель Г. В. Ф., Философия права, Соч., т. 7, М. — Л., 1934. Спиноза Б., Этика, Избр. произв., т. 1, М., 1957. Локк Дж., Мысли о воспитании. О воспитании разума, в его кн.: Педагогические сочинения, М., 1939. Гольбах П. А., Основы всеобщей морали, или Катехизис природы, Избр. произв., т. 2, М., 1963. Кант И., Основы метафизики нравственности. Критика практического разума, Соч., т. 4, ч. 1, М., 1965. Соловьев В. С., Оправдание добра, М., 1899. Кон И. С., Мораль коммунистическая и мораль буржуазная, М., 1960. Шишкин А. Ф., Основы марксистской этики, М., 1961. Бек Г., О марксистской этике и социалистической морали, пер. с нем., М., 1962. Иванов В. Г., Рыбакова Н. В., Очерки марксистско-ленинской этики, Л., 1963. Шварцман К. А., Этика… без морали, М., 1964. Дробницкий О. Г., Природа морального сознания,
«Вопросы философии», 1968, № 2. его же, Структура морального сознания, там же, 1972, № 2, 6. Дробницкий О. Г., Кузьмина Т. А., Критика современных буржуазных этических концепций, М., 1967. Селзам Г., Марксизм и мораль, пер. с англ., М., 1962. Архангельский Л. М., Лекции по марксистской этике, ч, 1, Свердловск, 1969. Титаренко А. И., Нравственный прогресс, [М.], 1969. его же, Мораль и политика, М., 1969. Хайкин Я. З., Структура и взаимодействие моральной и правовой систем, М., 1972. Бандзеладзе Г., Этика, 2 изд., Тб., 1970. Моральная регуляция и личность. Сб. ст., М., 1972. The definition of morality, ed. G. Wallace and A. D. М. Walker, L., [1970]. см. также лит. при ст. Этика.
О. Г. Дробницкий.


Мораль – значение слова в словарях и энциклопедиях

— (нравственность) — правила, нормы общежития, поведения людей, определяющие их обязанности и отношения друг к другу и к обществу, одна из форм общественного сознания. В классовом обществе мораль имеет классовый характер и призвана, прежде всего, узаконить разделение людей по имущественному признаку и право имущих на эксплуатацию неимущих. Паразитические цели и разрушительный характер деятельности эксплуататоров формируют соответствующую мораль, которая носит торгашеский характер, способствует развитию паразитизма и неограниченного потребительства, и такие личностные качества, как скрытность, хитрость, алчность, агрессивность, эгоизм. Их устремленность — к роскоши, пресыщенности и извращениями. Их лозунги: «человек человеку — волк!», «Живи настоящим!». Они создают состояние при котором идет «война всех против всех!». Созидательный характер деятельности трудящихся формирует соответствующую мораль и такие личностные качества, как честность, общительность, сердечность, самоотверженность и т.п. Класс трудящихся совершенствует полноценные разумные потребности, отличается скромностью, воздержанностью, развивает социально-положительные личностные качества, духовность, культуру. Во взаимоотношения людей вносятся доброжелательность, дружба, бескорыстная взаимопомощь. Лозунгом класса трудящихся является: «Человек человеку друг, товарищ и брат!» Его высшей целью является творческий и радостный Труд, приносящий полноценное счастье. Их девиз: «Слава Труду!». Коммунистическая мораль — естественное развитие морали трудящихся. Она подчинена интересам классовой борьбы трудящихся, уничтожения всякой эксплуатации и развития коммунистических отношений, утверждающих приоритет общественных интересов перед личными. На этапе социализма происходит борьба между коммунистической и мелкобуржуазной моралью. Приоритетное развитие общественного потребления и сокращение товарно-денежных отношений в сфере потребления предопределяет победу коммунистической морали.

Значение слова «мораль»

Мораль

 Мораль

 ♦ Morale

   Представим себе, что нам объявили: завтра наступает конец света. Информация точная и сомнению не подлежит. Политика при этом известии скончается на месте – она не способна существовать без будущего. Но мораль? Мораль в основных своих чертах останется неизменной. Никакой конец света, даже стоящий на пороге, не дает нам права издеваться над калеками, клеветать, насиловать, пытать, убивать, одним словом, давать волю своему эгоизму и злобе. Мораль не нуждается в будущем. Ей вполне хватает настоящего. Она не нуждается в надежде, довольствуясь волей. «Поступок из чувства долга имеет свою моральную ценность не в той цели, которая может быть посредством него достигнута, – подчеркивает Кант, – а в той максиме, согласно которой решено было его совершить». Его ценность зависит не от ожидаемых последствий, а исключительно от правила, в согласии с которым он совершается. Он свободен от всяких наклонностей и эгоистических расчетов, не принимает во внимание ни один из объектов «способности желания» и абстрагируется от конечных целей, «какие могут быть достигнуты посредством такого поступка» («Основы метафизики нравственности», раздел I). Если ты действуешь ради достижения славы, счастья, своего спасения и при этом не нарушаешь никаких моральных норм, про тебя все равно нельзя сказать, что твои поступки моральны. Тот или иной поступок имеет подлинную нравственную ценность, объясняет Кант, лишь постольку, поскольку он полностью бескорыстен. Это означает, что он должен совершаться не просто в соответствии с долгом (им может двигать корысть; так, купец ведет дела честно, чтобы не растерять покупателей), но именно руководствуясь долгом, иначе говоря, уважением перед нравственным законом или, что то же самое, законом человечности. Приближение конца света ничего не меняет – все мы до самого конца будем руководиться тем, что имеет в наших глазах всеобщую ценность и обязательно для всех, то есть (что опять-таки одно и то же) будем уважать человечность в себе и в других. Вот почему мораль не ведает надежды, а порой и просто приводит в отчаяние. «Мораль не нуждается ни в какой религии», – настаивает Кант, как не нуждается она в каких бы то ни было целях: «мораль самодостаточна» («Религия в пределах только разума», Предисловие). Отсюда – светский характер морали, даже по отношению к людям верующим; отсюда же – абсолютный характер ее диктата, во всяком случае, нами он воспринимается именно как абсолют. Есть Бог или его нет, это ничего не меняет в необходимости защищать слабых. Поэтому нам нет нужды разбираться в том, что собой представляет наше существование, чтобы поступать по-человечески.

   Теперь представим себе (этот пример предлагает Кант), что Бог существует и каждому живущему он известен. Что произойдет в этом случае? «У нас перед глазами постоянно стояли бы Бог и вечность во всем их опасном величии». Ослушаться Бога больше никто не посмеет. Ужас перед адом и надежда на рай придадут божественным заповедям беспрецедентную силу. И в мире воцарится испуганное, корыстное послушание в образе абсолютного нравственного порядка: «Нарушений закона, конечно, не было бы, и то, чего требует заповедь, было бы исполнено». Но мораль исчезнет. «Большинство законообразных поступков было бы совершено из страха, лишь немногие в надежде, и ни один – из чувства долга, а моральная ценность поступков, к чему единственно сводится вся ценность личности и даже ценность мира в глазах высшей мудрости, вообще перестала бы существовать» («Критика практического разума», часть I, книга 2, главы 2, 9). Таким образом, для исполнения долга мы не только не нуждаемся в надежде, мы способны действовать повинуясь долгу только в том случае, если ни на что не надеемся.

   К чему я веду? К очень простой вещи. Вопреки широко распространенному мнению, мораль не имеет ничего общего с религией, тем более – со страхом перед жандармом или скандалом. И даже если исторически мораль была связана с Церковью, государством и общественным мнением, ее подлинное становление – и в этом одна из лучших заслуг Просвещения – становится возможным лишь по мере ее освобождения от этих институтов. Об этом же говорят, каждый по-своему, Спиноза, Бейль (***) и Кант. Лично я понял это в возрасте 15 лет, слушая песни Брассенса (***). По существу, мораль есть нечто противоположное конформизму, фундаментализму и нравственному порядку, включая и такие вялые его формы, которые сегодня принято называть «политкорректностью». Мораль это не закон общества, власти или Бога, тем более – не закон средств массовой информации или Церкви. Мораль – это закон, принимаемый индивидуумом для себя лично, а значит, закон свободный, как сказал бы Руссо («повиновение закону, предписанному самому себе, есть свобода»), или автономный, как сказал бы Кант (индивидуум подчиняется только «собственному и вместе с тем универсальному закону»). В отличие от Канта и Руссо, я полагаю, что эта свобода или автономия относительны, что нисколько не мешает нам на практике чувствовать их абсолютность (проистекающую не от знания, а от воли) и безусловную необходимость. Я согласен с тем, что всякая мораль исторична. Но историчность морали отнюдь не отменяет самое мораль, а напротив, делает ее существование возможным, как и наше подчинение ей, ведь мы существуем в истории и являемся продуктом истории. Пусть это – относительная автономия, но она стоит больше, чем рабское следование своим наклонностям и страхам. Что же такое мораль? Это совокупность правил, которые я определяю или должен определять для себя сам не в надежде на вознаграждение и не из страха перед наказанием, что было бы эгоизмом, не с оглядкой на других, что было бы лицемерием, но свободно и бескорыстно, по той единственной причине, что мне эти правила представляются всеобщими (годными для всякого разумного существа), ни на что не надеясь и ничего не боясь. «Одиночество в универсуме», – говорил об этом Ален. Это и есть мораль.

   Но действительно ли мораль имеет всеобщий характер? Полностью всеобщей она, по-видимому, не бывает никогда. Каждому известно, что мораль меняется в зависимости от эпохи и места. Но мораль способна обрести всеобщий характер, не встречая на этом пути противоречий, и фактически так оно понемногу и происходит. Если оставить в стороне некоторые особенно болезненные архаизмы, больше отягощенные религиозными или историческими условиями, нежели собственно моральными оценками (я прежде всего имею в виду половой вопрос и положение женщины), то придется признать, что содержание, вкладываемое во Франции в понятие «хороший человек», не слишком отличается – а в дальнейшем будет отличаться еще меньше – от того, что под этим выражением понимают в Америке или Индии, Норвегии или Южной Африке, Японии или странах Магриба. Это человек скорее искренний, чем лживый, скорее щедрый, чем эгоист, скорее храбрый, чем трус, скорее честный, чем жуликоватый, скорее мягкий и склонный к состраданию, чем грубый и жестокий. Разумеется, эти понятия сформировались не вчера. Уже Руссо, восставая против релятивизма Монтеня, вернее, против собственного видения его релятивизма, призывал людей к нравственной конвергенции, способной преодолеть культурные различия: «О Монтень! Ты, кичащийся искренностью и правдолюбием, ответь мне откровенно и правдиво, насколько откровенным и правдивым может быть философ, есть ли на земле такая страна, где преступлением считалось бы хранить верность тому, во что веришь, быть милосердным, доброжелательным и щедрым, где добрый человек подвергался бы презрению, а вероломство было в чести?» Монтень не нашел страны, да он ее и не искал. Достаточно перечитать все, что он написал об американских индейцах, с которыми мы обошлись столь чудовищно, – об их отваге и постоянстве, об их «доброте, свободолюбии, честности и чистосердечии» («Опыты», книга III, глава 6). Человечность не принадлежит никому в отдельности, и релятивизм Монтеня есть в то же время и универсализм, в чем нет никакого противоречия (ведь мораль относится ко всему человечеству, и «у каждого человека есть все, что свойственно всему роду людскому», книга III, глава 2). Да и вся история человечества, на каком бы континенте она ни протекала, говорит о том же. Никто не знает, когда именно зародилась мораль – в разных уголках планеты это случилось или две или три тысячи лет назад, когда было сформулировано главное, неважно кем – египетскими или ассирийскими жрецами, иудейскими пророками, индусскими мудрецами или целым соцветием великих мыслителей VI и V в. до н. э.:

   Заратустрой (в Иране), Лао-Цзы и Конфуцием (в Китае), Буддой (в Индии), первыми древнегреческими философами, которых мы называем досократиками (в Европе). Как можно не заметить, что, несмотря на многочисленные философские и теологические расхождения, смысл их нравственных заветов сходится в своей фундаментальной основе? И как можно не замечать, что сегодня происходит то же самое? Сравните, о чем говорят аббат Пьер и далай-лама. У этих людей разное происхождение, они принадлежат разным культурам и исповедуют разные религии. Но послушайте их выступления хотя бы несколько минут, и вы убедитесь – вектор их нравственного учения один и тот же. Глобализация несет не только зло, а началась она намного раньше, чем об этом принято думать. Сегодня мы пожинаем плоды медленного исторического процесса, который со взлетами и падениями продолжается вот уже 25 столетий, а мы являемся одновременно его результатом и носителем его дальнейшего распространения. Этот процесс, если рассматривать его с точки зрения нравственности и отвлекаясь от часто принимаемых им жестоких форм, есть процесс конвергенции крупнейших цивилизаций вокруг некоторого числа общих или близких ценностей – тех самых ценностей, благодаря которым мы можем жить вместе, не впадая во взаимное отрицание и во взаимную ненависть. Сегодня мы называем их правами человека, но с точки зрения морали они в первую очередь являются обязанностями человека.

   Но откуда берется мораль? От Бога? Это не исключено. Возможно, именно Бог, как полагал Руссо, вложил в нас «бессмертный небесный голос» совести, который заглушает (или хотя бы должен заглушать) все остальные голоса, даже такие, что твердят нам о спасении или славе. Но если Бога нет? Тогда приходится признать, что мораль – чисто человеческое явление, что она есть продукт истории и совокупность норм, выработанных, отобранных и оцененных человечеством на протяжении веков. Почему мы выбрали именно эти нормы? Очевидно, потому, что они оказались благоприятствующими выживанию и развитию вида (я бы назвал это моралью по Дарвину), интересам общества (мораль по Дюркгейму), требованиям разума (мораль по Канту), наконец, всему тому, что диктует нам любовь (мораль по Иисусу Христу или Спинозе).

   Представьте себе общество, в котором превозносятся ложь, эгоизм, воровство, убийство, насилие, жестокость, ненависть и тому подобное. У такого общества нет ни малейших шансов выжить, а тем более распространиться по всей планете – его члены только и делали бы, что уничтожали друг друга и рушили все вокруг себя. Поэтому нельзя считать случайным совпадением тот факт, что в мире распространились цивилизации, в которых ценятся совсем другие вещи – искренность, щедрость, уважение к собственности и жизни других людей, наконец, мягкость, сострадание и милосердие. Разве возможно иное человечество? Возможна иная цивилизация? Подобная постановка вопроса позволяет нам сделать важный вывод о сущности морали. Мораль есть то, благодаря чему человечество становится человечным в нормативном смысле термина (в том смысле, в каком человечность противостоит бесчеловечности), отвергая варварство и бесхребетность, по-прежнему угрожающие ей, по-прежнему сопровождающие ее и по-прежнему искушающие ее. Только у людей на этой земле есть обязанности. И это ясно показывает нам, к чему мы должны стремиться. Наш единственный долг как выражение всех наших обязанностей – поступать по-человечески.

   Очевидно, что мораль не заменяет ни счастья, ни мудрости, ни любви. Именно поэтому мы и нуждаемся в этике (Этика). Но обойтись без морали мог бы только тот, кто достиг абсолютной мудрости, тем самым полностью лишившись человечности.

   ***

   Пьер Бейль (1647–1706) – французский публицист и философ, ранний представитель Просвещения. С позиций скептицизма отвергал возможность рационального обоснования религиозных догматов, утверждал независимость морали от религии.

   Жорж Брассенс (1921–1981) – французский автор и исполнитель песен лирико-философского содержания.

Мораль что такое moral значение слова, Философский словарь

Skip navigation

Toggle navigation

  • Философский словарь

    • Автомобильный словарь
    • Архитектурный словарь
    • Астрономический словарь
    • Библейская энциклопедия
    • Бизнес словарь
    • Биографический словарь
    • Большой бухгалтерский словарь
    • Джинсовый словарь
    • Исторический словарь
    • Кулинарный словарь
    • Медицинский словарь
    • Морской словарь
    • Полиграфический словарь
    • Политический словарь
    • Психологический словарь
    • Религиозный словарь
    • Сексологический словарь
    • Словарь воровского жаргона
    • Словарь географических названий
    • Словарь Даля
    • Словарь Ефремовой
    • Словарь имён
    • Словарь иностранных слов
    • Словарь компьютерного жаргона
    • Словарь курортов
    • Словарь лекарственных растений
    • Словарь логики
    • Словарь мер

Значение словосочетания ПОНЯТИЕ МОРАЛИ. Что такое ПОНЯТИЕ МОРАЛИ?

ПОНЯ́ТИЕ, -я, ср. 1. Филос. Форма мышления, отражающая общие и существенные свойства, связи и отношения предметов и явлений. Понятие (познание) в бытии (в непосредственных явлениях) открывает сущность — — таков действительно общий ход всего человеческого познания (всей науки) вообще. Ленин, План диалектики (логики) Гегеля.

Все значения слова «понятие»

МОРА́ЛЬ, -и, ж. 1. Совокупность принципов и норм поведения людей по отношению друг к другу и к обществу; нравственность. Коммунистическая мораль. Буржуазная мораль.

Все значения слова «мораль»

  • Внутри и только внутри корпоративности есть свой кодекс чести, который нередко разделяют понятия морали и нравственности, оставляя первую для земли, вторую для неба.

  • Кроме того, в связи с многозначностью понятия морали оно само нуждается в пояснении применительно к рассматриваемому случаю.

  • Жена родила двух дочерей («Замечательные девочки, Платоша, умницы, но… какие же из них моряки?..»), а затем к мужу по причинам, понятным лишь женскому разуму, охладела, и теперь они живут по отдельности, хотя до законного развода дело не доходит и едва ли дойдёт, поскольку всё это не одобряется морским начальством и дворянскими понятиями морали.

  • (все предложения)

Определение морали Merriam-Webster

Чтобы сохранить это слово, вам необходимо войти в систему.

mor · al | \ ˈMȯr-əl, ˈmär- \ 1a : о принципах правильного и неправильного в поведении или связанных с ними : этических моральных суждений b : выражающих или обучающих концепции правильного поведения

моральное стихотворение

c : , соответствующее стандарту правильного поведения

занял моральную позицию по этому вопросу, хотя это стоило ему номинации

d : , санкционированной или действующей на основе совести или этического суждения

моральное обязательство

e : способное к правильным и неправильным действиям

моральный агент

3 : перцептивный или психологический, а не материальный или практический характер или эффект

моральная победа моральная поддержка mor · al | \ ˈMȯr-əl, ˈmär-; смысл 3 — mə-ˈral \ 1a : моральное значение или практический урок (как рассказ)

Мораль истории — довольствоваться тем, что у вас есть.

b : отрывок, обычно в заключение указывающий на урок, который следует извлечь из рассказа

2 мораль множественного числа a : моральные практики или учения : способы поведения

авторитетный моральный кодекс имеет силу и эффект, когда он выражает устоявшиеся обычаи стабильного общества — Вальтер Липпманн b : этика наука о морали стремится разделить людей на хороших и плохих — Дж.В. Крутч 3 : моральный дух Потери не пошатнули моральный дух солдат. .

Что значит мораль?

  • Мораль (прил.)

    в отношении долга или обязательства; относящиеся к тем намерениям и действиям, из которых основываются правильное и неправильное, добродетель и порок, или к правилам, согласно которым такие намерения и действия должны направляться; относящиеся к обычаям, манерам или поведению людей как социальных существ по отношению друг к другу, в том, что касается правильного и неправильного, постольку, поскольку они должным образом подчиняются правилам

    Этимология: [F., fr. Это.Моралис, фр. mos, moris, манеры, обычаи, привычка, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (прил.)

    соответствует принятым нормам права; действовать в соответствии с такими правилами; добродетельный; просто; как моральный человек. Иногда используется в отличие от религиозного; as, моральная, а не религиозная жизнь

    Этимология: [F., fr. Это. Моралис, фр. mos, moris, манеры, обычаи, привычки, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (прил.)

    способна к правильным и неправильным действиям или руководствуется чувством правильности; подчиняется закону обязанности

    Этимология: [F., фр. Это. Моралис, фр. mos, moris, манеры, обычаи, привычки, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (прил.)

    действуя в соответствии с моральной природой или чувством правоты или через них, или подходит для таких действий; как моральные аргументы; моральные соображения. Иногда противопоставляется материальному и физическому; as, моральное давление или поддержка

    Этимология: [F., fr. Это. Моралис, фр. mos, moris, манеры, обычаи, привычки, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (прил.)

    , поддерживаемая разумом или вероятностью; практически достаточно; — противопоставлены законным или доказуемым; как моральное свидетельство; моральная уверенность

    Этимология: [F., фр. Это. Моралис, фр. mos, moris, манеры, обычаи, привычки, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (прил.)

    служит для обучения или передачи морали; как моральный урок; моральные сказки

    Этимология: [F., fr. Это. Моралис, фр. mos, moris, манера, обычаи, привычка, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (существительное)

    учение или практика выполнения жизненных обязанностей; образ жизни в отношении правильного и неправильного; провести; поведение; — обычно во множественном числе

    Этимология: [F., фр. Это. Моралис, фр. mos, moris, манеры, обычаи, привычки, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (существительное)

    внутренний смысл или значение басни, повествования, события, опыта и т.д .; практический урок, которому все предназначено или приспособлено для преподавания; доктрина, предназначенная для насаждения фикцией; a максим

    Этимология: [F., fr. Это. Моралис, фр. mos, moris, манера, обычаи, привычка, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (существительное)

    моральная пьеса.См. Morality, 5

    Этимология: [F., fr. Это. Моралис, фр. mos, moris, манера, обычай, привычка, образ жизни, поведение.]

  • Мораль (глагол)

    морализировать

    Этимология: [F., fr. Это. Моралис, фр. mos, moris, манера, обычаи, привычка, образ жизни, поведение.]

  • .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *